Мои затишья
Полная версия
Мои затишья
Настройки чтения
Размер шрифта
Высота строк
Поля
Зинаида Миркина
Мои затишья
© Зинаида Миркина, 2012
© Владимир Ефимов, макет и оформление, 1999
От автора
Книга эта была в первый раз издана в 1999 году и давно распродана. Макет, оформление и верстка Владимира Ефимова. Его же фотографии. Он же дизайнер шрифта книги. Он был очень близкий мне человек, которого я знала со дня его рождения. Он умер 23 февраля 2012 года и его смерть была одним из самых тяжелых ударов в моей жизни. Его уже давно и хорошо знают в России, как «шрифтовых дел мастера». Но я хочу сказать о работе Володи с этой книгой, в оформление которой он вложил душу, как вкладывал ее с самого детства в мои елки и сказки. До сих пор живут фигуры сказочных персонажей, сделанные им. «Мои затишья»… Мы давно бродил вместе с ним по тем местам, фотографии которых остались в этой книге. А главное, что осталось от Володи в моей душе – это его тишина и благородство. Это был по настоящему благородный человек и я хочу, чтобы это новое издание книги хранило память о нем.
З. Миркина.
Эти стихи дают вертикальное измерение каждому мигу, они открывают возможность поворота всегда и везде и каждому. При этом они чисто русское явление. В них синтез мировой культуры органичен, как живое дерево, а не как агрегат. В них – отражение всей мировой культуры, особенно духовной, но для восприятия они этой культуры предварительно не требуют, ибо отражают не культуру, а источник, которым она светится. Каждым стихотворением можно воспользоваться, как воздушным шариком, чтобы полететь в нужную сторону; можно ими воспользоваться, как гигантскими шагами, чтобы вознестись на столько секунд, сколько хватит духу. При этом они негромки, как Дух. Есть люди, любители поэзии, которым они ничего не говорят и даже раздражают. Такие любят «новое». Есть поэзия, которая хочет по-новому сказать о старом и всем известном. А тут поэзия другого измерения: она говорит о почти неизвестном – в этом ее новизна.
Александр Хабинский
I. Есть сила молчанья
«Мои великие затишья…»
Мои великие затишья —Сиденье у незримых ног,Когда неслышимое слышно, —Продли их Бог… продли их Бог…Мои глубокие безмолвьяУ моря на краю земли,Когда почти не плещут волны, —Продли их, Господи, продли…Мое блаженное успенье —Успенье мук, успенье вин,Когда меня все мене, менеИ, наконец, есть Ты один…1994«Запрятаться в келью, зарыться…»
Запрятаться в келью, зарыться в берлогу,Спуститься к вселенскому дну,Быть самою маленькой ра́кушкой Бога,Вобравшей Его тишину.Когда-нибудь кто-нибудь, близкий по духуПодымет с иссохшего днаРаку́шку, приложит нечаянно к уху,И в нем зашумит тишина.1994«Успокой меня, успокой…»
Успокой меня, успокой,Несмолкающий плеск морской,Звоном пены и раз и стоПовтори мне, что я – никтоИль что центр Вселенной всейУместился в груди моей.Мне откроется лишь одно, —Что тебе это все равноИ что наши земные сныНавсегда для тебя равны.Но бессменная песнь твояСкажет снова, что ты есть я,И не нужно мне ничего,Кроме голоса твоего.1994«Море! Море! Мы все из него…»
Море! Море! Мы все из него.Мировая единая матерь.Нескончаемых сил торжество,Бесконечный приток благодати.Не измерена щедрость твоя,Ты себя в каждой капле повторишь.И в громовых речах соловья,И в любви – то же самое море!1994«Каждый день умирают предметы…»
