Мой новый твой мир

– Нет-нет, мысль интересная… – задумчиво прервал ее Броуди, а я ощутила на себе не меньше сотни удивленных взглядов. – Что-то еще? Можешь обосновать свои слова?

– Н-нет. – Я окончательно смутилась и отрицательно замотала головой. – Просто подумала, что, придя в первый раз, они никого не убили… Вообще о жертвах того вторжения нет никакой информации, а во второй… Понимаете, они же не сразу стали убивать… они…

– Дура! Повторяю для тупых, они пришли, чтобы убить нас всех! – Ангиль зашипела от ярости. – И они…

– Тихо, Ангиль! Кира? – Я открыла рот, чтобы продолжить свою мысль, но тут же захлопнула его.

Опять я забыла о том, как именно нужно себя вести, а ведь Маркус постоянно талдычил мне: «Кира, у тебя не должно быть собственного мнения на этот счет, только канон, только то, что написано в книгах! Только то, чему учат! Запомни».

– Это все? Все мысли на этот счет? – произнес задумчиво Броуди, склонив голову к плечу и разглядывая меня сверху вниз.

– Кажется, – я запнулась, – кажется, да… Простите…

Слава богу, я не успела развить эту мысль и вывалить все свои соображения и самые фантастические мысли. А ведь могла. Под взглядом Рика Броуди я могла наговорить не только на отличную оценку, но и на долгий тюремный срок.

– Ну что ж! Мысль интересная, заставляет задуматься. Но вернемся к фактам и их обоснованию, все же Вторая Волна нанесла непоправимый… – Рик продолжил лекцию, а я, совершенно расстроенная столь глупым промахом, до конца занятия так и просидела, молча следя за преподавателем. Нас учили, что тени – это чистое зло. Смерть для любого, кто попадется им на пути. Только я в свое время изучила довольно много материала по Второй и Первой Волне, и мое мнение насчет обоих вторжений было неоднозначным.

После того как прозвенел звонок, я торопливо покидала вещи в сумку и быстро покинула аудиторию. Больше не оглядываясь ни на сокурсников, что уже шептались за моей спиной, ни на Броуди, направилась в кафетерий, где меня ждала подруга. Я знала, что к вечеру они все забудут, ведь жизнь каждого из них была слишком насыщена яркими событиями, способными затмить мои глупые фантазии, хотя кое-кто еще припомнит мне мои же слова.

Не успела я отойти от аудитории, как в спину мне прилетел довольно сильный тычок. Я встала как вкопанная и бросила быстрый взгляд через плечо. Погруженная в собственные мысли, даже не заметила, как следом за мной из аудитории выпорхнула Талана в сопровождении своих подружек. Я медленно развернулась, и мы замерли друг напротив друга. Талана Ангиль стояла посреди коридора, рядом с ней застыли несколько девушек, судя по виду, настроенные не очень дружелюбно.

– Ты тупая, Марс? – фыркнула Ангиль. – Ты хотя бы соображаешь, что несешь?

– Послушай, – начала я тихо, в который раз сокрушаясь по поводу собственной глупости, – это просто…

– Не смей! – зашипела девушка, делая два шага вперед. – Не смей, тварь, никогда не смей говорить этого вслух! Они убийцы, жуткие, отвратительные убийцы, и ничего иного, кроме смерти, не принесли! Ты поняла?!

Я услышала, как на заднем фоне зашептались другие девушки, вторя ее словам и параллельно обзывая меня тупицей, конопатой дурой и плебейкой.

Последние слова Талана практически выплюнула мне в лицо, что сейчас пылало жуткой яростью и ненавистью. Самым для меня удивительным оказалось то, что вся ее злость и ярость были направлены не на меня, а на тех, о ком она говорила.

– Поняла?! – Талана склонилась ниже. – Ну?

– Да, – ответила ей спокойно, ведь несмотря на весь ее вид, я совершенно не боялась Ангиль.

– Тогда еще кое-что, Марс, – она заговорила тише, так что услышать могла ее только я, – даже не думай о нем, поняла?! Он мой!

После этого Талана просто двинулась дальше по коридору, довольно болезненно задев меня плечом. Следом за ней поспешили и верные подружки, только эти, в отличие от своей предводительницы, просто проскользнули мимо, лишь облив меня тоннами презрения.

Я же улыбнулась, следя за вереницей «верных подданных», и последовала за ними. Только путь мой лежал в Академический кафетерий.

