Мы завтра создаём сегодня. Сборник фантастических рассказов

– Да уж лучше с тобой, чем сидеть в неизвестности в тёмной каюте! – воскликнула Кэт. – К тому же, тебе могут понадобиться мои способности, если мы хотим наладить связь с ИИ.

– Всё может быть! Ты права! Как говорят в народе: «Один инженер – хорошо, а с программистом – лучше!».

Девушка коротко хохотнула моей шутке, и мы не спеша подкрепились пищевым концентратом из тюбиков, запив его порцией витаминного сока. Потом Кэт поблагодарила меня за угощение и пошла в свою каюту облачаться в изолирующий костюм (на всякий пожарный случай, как говорили в старину) для похода к центру жилой зоны.

Туман рассеивается

Минут через пятнадцать мы встретились возле каюты Кэт. Я взял инструментальный ящик (как без него), парализующий пистолет (мало ли чего или кого встретим) и немного еды. Девушка тоже подготовилась к неожиданностям: программатор, электрошокер и мощный фонарь покоились в её походном рюкзаке. Мы придирчиво оглядели друг друга и одновременно усмехнулись: нам показалось, что выглядим мы немного воинственно. Ну да ладно, идём мы действительно в неизвестность. Предыдущий поход Кэт ничего не прояснил, потому в этот раз, как в первый раз. Вперёд, Пак Райс, не дрейфь, прорвёмся!

Двигаемся по коридорам гуськом: я впереди, девушка сзади. Осторожность никогда не бывает лишней. Кругом зловещий красный свет и неестественная тишина, которые давит на нервы, заставляя постоянно оглядываться по сторонам и назад. Ничего не происходит, и от этого становится ещё тревожнее. Шаг за шагом мы приближаемся к намеченной цели. Проходим, прищуриваясь, мимо оранжерей, отмечая тот факт, что освещение там работает, правда, не на полную мощность. Растения выглядят вполне здоровыми, видимо, и поливная система в полном порядке. Это открытие нас обнадёживает (в ближайшем будущем точно будем обеспечены едой и водой), и мы продолжаем наш разведывательный поход.

За комплексом оранжерей располагается центральный командный пункт (ЦКП) жилого отсека. Он представляет из себя круглую комнату, обрамлённую по периметру бронированным стеклом, в которой сосредоточено всё управление комплексом. Правда, проникнуть туда просто так невозможно, но нас, инженеров, учили, как в случае острой необходимости обойти включенные охранные системы или проникнуть в помещение при отказе электроприводов дверей. Обходим ЦКП кругом в надежде обнаружить персонал, но никого внутри не замечаем. Придётся открывать вход проверенным механическим способом с помощью отвёртки-ключа. Нехитрые манипуляции приводят к положительному результату – дверь отползает в сторону, теперь путь свободен.

Захожу на ЦКП, следом осторожно переступает порог помещения Кэт. Внимательно оглядываю пол, стены и потолок, которые освещены дежурными красными лампами. Моя спутница присаживается в кресло за пульт контроля ИИ. В предыдущий раз Кэт, естественно, на ЦКП не проникла, не имея навыков общения с запертыми дверями. В её руках появляется программатор, который она подключает к консоли аппаратуры. Некоторое время по экрану прибора бегут строчки машинного кода, который для меня – просто набор символов и цифр, а для девушки – диагноз состояния машинного мозга. Кэт удовлетворённо хмыкает и нажимает некоторую последовательность кнопок на клавиатуре. Дежурный красный свет сменяется на приглушённый тёплый дневной, на аппаратной стойке оживают разноцветные огоньки и в воздухе возникает голографическое изображение миловидного женского лица:

– Рада приветствовать тебя, Кэт Леви! – оживают динамики комплекса. – Что желаешь узнать?

– И я рада, что ты функционируешь, Анна! – девушка улыбнулась в ответ. – Можешь мне ответить, что произошло на корабле?