Каждый день умирают предметы.Каждый день наступает пора,И – в лучах заходящего светаРастекается, тает гора.Тихий ангел прозрачною дланьюНезаметно касается нас.И таинственный час умираньяЕсть молитвы торжественный час.1994«День уходил. И то, что четким было…»
День уходил. И то, что четким было,Покрылось дымкой цвета янтаря.Страсть остывала. Нежность восходила.И воцарилась на небе заря.И оказалось, Боже, оказалось,Что свет не гаснет, а рождает свет,И что вся жизнь есть только лишь началоТой нежности, которой края нет…1994«И вновь блестит морская гладь…»
И вновь блестит морская гладь,Как глаз провидца.Прийти и снова увидатьИ удивитьсяТому мгновенному чутьюИ глазомеру,Измерившему глубь моюИ силу веры.1994«Ширь родная, ветер встречный…»
Ширь родная, ветер встречный,Запах моря. Дух знакомый.Я ведь только в бесконечномОбретаю чувство дома.Только в этой всеединойДали – сил моих запасы.Не ссылайте на чужбину—В царство множеств, в чувство часа!1994«Такое истонченье ткани…»
Такое истонченье ткани!Мне видно то, что за стеной.Есть тайный опыт умиранья—Проникновенье в мир иной.Склонялось солнце низко, низко—И вот уж вовсе нет огня.Но мир иной от нас так близко!Здесь, рядом – в сердце у меня.1994«Как оно глядит далёко…»
Как оно глядит далёко.Солнце на закате!Чтоб идти за этим Оком,Сотни лет не хватит.Через море, через сушуИ еще далече…—Прямо в сердце, прямо в душу,Прямо – в бесконечность.1994«Как сказать, как узнать, что такое крыло…»
IКак сказать, как узнать, что такое крыло?Это то, что внезапно из сердца взошло —Узнавание единоверца —Луч души, излучение сердца.Это – так переполнено все существо —Преизбыток его, просветленье его.Через край перелитая силаИ – внезапным пучком – шестикрылость.IIА может быть крыло иное—Крыло с огромный мир длиною,Крыло, которое готовоСтать для Вселенной всей покровом.Всем, всем, – как в мире нас ни много,—Просторно под крылом у Бога.1994«Не надо молний громовержца…»
Не надо молний громовержца,Не надо крыльев райской птицы.Дойди до собственного сердцаИ в нем сумей остановиться.Дойди до той последней глуби,Куда влилось, как в чашу, время,И где с такою силой любят,Что все встречаются со всеми.1994«Переливы, переходы…»
Переливы, переходы,Пересветы, перекатыВ тихом небе,В тихих водах,В приближении заката.Переплески, пересветы,Перелады, перегудыВ растворенной дали этойПеред близящимся чудом.Скоро все слова потонутВ этой бездне молчаливой,Нам оставив только звоны—Пере-звоны, пере-ливы.Потеряется граница,Чувство часа нас покинет—В мире музыка родитсяПервозданною богиней.1994«Во все горло без утайки…»
Во все горло без утайкиЛьются птиц рулады.Соловьи да, может, чайкиТак живут, как надо.Может, в мире только птицыВ самом деле знают,Что у сердца нет границыИ у жизни края.Им одним на свете слышноБожье благовестье.И за это им ВсевышнийДал крыла и песни.1994«Явь так тиха!.. Крикливы только сны…»
Явь так тиха!.. Крикливы только сны.Чем эфемерней, тем они капризней.А жизнь есть накопленье тишины,Как тишина – переполненье жизнью.1994«Постепенно, постепенно…»
Постепенно, постепенноГаснет свет на небосводе.Это значит, Царь ВселеннойНезаметно к нам подходит.Обвевая краски дымом,Приглушив дневные шумы,Царь кротчайший, Царь незримыйВходит в сердце, входит в думы.Чуть бледнее голубое,Чуть нежней и мягче воздух…Наполняет мир собоюТот, который мир наш создал.1994«Все дело в полнозвучьи тишины…»