Глава 7

Иннель уже сидела за нашим столиком, что-то усердно переписывая из толстенной книги, явно утащенной из библиотеки.

– Нель! Это противозаконно! – в шутку возмутилась я, уронив свою сумку на пол рядом с её. – Это же книга! Ты что, вынесла ее из читательского зала?!

– Угу! – не глядя на меня, ответила девушка и схватила стручок зеленой фасоли, что тут же пропал, угодив в ее рот.

– Нель! Ты нарушила закон! Ты же знаешь!

– Закон гласит, – не отрывая взгляда от пожелтевшей от времени страницы, пробубнила девушка, – что запрещено выносить из читательского зала историческую учебную литературу.

– Ну!.. – поддакнула я, намекая на то, что именно это она и сделала.

– Но это не учебная литература, а художественная, – это раз, и самое ужасное, что перекрывает все эти дурацкие законы, в читательский зал нельзя проносить еду – это два!

На последней фразе Иннель словно поставила последнюю точку в своих записях и наконец уделила внимание своей лучшей подруге, то есть мне.

– О! – Вторая рука девушки замерла над тарелкой с жареными ломтиками картофеля. – Чего это ты сияешь, как отполированный борт Гарпии, но при этом у тебя такое странное выражение лица?.. Неужели Рик Броуди предложил тебе руку и сердце, а ты вся в раздумьях?!

– Иннель! – возмущенно зашипела на подругу. – Может, хватит уже?!

– Может, и хватит, а может, и… нет, – загадочно ответила та. – Так что у тебя случилось?

– Вот! – сунула под нос подруге собственный коммуникатор, на экране которого отображался мой счет в Имперском Банке.

– Твою… кхе-кхе… – Продолжить она не сумела, лишь ошарашенно воззрилась на меня, все еще откашливаясь.

– Родители узнали о почившем каре и добавили.

– Да ладно! – Она наконец сумела прочистить горло. – Ты серьезно?

– Да! – Я уже не могла просто улыбаться, мой рот растянулся в радостном оскале переполняющего меня энтузиазма. – Мы сегодня идем выбирать новый кар! А потом, дорогая моя Иннель Бард, будем зажигать!

– Да! Да! Да! – Она вскочила со своего места и пустилась в странный, полный неприличных движений пляс. Со всех сторон тут же раздались смешки и зазывный свист парней, оценивших ее победный танец.

Когда Нель наконец плюхнулась обратно, я уже успела прикончить оставшийся в ее тарелке жареный картофель, в чем тут же была уличена. Пришлось идти и клянчить на раздаче новую порцию. После обеденного перерыва, так ни разу и не вспомнив о причине утреннего расстройства, мы разошлись на занятия, договорившись встретиться на площади перед главным зданием Академии.

Оставшиеся лекции пролетели незаметно, и спустя десять минут после последнего звонка я уже стояла рядом с монументом «Героям Первой Волны». Подпирая плечом гранитный постамент, таращилась в голубое небо, витая где-то в облаках, и представляла себя за рулем нового искрящегося хромированными боками кара. Рядом со мной, скорее уже по инерции, чем по желанию, в моей фантазии появился сам Рик Броуди. Он улыбался, а сложенная крыша кара позволяла его темным волосам колыхаться на ветру. Конечно, лучше бы это была Гарпия, а не Вальтер. Но…

– Кира? – Я не сразу сообразила, что тихий и полный какого-то непонятного мне веселья голос – это не фантазия, а самый что ни на есть настоящий, принадлежащий господину Броуди. – Кира, ты меня слышишь? Прием, Кира Марс, вас вызывает Имперский Флот!

Я захлопала глазами, отгоняя грезы, и воззрилась на мужчину моей мечты, приоткрыв рот от удивления.

– Кира, ты меня понимаешь? – Он посмотрел на меня полными сожаления глазами и еле сдержал улыбку, что так и норовила наползти на его лицо. – Послушай, хочу объяснить насчет распределения… Ксандр стоит выше меня в иерархии преподавательского состава Академии, и я не мог ему отказать. Тем более он так активно настаивал!

– Что? – тупо переспросила, не понимая, о чем речь, а тем более когда этот мерзкий тип «активно настаивал». Кажется, он чуть концы не отдал за тем столом…

– Ки-ира, – протянул Рик, упираясь одной рукой в мраморный постамент рядом с моим плечом и придвигаясь ближе, – Кира, я ему все объяснил насчет утра и твоего опоздания.

– Что? – снова переспросила, продолжая глупо хлопать глазами. – Что… кто… об-бъяснил?