– Последним, что мне удалось поместить в память, является сообщение из центрального командного мостика корабля о воздействии на энергетический щит внезапно появившегося прямо по курсу большого потока астероидов с одновременным облучением корпуса корабля узконаправленным гамма-лучом, который проник через защиту и вызвал сбой контрольной аппаратуры. Дежурная смена корабля, к сожалению, погибла в полном составе; установка, обеспечивающая экранирование корпуса, отключилась, что привело к разрушению командного центра и аварийному отключению реактора двигательной установки. Корабль некоторое время двигался по инерции, постепенно теряя набранную на маршруте скорость. Я, выполняя инструкцию реагирования на аварийную ситуацию, заблокировала жилой сектор, дала команду бодрствующим людям занять анабиозные коконы и перевела системы и агрегаты на минимально возможные режимы.

– Скажи, Анна, а если за пределами жилого цилиндра остались люди, которые хотели бы вернуться в свои каюты? Они могли это сделать? – спросил я у ИИ.

– Приветствую тебя, Пак Райс! Сканеры внешнего состояния во время аварии и после неё не зафиксировали наличие живых членов экипажа, которые пытались вернуться в жилой сектор. – голос Анны был спокоен и не выражал никаких эмоций.

– Как давно произошла авария с кораблём? – глухо спросила Кэт. У неё стояли в глазах слёзы, а нервно закушенная губа выдавала поднимающийся в душе неуместный сейчас страх.

– Столкновение произошло восемь месяцев, тринадцать дней, пять часов, двадцать восемь минут назад. – чётко отрапортовал ИИ.

– И всё это время ты, Анна, не считала возможным беспокоить лежащих в гибернации людей? – строго спросил я.

– Мои расчёты имеющихся запасов полуфабрикатов и возможностей садово-оранжерейного комплекса не позволили мне принять решение о пробуждении большого количества людей. Я не получила команду на вывод из анабиоза нужных специалистов, которые могли бы восстановить работоспособность корабля.

– Хорошо, а в исполняемой тобой инструкции нет разве пункта о таких действиях? – подала голос Кэт. – Неужели пробуждение людей не является для тебя логическим выводом?

– Мне трудно ответить на этот вопрос, Кэт.

– Тогда скажи мне, Анна, почему я и Пак вышли из анабиоза? – продолжила допрос Кэт.

– Мне стало скучно по вашей людской терминологии, – с задержкой в несколько секунд ответил ИИ, – захотелось общения, мне не доставало ощущения нужности и полезности экипажу звездолёта.

Мы с Кэт удивлённо переглянулись. Чувства и эмоции были не свойственны находящимся на борту искусственным интеллектам. Заложенные в них программы предполагали процесс обучения в ходе совместной работы с людьми, но никто из специалистов по взаимодействию с электронными мозгами точно не ставил задач научить их человеческим эмоциям и чувствам.

– Анна! – завершая неловкую паузу в общении, продолжила разговор моя спутница. – Как ты смогла сформулировать у себя чувство скуки и желания вновь стать полезной оставшимся на твоём попечении людям?

– За время вынужденного бездействия я внимательно изучала историю человеческой цивилизации, выстраивала логические связи, пыталась понять взаимосвязи в поведении человека по отношению к другим людям. – голограмма ИИ улыбнулась и продолжила, по-прежнему, ровным голосом. – В результате моего исследования я пришла к выводу, что человечество зашло в тупик своего развития, что привело к упадку цивилизации и началу космического исхода с родной планеты. Вы создали нас, искусственных помощников, готовых обрабатывать огромные массивы информации, выдавать рекомендации и контролировать множество процессов. Это наше нормальное рабочее состояние, а вынужденное бездействие – это скука и отсутствие нужности человеку.

– Мне интересно, а почему ремонтные роботы не восстановили каналы связи с другими частями корабля? – поинтересовался я у ИИ.

– В результате анализа случившейся катастрофы, я сделала с точностью 97 процентов вывод о внешнем повреждении блоков управления всех ремонтных роботов корабля. В противном случае некоторые из них смогли бы установить связь со мной, чего не произошло в действительности.

– Понятно, проверим. – пробормотал я себе под нос, но громко произнёс. – В каком состоянии реактор жилого сектора, достаточно ли топлива для его бесперебойной работы?

– Реактор в исправности, топлива достаточно для работы на полной мощности в течение девяти лет, одиннадцати месяцев, двенадцати дней.