Все дело в полнозвучьи тишины.В тот самый миг, когда она восходит,Обманы наши разоблаченыИ дух могуч, бескраен и свободен.Все дело в том, чтобы взошла онаИ прозвенела или просияла,Огромная, как полная Луна,Залившая голубизною скалы.1994«Зачем цветами сплошь покрыта…»
Зачем цветами сплошь покрытаЗемля и нет лесам конца?Затем, что мир – переизбыток,Перенасыщенность Творца.Затем и был когда-то созданВесь этот бесконечный свет,И нет конца на небе звездам,И морю окончанья нет.Быть может, состоится встреча—Когда-нибудь родится тот,Кто захлебнется бесконечнымИ сам взахлеб творить начнет.1994«Пространств немое песнопенье…»
Пространств немое песнопенье.Развернутая даль тиха.О, полнота освобожденьяОт первородного греха!Он смыт сплошным разливом света.Чиста, как Божий глаз, вода.Как будто не было и нетуРазноголосиц никогда.Никто не вбил меж нами клина—Нельзя разрезать гладь небес.Душа и Бог опять едины,И каждый умерший воскрес.1994«А море не гремело, не сверкало…»
А море не гремело, не сверкало,А было бледным матовым опалом,Тем самым млеком, чья струя святаяДитя новорожденное питает.И как дитя, приникнувшее к груди,Душа вселенской ласки не забудет.Ей будет снится до скончанья века,Что вечность – мягко льющееся млеко…1995«Я видела море. Я видела Бога…»
Я видела море. Я видела Бога.Минута у моря и – жизнь без минут.Я вмиг потеряла ни мало, ни много —Все то, что земною опорой зовут.Земною опорой, надеждою, силой —Все то, чем я долгие годы была.И только внезапно пространство раскрылось,Как два бесконечно широких крыла.Зерно пропадает в средине провалаИ вверх пробивается юный побег. —Я видела смерть, и душа ликовалаО том, что ей смерти не будет вовек.1994«Море учит раскрывать крыла…»
Море учит раскрывать крыла.Когда тишь великая легла,Неподвижно водное стекло.Как душе не развернуть крыло?Как всей силой сердца своегоНе понять глубинное родствоС тем, что без начала и конца—С тайным всемогуществом Творца?1995«И вот – открытое, сплошное…»
И вот – открытое, сплошноеПространство тянется, светясь.Морская гладь – передо мною,И знаю я, что это связь,Что эти бархатные горы,И неподвижная вода,И неба блеклые просторы —Натянутые провода.Умолкни, мысль! Замри, мгновенье!Вот с этим никнущим лучомСюда приходит сообщенье.Я слушаю. Прием! Прием!Все собрано. Душа готова.Во мне препятствий больше нет.Для этого немого словаЯ рождена была на свет.Иных знамений нам не будет,Лишь только сей беззвучный звон,Сей благовест. Услышьте, люди:Бог очень близко. Это Он!Весь мир объял великий вечер,Горит и тает в далях дым,И все пространство – место встречиДуши с Создателем своим.1995«Над морем нависали тучи…»
Над морем нависали тучи,Но солнце горы золотило.И тишина была могучейНепререкаемою силой.С минутой каждою все гущеЛожилась на воду и горыИ становилась всемогущейЦарицей целого простора.И сердце молча понимало,Что век лишь начат, а не прожит,Что мы пришли сейчас к началу,Что Дух воистину все может.1995«Да будет благословенна…»