– Кира, ты все еще расстроена? – он нахмурился. – Из-за практики? Ну, послушай! Это же не навсегда! В следующем семестре она снова будет, и тогда я уже точно никому тебя не отдам! К тому же я хотел спросить, что это было за выступление на последней лекции? Неужели ты не понимаешь, как могут воспринять твои слова другие студенты? Подумай о репутации отца!

Я затаила дыхание и замотала головой из стороны в сторону, боясь, что мужчина может серьезно об этом задуматься, но вопреки моему страху, он только улыбнулся шире.

– Не волнуйся, я сам когда-то был столь же юным и любознательным и многое принимал за чистую монету, а чаще бунтовал, отрицая очевидные вещи. Ребята быстро забудут о твоих словах, но постарайся больше не намекать, что тени не просто приходящие в наш мир убийцы…

– Я…

– Кира, каждый из этих ребят потерял кого-то во время Второй Волны. Каждая семья в этом городе лишилась родных. Тебе повезло так, как повезло лишь единицам: у тебя есть и отец, и мать. Помни об этом.

Броуди улыбнулся, обнажая неровный ряд белоснежных зубов, тем не менее нисколько не портящий его улыбку, а делающий ее еще более очаровательной. Я не смогла не улыбнуться в ответ.

– Ну вот! – Он чуть отстранился и снова изменил тему, возвращаясь к утреннему инциденту. – Раз уж мы решили этот вопрос, перейдем к следующему – я перед тобой виноват и готов отработать свою ошибку!

Он хитро ухмыльнулся, искрой вышибая у меня ответную улыбку.

– Я был крайне невнимателен утром на дороге. И теперь готов понести наказание! Хочешь, буду подвозить тебя до дома, пока не обзаведешься новым каром? Или еще лучше, давай куплю тебе другой? Новый не обещаю, но будет не хуже других!

– Спас-сибо. – Я наконец смогла взять себя в руки и прекратить нервно вздрагивать и глупо улыбаться под взором его темных глаз. Все его поведение было для меня непривычным: этот изучающий, будто впервые увидевший меня взгляд, его рука, то и дело тянущаяся к моему лицу и будто норовящая убрать прядь рыжих волос, улыбка, полная какого-то порочного предвкушения. – Но страховка уже пришла и, – не смогла удержаться и не дернуть уголком рта, отвечая на его хитрую улыбку, – благодаря вашей невнимательности я и так вот-вот стану обладательницей нового кара.

– Ох! – Он опустил плечи, выражая явное притворное расстройство. – Так нечестно! Я должен хоть как-то расплатиться за свой промах.

Я удивленно изогнула бровь, а мужчина тут же продолжил, придвинувшись еще немного и склонившись уже просто неприлично близко.

– Тогда я приглашаю тебя на обед или даже лучше – на ужин.

– Я не могу, – ответила ему торопливо, еще даже не успев обдумать эту мысль. Сердце зашлось, а воздуха стало катастрофически не хватать. – Мы с Нель собираемся отметить… покупку… к-кара…

– Кира… – Он чуть отстранился, а я услышала тихое жужжание. – Погоди. Черт, похоже, в ближайшее время ужин точно отменяется.

Броуди вытащил из кармана брюк коммуникатор и недовольно взглянул на экран.

– Мда. – Мужчина опустил руку на мое плечо и, чуть сжав, склонился, упираясь темным взглядом в мои широко распахнутые глаза. – Не сегодня, но пообещай мне, что ты поужинаешь или пообедаешь со мной. Иначе я буду постоянно чувствовать свою вину за произошедшее. Хорошо?

– Хорошо, – прошептала в ответ и сильно зажмурилась, так как мне показалось, что еще секунда, и он поцелует меня. Однако.

– Отлично! – Он отстранился и чуть сильнее сжал пальцы на моем плече. – До встречи, Кира. Общие лекции можешь не посещать, ты же все сдала экстерном, но на лабораторных все же появляйся!

– А?.. – тупо промямлила уже в спину быстро удаляющемуся преподавателю. – Хорошо…

Усилием воли заставила себя отвести глаза от его спины и тут же столкнулась с ледяным взглядом Ксандра Роутека, стоящего у входа в главный корпус Академии. Меня словно молнией ударило, и я резко отвернулась, физически ощущая его неприязнь.

Глава 8

– О-бал-деть! – выдала Нель, появившаяся рядом со мной с другой стороны постамента.

