Городская сватья. Весь в отца Женить любимого Осенний роман Близкие люди

– Какой хороший мальчик! Богатырь! Весь в нашу породу! – с восторгом говорил Николай Васильевич, разглядывая внука уже дома у сына.

– Красавец! – тоже глаз не могла отвести от внука Виолетта Поликарповна.

– Ну, все. Степушке пора в кроватку. – говорила немного уставшая Алиса.

– Я помогу. – сказал Илья, и они втроем ушли в свою комнату, оставив сватов за праздничным столом наедине.

– Ну, Николай Васильевич, как поживаете? Как супруга? Как хорошо, что Вы приехали. – говорила Виолетта Поликарповна.

– Поживаем, как обычно. Все хорошо. Как я мог не приехать? Первый внук, все-таки! Такое событие!

– А Клавдия Семеновна как? Все еще злится?

– Не обижайтесь на нее, Виолетта Поликарповна. Ну вот такой она человек.

– Я понимаю, но, все-таки, Вам не кажется, что пора бы уже прекращать с этой непонятной враждой? Илюша очень переживает, хоть и вида старается не показывать. Мать, все-таки.

– Была бы моя воля, я бы уже давно… Но, разве ей что-то докажешь? Стоит на своем, и все. Упертая баба. Столько лет с ней живем, а она с каждым годом все сложнее становится.

– У Вас ангельское терпение. Простите, что так говорю. Это совсем не мое дело.

– Я знал, на ком женился. Все-равно, люблю ее. Что поделать. Она моя судьба, мать моих детей. Я буду с ней до конца. Что-то в последнее время совсем она сдавать стала, Клавочка моя… – как-то грустно сказал Николай Васильевич.

– А в чем дело? Она заболела?

– Не знаю. Постоянно на головные боли жалуется, а к врачу не идет. Уже не знаю, что и делать.

– Ну Вы уж как-то уговорите ее. Это не шутки. В нашем возрасте нужно следить за здоровьем.

– Я все понимаю. Только вот как? – вздохнул Николай Васильевич.

– Да уж… Тяжелый случай. Не завидую. – усмехнулась Виолетта Поликарповна.

Тут вернулись Илья и Алиса. Молодой отец, кажется, все еще не мог прийти в себя. Он, хоть и готовился к появлению малыша, все еще пребывал в какой-то эйфории. Он был в полном восторге от своего отцовства.

Ему все в сыне казалось каким-то волшебным. Он мог бесконечно смотреть на эти миленькие ручки, ножки, на то, как Степушка морщит носик еще совсем непроизвольно, на то, как он спит. Он еще не подозревал о том, что впереди их ждут и бессонные ночи.

Но, вскоре он это понял. Он с лихвой познал все прелести нахождения младенца в доме. Но, несмотря ни на что, Илья каждый день просто летел домой с работы, чтобы побыстрее оказаться рядом со своими любимыми и помочь Алисе с малышом.

Виолетта Поликарповна делала так же. Бабушка из нее вышла замечательная. Ей даже пришлось поменять кое-какие свои привычки ради этого карапуза. Например, теперь по утрам тяжелый рок звучал только в ее наушниках.

Алиса стремилась как можно скорее вернуться к работе. Ей не хватало ее любимого дела, хоть и мамой быть ей тоже очень нравилось. Степан стал любимцем всей семьи. Николай Васильевич старался приезжать почаще, чтобы навестить внука.

Клавдия Семеновна все еще оставалась непреклонной. Степушке было уже полгода, а она все еще ни разу не видела внука. Это расстраивало Илью, но он по-прежнему старался не показывать вида. Он понимал, что из-за этого разногласия его сын будет лишен деревенских каникул, например.

Раньше он мечтал, что приедет со своим сыном в отчий дом, будет рассказывать ему, как провел свое детство, что они вместе искупаются в озере, что отправятся на рыбалку, когда Степа подрастет.

Но пока все это не представлялось возможным. Иногда, конечно, он думал о том, чтобы сделать первый шаг и помириться с матерью, но потом останавливал себя, понимая, что конфликты продолжатся.

Когда Степану исполнился год, Николай Васильевич, конечно, приехал. Но в этот раз выглядел он очень встревоженным и уставшим. До этого он долгое время не появлялся и очень изменился с последней встречи.