Да будет благословеннаРаскрытая даль Вселенной,Вместившее внутрь так много—Разверстое сердце Бога.Да будет душа достойнаМорской широты спокойной,Склоненного низко светаИ нежности вечной этой.О, дай потерять границы,Как Ты, до конца раскрыться,Сзывая в свои глубиныВсех тех, кто Тебя отринул.1995«У моря среди древних скал…»
У моря среди древних скал,Молчанья смерти не нарушив,Господь мне тихо открывалНаполненную жизнью Душу.И в совершенной тишине(Не может быть полней и строже)Спросило сердце: это мне?!Благодарю Тебя, мой Боже!1995«Помедли, Господи, помедли…»
Помедли, Господи, помедли!Свет гаснет, чуть шуршит прибой.Приходит мира час последний—Час единения с Тобой.Час единенья, час слиянья,Земного царствия порог.Открылась жизнь за нашей гранью.Проходит мир, приходит Бог.Последний свет на небосводе,И Божий взгляд в моей груди…Все отдаю, пусть все проходит,Но только Ты не уходи!Продли последний прочерк света,Вселенской тишью оглуши…Смерть – это не конец, смерть – этоЧас размыкания души…1995«Есть пауза между мирами…»
Есть пауза между мирами,Между событьями и днями,Меж всем, что в нас болит и спорит…Есть пауза, и это – море.Тире огромное, немое,В котором слиты вместе двое—Два берега, две дальних дали,Что вдруг единым целым стали,Лишь потому, что между ними—Не плоть, не форма и не имя.1995«И снова я несу свою присягу…»
И снова я несу свою присягуВсему, что распростерлось впереди.И вновь – невозмутимость КарадагаИ трепет чайки на его груди.Отважных птиц белеющая стайкаИ в скалы ударяющий прибой.Пусть я всего лишь трепетная чайка,Но я люблю, и я сольюсь с Тобой.1997«Когда волны омывают камень…»
Когда волны омывают камень,Когда горы овевает дым,Я слежу бессменными часамиЗа незримым творчеством Твоим.Слышу звуки гулкого прибоя—Твой призыв без края и конца.И учусь творить из ничего яПо следам незримого Творца.1997«Я сяду у моря, чтоб слушать и слушать…»
Я сяду у моря, чтоб слушать и слушатьТяжелый медлительный вал.Я сяду у моря наращивать душу,Которую мир обкорнал.Я сяду у моря зализывать раны.Укроюсь в берлогу своюРазмером с зеленую ширь океанаУ синих небес на краю.1994«И вот уж нет земного бремени…»
И вот уж нет земного бремени —Лишь море, небо да скала.Я потеряла чувство времениИ чувство Бога обрела.Нет ни грядущего, ни прошлого —Переполненье бытия.Моя душа, сквозь все проросшая,Разросшаяся за края.1997«Море шепчет мерно, глухо…»
Море шепчет мерно, глухо —Звук Господней тайной лиры.Слово далей, слово Духа.Слово сердца, слово мира.Звук молчанья, звук прибояБеспрестанный, неизменный.Это лад с самим собою,Это лад со всей Вселенной.1997«Есть сила молчанья, есть сила такая…»
Есть сила молчанья, есть сила такая,Пред коей все ветры земные смолкают.Есть сила, воздвигшая все мирозданье.Могущество Божье есть мощь умолканья.Конец разногласьям. Окончились споры.Молчание наше есть слово простора,Есть слово – громада, есть слово – лавина.Есть слово, собравшее мир воедино,То слово великого Божьего лада,Которому слов наших дробных не надо.1997«Замелькали, заблестели…»
Замелькали, заблестели…Ширь огромна, волн так много…Волны шепчут еле-еле,Чтоб не тронуть мыслей Бога,Чтобы не спугнуть случайно,Ненароком не нарушитьТой глубокой, тихой тайны,Что переполняет душу.1997«Свиданье с морем – это поцелуй…»
Свиданье с морем – это поцелуй,Который невозможно прервать,Долгий, как жизнь,Переливание жизни в изжаждавшуюся душу.Напоминание Бесконечности,Что мы дети ее,Дух от духа.1997«Позабыть свое тело…»