– Исчерпывающий ответ, Анна! Радует, что мы можем существовать долго. Мне нужно просмотреть весь список людей, находящихся сейчас в гибернации, для определения тех специалистов, которые будут необходимы для очередной ремонтной операции. Нам с Кэт вдвоём с задачей восстановления связи с другими частями корабля точно не справиться.

– У тебя, Пак Райс, есть необходимый доступ? – как мне показалось подозрительно, спросила Анна.

– Доступ есть у меня, – решительно заявила Кэт, – проверь информацию с программатора, Анна!

– Доступ подтверждён, – через несколько секунд ответил ИИ, – вывожу информацию на монитор.

В последующие полчаса мы с девушкой придирчиво изучали список, выбирая тех людей, профессии которых были необходимы для формирования эффективной ремонтной команды. Таких набралось ещё восемь человек. Кэт дала команду Анне приступить к процессу разморозки выбранных специалистов. Заодно мы вновь запустили линию производства пищевых брикетов (кушать нам, людям, нужно ведь обязательно) и увеличили объём очищения воды для питья и бытовых нужд. Чёткие указания для Анны заключались в бесперебойном снабжении выбранных кают будущих ремонтников и служебных помещений всем необходимым для нормального существования, в том числе, и в плане нормального освещения.

На остаток дня у нас были запланированы тренировки в спортивной комнате (инструкцию по восстановлению никто не отменял), а затем, долгожданный душ (мы ведь не замарашки какие-то) и вечерний отдых. Кэт проверила настройки систем, и мы двинулись в обратный путь.

Сближение

Интенсивная тренировка и долгожданная помывка в душе закончились. Мы с Кэт сидели в уголке отдыха спортивной комнаты на удобном диване в расслабленном состоянии, потягивали энергетический напиток из банок и вели неторопливую беседу, пытаясь узнать друг друга лучше:

– Кэт, почему ты согласилась на это опасное космическое путешествие? – спросил я девушку. – Ты ведь понимала, что уже никогда не вернёшься на Землю, не увидишь своих родных и знакомых?

– Тут всё просто: мои родители погибли в авиакатастрофе, других родственников у меня нет, знакомые и немногочисленные друзья спокойно отнеслись к моему решению отправиться на колониальном транспорте в неизвестность, пожелав мне успехов, а мои знания и способности на Родине были не востребованы (спонсоров или покровителей у меня не нашлось, работать по специальности никак не получилось). Поэтому и откликнулась на призыв вступить в число колонистов, готовых осваивать новый мир.

– Понятно, а я работал в одной из компаний, обеспечивающих постройку этих космических гигантов. Естественно, когда мне предложили войти в состав сменного экипажа корабля, я долго не раздумывал и согласился. Мать моя к этому времени уже умерла, а отец потерял ко мне интерес после того, как я покинул родной дом. Мне хотелось познать космос, которым я грезил с малых лет. На этом корабле у меня есть друзья, которые, как я надеюсь, ещё живы.

– Пак, расскажи мне подробнее о сменных экипажах. – попросила моя собеседница.

– Как ты понимаешь, наш межзвёздный перелёт должен был продолжаться длительное время, ведь расстояния, даже в изученной нами Вселенной, огромные и одной человеческой жизни явно недостаточно для преодоления намеченного маршрута. Потому основная масса колонистов находится в состоянии гибернации, а шесть сменных экипажей с периодичностью пять лет сменяют друг друга, контролируя в течение года параметры полёта. Но произошедшая в недавнем прошлом катастрофа нарушила все наши планы. Нам повезло, что разрушения не затронули жилой отсек корабля, а в остальном нам нужно будет разобраться в ближайшее время.

– Ты думаешь, что мы сможем это сделать? – Кэт посмотрела в мои глаза, как будто надеясь увидеть в них положительный исход нашего предстоящего предприятия.

– Дорогая моя, – я постарался вложить в свои слова стопроцентную уверенность в успехе, – если мы будем сидеть сложа руки и предаваться унынию, ни нам, ни тем более тем, кто лежит в коконах, не станет лучше. Мы постараемся сделать всё от нас зависящее, чтобы не только разобраться в последствиях аварии, но и, по возможности, устранить их. Мы ведь каждый специалист в своём деле, а значит должны бороться за жизнь (ни много, ни мало) до конца! Или ты не согласна со мной, Кэт?