– Где ты была, черт подери?! – зашипела на подругу, кляня ее за опоздание, и в ту же секунду испытала странное чувство абсолютной невесомости. Казалось, в животе возникла дыра, а в голове пустота, ноги стали словно ватные.

– Тут! Рядом! – ответила она мне таким же шепотом, бросая быстрые взгляды по сторонам. – Кира, что это было? Я лишь на пару секунд опоздала! Так и стояла за «Героями», просто не зная, куда деваться! Что с Броуди?! – Она остановилась, дернув меня за руку и тоже вынуждая замереть. – Нет, не так! Что. У вас. С Броуди?!

– Ничего! – зашипела в ответ, хватая ее за руку, и потянула вперед. – Ты-то лучше всех знаешь, что ничего! Я сама в шоке! Бац, и его словно подменили!

– Хотя… – Она меня будто не слышала и продолжила свою мысль: – Он уже давно заглядывается на тебя. Неужели решился-таки? Точно!

– Прекрати, – попросила я, все еще таща ее за собой. – Не смешно.

– Да кто тут смеется?! Сама посуди! Он ведь и правда давно уже относится к тебе не так, как к остальным!

– Ты ошибаешься, – попыталась настоять я.

– Нет, это ты, Кира, ошибаешься! Сама посуди! О! Я поняла! – От моей рациональной подруги не осталось ни капли и передо мной появилась тайная поклонница любовных романов, коими был под завязку забит ее комм. – Он уже давно влюблен в тебя, моя рыжая фурия! А теперь, когда он тебя чуть не угробил, небось осознал в полной мере, что мог потерять! Точно!

– Угу, – хмыкнула я в ответ, боясь даже на секунду позволить его сладким речам и своим мечтам пробудить во мне надежду на правдивость ее слов. – А чего ждал-то так долго?

– Как чего?! Совершеннолетия! Оно же как раз через месяц…

– Два.

– Месяц, два… Какая разница? – Она вырвалась, развернулась и теперь, двигаясь спиной вперед, заглядывала своими горящими безумным блеском глазами в мои. – Кира!

– Не может быть! – отрезала я. – И вообще, ему просто стыдно!

– Ну! – Она снова поравнялась со мной. – Думай, что хочешь, а мне со стороны виднее! Уж как стал заглядываться на тебя! Наконец разглядел среди всех этих вертихвосток! Кстати, и той самой блондиночки я давно уже не видела, наверное, дал девице от ворот поворот!

– Нель! – Я в очередной раз закатила глаза.

– Точно говорю!

Я лишь хмыкнула в ответ на ее слова, а мое плечо все еще ощущало жар его ладони. Инстинктивно коснулась этого места рукой, словно хотела удостовериться, что мне это не приснилось.

– Кстати, откуда у этого Роутека оказалась твоя зачетка?

– О! – Я замерла, схватившись за голову, так как только сейчас вспомнила об утреннем разговоре в кафетерии. – Вот дерьмо! Я совсем забыла!

– Да в чем дело?

– Погоди, а что она делает у тебя? – Я протянула руку и забрала у подруги тонкий планшет.

– Да мне ее сам старикан отдал, поймал на выходе из главного корпуса и попросил отдать владелице. Как раз перед тем, как вы с Роутеком миловаться начали…

– Мы не миловались, – пробурчала в ответ и с отчаянием простонала: – Черт, мне же завтра к нему на практику идти…

– Да что случилось-то? – Иннель с удивлением рассматривала меня, пока я прятала в сумку зачетку и нервным движением отряхивала учебную форму.

– Идем! – Я схватила ее за локоть и потянула за собой. – По дороге расскажу.

Спустя пять минут мы уже мчались в центр города на арендованном каре с водителем, а я в красках расписывала подруге свой разговор с Ксандром Роутеком. К тому моменту, как мы оказались перед широким стеклянным зданием салона по продаже каров, уже пару раз успели обмусолить тему противного преподавателя, затем обсудили не менее странное поведение Рика Броуди, потом снова господина Роутека. Вот только хоть что-то выяснить об этом человеке Иннель так и не удалось, в ответ на это она получила мой скептический взгляд.

– Ты шутишь? – поинтересовалась у нее, уже входя в прохладный зал салона. – У тебя же связи среди законников!

– Неа… – протянула Нель, вставая рядом со мной. – Боги! Ты только посмотри на это!

