Вероятные приключения Сёмки Дежина

В семье Татаевых дела обстояли по-другому. Мало того, что Дрюне не доверяли ключ от квартиры… Помимо этого, родители Дрюни, уходя на работу, оставляли несчастного Дрюню одного в квартире, заперев его на ключ.

Почему родители не доверяли ключ Дрюне, Сёмка понять не мог. Ведь им с Дрюней уже было как-никак по семь лет! И он искренне сочувствовал своему другу. Может быть, думал Сёмка, Дрюню таким образом хотели уберечь от плохих людей? А может, и наоборот, людей оберегали от неспокойного Дрюни? Такие мысли иногда возникали в Сёмкиной голове.

Квартиры друзей находились напротив, на одной лестничной площадке. И Сёмка, когда выходил гулять на улицу, первым делом стучался в дверь квартиры, где проживал Дрюня. Если Дрюня отвечал в замочную скважину, что он заперт, Сёмка выбегал во двор, и они общались с Дрюней через окно. Их квартиры находились на первом этаже, поэтому они друг друга хорошо видели и слышали.

Сначала Дрюнины родители поступали неосмотрительно и даже опрометчиво. Заперев Дрюню на ключ, они наивно прятали этот ключ под половую тряпку, аккуратно лежащую перед дверью их квартиры.

В то славное доброе время каждая уважающая себя культурная и порядочная семья стелила аккуратно сложенную чистую половую тряпку у входной двери своей квартиры. Это как бы указывало на то, что в данной квартире царит чистота и порядок. К тому же во многих семьях место под этой тряпкой служило своеобразным тайничком для ключа от входной двери. Почти все люди знали о «народном» тайничке, и многие люди им пользовались, не боясь при этом каких-то плачевных для себя последствий.

                                  * * *

Однажды и Дрюня «пронюхал» о том, что спасительный ключ, дающий ему полную свободу, находится совсем рядом. И когда родители Дрюни ушли на работу в очередной раз и снова заперли своего сыночка на ключ, Дрюня стал с нетерпением ждать Сёмку, который должен был вскоре выйти гулять. Ждать ему пришлось долго. Как назло, драгоценное время уходило, а Сёмки всё не было! Наконец, когда Дрюня уже окончательно отчаялся, раздался знакомый стук в дверь.

– Ты куда пропал! – возмутился через замочную скважину Дрюня.

– Да у меня живот разболелся! Три раза уже в туалет бегал, – оправдывался Сёмка перед другом. – А тебя сегодня тоже заперли на ключ?

– Заперли, – недовольно ответил Дрюня, но тут же хихикнул и заявил: – Но я всё равно пойду гулять!

– Как же ты пойдёшь? – очень удивился этому Сёмка.

– А ключик-то от квартиры под тряпочкой лежит! Хе-хе-хе, – загадочно проговорил и ухмыльнулся Дрюня.

Сёмка тут же наклонился и приподнял угол тряпки. Заветный ключ, действительно, лежал там.

– Да нет здесь никакого ключа, – соврал, не моргнув, Сёмка.

– Как нет! – испуганно вскрикнул Дрюня. – Да ты получше посмотри! Может, он в тряпке запутался.

– Да я пошутил. Здесь он! – довольный своей шуткой, усмехнулся Сёмка.

– Фу-ух! Напугал, дурачок! Открывай же меня быстрее! – стал торопить Дрюня.

Сёмка взял ключ и открыл замок. Дрюня распахнул дверь, и друзья радостно бросились обниматься.

– А тебе не попадёт от родителей за то, что ты самовольно на улицу вышел? – забеспокоился вдруг Сёмка.

– Не-е! Я всё продумал, – успокоил его Дрюня. – Мы будем почаще домой прибегать и смотреть на часы, чтобы к приходу папани и мамани ты меня снова закрыл. И тогда они ничего не узнают.

На этом друзья и порешили. Они играли во дворе и периодически поглядывали на время. А к приходу родителей Сёмка закрыл счастливого Дрюню и ключ положил на прежнее место. Всё прошло просто замечательно!