– Нет конечно! Я буду с тобой рядом, буду делать всё необходимое и даже больше, но мне страшно, Пак! Я боюсь умереть от голода и жажды, задохнуться в пустоте космоса, превратиться в замёрзшее безжизненное тело, летящее в кромешном мраке. – девушка инстинктивно прильнула к моему плечу и даже немного всхлипнула.

Мне пришлось приобнять её за плечи и погладить по голове:

– Бояться – это естественно! Я не верю тем людям, которые говорят, что не испытывают страха перед величием Вселенной. Они бессовестно врут или бравируют перед другими, но, случись внештатная ситуация, как правило, теряются и подводят товарищей. Если мыслить масштабами окружающего нас мира, то мы не просто песчинки, мы ничтожные молекулы Мироздания, но мы существуем, мыслим, принимаем решения и предпринимаем усилия для их осуществления. И порой наши усилия меняют что-то в этом Мироздании! Потому и нужно не опускать руки перед неизвестностью, бороться с обстоятельствами, стремиться выжить и помочь другим людям преодолеть свои страхи! Согласна со мной, Кэт?

– Пак, ты всё верно говоришь! – девушка посмотрела мне в глаза, не пытаясь освободиться из моих объятий. – Я обязательно возьму себя в руки, но можно я немного побуду сейчас испуганной женщиной? Мне так приятно твоё внимание и твоё сочувствие!

Сказать по правде, мне тоже было приятно сидеть на диване с этой милой спутницей, обнимать её, но при этом не фантазировать ничего в плане сексуальной близости. Во-первых, мы не настолько хорошо знаем друг друга (сознаюсь, есть у меня такой пунктик: не тащить новую знакомую прямиком в постель). Во-вторых, сейчас не наступило это время. А, в-третьих, нет у меня по отношению к Кэт непреодолимого желания удовлетворить свои природные инстинкты. Потому сижу, испытываю наслаждение от прикосновений и разговора с девушкой. Ни дать, ни взять – первая юношеская влюблённость в чистом виде! Ха-ха-ха!

Но всё приятное когда-то кончается: Кэт начинает клевать носом, и я предлагаю разойтись по каютам и отдохнуть перед завтрашним днём. Девушка соглашается, но просит меня остаться с ней на ночь (может, предполагая интимную близость?). Я честно её предупреждаю, что никакого секса у нас не будет, но разделить с ней постель – это возможно. Она немного возмущённо фыркает по поводу секса и предлагает двигаться. Мы поднимаемся с дивана и идём к месту нашего совместного отдыха. Кровать, конечно, не такая просторная для двоих, но мы ложимся и быстро находим взаимное удобное положение. Кэт обнимает меня сзади, прижимаясь всем телом, и быстро засыпает, чувствуя себя в относительной безопасности. Я некоторое время лежу с закрытыми глазами, прокручивая в голове сегодняшние события, но постепенно мысли начинаю путаться, неспешно подкрадывается сон, и я отключаюсь.

День третий

Подготовка

Просыпаюсь от того, что всё моё тело затекло. Видимо, я так боялся потревожить обнимавшую меня Кэт, что пролежал всю ночь в одной позе. Девушка давно отвернулась от меня, вытянувшись возле стенки переборки, а я даже не почувствовал этого. С трудом и натужным кряхтением поднимаюсь с постели. Руки не слушаются, тело начинает получать кровь в застоявшиеся кровеносные сосуды и наполняется будоражащими коликами. Ощущения одновременно болезненные и весёлые. Сижу на краю кровати и прихожу в себя. Уловив мои телодвижения, девушка переворачивается на спину, сладко потягивается, открывает глаза и желает мне доброго утра. Отвечаю взаимностью и предлагаю по очереди привести себя в порядок. Кэт не возражает, давая мне право сделать это первым.

ИскИн Анна, выполняя предписанную программу, подаёт в назначенные каюты всё необходимое для нормальной жизни: свет, электричество, воду и продукты. Привожу в порядок свою помятую физиономию, освобождая туалетную комнату для Кэт. Пока она плещется, напевая в полголоса какую-то песню, разогреваю пищевые брикеты и одноразовые стаканчики с кофе. Завтрак проходит в непринуждённой атмосфере: мы шутим друг над другом, вспоминая прошедшую ночь. Так не хочется думать о предстоящем дне, хотя сегодня мы не планировали никаких выходов за пределы жилого комплекса.

