Миф об Ивааре. История магов

– Это негодование, что я слышу, появилось лишь в мире номер три. Подожди, мы скоро до него дойдем. И не волнуйся, лично ты и многие женщины давно стали «сами по себе». Стали ли они от этого счастливее? Не могу сказать. Но позволь мне продолжить историю.

Мир номер два пошел теми же путями. Сначала сущности мира номер один и новые сущности, сущности женского пола, стали осознавать себя. «Момент спарк» был сумбурен, но я его помню достаточно плохо, потому что все мысли были заняты конкретно им. Абсолютом. Я была создана, чтобы жить ради него.

Алайя громко фыркнула, девушка с волосами цвета воронова крыла презрительно закатила глаза. И только женщина сильнее прижалась к мужчине, который так и не поднял свой карандаш, и вложила вторую руку в его натруженную ладонь. Ниа посмотрела на этот жест с улыбкой, которая лишь едва коснулась ее морщинистых губ. А потом продолжила. Чуть более печально, чем, наверно, следовало.

Пожалуй, отсюда родился миф об изначальном матриархате, потому что первым богом, точнее, богиней, что творила мир номер два, была (в основном) я, а не Абсолют. Я тоже была создана из арридия, но, скажем так, с изрядной порцией садия в нем. Из сплава этих материалов, зовущегося арсдалль. Самое ужасное, что Абсолют, хотя и завораживал мое сознание, казался мне истинным проклятием мира, чем-то ужасным, как и прочие сущности из хаоса, ставшие впоследствии первыми богами. Я пыталась бороться с ними, я хотела мира и процветания.

В конечном итоге я то ли проиграла, то ли выиграла. Вы можете наблюдать мои блики в мифологии, ветхой истории, древних выдумках. Гея, Гера, Гвиневра, фея Моргана, Ева… По трансформации моих имен в чем-то можно догадаться о трансформации моей нетеноптрийной памяти, меня как некой сущности. Именно тогда Абсолют формально ввел понятие «души» и для богов тоже, понимая под этим именно ту самую память, которая хранится даже после смерти и откатов истории. Просто души человеческие сделаны из солитьюда и садия, а души богов – из арридия и садия. Это сложные понятия, об изначальной сущности которых вы скорее узнаете из древнегреческих мифов, чем из религиозных учений, особенно учения Поднебесных. В его основу действительно лег написанный мной «Иваар», который тогда еще не звался мифом. Но лишь частично. Когда создавалось учение Поднебесных, речь шла о жизни и смерти, тогда было уже не до образных рассуждений. Тогда речь шла о том, будет ли ваш мир, мир номер четыре, отправляться в забвение. Или продолжит жить и станет надеждой попавшего в ловушку мира номер три.

Ответом на эту речь было лишь молчание. Настолько громкое молчание, что от него, казалось, звенело в ушах. Ниа долго смотрела, как летний ветер едва колышет кленовые листья и как по одному из них ползет черно-белый жучок, а потом продолжила.

Мир номер два так и не прошел через «момент ноль». Он создавался и разрушался, порядок в нем переиначивался в поисках того самого порядка, который перестанет рождать хаос и разрушение вокруг себя. Который будет дарить интерес к жизни и лекарство от страха. С первым дело обстояло очень неплохо, со вторым – хуже, а с общением было хуже некуда. Если вы помните, пары для тех имен, что я назвала, всегда конфликтовали со своими партнерами. Всегда было что-то не то, чего-то не хватало. Доходило порой до абсурда.

Не лучше дело обстояло и у прочих пар. Оказалось, создать-то сущность, идеального помощника для себя, можно. И он, а точнее она, действительно будет идеальной помощницей. Могла бы быть. Но и ей почему-то хотелось ответов не только на вопросы «как?», но и на вопросы «зачем?». Зачем мне было помогать тому, кто создал меня для того, чтобы я ему помогала?

Я не была создана в хаосе, поэтому мне этого было не понять, а Абсолют не мог или не хотел тогда передать мне это знание. Скорее всего, не хотел. Ведь со всеми знаниями я бы стала еще одной сущностью из хаоса. Бесполой. Бесполезной.

Абсолют предпринял попытки улучшить положение, подарив парам блаженство от физического единения друг с другом, однако я не буду особо касаться этого вопроса.

Ниа выразительно посмотрела на Алайю, а та скорчила рожу. Ниа улыбнулась.

На какое-то время положение улучшилось. Но ненамного. Время второго мира было временем великого поиска. Временем, когда история переписывалась несчетное число раз. Переписывалась богами, людьми, совместным творчеством. Слабые отголоски того времени видны и в третьем, и в четвертом мирах. И в том, и в другом мирах история продолжается в обе стороны: в будущее и в прошлое. Настоящая история, а не просто значки на бумаге. Иными словами, история прошлого может быть изменена, причем не только богами, но и людьми. Сложнее всего это, пожалуй, понять обитателям третьего мира. Они так верят в факты и доказательства, но не понимают, что теноптрийные факты и доказательства – это такие вещи, которые не являются постоянными величинами. Верить им – все равно, что считать круги на воде.

– Все возможно, вероятно, и ничего не определено, – глубокомысленно изрек Кир.

– Верно, – Ниа вытерла выступившую в уголке правого глаза слезу. – Первый постулат маджексматики, науки о магии. Один из признаков, который отличает мир четвертый от мира третьего: в вашем мире знают о том, что доверять надо не цифрам и точкам на каменных плитах или бумаге, а своему сердцу, связи теноптрийного мира с садием, единственным, что на данный момент является непреложным во всех мирах. Там – нет. Кажется, лишь с пониманием этого факта в вашем мире перестали считать время в часах и секундах, а стали – в дортах, переменной величине, одной восьмой дня или ночи, и биениях сердца. Перестали отмерять историю в годах, а стали – в оборотах истории, которые двигают ее вперед.