А на самом деле оказалось, что всё, да не всё! Вышло так, что сбежавшего узника, беззаботно игравшего во дворе, случайно заметила, выглянув в окно, соседка тётя Аня. Она, конечно, была в курсе, что Андрюша в это время должен сидеть дома закрытым на ключ. Тётя Аня была доброй и щепетильной соседкой. Она с семьёй Татаевых была в хороших отношениях. И поэтому посчитала своим прямым долгом сообщить об увиденном Дрюниной маме, тёте Маше.

Тётя Маша, узнав об этом, очень рассердилась! Она не любила, когда Дрюня не выполнял её требований. Но тётя Маша решила схитрить и ничего пока не говорить Дрюне о том, что ей всё известно. Она захотела поймать его в следующий раз на месте преступления.

                                  * * *

На следующий день, уходя на работу, родители опять оставили Дрюню дома одного, запертым на ключ. И он стал терпеливо ждать Сёмку. На этот раз у Сёмки живот не болел, и ему ничто не помешало выйти на улицу пораньше. Сёмка теперь уже уверенно взял ключ, открыл квартиру и вошёл к Дрюне. Но в этот раз Дрюня не торопился идти на улицу, и это очень сильно удивило Сёмку.

– Чего же ты медлишь? Пойдём гулять!

– Не хочу. Мне и здесь неплохо, – неожиданно ответил Дрюня и закрыл дверь на ключ изнутри.

– Как! Ты не хочешь идти на улицу? – выпучил глаза Сёмка.

– Да ты посмотри сначала, что у меня есть! – с гордостью сказал Дрюня. – К нам вчера вечером из города приезжала старшая сестра с мужем. Посмотри, что они мне привезли!

Друзья вошли в кухню, и Сёмка замер от удивления. Глаза его перестали моргать и округлились до предела! На кухонном столе стояла узкая стеклянная бутылка с этикеткой, наполненная жидкостью почти чёрного цвета. Со дна бутылки к узкому горлышку медленно и непрерывно поднимались маленькие пузырьки газа. Но не это так сильно поразило Сёмку, а сама этикетка на этой бутылке. На ней было написано большими буквами: «ПЕПСИ-КОЛА»! Он слышал об этом чудесном напитке, но видеть «ПЕПСИ-КОЛУ», а тем более её пить Сёмке ещё никогда не доводилось.

Сёмка смотрел на диковинную бутылку, не моргая, как зачарованный. У него моментально пересохло во рту, и язык, как вяленый, прилип к нёбу. Хотя каких-то пять минут назад он выпил дома полный стакан компота.

– Ам… ням… ням, – невнятно и неожиданно для самого себя промямлил Сёмка.

– Чего-чего ты сейчас сказал? – удивлённо захихикал Дрюня. – А-а-а! Тебе, наверно, захотелось ням-ням?

От этой насмешки Сёмка сразу пришёл в себя и смущённо проговорил:

– А мне дашь попробовать? Хоть немножко…

– Если хочешь ням-ням, то тебе надо на эту бутылку соску надеть, – продолжал подшучивать над другом Дрюня.

– Можно и через соску, – буркнул, опустив глаза, Сёмка. – Но если я начну пить через соску, то тебе останутся только пузырьки!

– Как это? – Дрюня сразу перестал смеяться. Он был совсем не согласен с таким поворотом дела.

– А вот так! – оживился Сёмка и стал выдумывать на ходу: – Пузырьки-то в дырочку соски не пролезут! Значит, когда я начну пить, тебе в бутылке будут оставаться только пузырьки.

– Ну не-ет! Не хочу я только пузырьки! Тогда мы обойдёмся без соски, – сказал решительно Дрюня и стал открывать бутылку. Раздался лёгкий хлопок, и Сёмка невольно вздрогнул, но продолжал неотрывно следить за действиями друга. Дрюня подставил пустой стакан и с важным видом налил в него напиток. Но налил немного. Четверть стакана, не больше.

