Дневники марионетки. Книга 3. Цена свободы

– Жесть, – выговорила я.

– Она ещё и пила? – обречённо спросил Тамир.

– Пила? Нет, что ты! – поспешила успокоить его Лари. – Она бухала! У Тарши в то время была капитальная слабость к крепкому алкоголю. Кстати, именно этим она и оправдывалась, когда наутро просила у меня прощения. Говорила, мол, прости, забыла, что ты в комнате не одна. Бар, типа, закрылся, и нам с парнями было некуда податься. В общем, это я тоже стерпела, но когда на стенде с объявлениями появилось моё фото… совсем… без одежды. – сквозь зубы процедила Лари. – Да ещё и с надписью… снизу… «Шлюха года»… терпение кончилось. А когда тем же вечером я ворвалась в комнату Вадика и застала там Таршу… за очень однозначным занятием… катушки мои сорвало.

Я повернулась к Тамиру, и, судя по его глазам, он отдал бы многое, чтобы не знать таких подробностей личной жизни своей племянницы. Но уже никуда не денешься, и он должен был понимать, на что идёт, когда попросил у Лари подробностей.

– Я подошла к вопросу «страшной мести» творчески, – начала Лари. – Благо и финансы, и фантазия позволяли тогда это сделать. В общем, утром следующего дня Тарша не нашла в шкафу своих вещей, а вместо них была записка с предложением: «Поиграем?». И понеслось. Мне на руку сыграло многое, а особенно – её пристрастие к алкоголю. Ведь ребята, с которыми она пила, были совсем не высоких моральных принципов, и когда в состоянии полного аута Тарша падала с барного стула, или, наоборот, начинала выплясывать зажигательные танцы на стойке, что, кстати, случалось с завидной регулярностью, фоткали её на всё, что придётся, а потом с радостью делились своими снимками. В общем, в то утро над базой развевался флаг с одним из таких изображений, оно же красовалось на огромной растяжке возле подъёмника, только там ещё надпись была: «Поздравляем всех с днём беспутной жизни!» Подобные плакатики с разными фотками Тарши в состоянии полного хлама висели по всей базе. Но добило её не это. Ведь надвигался новый год, и мы с ребятами нарядили ёлочку… её нижним бельём. К каждой его детали была заботливо пришита бирочка с надписью, кому и в какую ночь года хозяйка этого гардероба подарит незабываемое наслаждение. Таких «сюрпризиков» хватило на всю мужскую половину базы. Расхватав подарки прямо на глазах у побледневшей от злости и растерянности Тарши, они дружно принялись выпрашивать обещанное! В общем, после третьего такого требовательного визитёра она уехала, и ни полная потеря гардероба, ни вновь разыгравшаяся пурга не смогли её остановить. И всё бы на этом закончилось, если бы не одно «но». Парни прознали, где живёт их обещанный «подарок» и стали совершать набеги на её квартиру. Это я уже потом узнала, когда в очередной раз приехала на базу. Ох, чего мне там только не понарассказывали! В общем, у Тарши был повод на меня злиться, палка, и правда, немного перегнулась.

– Обе хороши! – сердито процедил Тамир, и выглядел он сейчас таким недовольным, как никогда.

– Да ладно тебе! – попыталась успокоить его Илария.

– Знал бы я всё это раньше, ни за что бы не согласился удерживать тебя здесь в ближайшие полгода! – в порыве гнева выпалил он и только потом подумал, что сделал.

Странно, раньше он никогда не позволил бы себе сказать что-либо подобное, а тут вдруг сорвался? Он всерьёз начинает меня беспокоить…

Лари помрачнела и каким-то обиженным жестом притянула колени к груди.

– Эй, – позвала её я, но она не слышала. Раздражённо уставившись на Тамира, она заговорила прежде, чем я успела её остановить:

– Сам виноват! Что, не думал, что у Тианы может быть такая распутная подруга? Ведь так? А я такая, Тамир! Такая, какая есть. Мне глубоко пофигу на ваши правила и принципы! Это моя жизнь! – в каждом её слове сквозила ярость, а в глазах стояла обида. – Можешь выгнать меня хоть сейчас, можешь высмеять перед Советом, и Эрику не забудь написать, какая я, оказывается…

Она не договорила. Просто не успела, потому что подошедший к ней Тамир быстро прикрыл ей рот рукой. Не знаю, что в этот момент чувствовала Лари, но в глазах её было настоящее потрясение.