Этого не могла не заметить Виолетта Поликарповна. Ее озаботило состояние свата. Но, кажется, она догадывалась, в чем дело. Клавдия Семеновна чувствовала себя гораздо хуже. В последний свой приезд он об этом снова обмолвился.

Виолетта понимала, что ее сватье давно уже нужно было пройти обследование и понять, в чем причина ее плохого самочувствия, но муж, кажется, не способен ее уговорить. Неужели она сама не понимает, как это важно?

– Николай Васильевич, как Клавдия Семеновна? – спросила она, когда они остались наедине.

– Плохо. Я уговорил ее поехать в больницу. Сказали, что необходима операция, но она отказывается. Говорит, сколько отпущено, столько и проживу. Опухоль у нее в голове. – опустив глаза, чуть ли не плача, ответил сват.

– Что за чушь! Что значит, сколько отпущено? Вздор! – взорвалась Виолетта Поликарповна.

– Ничего не могу сделать.

– Если предлагают оперироваться, значит, не все потеряно! Нужно бороться! Ее нужно срочно вести в город. Я подниму все свои связи, мы устроим ее в лучшую клинику, отправим к лучшим врачам. Никогда не слышала еще ничего более глупого. – не могла успокоиться Виолетта Поликарповна.

– Ничего не изменить. – развел руками Николай Васильевич.

– Ничего не изменить, когда на моем столе окажешься. А до этого можно и побороться. Значит, так. Если Вы сами не в состоянии, я этим займусь. И еще. Пора уже прекращать с этим молчанием. Слишком уж все затянулось. Пора ей с внуком познакомиться. А там, глядишь, и жить захочется.

– Вы, правда, поможете? – не верил своим ушам Николай Васильевич, думая, что Виолетта Поликарповна все еще обижается на его жену.

– Конечно. Разумеется. И чего я раньше не спохватилась? Не нужно было столько времени тянуть. Завтра же все вместе отправимся к Вам в деревню.

– Но она же…

– Сказала, чтобы я там не появлялась? А мне плевать! – заявила решительно Виолетта Поликарповна.

Часть 17

Виолетта Поликарповна была полна решимости. Она не собиралась так все это оставлять. Какая глупость, пускать на самотек болезнь и даже не попытаться с ней побороться. Неужели ей совсем не хочется жить?

Совсем не похоже на Клавдию Семеновну, которая всегда и во всем хотела быть первой. Что же случилось с этой неугомонной и властной женщиной? Она ведь еще совсем не старая, может быть только на пару лет старше Виолетты, еще столько всего впереди, а она готова сдаться.

Виолетта не могла этого допустить, она должна была хотя бы попытаться что-то изменить. По крайней мере, если ей уж точно ничем не помочь, Клавдия должна помириться с сыном. Нет, не для ее душевного равновесия, а для Ильи это важно, прежде всего.

Если она уйдет, а между ними так и не наладятся отношения, Илья себе этого не простит. Виолетта это прекрасно понимала, и не хотела этого, потому что Илью она успела полюбить, как собственного сына.

Они жили в мире и согласии. Ей было важно, чтобы так все и продолжалась. Она не хотела, чтобы Илья нес этот тяжкий груз по жизни. Но он, так же, как и его мать, был упрям. Еще и его предстояло уговорить поехать в деревню, где он не был со свадьбы.

Виолетта Поликарповна договорилась с Николаем Васильевичем о том, что он не станет рассказывать своей супруге об их приезде. Мало ли что, вдруг, ничего не получится, да и волновать ее заранее не стоит.

Он согласился, был очень благодарен уже только за то, что Виолетта не осталась равнодушной и попытается помочь. Если честно, мысленно он уже начал смиряться со скорым уходом супруги. А тут появилась надежда.

Когда праздник закончился, и Николай Васильевич уехал домой, а Алиса уложила ребенка спать, Виолетта собрала всех на семейный совет.

– Что случилось? – спросил Илья, уже догадываясь, что это не просто так.

– Завтра мы все едем в деревню. – объявила Виолетта Поликарповна.

– Что? Это еще зачем? – возмутилась Алиса.

– Так надо. Мы должны поехать. Тем более, у всех завтра выходной.

– Виолетта Поликарповна, объясните все нормально. То Вы говорите, что никогда, ни под каким предлогом там больше не появитесь, то настаиваете на поездке. Или Вы забыли, как с моей матушкой попрощались? В чем дело? – тоже не понимал Илья.