– А почему так мало? – огорчённо спросил Сёмка.

– Потому что «ПЕПСИ-КОЛУ» с непривычки пить сразу и помногу нельзя, – с умным видом пояснил Дрюня. – Не то произойдёт несварение желудка. У тебя же ещё вчера живот болел! Да и вообще, из-за несварения можно даже в больницу угодить!

– Да-а? – неприятно удивился Сёмка и с опаской посмотрел на заманчивый стакан.

– Но если выпить немножко, то ничего не будет, – успокоил его Дрюня.

Сёмка невесело вздохнул, взял стакан и осторожно выпил до дна газированный напиток. Дрюня внимательно проследил за ним. Затем он не спеша наполнил «ПЕПСИ-КОЛОЙ» свой стакан до самых краёв.

– А себе ты почему так много налил? – с завистью спросил его Сёмка.

– Мне можно! Мой организм уже привык, – выпив полстакана и причмокивая от удовольствия, сказал Дрюня. – Ведь я-то пью «ПЕПСИ-КОЛУ» уже не в первый раз.

Сёмке очень понравилась «ПЕПСИ-КОЛА»! И он надеялся, что в следующий раз ему будет позволено выпить уже чуточку больше этой вкуснятины. Дрюня тем временем, никуда не торопясь, допивал свою «ПЕПСИ-КОЛУ». А Сёмка сидел рядом, радуясь за Дрюню и жалея о том, что его организм ещё не привык принимать такой вкусный напиток в бо́льших количествах.

В это время к дому торопливой походкой шла тётя Маша. Она отпросилась с работы на часик пораньше, чтобы поймать на месте преступления и наказать Дрюню за его проступок. Тётя Маша догадывалась, кто выпускает на волю её «воробышка», и была уверена, что сейчас мальчишки беззаботно играют во дворе. Каково же было её удивление, когда она увидела, что во дворе их нет!

«Может быть, соседка Анна ошиблась, что видела Андрея во дворе, спутав его с другим мальчиком?» – стала уже сомневаться тётя Маша. Она вошла в подъезд дома, подошла к двери и приподняла уголок тряпки. Ключа под тряпкой не было… Она толкнула дверь. Дверь была закрыта…

– Андрей! – взволнованно крикнула тётя Маша и стала стучать в дверь.

Ребята, услышав крики и стук, побледнели от неожиданности! Что же делать? Дрюня испуганно заметался по квартире. Сёмка весь сжался в комок, будто надеялся таким образом остаться незамеченным. Дрюня всё-таки понял, что деваться ему некуда и дверь всё равно придётся открыть. Тётя Маша продолжала настойчиво тарабанить в дверь и кричать.

– Иду! – отозвался Дрюня и пошёл открывать дверь.

– Чего так долго не открывал? – возмущённо крикнула тётя Маша, когда вошла в дом.

– Да я в туалете был, – стал выкручиваться Дрюня.

– А ключ как у тебя оказался? – спросила она и вошла в кухню. – А-а! Сёма! Так вот кто открывает чужие квартиры!

– Я не открывал чужие квартиры, тётя Маша! Я просто в гости к Дрюне зашёл, – пролепетал Сёмка.

– А ты знаешь, что Андрей болеет? – неожиданно спросила тётя Маша. – Поэтому он и сидит дома!

– Да нет, тётя Маша, Дрюня здоров. Пока я здесь, он ни разу не кашлянул, – попытался возразить Сёмка.

– Я лучше знаю, здоров он или нет! – стала сердиться тётя Маша. – Шагай-ка к себе домой! А я ещё матери твоей расскажу, как ты в чужие квартиры лазишь!

Сёмка, вжав голову в плечи, быстро прошмыгнул мимо тёти Маши и выбежал на улицу.

«Меня бы тётя Маша и пальцем не тронула. Ей не положено меня трогать! Меня могут трогать только мои папа и мама, – размышлял после этого Сёмка, сидя во дворе на лавочке. – Она может трогать только своего Дрюню».