– Тихо, глупость моя, – обманчиво ласковым голоском проговорил он у неё над ухом. – Никуда я тебя не отпущу, будь уверена. А попытаешься сбежать – найду и верну. Ты права, это твоя жизнь, но на ближайшие полгода она становится моей. Ведь именно таким был уговор? Полгода твоей жизни взамен того, что я оставляю в живых Таршу.

– Ты бы всё равно не убил её! – воскликнула Лари, с силой отдёргивая его руку от своего лица.

– Нет… но ты ведь не была в этом уверена, – он так коварно улыбнулся, что в сотый раз показался мне каким-то другим… чужим, что ли.

– Вот и купилась на твою провокацию, интриган хренов!

Но он как будто не заметил, столь «ласкового» обращения, а если и заметил, то явно решил пропустить его мимо ушей.

– А что касается твоей «распущенности»… Меня разозлило совсем не это, а то, что вы с Таршей развели войну из-за того, кто был для вас обеих совсем не важен. Просто приз, не больше.

– Очень симпатичный приз! – парировала девушка.

– Скажи, Илария, этот приз вызывал у тебя хоть какие-то чувства, кроме физического влечения? – Тамир всё так же стоял рядом с ней и говорил, глядя прямо в глаза. В таком положении соврать эмпату было абсолютно невозможно.

Лари молчала, только подтверждая его слова, но взгляд отводить не собиралась.

– Вы все: и ты, и Тарша, и Лит – все вы играете чужими чувствами, чужими жизнями, ни на миг не задумываясь о последствиях!

– Ты ещё Эверио забыл! – добавила я. – Вот кто у нас настоящий мастер своего дела!

Тамир бросил в мою сторону недовольный взгляд, но промолчал. Я уже хотела было добавить к этому списку и его самого, но он вовремя понял, что за этим последует, и быстро решил свернуть разговор в другом направлении. Очень кстати раздался стук в дверь, и появившийся на пороге Литсери озорным взглядом оглядел наши напряжённые лица и довольным тоном сообщил, что ужин готов.

***

Ели мы сегодня в полной тишине. Да и что тут скажешь, если любое слово могло спровоцировать скандал. Хотя вечно это продолжаться не могло, и ближе к концу вечера к Тамиру всё же вернулось его прежнее игривое настроение. Обведя нас хитрым взглядом, он неожиданно для всех сообщил, что за сегодняшний день узнал очень много нового. А особенно его удивило, как он, такой внимательный и чуткий, мог раньше не замечать, что у его скромной и тихой племянницы, пусть и с буйным характером, такая шикарная фантазия и целый список других достоинств.

Тарша побледнела и стала опасливо коситься в сторону Иларии. Та же, в свою очередь, упорно делала вид, что совершенно не понимает, о чём идёт речь. И только Литсери с откровенным любопытством смотрел на Тамира, ожидая, когда тот скажет что-либо ещё.

Когда же стало понятно, что никто данную тему развивать не желает, я всё же решила, что пора озвучить то, зачем, собственно, мы с Лари сюда и приехали.

– Тамир, Таршария, Литсерион, – как можно официальнее выпалила я, поднимаясь из-за стола, для больше торжественности. – Мы здесь с важной миссией. Нас послали передать вам приглашения на свадьбу, но в виду того, что сие торжественное мероприятие состоится уже двадцать седьмого числа этого месяца, то есть, чуть меньше, чем через две недели, а будущие молодожёны никак не успевают напечатать приглашения на бумаге, приходится передавать их на словах.

– Это всё прекрасно и замечательно, а кто женится? – озадачено спросил Лит.

– Моя сестра.

– Настя? – удивился Тамир. – А кто жених?

– Арти, – поспешно пережёвывая, проговорила Илария, а я-то думала, что хотя бы еда заставит её немного помолчать.

За столом повисла такая тишина, что Лари даже жевать перестала – слишком уж громко у неё это получалось.

– Это шутка? – медленно меняясь в лице, спросил Тамир, уже понимая, что ошибся.

– Не-а, и даже не полуправда, они действительно женятся! – Лари говорила это с таким довольным видом, что поверить в её слова было сложно. Поэтому ей и пришлось объяснять остальное. – Доигрался Наш Мальчик, и скоро у нас всех появится ещё один маленький полукровка. Месяца, эдак, через четыре.