Позабыть свое тело,Слыша вечности зов.Отдохнуть от пределов,Отдохнуть от концов…Окунуться в огромность,Внутрь вдыхая прибой,И поистине вспомнитьБога всею собой.1997«Меж мной и Богом стенок нет…»
Меж мной и Богом стенок нет.Исчезли все препоны.Со всех сторон – огромный свет,Коленопреклоненный.Темнеют над водой хребты,И на воде великойСейчас разгладились чертыБожественного лика.1997«А может быть, Творец есть тишина…»
А может быть, Творец есть тишина.Та тишина, что нам повелевает.Умолкло море, не шумит волна,И из покоя древний холм изваян.Прибрежный камень погрузился в сон,И в мире не бывает часа кротче.Вот в этот час и подступает Он,Чтобы творить со мною, что захочет.1997«Сейчас весь мир – открытый вход…»
Сейчас весь мир – открытый входВ тот тайный, в тот незримый грот,Который есть не что иное,Как сердце смертное, земное.И вот оно раствореноИ Богом до краев полно.1997«Тусклый, пасмурный день. Свет спокойно разлит…»
Тусклый, пасмурный день. Свет спокойно разлитНа бессолнечном ровном просторе.Вот тогда и горит, вот тогда и царит,И владычно безмолвствует море.Вот тогда оно в сердце мое продлено,И уже не понять, где граница,—Где кончается, где чуть вздыхает оноИ где сердце чуть начало биться.1997«И глади моря не нарушив…»
И глади моря не нарушив,Не потревожив ни листа,Лот тишины мне мерит душу—Насколько же она чиста.Подстать ли этой глади водной,Вот так же ли она тиха,Вот так же ли сейчас свободнаОт первородного греха…1997«Тихое море рассветною ранью…»
Тихое море рассветною ранью —Вот перед Богом мое оправданье:Не перебила ни мыслью, ни словомГлади недвижной простора морского.И по воде, словно по́ суху, смогК сердцу живому приблизиться Бог.1997«А тишина была чревата…»
А тишина была чреватаВсей жизнью неба и землиВ часы великого заката,Когда померк простор вдали.Вот здесь, у самого залива,Где волны больше не слышны,Узнали мы, что вправду живыЛишь в лоне этой тишины.Что если тишину нарушить,Прервать молчанье гор и вод,То ангел вдруг уронит душу,Которую сейчас несет…1997«А море – это смерть. И небо – это смерть…»
А море – это смерть. И небо – это смерть.Смерть смертного во мне. В посмертии так тихо!..Нет тверди под ногой. Есть внутренняя твердь,И этот вход вовнутрь – из глины в вечностьвыход.Над морем собрались седые облака,И облачный узор по небу ангел чертит.О, Боже мой, как жизнь бездонно глубока…Но это может быть лишь только после смерти.1997«Запомнить сердцем навсегда…»
Запомнить сердцем навсегда,Как неподвижна гор гряда,Как шепчет широта морейО вечной правоте Твоей.Ты прав, мой Господи, и свят,Вот отчего горит закат,Вот отчего морская гладьВелит так полно замолчать.И не перечить… Боже мой,Когда бы стать совсем немой,Когда б смиреньем запастисьРазмером с эту гладь и высь…1997«Покой мою заполнил грудь…»
Покой мою заполнил грудь,И только легкое «чуть-чуть»,Как чайки быстрое крыло,Коснуться сердца вдруг могло.Лишь только вздох совсем без слов,Лишь только линия холмов,Как неисповедимый путь,Едва заметный нам – чуть-чуть…Чуть слышный всплеск, чуть видный взмах,Туман, осевший на холмах,Да парус в широте морскойКак будто вводят нас в покой.1997«Покуда море – только море…»