И Дрюню тётя Маша потрогала хорошо! После этого случая, как и прежде, закрытый на ключ, Дрюня первое время боялся даже приблизиться к двери, чтобы поболтать сквозь замочную скважину с Сёмкой. Но это было только в первое время…

Зря люди говорят, что хорошее быстро забывается, а плохое нет! Плохое забывается тоже быстро. Особенно в детском возрасте.

Что же касается ключа от квартиры, то после этого случая по понятным причинам под тряпкой его уже не оставляли. Но и этот факт не стал непреодолимой преградой для наших находчивых и бесстрашных друзей. И в этом мы скоро убедимся.

                                  * * *

С тех пор прошло недели две, и Сёмка уже стал привыкать слоняться по двору в одиночестве. Но однажды, во время скучной прогулки по двору, он услышал настойчивый стук, будто кто-то тарабанил в окно. Он остановился и прислушался, пытаясь определить, откуда раздаётся стук. Глянув в сторону дома, Сёмка увидел в одном из окон стоящего во весь рост Дрюню. Тот махал ему рукой. Сёмка подошёл к его окну и помахал рукой в ответ.

– Что, скучно? – спросил он Дрюню.

– Надоело дома сидеть, – проворчал Дрюня. – Ты мне сможешь помочь в одном деле?

– Да. А что нужно сделать? – с готовностью спросил Сёмка.

– У меня созрел дерзкий план, – негромко, но взволнованно стал рассказывать Дрюня. – Я хочу попробовать выбраться на улицу через форточку. Думаю, что у меня это получится. Только ты меня должен придержать с обратной стороны, когда я буду вылазить, чтобы я не свалился на землю.

У Сёмки от такого смелого плана учащённо забилось сердце! Дрюня опять решился на отчаянный поступок, а Сёмка снова ему в этом помогает!

– А ты не боишься, что тебя кто-нибудь может увидеть и опять расскажет тёте Маше? – попробовал предостеречь друга Сёмка.

– А мы сразу убежим с тобой играть за сараи, чтобы нас никто не увидел, – успокоил его Дрюня. – Только ты потом, перед самым приходом родителей, поможешь мне влезть в форточку обратно. Хорошо?

– Хорошо, – ответил Сёмка, поражённый находчивостью друга.

Выждав подходящий момент, когда во дворе никого не было, Дрюня полез в окно. Он ловко задрал одну ногу и просунул её в форточку. Потом весь подтянулся и оказался уже сидящим почти верхом на форточном проёме. Только одна его нога была уже на улице, а другая пока ещё дома. Со стороны в этот момент Дрюня выглядел смешно.

– Ты где так научился? – не сдержал смеха удивлённый Сёмка.

– Сейчас кино по телеку показывали… Про шпионов, – кряхтел, но продолжал упорно лезть Дрюня. – Там они ещё не то вытворяли!

Он вывернулся спиной к форточке и стал всё больше вываливаться задом из окна. Сёмка приготовился придерживать и ловить Дрюню. Он помог его ноге найти опору, и беглец, натужно кряхтя, выбрался на свободу.

– Фу-ух! Получилось! – выдохнул облегчённо Дрюня. – Правда, я спину и ногу чуть-чуть поцарапал об раму. Ну ничего! Зато я теперь, как настоящий шпион, умею проникать сквозь форточку!

И друзья, не теряя времени, побежали играть за сараи.

                                  * * *

Дрюня увлечённо играл с Сёмкой за сараями и наслаждался свободой. Но в то же время друзья старались следить за временем и контролировать ситуацию. Когда они увидели вдали аллеи, ведущей от завода к рабочему посёлку, первых людей, возвращавшихся с работы домой, то сразу побежали во двор к окну, через которое совершил побег Дрюня.

Беглец стал карабкаться обратно на подоконник, а Сёмка поддерживал и подталкивал друга как мог. Оказавшись на подоконнике, Дрюня начал лезть в форточку. С внешней стороны это оказалось сделать гораздо сложнее. Нога почему-то никак не дотягивалась до форточки. Дрюня попытался влезть в форточку головой вперёд, но плечи упирались и не давали этого сделать.