– Но как вспомогательные единицы времени, особенно для людей, секунды, часы и года остались, – передернул плечами Кир. – Но вы правы, это все такие неточные величины. Как раньше на них могла основываться наша цивилизация?

– Как? Первый постулат маджексматики. Все возможно… и так далее, – рассмеялась Ниа. – Мы ушли от хаоса не так далеко, как нам может показаться.

– Но у нас хороший мир! Хороший! – громко заявила Алайя и растерянно огляделась. – Почему вы молчите? Ведь хороший же!

Все стали прятать глаза от ее пытливого фиалкового взгляда.

– Боюсь, тебя уберегли от последней попытки темных магов захватить власть, – не выдержал Кир, когда тишина стала почти гробовой. – Она произошла не так давно, меньше года назад. Если бы не вмешательство безымянного мага времени, мы бы все или погибли, или опять настали бы «темные времена». В этом смысле я немного завидую этому вашему миру номер три, где нет магов и богов, а значит, нет и разрушений, которые они могут нести при желании.

– Но там есть люди, и даже (относительно немного) люди с паранормальными способностями. К сожалению, обычные люди и без магов и богов нашли способы нести не менее страшные разрушения… Зачем это им? – Ниа наморщила лоб, но потом лишь покачала головой. – Кажется, это в их сущности. Они никогда не ведали хаоса, и он их бессознательно притягивает, как все неизведанное. На самом деле он притягивает всех нас, но их особенно. Не всех. Но многих, к сожалению. В этом еще одно отличие богов и магов от людей. Боги и маги обладают арридием изначально, но люди способны обрести его часть, иногда даже достаточную, чтобы стать богом или магом, лишь тогда, когда в их сердце горит вечный огонь любви и доброты. Тот самый огонь, который якобы был украден у богов Прометеем в Древней Греции. Да не было никакого воровства. Этот огонь способен зажечься в душе у каждого: бога, мага, человека – пришел он из хаоса или нет, мужчина это или женщина. Тот, кто на самом деле был Прометеем, сам был сущностью из хаоса, одним из первых, у кого этот огонь вспыхнул в груди и зажег стремление созидать и жажду жизни. Он один из первых получил ответ на вопрос «зачем?». К сожалению, в мире номер три он никогда не рождался, как, собственно, и Абсолют.

– Что же было с миром номер три? – Кир спросил это со странным воодушевлением. – Вы сказали, что это очень хороший мир.

Второй мир с треском лопнул. Хотя в нем было гораздо больше порядка, чем в мире первом, но и хаоса предостаточно. Тогда же начали создаваться первые оборотные миры. Первые обороты были, как их можно назвать, «стволовые», то есть они создавали оборотный мир как наследника и порождение предыдущего – так второй мир стал продолжением первого. Но вокруг второго образовался целый ореол веток оборотных миров, отходящих от ствола. Они существовали, потому что так было угодно богам и так было угодно Абсолюту, чья жажда поиска «лекарства от скуки» не утолялась даже сумбурным вторым миром. Идеи этих миров исходили и от людей и иногда приводили к очередной переписи истории. Иногда оборотные миры из веток вплетались в ствол.

Тогда же во втором мире появились маги, иными словами, смертные боги разной силы, но обычно – существенно меньшей, чем у богов. Магами могли быть и люди. И даже – новое для второго мира – люди, тянущиеся к разрушению. И они тоже могли овладеть частью арридия, хотя «божественный огонь» был им недоступен.

Когда ветка оборотного мира с магами, особенно – с темными магами, вплелась в ствол, второму миру был подписан смертный приговор. Люди как изначально сущности, не знавшие хаоса, получившие силу и мощь арридия, нацеленную как на созидание, так и на разрушение, привели второй мир к очередному коллапсу.

Именно с тех времен в нетеноптрийной памяти людей остался страх не только перед богами, но и перед магами.

И именно на этой волне был создан мир номер три, а мы, существа из прошлого, остались за бортом. Это только кажется, что взаимосвязь людей и магов – особенность мира номер четыре. Она была всегда. Сущности, созданные из хаоса, и сущности, созданные из порядка, не могут существовать друг без друга. Для первых люди – источник жизненной силы, «лекарство от скуки, страха и безумия», те, кто наполняют их жизнь смыслом. Хотя и не всегда тем смыслом, каким бы хотелось самим людям, не всегда светлым, но все-таки они дают ответы на вопросы «зачем?». А люди решили, что ни боги, ни маги им больше не нужны. Зачем? От них слишком много хлопот, они обычно слишком эгоистичны и тянутся к разрушению. А люди не таковы. В их основе порядок. Космос. Теноптрий и иммуний. Вот что отныне должно было стать основой мироздания.

– Это был выбор людей? – спросил Кир, который слушал Нию, словно пророка.

Девушка с черными волосами от его голоса поморщилась. Алайя насупилась. Женщина растерянно посмотрела на мужчину, который лишь подобрал упавший карандаш.

– Все всегда – выбор людей, – Ниа печально опустила голову. – Богам, магам не нужно делать выборов, потому что для них всегда можно вернуться в мир номер один или два, в любой из оборотных миров вокруг него или создать новый и творить, что угодно. Но они уже все, что угодно, сотворили, и им просто скучно, вот они и кружат вокруг людей как источника вдохновения и жизненной силы. Как фактор случайности, который так интересно разгадывать снова и снова. Зачем им люди? А зачем им без них еще жить? Без людей и боги, и маги потухают, потому что «зачем»?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Оборот истории – некая веха истории, в которой кардинальным образом меняется ее ход. Обычно многократно превышает длительностью год.