Через секунду все наши мысли окончательно и бесповоротно сконцентрировались на самом прекрасном занятии на свете – выборе нового кара! Хромированные фары, яркие цвета кузовов, непередаваемый запах новых материалов, коими были отделаны внутренние детали салона…

Спустя почти три часа, когда на улице уже зажглись яркие огни фонарей, мы с Нель, совершенно обессиленные, но невероятно счастливые, вывалились на улицу. Работник салона проводил нас до выхода и клятвенно пообещал, что завтра моя новая игрушка будет доставлена по указанному адресу.

– А теперь, – я скосила взгляд на экран коммуникатора, – покупку надо обмыть!

– В клуб?!

– В клуб! – Я кивнула, понимая, что до танцпола мы с ней явно не доберемся, а вот посидеть в баре еще часик вполне можем.

Удивительным в этом мире было многое, и со многими вещами я так и не смогла ужиться и понять их логичность, но пить алкоголь вообще не запрещалось. Никому. То есть никто не ставил никаких запретов на употребление горячительных напитков детьми, просто тут и в голову бы не пришло пить вино или делать коктейли кому-то младше пятнадцати. С другой стороны, до совершеннолетия девушки не могли вступать в официальные отношения с противоположным полом. Этот момент меня также ставил в тупик, ведь выходило, что «перепих» на один раз был вполне нормальным, так же как и любые отношения, даже официальные, с представителями одного пола.

Другими словами, до достижения двадцати четырех лет мы не могли официально спать с одним и тем же мужчиной, что автоматически приравнивалось к нарушению закона, но могли напиться до поросячьего визга или закрутить открытый роман с подругой.

В любом случае все эти мысли меня посещали нечасто, но больше всего я сейчас хотела осуществить одну из них – напиться до поросячьего визга. А потому, поймав очередной кар с водителем, мы с Нель направились в ближайший бар, где решили провести еще пару часов, попивая коктейли и напропалую кокетничая с барменом.

Глава 9

Утро было беспощадным. С трудом оторвав голову от подушки, я со стоном поднялась на ноги. Болело все, даже то, о существовании чего в собственном организме я и не подозревала. Легкий вечер в компании лучшей подруги превратился в ночной угар, наполненный алкоголем и дикими танцами на барной стойке. С барменом я таки флиртовала, выпила, потанцевала даже, а потом, кажется… нет, не может быть!..

– Воды!.. – проскулило лохматое существо хриплым баском с соседней койки. – Черт! Воды…

Тонкая ручка свесилась с матраца и слепо нашарила на полу бутылочку негазированной воды.

– О да! – прошептало оно, и емкость исчезла под одеялом.

Затем раздался щелчок открываемой крышки, несколько громких глотков, и уже своим родным голосом Нель принялась восхвалять мироздание за создание амброзии в виде чистой, прохладной воды.

– Боже! Хорошо-то как! – протянула она, вытаскивая руку из-под одеяла и наугад бросая бутылку в меня. – На, глотни.

– Черт, – буркнула я, чуть не получив по лбу, – как же мне плохо! Зачем мы так напились?!

– Мы отмечали что-то… – Нель откинула край одеяла и сползла на пол. – Я в душ первая. Фу, что за вонь?..

Похоже, передвигаться на своих двоих она еще не могла, а потому неритмично переставляя конечности, на четвереньках направилась в сторону ванной комнаты, что была одна на двоих.

Вообще у нас обычный ученический блок в межакадемическом ученическом городке: комната с огромным, почти во всю стену окном, две кровати, два стола и два стула, пара торшеров, шкаф, разделенный также на два отсека и ванная комната с унитазом, душевой кабиной и крохотной раковиной в углу.

Мама была категорически против того, чтобы я жила в общежитии, и хотела поселить меня в одной из принадлежавших Маркусу квартир, расположенной в центре города. А сам он поддержал мое стремление стать такой же как все, обычной. Правда, наши мотивы с отчимом разнились: я просто хотела больше находиться среди других людей, да и хоть какими-то друзьями или приятелями обзавестись, а он считал, что это поможет мне легче адаптироваться в чужом мире. Лучше понять его и научиться ладить с обитателями.

– Кар! – Я резко подняла голову и вскрикнула, когда яркая картинка вчерашнего дня наконец озарила мое непутевое и страдающее от похмелья сознание.

– Кар! – взвизгнула Иннель. – Новый кар!

Мы одновременно с ней метнулись к окну и, припав лбами к прохладному стеклу, уставились на стоянку ученических каров, сверкающую в лучах утреннего солнца.