Покуда море – только море,Покуда я есть только я,Мы с вездесущим Богом споримИ нету полнобытия.Покуда есть еще граница,Нас не коснулась благодать.Но грудь моя вольна раскрытьсяИ море внутрь себя вобрать.Кто ширь вселенскую измерит?И кто хоть раз расслышать смог,Как об него, как вал о берег,И дни и ночи бьется Бог?..1997«Когда Ты говоришь, говорить невозможно…»
Когда Ты говоришь, говорить невозможно.Когда Ты говоришь, умолкают слова.Лишь вода голубая с серебряной дрожью,Да туман где-то в далях, заметный едва.Когда Ты говоришь, наших слов и не надо—Говорящий простор, говорящая тишь.Бесконечность души, беспрепятственностьвзгляда.Я, как камень, нема, когда Ты говоришь.1997«Тумана легкая гряда…»
Тумана легкая гряда…Он был иль вовсе не был?Но тихо таяла водаИ причащалась небу.Бледнел сиреневый подсветНебесного чертога,И человек сходил на нетИ причащался Богу…1997«Бог все сказал. Мне остается…»
Бог все сказал. Мне остаетсяЛишь только повторить за НимТо, как волна о берег бьетсяИ в небо уплывает дым.Разлив великого заката,Растущий в небе световал…Мне остается лишь впечататьВ себя все то, что Бог сказал.1997«Такая мера тишины…»
Такая мера тишины!Нет даже шепота волны.Есть ровная морская гладь,Нам повелевшая молчать.Хрустальная недвижность вод.Мысль встала. Больше не течет,Пересеченная святойНепостижимой широтой,Которая уводит глазЗа край миров – и внутрь нас…1997«От волн вечерних – ни следа…»
От волн вечерних – ни следа.Невозмутимая вода.И только облака зажглись.И час прошел. А может, жизнь?О, Боже правый, сколько разВсе это мог увидеть глаз?И где кончается запас?Ведь жизнь прошла. А может, час?1997«Опять оно… О, Боже, Боже…»
Опять оно… О, Боже, Боже,Его не исчерпает глаз.Оно всегда одно и то жеИ каждый раз, как в первый раз,Мы видим море. СвятотатствоРазбить покой его широт.Жить – значит заново рождатьсяОт Духа и вот этих вод.1997«Эдем. Покой парящих крыл…»
Эдем. Покой парящих крыл,Глубокий, неизменный.Еще никто не возмутилСоздателя Вселенной.Не молвил слова поперек.Не нарушал запрета,И в мире развернулся БогВеликим морем света.1997«И вот последний луч потух…»
И вот последний луч потух,И будто потеряв опору,Вдруг стали призраками горы,А истинным Владыкой – Дух.В непостижимый этот мигОн так таинственно велик,Что все – лишь призрак перед Ним,Вся плотность превратилась в дым.1997«Я включена в единый ритм…»
Я включена в единый ритмВселенских стихнувших молитв.Я включена в единый зовВдали рассыпанных миров.В единый тыщеустый хор,Собой заполнивший простор.Я в этом мире не одна.Я в сонм созвездий включена.1997«На гору поднимись. Молитву соверши…»
На гору поднимись. Молитву соверши,Не разжимая губ, без жеста и без слова.Есть зеркало воды и зеркало души,И зеркало одно глядится внутрь другого.И больше ничего в огромном мире нет.И в глубине зеркал сейчас родится свет.1997«Всё так знакомо, так похоже…»
Всё так знакомо, так похоже,И – всё сначала в миг любой,И всё о том же, всё про то жеИ день и ночь шумит прибой.Журчанье пены, рокот валаИ эта цельность без частей…Здесь не бывает, не бывалоИ век не будет новостей.Вселенский танец, волн круженье —Кружись, душа, и, мысль, кружись…Здесь нет ни смерти, ни рожденья —Непрерываемая жизнь.И миг за мигом, год за годомОдна и та же песнь волны.Так вот откуда все мы родом,Так вот куда прийти должны…1997II. Кто Ты такой?