– Странно, – удивился Сёмка. – Форточка как будто стала меньше.

– Сёмка, кажется, я застрял, – пропыхтел в ответ Дрюня. Он всё-таки умудрился втиснуть в форточку голову и плечи и оттуда продолжал натужно пыхтеть: – Сёмка, подтолкни меня сзади, и я пролезу дальше.

Сёмка упёрся в Дрюню изо всех сил и начал толкать. Но Дрюня стоял высоко, и проку от Сёмкиных усилий было мало.

Вдруг Сёмка почувствовал резкую и жгучую боль в районе собственных ягодиц! От неожиданности он взвизгнул, высоко подпрыгнул и схватился руками за больное место! Затем Сёмка отскочил на два шага в сторону, обернулся назад и замер от неожиданности. Перед ним стоял дядя Гена, Дрюнин папа, и с грозным видом помахивал длинной хворостиной. Сёмка ещё раз взвизгнул и, держась руками за горящие от боли ягодицы, бросился со всех ног наутёк!

Отбежав на безопасное расстояние, Сёмка остановился и обернулся. В этот момент дядя Гена повернулся к Дрюне, который по-прежнему стоял на подоконнике, застряв плечами в форточке. Дрюня ещё не понимал, что происходило сзади него, потому что его голова и руки уже были дома, а другие части тела ещё гуляли на улице, беспомощно барахтаясь в окне.

Вдруг Дрюне стало больно-пребольно! Он подумал, что это Сёмка ударил его чем-то по заднице. Дрюня резко дёрнулся и вскрикнул:

– Ой! Ты что, сдурел? Больно же!

– Я тебе сейчас сдурею! – раздался громкий голос его папы. – Ах ты негодник! Ах ты паршивец!

И Дрюня получил ещё два жгучих удара хворостиной по беззащитному месту. Теперь Дрюня понял всё! Он дико завизжал и начал усиленно извиваться в форточке! Немыслимо крутясь, Дрюня, словно шуруп, ввинтился в форточный проём и шумно грохнулся внутрь квартиры! Дядя Гена, увидев это, отбросил хворостину в сторону и побежал в подъезд, чтобы попасть домой.

Сёмка с ужасом смотрел на всё происходящее и почёсывал пострадавшее от хворостины место. Через распахнутую форточку, сквозь которую только что ввалился Дрюня, стали доноситься крики дяди Гены и вопли самого Дрюни.

«Вот это мы влипли!» – подумал Сёмка и не спеша побрёл домой.

После этого случая, буквально через несколько дней, Дрюня с гордостью показал Сёмке свой собственный ключ от квартиры!

Наверное, родители Дрюни решили, что для всей семьи будет гораздо безопаснее, если они всё-таки доверят сыну ключ от квартиры, чем держать его взаперти!

«Партизаны»

Утреннее солнышко медленно поднималось в голубое и безоблачное небо. День обещал быть жарким, впрочем, как и всё лето этого года.

Восьмилетний Сёмка собирался вместе со своей мамой в гости к бабушке Фросе. Баба Фрося была маминой мамой, и жила она в предгорном селе, километрах в двадцати от их посёлка. Сёмка с мамой ездили к бабушке в две недели раз на выходные дни. Сёмка любил ездить в гости к бабушке Фросе, потому что там по соседству с ней жили Людочка и Маринка, его двоюродные сёстры. Они всегда весело проводили время и частенько придумывали новые игры.

Сёмка любил и Людочку, и Маринку, но вёл себя с ними по-разному. Маринка была старше Сёмки на один год, и он старался с ней держаться более серьёзно и деловито. Людочка же была на два года младше Сёмки, и с ней ему было играть гораздо проще. Потому что с Людочкой они играли в те игры, которые придумывал Сёмка как более старший и изобретательный. А изобретательность и фантазия у Сёмки били прямо через край! Доверчивая и исполнительная Людочка почти всегда и во всём с Сёмкой соглашалась.