– Илюша, я буду говорить откровенно, как бы не тяжело было это принять… – пыталась она подобрать правильные слова.

– Говорите же уже! – разволновался Илья, теряя терпение.

– Твоя мать больна.

– Отец ничего не говорил мне об этом.

– А ты удивлен? Конечно, не говорил. Неужели ты не понимаешь, почему?

– Что с ней?

– Я точно не знаю. Вот это мы и должны выяснить. Илья, ты должен с ней помириться. Хватит уже этой бессмысленной и бесполезной вражды. Как ни крути, она твоя мать, и сейчас ей требуется помощь.

– Откуда Вы знаете? Может быть это ее очередная манипуляция?

– Боюсь, Илюшенька, что на этот раз все совсем не так. – грустно ответила Виолетта Поликарповна.

– Но как мы поедем? Зима же. А Степушка? – запереживала Алиса.

– Вот так и поедем, как все, на машине. Ничего, Николай Васильевич же до нас как-то доехал, значит есть дорога. А Степан, естественно, поедет с нами. Пора уже познакомить его с бабушкой.

– Ну, не знаю… Мне кажется, это не лучшая идея. – все еще сомневался Илья.

– Послушайте, сейчас нужно отбросить все свои обиды. В общем, завтра утром выезжаем.

– Хорошо. – согласился Илья.

Ему и самому уже давно хотелось помириться с матерью. Несмотря ни на что, он скучал, а когда услышал о том, что она серьезно больна, ему стало не по себе. Обиды, и правда, отошли на задний план перед страхом потерять ее навсегда.

Следующим утром они собрались в путь. На улице стоял трескучий мороз. Алиса очень переживала, что в дороге может что-то случиться, ведь они поедут с годовалым ребенком, это не шутки.

Но Виолетте Поликарповне удалось ее убедить в том, что все будет в порядке. Машина надежная, снегопада в ближайшие дни не было, они доберутся до места без происшествий. Только вот неизвестно, что их ждет там.

Если Николай Васильевич, на самом деле, сдержал обещание и ничего не рассказал об их приезде Клавдии, то ее ждет огромный сюрприз. А вот хорошим он окажется или плохим, остается только гадать.

Кто знает, может быть она все это время так и продолжала злиться и ненавидеть весь свет? А может быть, наоборот, все переосмыслила и готова уже к примирению? Хотя, судя по тому, что она до сих пор не сделала первый шаг, надежды на это было мало.

Тем не менее, Виолетту уже было не остановить. Не в ее характере было отступать. Только не сейчас. Все расселись по местам и двинулись в путь. Дорога заняла немного больше времени, чем обычно.

Виолетта старалась ехать, как можно аккуратнее, ведь в машине был ребенок, их общее сокровище Степушка. Когда они заехали в знакомый двор, у Ильи внутри все затрепетало. Там ничего, практически, не изменилось.

Даже навес, который они построили на свадьбу, остался стоять на своем месте. Николай Васильевич решил его не убирать. Теперь все вокруг было завалено снегом. Виолетте показалось, что сейчас здесь даже красивее, чем летом.

Морозный свежий воздух, тишина, благодать. Увидев, что подъехала машина, Николай Васильевич выбежал во двор в валенках и накинутым на плечи полушубком, больше похожим на вещь из женского гардероба.

– Приехали, все-таки! Добро пожаловать! Как я рад! Спасибо! – улыбался он, чуть ли не со слезами на глазах.

– Я же сказала, что мы приедем. Николай Васильевич, какая красота! – отвечала Виолетта.

– Ну что же Вы стоите на морозе? Давайте скорее в дом. – взял он на руки внука, который только что проснулся, и понес его домой.

Илья какое-то время не решался войти. Сейчас ему, почему-то, стало очень страшно. Он боялся увидеть мать в ужасном состоянии. Ведь он привык ее видеть всегда активной и бойкой. А что ждет его теперь?

Но сделать шаг было необходимо, раз уж они приехали. Когда он зашел в дом, не поверил своим глазам. Его мать, действительно, изменилась. На него удивленными глазами смотрела женщина, которая, явно, уменьшилась в размерах.