– Настя беременна? – ошарашено произнёс Тамир и, не дожидаясь ответа (который он и так уже знал), поднялся с места. На полном автомате он отправился к бару и, налив себе полный бокал коньяка, осушил его одним махом. – Эрик в курсе?

– Нет, Эверио тоже ничего не говорили. Но… Арти во что бы то ни стало решил жениться и сказал, что, если Совет откажет, он просто уйдёт. Поэтому мы здесь, – слишком серьёзно для себя самой проговорила Лари. Она поднялась с места и, подойдя к Тамиру, мягким движением забрала из его рук бутылку и бокал, да так спокойно и грациозно, что он даже не сразу понял, что произошло. – Мы все понимаем, что дело серьёзное, что оно обязательно вызовет скандал, но… – она наполнила отобранный у Тамира сосуд и, сделав несколько глотков, снова вернула его хозяину. Тот даже оторопел от такого нахальства. – Но Арти – мой друг, он сын главы Северного Дома, а после выходки его братца, столь категорично настроенного против всех полукровок мира, весть о том, что Арти женится на одной из них, станет настоящей сенсацией.

– А ты знаешь, что Тиана и Настя кровные внучки Леонии – моей сестры? – вдруг спросил Тамир, обращаясь к Лари.

А она не знала. Я как-то не посчитала нужным сообщать ей об этом, а мою нечаянно брошенную фразу о том, что Тамир мой родственник, она явно пропустила мимо ушей. И вот теперь смотрела на меня с таким изумлением на лице, как будто увидела привидение.

– Что? – наконец воскликнула Илария. – А ты ей что, дедушка? Мать вашу, вот вы тут накрутили!

– Вот именно, но не мы, а Ния!

– Да пофиг, кто, главное, что теперь девочка вместе с Артионом в таком идиотском положении, – не унималась Илария и, опять отобрав у Тамира бокал, допила содержимое и налила снова, вернув его хозяину. Тот, казалось, уже начал привыкать к её выходкам и совершенно не препятствовал такой откровенной бесцеремонности. – Скажи, Тамир, ты позволишь Совету своего города дать разрешение на этот брак? – прямо спросила Лари.

– Я-то позволю, а вот Совет – нет! Тут даже думать нечего, – поспешил ответить он, доставая из шкафа второй бокал и вручая его девушке. Видимо, ему уже надоело, что его посуду постоянно кто-то уводит. – А о реакции на это Эрика я даже думать не хочу.

– Тамир, – тихо проговорила я, грея руки о бока кружки с горячим чаем. – Ведь есть в этом мире, по крайней мере, одна девушка, способная заставить Совет Дома Солнца делать то, что она хочет…

Он вдруг поперхнулся коньяком.

– Нет!

– Почему нет? Может, впервые её способность добиваться желаемого любой ценой может сыграть нам на руку. К тому же, изначально, это её вина! Это она нарушила правила! – старалась я убедить учителя.

Литсери уже отошёл от шока, но влезать в разговор пока не стремился, а Тарша и вовсе выглядела такой ошеломлённой, что стало понятно: она явно была не в курсе нашего родства.

– Ладно, пусть так, – нехотя согласился учитель. – Но где ты собираешься её искать? После того, как Рио обвинил её в твоей гибели и чуть не прикончил… она предпочла не попадаться ему на глаза и, скорее всего, уехала из страны. Я, кстати, так её и не видел.

– Но ведь стоит попробовать! Можно хотя бы позвонить ей, ведь, насколько я помню, со своим мобильным она никогда не расстаётся.

– И номера не меняет? – недоверчиво спросил Тамир.

– Вряд ли. Слишком уж часто звонили ей при мне. Да что говорить, надо хотя бы попытаться!

– Как бы мне это не нравилось, но ты права, – с явно недовольным видом проговорил Тамир, наливая новую порцию коньяка себе и Лари. – Единственной, кто сможет добиться от Совета разрешения на брак Артиона с Настей, является именно Ния. Хотя, если не получится… да даже если получится… Эрик будет очень недоволен.

– Побесится и перестанет, – ухмыльнувшись, ответила я. – Рио же простил, и он не такой дурак, чтобы лишаться второго сына из-за собственной упёртости и глупых правил. Тем более, что его внук внешне ничем не будет отличаться от него самого. Я имею в виду форму зрачков.