Вот и в этот раз Сёмка ехал в гости к бабушке не с пустыми руками, а с заранее подготовленным, чётко разработанным планом! Они с Людочкой и Маринкой сегодня будут играть в партизан! Два дня назад Сёмка смотрел по телевизору фильм «Орлёнок» про пионера-героя Валю Котика и партизан, которые боролись с фашистскими захватчиками. Этот фильм очень сильно запал ему в душу! Сёмка смотрел его во все глаза, затаив дыхание! В какие-то моменты он даже вскрикивал, чтобы помочь нашим партизанам. Были там и смешные эпизоды, во время которых Сёмка заливисто хохотал. А когда наступил трагический конец фильма, Сёмка не выдержал и заплакал.

Теперь ему хотелось всё, что пережил Валя Котик, испытать на себе, скитаясь в «лесных дебрях» бабушкиной малины. Кроме, конечно же, трагического конца. Сёмкина партизанщина должна была, по его расчётам, окончиться безоговорочной и бескровной победой над врагами. Бабушкин малинник, большой сад и огород как нельзя лучше подходили для такого противостояния партизан с врагами. Да и сараев всяких у бабушки было предостаточно, где можно было бы надёжно укрыться от взоров неприятеля.

                                  * * *

Когда они с мамой приехали к бабе Фросе, Сёмка по традиции чмокнул её в щёчку и тут же поинтересовался: дома ли сейчас Людочка и Маринка. Они обе были дома, и Сёмка этому очень обрадовался! Оставалось только уговорить не всегда сговорчивую тётю Лизу, их маму, чтобы она отпустила девочек погулять с ним в бабушкином саду.

Этот сад-огород был большим. С одной его стороны стоял бабушкин дом, а с другой стороны – дом Беляевых. А Беляевы – это Сёмкин крёстный, его жена тётя Лиза и их дочери Маринка и Людочка. Всё это большое расстояние между двумя домами было разбито под сад и огород. И вдоль него по обе стороны сада густо росла малина. И если забраться в эту малину с одного краю, то можно было перейти на другой конец сада незамеченным. Но при этом нужно было передвигаться пригнувшись, а кое-где – и встав на четвереньки. На это расчётливый Сёмка и рассчитывал.

Тётя Лиза отпустила гулять с Сёмкой только Людочку, а вот Маринку не отпустила. Маринка как старшая всегда помогала дома маме по хозяйству. Сёмка погоревал по этому поводу, но совсем недолго. Выхода другого не было, и пришлось им с Людочкой уходить в партизаны вдвоём. Он коротко рассказал Людочке весь план действий, и они нырнули в малинник. Теперь оставалось только выбрать, кто будет вражеским солдатом, от которого они будут скрываться и за которым станут вести тайную слежку. Больше всего на роль вражеского солдата подходила баба Фрося, – подумав, решили они. Просто-напросто, кроме бабушки, больше и не за кем было следить. А баба Фрося очень часто выходила в сад и всё время была занята какими-то делами. А это для партизан было как раз то, что нужно!

Новоявленные партизаны притаились в кустах малинника и стали выжидать, когда появится «враг». Но «врага», как назло, всё не было!

– Ну куда же запропастилась бабушка? То есть вражеский солдат, – тут же поправил сам себя Сёмка. Людочка только вздохнула в ответ и пожала плечами.

Партизаны стали откровенно скучать. Они сидели на корточках и уныло ковыряли палочками землю у себя под ногами.

– Ой! Баба Фрося идёт! – встрепенулась и прошептала Людочка.

– Не баба Фрося, а вражеский солдат, – поправил Людочку Сёмка и сразу оживился.

– Тьфу ты, забыла, – виновато прошептала Людочка. И они затаились, прижавшись к земле.

Проходя мимо кустов, скрывающих внутри себя партизан, баба Фрося размышляла вслух, не подозревая, что её в этот момент может кто-нибудь слышать:

– И куда этот сорванец мог деться? Может, к Беляевым пошёл? А если его там нет, то пойду шукать за ворота. Вот морока с ним!