– Вон! Вон он! – завизжала Нель, а я тут же охнула, так как звонкий голос подруги, кажется, что-то взорвал в моей голове. – Прямо в самом центре! О боже, он такой! Та-а-акой!

Я с трудом разлепила один глаз и скосила его в сторону, куда указывал палец Нель, тут же выхватив взглядом яркий бок нового красного кара.

– Красавец, – не смогла я сдержать довольную улыбку, – мой собственный!

– Фу! – Иннель скривилась, косясь на меня. – Ну и выхлоп! Давай-ка собираться, чистить зубы и… Черт!

Она внезапно вскочила на ноги и стрелой метнулась в сторону ванной комнаты, а я проводила ее ошарашенным взглядом.

– Эй, ты чего?

В ответ она лишь хлопнула дверью, а я снова посмотрела на своего красавца, рядом с которым уже замерли двое парней.

– Прафтифа! – раздалось за спиной, и медленно обернувшись, я воззрилась на подругу.

В зубах она держала зубную щетку, белая пена от пасты пузырилась вокруг ее рта, а руки усердно намыливали гриву темных волос.

– Прафтифа! Тфу! – Она бросила намыливать волосы и, вытащив щетку изо рта, рявкнула, разбрызгивая вокруг снежную пену: – Практика, твою мать! Первый день! Лионери! Этот твой, как его, вот! Роутек!

– Ч-черт! – вспомнила наконец и я. И тут же вскочила с места, уже не обращая внимания ни на головную боль, ни на ломоту во всем теле.

Спустя полчаса мы с Иннель уже практически в приличном виде выскочили из здания общежития. Нам нужно было в разные стороны, так что мы торопливо распрощались с ней и разошлись. Ехать на машине мне показалось неправильным, да и хмель из головы еще не выветрился, потому поймала кар с водителем и назвала нужный адрес.

Вчера я даже не удосужилась проверить, где именно будет проходить моя практика, поэтому сегодня утром, с трудом отыскав распределительный бланк, ошарашенно уставилась на адрес… Академии. Единственное, номер корпуса был странным, но об этом я решила подумать чуть позже. Вначале проверила сумму, оставшуюся на личном счете, и застонала от досады – погуляли мы вчера неплохо. Хорошо хоть до стипендии денег должно хватить. Теперь я готова была перейти и ко второму вопросу – найти на территории Академии тот самый корпус. Пошарив в коммуникаторе добрых пять минут и перелопатив всю карту, я наконец нашла небольшой квадратик с нужным номером.

Несмотря на то, что я училась в Академии уже три с половиной года, часть территории учебного городка так и не исследовала. Да мне и не было это интересно. Главные корпуса я знала, сад был изучен мной досконально. Небольшие старенькие корпуса и лаборатории, где иногда проводились практические занятия, также были мне знакомы. Существовало лишь два места, где я, пожалуй, никогда не бывала – это преподавательский городок и дальняя часть дикого парка, заросшая плющом и колючими кустами ежевики.

Так вот адрес, указанный на бланке, указывал на небольшой домик на окраине преподавательского городка.

– Что за черт? – удивленно протянула, уже стоя перед небольшим двухэтажным коттеджем с увитыми диким виноградом кирпичными стенами и поросшей мхом черепичной крышей крыльца. Кажется, такой же слой мха покрывал и всю крышу здания. От углов домика в разные стороны уходил высокий, не меньше двух метров, забор, так что дальнюю часть двора, выходившую как раз на дикий парк, видно не было.

– Это шутка? – промямлила я, переводя взгляд с бланка на адрес, указанный на табличке, закрепленной на стене здания. – Какого черта?..

Похоже, что нет. Сделав шаг вперед, поискала взглядом звонок или камеру, чтобы связаться с хозяевами, но дверь неожиданно распахнулась и на пороге возникла тень. Сейчас ее обладатель хоть и терялся в темноте помещения, но холодный блеск глаз тут же расставил все по местам. Я прибыла по адресу.

– Не думал, что найдете, – прогремел его голос. Мужчина сделал шаг вперед, осмотрел меня с ног до головы и тут же отступил обратно в тень. – И уж тем более, что придете вовремя.

Я постаралась расслабиться и не обращать внимания на его выпады, ведь по сути все они относились не ко мне, а лишь к его представлению обо мне, а значит, изначально были не верны. А еще мое внимание привлекло его постоянное желание находиться в тени, словно только там, в сумраке, ему было комфортно. Как какому-то хищнику. Точно так же он прятался в тени и вчера. Скрывался, наблюдая за учениками подобно дикому зверю, а потом…