Она не казалась уже такой могучей, под глазами были темные круги, вид был болезненный. Клавдия Семеновна была, явно, ошарашена их приездом. Только непонятно было, рада она, или нет. Она просто молча смотрела на гостей, пребывая в растерянности.

Часть 18

– Здравствуй, мама. – сказал Илья и бросился обнимать мать, как же он, все-таки, по ней соскучился.

Теперь все их обиды казались такими мелкими и глупыми, совсем незначительными. Она тоже крепко к нему прижималась и, кажется, тихонько расплакалась, хоть и старалась не показывать своих слез, быстро смахивая их платком.

Потом она резко отстранилась и внимательно посмотрела на всех присутствующих.

– Ты что, все им рассказал? – недовольно обратилась она к мужу.

– Мам, познакомься, это мой сын и твой внук Степан. – перебил ее Илья, взяв на руки Степу.

Клавдия тут же переменилась в лице. Она смотрела на малыша, видимо, пытаясь разглядеть в нем черты своего сына. Степушка, и правда, был очень похож на Илью. Без всякого теста ДНК можно было с уверенностью сказать, что он сын Ильи.

Малыш протянул к ней ручки, но она продолжала стоять, как вкопанная.

– Я не удержу. – опустила она глаза.

– Клава, тебе лучше прилечь. Пойдем, я тебе помогу. – забеспокоился Николай Васильевич.

– Я сама. – ответила Клавдия и ушла в комнату.

Виолетта Поликарповна с изумлением смотрела на сватью. Видимо, дело плохо. Та даже не обратила никакого внимания на ее присутствие, ничего не сказала. Если бы она чувствовала себя нормально, то, явно, закатила бы уже какой-нибудь скандал.

А сейчас она вела себя тихо, сдержанно, даже как-то безразлично. Судя по всему, она находилась под действием лекарств, что не удивительно. Если верить словам Николая Васильевича, ее мучили сильные головные боли.

Но нужно было приступить к главному, нужно убедить ее поехать вместе с ними в город, чтобы заняться лечением. Только вот как это сделать? Виолетта решила взять инициативу на себя. Она прошла за Клавдией в комнату.

Клава лежала в кровати, закрыв глаза рукой. Услышав, что кто-то пришел за ней, она убрала руку и пристально посмотрела на Виолетту Поликарповну.

– Что тебе нужно? Зачем приехала?

– Ты не поверишь, сватья, за тобой приехала.

– Чего? – усмехнулась Клавдия Семеновна.

– О, смотрю совсем тебе худо. – взглянула Виолетта Поликарповна на арсенал медикаментов, стоявший на прикроватной тумбочке.

– Какое тебе дело? Я никуда с тобой не поеду.

– Поедешь. Куда ты денешься? Как миленькая, поедешь.

– Оставь меня в покое. Уходи. – сказала Клавдия и снова закрыла глаза рукой, из-под которой потекли слезы.

Виолетта Поликарповна встала и вышла из комнаты. Она попросила Николая Васильевича показать ей все медицинские документы, которые у них имелись, чтобы хоть представление иметь о том, что на самом деле происходит.

Она долго и тщательно изучала документацию, потом снова встала и отправилась в комнату сватьи. Та так же продолжала лежать с закрытыми глазами, но уже не плакала.

– Клава, послушай меня, это еще не конец. Ты должна побороться.

– Я же сказала, мне ничего не нужно. Отстань от меня. – отвечала та, не открывая глаз.

Тут из соседней комнаты послышался заразительный хохот Степана. Дедушка его рассмешил, показывая ему гримасы. Мальчишка заливался смехом, глядя на деда.

– Ты что, совсем дура? Ты хочешь лишить себя этого? Неужели тебе не хочется побыть с внуком, видеть, как он растет? Идиотка! Быстро вставай и собирайся! Ты просто не имеешь права вот так сдаться. Тебе просто нужно согласиться на операцию, и ты будешь жить еще много лет. Не все так плохо, судя по снимкам и документам. Я, хоть и не специалист, но прекрасно это понимаю. У тебя есть еще время. Ты должна быть рядом с сыновьями, с внуками. Глупая деревенщина! Упертая баба! Я ее еще и уговаривать должна! – ругалась Виолетта Поликарповна.

– Ты что, не понимаешь, что мне страшно? – разрыдалась, вдруг, Клавдия Семеновна и привстала на кровати.