– Да, он не будет похож на человека. И потенциал у мальчика такой, что многим фору даст. Это даже сейчас чувствуется, – добавила Лари. – Так что, переживать, по сути, не о чем. Нужно просто добиться разрешения.

– Давай, Тиана, – подал голос Лит. – Звони своей подруге. Пусть спасает этого влюблённого идиота от его бездумных поступков, – сказал он с непередаваемой иронией, а потом улыбнулся и добавил уже мягче: – Вот хоть убейте, а я никак не могу представить Арти отцом. Он сам ещё ребёнок.

– Ага, ребёнок ста четырнадцати лет, – усмехнулась я. – Настоящий малыш! – и с этими словами встала и направилась в кабинет.

Здесь всё было так, как прежде, Тамир вообще не любил что-то переставлять или двигать. Возможно, если б не моя давняя выходка со взрывом, его древний письменный стол простоял бы тут ещё пару веков.

Телефонная трубка лежала на месте, и, упав в кресло учителя, я быстро, по памяти, набрала номер Нии. Благо в нём был самый распространённый код, потом пять одинаковых цифр и два ноля. Нужно было ещё постараться, чтобы его не запомнить.

В трубке послышались длинные гудки – это было хорошим знаком. Ведь если бы она сменила номер, то сейчас я бы слышала вместо них нежный голос девушки-робота, важно сообщающей, что абонент недоступен. А гудки – это просто замечательно!

– Да, – послышался в трубке недовольный голос Ленки – Нии.

– Привет…узнала? – спросила я девушку и была так увлечена ожиданием её ответа, что не сразу заметила, как в комнату вошёл Тамир и нажал на кнопку громкой связи.

– А представиться не желаешь? – послышалось из динамика аппарата. Да, голос у неё ни капли не изменился. А его ехидное звучание отчего-то напомнило мне наше с ней близкое общение в ледяной комнате.

– Тиана, – ответила я, глубоко вздыхая. – И я к тебе по делу, причём очень и очень важному.

Повисла пауза, да такая долгая, что я уже начала думать, что она попросту выкинула телефон.

– Да, это точно ты… живая. Я рада, – она говорила так сухо, что Тамир не выдержал.

– Привет, сестрёнка, – сказал он. – Давно не слышались.

– Тамир? Вот уж не ожидала… – вот вам и проявление эмоций. – Ну, привет, братик, как твои дела? – насмешливо проговорила она, быстро возвращаясь к своей обычной манере говорить.

– Сейчас не самое подходящее время для светской беседы, – ровным голосом, очень официально, заявил он. – Я вынужден просить тебя приехать в Дом Солнца.

– Это ещё зачем? – недоверчиво спросила Ния.

Я заметила, что этот её ровный тон и насмешливая интонация сильно выводят Тамира из себя, вот и решила, что лучше уж всё высказать в лоб и, по возможности, сократить этот разговор до минимума, чем наблюдать, как Ния играет на нервах брата.

– Настя беременна, Арти – папа, свадьба двадцать седьмого. Как понимаешь, Совет добро не даст, нужна твоя помощь.

Всё, больше добавить было нечего, да и цель звонка была достигнута. Я сказала всё, и теперь ставки были сделаны, шарик запущен, а волчок завертелся… А ответ на вопрос: «повезёт – не повезёт» должен был последовать с минуты на минуту.

Ния снова молчала.

Ну, что ж, по крайней мере, мы попытались. Этот вариант изначально был слишком слабым, чтобы сработать. Ладно, будем думать дальше.

– Приеду через два дня. Ждите, – неожиданно сказала она и повесила трубку.

И впервые за весь разговор её голос дрогнул.

Глава 6. Шоу

Ния, как и обещала, объявилась через два дня вечером. Без прикрас, фанфар и лишних церемоний, она просто и спокойно кинула сумку с вещами на заметно потрепанный диван, из которого мы накануне полдня извлекали различные колющие и режущие предметы, прошлась по комнате и, остановившись напротив картины, с озорным видом улыбнулась. Ещё бы, скалку оттуда вытащить мы пока не успели.

– Кто это с ними так? – спросила она, наконец, обращая на меня внимание, хотя я уже довольно давно наблюдала за ней, сидя на лестнице.

– Твоя племянница, – мой голос звучал немного насмешливо, хотя сама я действительно была рада видеть Нию. И пусть наши с ней отношения были довольно противоречивыми, но, насколько я помню, в тот последний вечер мы всё-таки нашли общий язык.