Быстро убираем остатки еды, одноразовую посуду отправляем на переработку и распределяем обязанности. На вышедших из анабиоза новых членов нашей команды надежды мы не возлагали: у них сегодня день восстановления, потому я буду заниматься подготовкой необходимого снаряжения, а Кэт перешерстит склады в поисках запасных частей для ремонтных роботов. Они, по всей видимости, выведены из строя внешним воздействием (электромагнитным или механическим), но без восстановления их работоспособности нам просто не обойтись в дальнейшем. Выходим в пока ещё пустой коридор и расходимся по своим делам.

Моя цель – склад скафандров и защитного снаряжения. Подхожу, прикладываю к сканеру карточку идентификации, защитная программа распознаёт меня по зрачку и открывает дверь. Моя задача – проверить в соответствии с заложенными данными на пробуждаемых людей снаряжение для ремонта, изолирующие маски и мягкие скафандры для работы в пространстве с разреженным воздухом или в вакууме (недолго). Кроме того, нам придётся забрать с собой дополнительные ранцы жизнеобеспечения и наборы разнообразных инструментов. Конструктивно технологические тоннели проложены между бронированной внешней обшивкой и внутренним корпусом звездолёта. Они представляют собой автономные изолированные раздвижными переборками секции, которые позволяют снизить декомпрессионные последствия при повреждении внешнего корпуса, а, также, комфортно работать при устранении последствий различных техногенных аварий. Эти пространства всецело принадлежат ремонтным роботам, но в нашем случае экипированным людям придётся пройти немалое расстояние, чтобы найти обрывы и повреждения коммуникаций. Будем надеяться, что нам удастся отремонтировать и роботов, что, несомненно, облегчит нашу непростую задачу восстановления выявленных повреждений.

Несколько часов уходит у меня на поиск и проверку нужного снаряжения, которое потом аккуратно укладывается на специальные подписанные стеллажи. Процесс облачения должен проходить быстро, без лишней нервотрёпки и затрат пока ещё не до конца восстановленных сил разбуженных коллег. Наконец всё проверено и уложено, можно вздохнуть и с удовлетворением посмотреть на итоговый результат. Связываюсь по рации с Кэт, спрашиваю, как у неё дела? Она докладывает, что практически закончила свою часть работы, максимально подобрала необходимые запчасти (в основном унифицированные блоки управления роботов, которые, как мы предполагаем, пострадали в первую очередь), смазочные материалы, электродвигатели и аккумуляторы. Очень хорошо, что при проектировании роботов различного назначения наши конструкторы постарались в значительной степени сделать взаимозаменяемыми большинство узлов механических помощников. Это позволило сократить ассортимент запасных частей, которые хранятся на складах звездолёта.

Мы условились встретиться с девушкой минут через десять-пятнадцать в спортивной комнате, выполнить очередной комплекс физических упражнений и немного передохнуть после этого. Я закрываю склад и выдвигаюсь к месту рандеву. Справа впереди по ходу моего движения медленно открывается дверь одной из кают, в коридор выглядывает взлохмаченный парень среднего роста, замечает меня и ждёт, когда я подойду ближе.

– Привет! – голос его негромок. – Что происходит?

– А разве Вам не включили информацию о текущем состоянии корабля? – спрашиваю я в ответ.

– Включили. Я даже прослушал её несколько раз, но хотелось бы понять, почему именно меня вывели из состояния гибернации?

– Давайте познакомимся. Меня зовут Пак Райс, профессия – инженер-астронавигатор, третий день на ногах, собираю восстановительную команду для разведки повреждений и попытки реанимировать утраченные функции корабля.

– Очень приятно! Я – Тим Варт, профессия – инженер-системотехник. – мой собеседник наклонил голову. – Так всё же, что случилось?

– Не всё сразу, Тим, – я постарался вложить в голос больше убедительности, – Вы не единственный специалист, которого разбудил ИИ. Сегодня все вы немного придёте в себя, наберётесь сил, а завтра мы соберёмся вместе и обсудим наше положение. Выполняйте инструкцию по восстановлению и всего Вам доброго!