– Клава, Клавочка, я все понимаю. Страшно, больно. Но, если есть шанс, нужно им пользоваться. – обняла, вдруг, Виолетта сватью, сама от себя, не ожидая такого порыва.

– Я боюсь.

– Конечно, лучше мучиться от боли и помирать тихонько. Нужно взять себя в руки. Я подниму все свои связи, мы тебя обязательно вылечим. Не сомневайся. Но сейчас нужно собраться и поехать с нами. Чем раньше мы это сделаем, тем больше у тебя шансов. И так затянула, дальше некуда. Тебе еще нужно наладить отношения с Ильей, нужно с внуком познакомится, как следует. Знаешь, он какой? Замечательный мальчишка. Ну, давай.

– Зачем ты это делаешь? – вытирая слезы, спросила Клавдия Семеновна, которая не привыкла, чтобы ее видели слабой, от чего была смущена.

– Потому что мы родственники, семья, внук у нас совместный. Куда уж нам теперь друг от друга деться?

– Чудная ты, все-таки. Я тебе столько всего… А ты…

– Давай мы с этим потом разберемся. А сейчас станем собираться. Надо, Клава, надо.

– Хорошо. Я поеду. – выдохнула Клавдия с каким-то облегчением.

Она, как будто именно этого и ждала. Ей нужен был какой-то толчок, или, как говорят в народе, пинок под одно место, чтобы встать, наконец, и сделать то, что нужно. Николай Васильевич, который все это время стоял у двери незаметно и слушал их разговор, тоже выдохнул.

Он готов был ноги целовать сватье за то, что ей удалось убедить Клаву поменять свое решение и заняться, наконец, своим лечением. Пусть нет никаких гарантий, никто не может с уверенностью сказать, что все получится. Главное, что так у нее будет хоть какой-то шанс.

Впереди, конечно, всех их ждет очень тяжелое время. Но теперь у них есть надежда. А это уже не мало. Клавдия Семеновна встала с кровати и стала потихоньку складывать свои вещи в большую дорожную сумку.

Виолетта Поликарповна вышла из этой комнаты победительницей. Илья и Николай Васильевич смотрели на нее с благодарностью. Они понимали, что она сейчас сделала.

– Спасибо. – тихо сказал Николай.

– Подождите благодарить. Впереди все самое сложное. А теперь мне нужно остаться одной и сделать несколько телефонных звонков. Нужно найти специалиста и договориться насчет клиники.

Виолетта Ушла в другую комнату и принялась за дело. Она не выходила оттуда около часа. Никто не посмел ей мешать, понимая, как это важно. Даже Степа притих, как будто тоже что-то понимая. Когда она вышла, на ее лице была улыбка.

– Ну, что? Не тяни, мама. – потребовала Алиса.

– Договорилась. Правда, придется мне еще годик в институте поработать… Но это не важно. Нашла врача, который возьмется. Завтра нас будут ждать в клинике. Нужно собрать все документы, результаты обследований, чтобы проследить динамику. Надеюсь, что все получится.

Услышав это, Илья подхватил на руки и стал кружить по комнате тещу от радости. Потом, конечно, опомнился, и снова поставил ее на пол с виноватым видом. В этот момент он окончательно оставил в прошлом все обиды на мать и хотел только одного – чтобы она поскорее поправилась.

Часть 19

Этим же вечером родственники поехали в город. Николай Васильевич остался дома, хозяйство, все-таки, но Илья обещал держать его в курсе всего, что будет происходить с Клавдией Семеновной.

Тот отпустил супругу с легким сердцем, отлично понимая, что эта поездка спасет ей жизнь. По крайней мере, это ее шанс. Клавдия больше не сопротивлялась. Когда она поняла, что сын на нее больше не держит обиды, когда подержала на руках своего внука, в ней снова проснулась жажда жизни.

Она осознала, что рано ей еще на тот свет торопиться и опускать руки, тем более, Виолетте Поликарповне удалось убедить ее в том, что еще не все потеряно, что она еще может поправиться и прожить еще много лет, а рядом будут дети и внуки.

На следующий день Виолетта Поликарповна и Илья отвезли ее в клинику. Как и обещала Виолетта, там ее уже ждали и тут же приступили к обследованию. Началась настоящая борьба. Но Клавдия не жаловалась, хоть и не просто ей было.