– Видишь, сестрёнка, твои непутёвые гены, по какой-то нелепой шутке судьбы, решили вдруг проявиться в Тарше – дочери спокойного и сдержанного Архона. Странно, не находишь?

Когда появился Тамир, я не заметила, но Нию его неожиданная тирада ни капли не удивила, даже наоборот. На её губах расцвела довольная, шальная улыбка, и когда она, наконец, отвернулась от картины и взглянула на брата, то совсем перестала походить на злобную стерву, которой хотела казаться, и стала просто Нией – такой, какой я её знала ещё под маской подружки Ленки.

– Братик, – чуть насмешливым голосом проговорила она, медленно подходя к Тамиру. Но когда между ними осталось не больше двух шагов, вдруг остановилась. – Мог бы хоть притвориться, что рад меня видеть.

Он стоял напротив сестры и, не отрывая взгляд, следил за каждым её движением. Выглядел Тамир абсолютно так же, как и всегда, вот только… я прекрасно чувствовала, что сейчас его одолевает целый шквал разнообразных эмоций, как, впрочем, и её.

– А я на самом деле рад, – чуть хрипло произнёс Тамир и, легко улыбнувшись, вдруг протянул ей руку.

Ния медлила, недоверчиво вглядываясь в его сияющие глаза и как будто боясь чего-то, но вдруг затейливо выругалась, рассмеялась и, отбросив маску полного безразличия, кинулась на шею брату.

Он обнял её так крепко и так эмоционально, что я в очередной раз пожалела о своём пресловутом эмпатическом даре. Ведь долгожданная встреча происходила у них, а всю тоску, радость, обиду, прощение, счастье, сожаление и какую-то отчаянную эйфорию – чувствовала я! И где здесь, спрашивается, справедливость?

– А я и не знала, что у нашего Великого и Могучего есть любимая девушка, – с иронией проговорила неожиданно объявившаяся Лари, присаживаясь на ступеньку выше моей. – Красивая, – с каким-то сожалением произнесла она, а мне показалось, что Илария предпочла бы увидеть на месте точёного личика Нии морду какого-нибудь крокодила. – Похоже, они давно не виделись.

– Ага, почти сотню лет, – тихо ответила Ния, уткнувшись в плечо Тамира. – Я до безумия соскучилась.

– Глупая, – с мягкой улыбкой ответил он, поглаживая её по волосам и всё так же крепко прижимая к себе. – Я ведь всегда тебя ждал.

– Я боялась, что ты меня не примешь, – мне показалось, что её голос дрогнул, так, как обычно бывает при подступивших слезах.

– Как я мог? – на полном серьёзе удивился он, а потом продолжил чуть тише: – Ведь ты моя самая любимая… Моя девочка-катастрофа.

– Ага, планетарного масштаба, – добавила Ния, не отрывая лица от его плеча. Судя по всему, сдержать слёзы у неё всё-таки не получилось. – Я помню, как ты меня дразнил!

– А ты называла меня «заучкой-шизофреником с манией величия», это я тоже помню, – он озорно улыбнулся.

– Прости, – голос Нии в очередной раз дрогнул, и я явно услышала её всхлип. – Прости меня… Знаешь, сколько раз я жалела о том, что ушла? Знаешь, как тяжело было осознавать, что свою жизнь я сломала собственными руками, потеряв всё… Всё! – подняв голову, она взглянула на Тамира, и, судя по тому, как изменилось выражение его лица, Ния действительно сорвалась на рыдания. Вот уж действительно, неожиданный поворот.

Лари молчала, с удивлением наблюдая за представшей внизу картиной, а когда поняла, что повисшая на шее Тамира девушка плачет, то и вовсе впала в прострацию. Наверное, оно и к лучшему: в данной ситуации её колкие комментарии были бы лишними.

– Мне было слишком одиноко, я честно хотела просто отдать себя морю… когда ко мне неожиданно подошёл Виктор, – медленно говорила она сквозь всхлипы, с такими интонациями, будто признавалась в ужасных преступлениях. – Он вернул мне надежду на счастье, он дал мне то, ради чего стоило жить. То, что я сама же до этого уничтожила… то, чего была лишена много лет. Он дал мне любовь. Чистую и искреннюю. И ему было всё равно на мой мерзкий характер! Он плевать хотел на то, что я ничего не рассказываю о своём прошлом и постоянно торчу у воды. Он просто меня любил.