Когда бабушка прошла мимо, партизаны тихонько захихикали и осторожно поползли по кустам следом за ней, стараясь не упустить её из виду.

Всё шло по намеченному Сёмкой плану, и партизаны полдня скрытно передвигались по пятам врага! И вдруг они услышали «вражеский» крик бабушки, доносившийся со двора:

– Сёмка! Людочка! А ну марш домой! Есть пора!

Партизаны заволновались, услышав эти крики, и смущённо переглянулись.

– Кушать зовут, – грустно сказала Людочка и виновато опустила глаза. Сёмка призадумался. У него у самого в животе уже жалобно урчало.

– Да, надо подкрепиться, а то до вечера не протянем, – согласился он и строго предупредил Людочку: – Только никому не говорим, как бы нас ни допрашивали, где мы всё это время были и чем занимались! Это партизанская тайна!

– Никому не скажем ни слова! – торжественно подтвердила Людочка. – Только покушаем, сходим в туалет – и всё!

После такой клятвы партизаны быстро выбрались из малинника и побежали во двор на зов бабушки. Они вошли в летнюю кухню и там встретились с бабой Фросей.

– Где вы были? – сердито спросила она.

– А мы сидели под деревом, – тут же выдумал Сёмка. – Мы тебя видели много раз, а ты нас и не заметила!

– Под каким деревом? – недоверчиво спросила бабуля. И, не дожидаясь ответа, указала на кухонный стол: – Ладно, после разберёмся. А сейчас садитесь есть, пока борщ не остыл.

Стол был уже накрыт. Бабушка усадила детей за стол и придвинула наполненные тарелки, а сама ушла. Изголодавшиеся партизаны набросились на борщ и с большим аппетитом его съели. Хотя раньше, бывало, они подолгу и с неохотой ковырялись в борще.

«Вот что значит партизанская закалка!» – сделал вывод Сёмка.

Поев, партизаны вышли из летней кухни во двор. Поблизости никого не было. Они хотели воспользоваться этим моментом и сразу рвануть в малину. Но вдруг Сёмка обратил внимание на деревянную лестницу. Она была установлена к чердаку, который находился над крышей летней кухни. Сёмка мгновенно изменил решение и скомандовал:

– Лезем! – и первым начал быстро карабкаться вверх по деревянным перекладинам. Людочка послушно, но очень осторожно полезла за ним.

На чердаке царил густой полумрак. Но зоркие глаза партизан быстро освоились и привыкли к такой обстановке. Они стали с опаской оглядываться по сторонам. Чердак был пустой, не считая какого-то хлама. Они бы, может, и покопались в этом хламе, но всё здесь было настолько пыльно, что Сёмка не выдержал и резко чихнул! Он испуганно вытаращил глаза и зажал себе рот и нос, чтобы не чихнуть снова. А Людочка увидела в углу чердака большую паутину, а на ней сидящего паука и попятилась к Сёмке. Они молча переглянулись и решили не ходить далеко вглубь чердака, а расположиться здесь. Они присели у входа на чердак и приготовились сверху наблюдать, как их станут искать бабушка и мама.

Но тут внезапно со двора раздался громкий голос мамы. Партизаны даже вздрогнули от неожиданности:

– Сёма! – крикнула она. – Иди сюда! Ты мне нужен!

Сёмка тяжело вздохнул. Он понимал, что игнорировать маму было нельзя! Иначе мама может рассердиться и больше не пустит его играть. Это вам не бабушка Фрося. С мамой не забалуешь! Он постарался успокоить Людочку:

– Ты посиди здесь. А я быстренько спущусь вниз, узнаю, чего хочет мама, и вернусь назад! Только ты сиди тихо, жди меня и не отзывайся, если тебя станут звать! Хорошо? Я скоро!

– Ладно. Буду сидеть тихо и не буду отзываться. Только ты уж постарайся побыстрее вернуться, – напутствовала Сёмку Людочка.