Ворона

Ворона

Сергей Севастопольский

© Сергей Севастопольский, 2026

ISBN 978-5-0069-5154-9

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Ворона

«В процессе эволюции, как известно, человек вышел из водной среды и ему стали не нужны жабры. Поэтому они у него не сохранились. А я плохо рисовал в школе, потом мне это не было нужно по жизни, поэтому сейчас я вообще утратил этот навык».

Так, ну или примерно так, я объяснил сыну Сашке свои способности в живописи. А точнее, их отсутствие. Конечно, в своё время, меня с ровесниками, так же, как и его сейчас, обучали рисованию в школе. Причём, судя по отметке «хорошо» в аттестате, я даже был не безнадёжен. Но, увы, процесс эволюции неотвратим и, видимо, вместе с жабрами, со временем у меня пропала способность творить шедевры.

По факту, не умея рисовать, я многие годы не испытывал от этого вообще никакого дискомфорта. Меня всего один раз в старших классах школы привлекли к изготовлению вывески над входом с напутственным лозунгом к выпускникам. Но вместо того, чтобы ограничить моё участие в этом процессе на финишной стадии (прикрепить готовый баннер проволокой к козырьку) мне поручили нарисовать несколько цветов вокруг текста. Украсить, так сказать, готовый продукт. Это было ошибкой. Хорошо, что уже после первого «цветика-семицветика» мою работу проконтролировали и баннер смогли спасти. После этого случая, как говорится: «слава бежала впереди героя» и у меня отбирали кисти и краску, едва я собирался красить что-то, кроме забора.

Наш отпрыск, в полном соответствии с законами генетики, перенял мои навыки в рисовании. Что там у него с жабрами, я не проверял, зато в живописи он своими способностями точно не блистал.

Тем более неожиданным для меня стал скандал, который разгорелся в школе, где учился Сашка, и связан он (скандал) оказался именно с предметом «Изобразительное искусство». Но, обо всём по порядку.

Дело было осенью в конце первого триместра (чем им «четверти» не угодили?). В этом учебном году (пятом по счету) у нашего отпрыска начались уроки по предмету ИЗО. И, хотя, с первого сентября прошло немного времени, его с лихвой хватило Сашке на то, чтобы несколько раз привести молодого педагога в замешательство.

Звали её Наталья Николаевна. Жила она где-то недалеко от нашей школы и, закончив год назад институт, «временно» (пока не найдёт богатого мужа или место работы получше) устроилась в неё учителем ИЗО. Год пролетел быстро, пошёл второй. Муж (любой) и работа (хорошая) найдены не были, а плохое настроение и раздражительность «накрывали» молодого педагога всё чаще. А ещё, как сообщила мне супруга, среди родителей учеников поползли слухи о частых визитах нашей «учительницы прекрасному» в вино-водочный отдел ближайшего супермаркета.