– Я не собираюсь тебя осуждать, – проговорил Тамир, глядя в её глаза. – Это всё в прошлом.

– Да, но у этого прошлого есть последствия, и очень скоро мне придётся за них ответить.

– Главное, что ты теперь дома.

Ния чуть слышно всхлипнула, и он снова прижал её к себе, стараясь успокоить.

– Ни фига он демократичный, – очень тихо проговорила Лари над моим ухом. – Да если б мой парень, пусть и до безумия любимый, прошарился где-то добрую сотню лет, а потом вдруг раскаялся и заявился ко мне просить прощения, да пусть бы даже приполз на коленях, хрен бы я его приняла. Да ещё так бы обложила, чтоб он напрочь забыл, зачем пожаловал.

Я не ответила, смутно осознавая, что Лари, и в самом деле, считает, что Ния – любимая девушка Тамира. А если это так, то кого-то скоро ждёт капитальный сюрприз. Хотя думаю, что Лари будет несказанно счастлива узнать, что ошиблась. Что-то мне подсказывает: мой учитель значит для неё чуть больше, чем простой объект для колких шуточек.

– Я не понимаю! – её шёпот вновь вернул меня к реальности. – Да, красивая…очень даже… но как можно принимать её после стольких лет? Она ещё и про бывших своих ему рассказывает! Тиа… Он дурак! Гнать её надо! – шипела она мне на ухо, да так эмоционально, что мне показалось, что ещё минута – и она сорвётся спасать бедного Тамира из лап этой… этой… даже слов нет!

– Тиа, лучше заткни свою подругу, а то я могу и не сдержаться, – очень вежливо проговорила Ния.

– Что? Это она мне? – продолжала тихо беситься Лари.

– Тебе! – спокойно ответила Леония.

– Лари! – попыталась я предотвратить надвигающаяся катастрофу.

– Что? Разве я не права? – громко возмутилась она, и стало понятно, что этой катастрофы уже не избежать. Лари вдруг встала и, медленно спускаясь по ступенькам с самым наглым выражением лица, обратилась к Нии. – Слушай, курица, если ты реально думаешь, что этот красавчик ждал тебя всё это время и свято хранил тебе верность, то ты глупо ошибаешься! Думаешь, пришла тут такая вся замечательная, и он растаял? Хренушки! К твоему сведению, у него есть девушка, причём горячо любимая! А ты… – она уже подобралась вплотную к объекту своей тирады и в презрительном жесте ткнула пальцем в её плечо. – Ты можешь проваливать отсюда и больше никогда не возвращаться!

Если сказать, что Ния была в шоке, значит не сказать ничего. Тамир же смотрел на Лари широко раскрытыми глазами, а я, глядя на весь этот цирк, всеми силами старалась сдержать смех.

– А его девушка, как я понимаю, ты? – насмешливо произнесла Ния, окидывая Лари презрительным взглядом. Да уж, на фоне изящной и женственной сестрёнки Тамира, никогда не изменяющей утончённым платьям и шпилькам, Илария выглядела просто нелепо. Её длинные белые волосы были, как обычно, стянуты в косу, на широких чёрных брюках красовалось несколько пятен от красок, которые ничем не выводились, а серая футболка с изображением полного состава какой-то панк-рок группы была слишком растянутой и старой, чтобы хотя бы намекнуть на то, что у её хозяйки вполне симпатичная фигура.

– А если и я? – невозмутимо парировала моя сумасбродная подруга. – В любом случае, тебе здесь больше нет места!

Я смотрела на происходящее со смесью веселья и ужаса. Но остановить это представление была не в силах. Собственный голос отказывался слушаться, потрясённый поступком Лари, а шоу тем временем продолжало набирать обороты.

– Илария, уймись, – попытался остановить её Тамир, но вряд ли сейчас это было бы под силу кому-то. Лари понесло, а в таком состоянии она могла и горы свернуть, причём, совершенно не напрягаясь.

– Что? Ты просишь меня замолчать? – закричала героическая заступница всех униженных и оскорблённых. – Ты так просто затыкаешь мне рот? И это после всего, что между нами было? – она восклицала всё это с такой непередаваемой обидой в голосе, что я даже засмотрелась. Вот тоже мне, актриса! Чувствую, она сейчас тут такого наиграет, что потом ещё месяц расхлёбывать придётся.