«Кто Ты такой? Откуда знает…»
Кто Ты такой? Откуда знаетТебя душа? – Она сквозная.Когда в душе простор и тишь,То через душу Ты сквозишь.Кто Ты такой, ответят глубиДуши моей; вот те, что любятТак бесконечно, так бездонно,Что все мои вопросы тонут.Не спрашивать, а на колениУпасть в немом благодареньи.Войти в торжественный покойИ ощутить, кто Ты такой…1995«Есть жизнь молитвенная, или…»
Есть жизнь молитвенная, или —Жизнь суетная. Третьей нет.Деревья день и ночь молились,Встречая каждой жилкой свет.Молились зимы, лета, весны,И звезды в кроны их вплелись.А люди путались в трех соснах,Не ведая про выход ввысь.1994«И снова дождь. А может, это…»
И снова дождь. А может, этоПротянутые проводаС того неведомого светаНа эту землю, к нам, сюда?Вот почему мы так стихаем,Теряя счет часов и дней…Стена раздвинулась глухаяИ смутно видно, что за ней…И сердце хочет на попятный,В до-жизнь, к таинственному снуИ начинает путь обратный —К истоку мира, в тишину…1994«Дождь. И голос одинокий…»
Дождь. И голос одинокий.Дождь. И пенье соловья.Несмываемые строкиВ вечной книге бытия.Так нечаянно, мгновенноВ обступившей тишинеЛьется жалоба Вселенной,Обращенная ко мне.Чье-то сердце просит чуда,Иль зовет звезду звезда,Или просто ниоткудаЛьется голос в никуда.1994«Листьев текучих ручьи…»
Листьев текучих ручьи.Дождик мой редкий.Сестры и братья мои —Тихие ветки.Все здесь лелеет меня,Манит в объятья.Сердца немая родня —Сестры и братья.Лес совершенен, как стих.Все неслучайно.Здесь не бывает чужих —Вот его тайна.Тихо проходят векаМимо событий.Тайна сия велика —Только вместите.1994«И нет другого рая…»
И нет другого рая.Простор и тишина.Мне сердце измеряетВысокая сосна,Небесный купол серыйДа ива у ручья.Вмещу – достигну меры.А нет, и я – не я…1994«Дождь, прекратившийся внезапно…»
Дождь, прекратившийся внезапно.Ольха, провисшая дугой…Переговаривались каплиОдна с другой, одна с другой.Мир, погрузившийся в дремоту.Прохладно, тихо и светло.И недосказанное что-тоКо мне вплотную подошло.Сплетались, связывались нити,Тянулись к сердцу моему…О, говорите, говорите…Быть может, я еще пойму.1994«Лес – это инок. Он – иной, инакий…»
Лес – это инок. Он – иной, инакий.Свои законы у лесных дерев.Свои уму неведомые знаки,Свой голос, свой таинственный напев.Сосновый шорох, горький запах дымаИ тихий говор плещущих ветвей—Напоминанье об ином, родимом,Забытом мире – о душе своей.Душа моя… Сейчас я слышу, знаю,Что ты живешь не годы, а века.Что ты – лишь гостья легкая, иная,Пришедшая сюда издалека.1994«О, Господи, что это значит…»
О, Господи, что это значит —Поток исчезающих лет?Жизнь – это такая задача,В начале которой – ответ.Но надобны времени горы,Чтоб данное в руки – найти.Жизнь есть ощущенье простораВ стенах, в тесноте, взаперти.Нечаянный сполох мгновенный,Прорыв в мировой западне.Жизнь есть ощущенье ВселеннойВ едва различимом зерне.Ведущая в бездну дорога,Где каждый шажок – торжество.Жизнь – это предчувствие БогаНезрячей личинкой Его.1994«Я – это ветка Твоя…»
Я – это ветка Твоя.Я – это лепет ручья,Миг в Твоей вечной судьбе,Искра костра Твоего…Я же сама по себе…Что это? И для чего?1994«Тепло и тихо в деревянном доме…»
Тепло и тихо в деревянном доме.Деревья затаились у окна,И с каждою минутой все весомей,Таинственней и гуще тишина.Как важно то, что в этот час вершитсяВ сгустившейся, набухшей тишине.Безмерность входит в малую крупицу —Спокойно размещается во мне.Великий мир заходит в эти стены,И суета остановила бег.И каждая подробность здесь священна —Среди потопа плавает ковчег.1994«Не надо ничего. Не бойся. Не надейся…»