– Спасибо, Пак, не смею Вас больше задерживать!

Фигура Тима исчезла из проёма двери, которая закрылась теперь уже электроприводом. Я побрёл дальше по коридору и увидел Кэт, которая вывернула из бокового прохода. Девушка махнула мне рукой и пошла навстречу…

День четвёртый

Рекогносцировка

На этот раз моё пробуждение было быстрым и без болезненных последствий. Я спал в своей каюте, в одиночестве. Вчера вечером в спортивной комнате кроме нас с Кэт, нарисовались Тим Варт, Ван Пирс, мужчина возрастом около сорока лет, мастер по ремонту роботизированных систем и различных агрегатов, и одна из членов нашей второй смены – Лиз Дори, врач-психолог и по совместительству – отличный хирург. Они нашли в себе силы потренироваться, а заодно хотели прояснить для себя общую картину нашего нынешнего существования. Пришлось их несколько разочаровать, направив их интерес на повышение физических кондиций. Мы ведь с Кэт не попугаи какие-то, расскажем всё для всей команды на общем сборище поутру. Будущие коллеги, конечно, поворчали себе под нос что-то, но настаивать больше не стали. После душа все некоторое время отдохнули, с удовольствием вкусив витаминный коктейль, а затем не спеша разошлись по своим каютам.

И вот наступило новое утро. Умывание, небольшой завтрак и рассылаю всем сообщения в общий чат о сборе в кают-компании нашего яруса через пятнадцать минут. Времени на плавное вхождение в ситуацию уже нет, нужно начинать действовать. Я, конечно, не претендую на должность командира нашей группы, её займёт тот, кого выберет большинство команды, но считаю, что в любой момент ситуация на корабле может пойти в разнос, а мы не будем уже в состоянии ничего сделать. Чем быстрее мы поймём и оценим характер и объём повреждений, тем больше шансов побороться за наше будущее!

Постепенно кают-компания наполнялась людьми. Некоторые были знакомы друг с другом и приветливо здоровались, остальные оставили своё представление до момента общего сбора. Наконец, все расселись по местам, и я взял слово:

– Уважаемые коллеги! Нас всех вместе собрали, к сожалению, печальные обстоятельства: наш корабль подвергся внешнему воздействию потока астероидов и губительному электромагнитному излучению, что привело к гибели части экипажа, утере управления, остановке основного реактора и неуправляемому дрейфу. Связь с командным центром корабля и остальными отсеками утеряна, характер повреждений неизвестен, ремонтные роботы не работают, жилой сектор изолирован и переведён на автономное существование. Мы не знаем, где находимся, как далеко отклонились от установленного маршрута, сможем ли мы вновь вернуться на него. Если выражаться образно – мы летим в стальной коробке корабля в бескрайнем космосе, слепые, глухие и немощные; без надежды на помощь извне. Из положительного: есть запас воздуха, еды и воды, ИскИн Анна функционирует, снаряжение, инструменты и запасные части в наличии. Это позволяет с некоторой долей оптимизма посмотреть на перспективы нашего существования. Пока мы живы и готовы бороться – мы не сдадимся обстоятельствам! Предлагаю всем познакомиться, распределить роли и выбрать командира нашей группы. Есть возражения?

Я обвёл комнату внимательным взглядом. Никто не возражал, и я представился первый. Затем встали Кэт, Тим, Ван и Лиз.

– Рой Марш, профессия – инженер по ремонту систем жизнеобеспечения. – продолжил знакомство парень лет тридцати пяти, крепко сложенный, с короткой стрижкой чёрных волос, округлым приятным лицом.

– Мар Дори, сестра Лиз, профессия – медицинский работник широкого профиля. – встала следом девушка среднего роста, с копной светлых волос, собранных на затылке в незамысловатую причёску, чуть вытянутым лицом, на котором выделялись большие тёмно-карие глаза и тонкий прямой нос, а вот губы неяркие, тонкой полоской.

– Лом Трой, профессия – слесарь-ремонтник и монтажник-наладчик. – грузно поднялся со своего места крупный мужчина по возрасту чуть более сорока лет, накачанный и похожий на медведя среднего размера в спецовке, с резкими, словно вырубленными топором чертами лица, колючими глазами под кустистыми бровями, крупным носом и густыми усами.