Сломленные души

Нева Алтай

Сломленные души

Книга 6

Это художественное произведение. Имена, персонажи, места и происшествия либо являются плодом воображения автора, либо используются в вымышленных ситуациях. Любое сходство с реальными людьми, живыми или покойными, событиями или местами случайно.

Copyright © Neva Altaj, 2023

© Боталова Я., перевод, 2024

© ООО «Феникс», оформление, 2025

© Оригинальный дизайн обложки Deranged Doctor Design

© В книге использованы иллюстрации по лицензии Shutterstock.com

* * *

Предисловие автора

Дорогой читатель!

На данный момент «Сломленные души» – моя самая тяжелая книга. Из-за деликатной темы она отличается от предыдущих книг этой серии. В «Сломленных душах» основное внимание уделяется персонажам, и хотя в книге присутствует сюжетная линия, связанная с мафией и преступностью, она второстепенна по отношению к истории героев. Кроме того, если вы читали предыдущие книги данной серии, то знаете, что я люблю добавлять немного юмора в каждую историю. Однако в этой книге такого элемента не будет. В ней затрагивается очень тяжелая тема, и включение юмора было бы неуместно.

Следующая страница содержит предупреждение о триггерах. Если вы посчитаете, что данная тема может вызвать у вас тревожность или негативно повлиять на ваше состояние, пожалуйста, воздержитесь от чтения этой истории. Не волнуйтесь: если вы решили ее пропустить, вы не упустите ничего важного для остальной части серии и сможете погрузиться в мир «Идеально неидеальных» в следующей книге. Однако, если вы все еще не уверены, стоит ли вам ее читать, пожалуйста, не стесняйтесь и напишите мне на электронную почту (мои контактные данные есть на сайте www.neva-altaj.com/contact) и поделитесь своими опасениями. Я буду рада сообщить вам спойлеры, чтобы вы могли решить, хотите ли вы читать книгу. Ваше психическое здоровье важно для меня.

Я хотела бы выразить благодарность Рути, которая внимательно подошла к прочтению «Сломленных душ» и дала советы по улучшению текста, чтобы трудности Аси и ее путь были представлены реалистично, но деликатно.

Если вы решите прочитать «Сломленные души», я от всего сердца надеюсь, что вам понравится история Аси и Павла. Хотя эта книга входит в серию про мафию, прежде всего это история о любви, преодолении боли, силе семьи и стойкости человеческого духа.

Важная информация

Эта книга содержит тяжелые для некоторых читателей темы, такие как сексуальное насилие, посттравматическое стрессовое расстройство (ПТСР), сексуальное рабство, употребление запрещенных веществ, упоминание о попытке самоубийства, откровенные сцены насилия и пыток, а также жестокости и кровопролития. Если вы пережили сексуальное и/или физическое насилие, отдельные части этой истории могут вызвать у вас воспоминания, которые могут стать причиной стресса или подавленного состояния.

Наша героиня справляется со своей ситуацией, полагаясь на силу и поддержку героя. Хотя мы верим, что любовь может исцелять, пожалуйста, имейте в виду, что эта история является художественным вымыслом. Я рекомендую вам обратиться за помощью в организацию по оказанию поддержки и/или к доверенному медицинскому работнику. Вам не нужно страдать в одиночестве.

Плейлист

В книге упоминается несколько классических произведений. Вот список на случай, если вы захотите ознакомиться с ними.

«Лунная соната» – Людвиг ван Бетховен

«Полет шмеля» – Николай Римский-Корсаков

«Гимнопедии» – Эрик Сати

«В пещере горного короля» – Эдвард Григ

The Rain Must Fall – Янни

«К Элизе» – Людвиг ван Бетховен

River Flows in You – Ли Рума

Пролог

Семь лет назад

Ася

Идет снег.

Спиной я чувствую холодную землю, которая царапает лопатки, пока я смотрю поверх плеча мужчины в темноту надо мной. Все кажется размытым. Я не могу различить отдельные снежинки, но чувствую, как они падают мне на лицо. Хрупкие. Нежные. Они напоминают мне ноты одного произведения Эрика Сати, поэтому я напеваю мелодию, пока жгучая боль продолжает терзать мои внутренности.

Разве это должно быть настолько больно? Я знаю, что поначалу должно болеть, но я представить не могла, что боль будет продолжаться.

Мужчина кряхтит, и внезапно я перестаю ощущать его тяжесть. Я провожу рукой по животу, по ткани разорванного платья и прижимаю ладонь между ног. Влага. Ее много. Слишком много. Я поднимаю руку к лицу, глядя на свои окровавленные пальцы, в то время как мелодия все еще звучит в моей голове.

– Что ж, милая, в итоге ты стала лакомым кусочком, – произносит мужской голос. – Изначально я положил глаз на твою сестру. Может, вы и выглядите одинаково, но в ней чувствуется класс. Клиенты, как правило, предпочитают более утонченных, но ты вполне сойдешь.

Паника, какой я никогда раньше не испытывала, вскипает в моей груди, выводя меня из оцепенения, в которое я впала. Я перекатываюсь на бок, пока не оказываюсь на земле лицом вниз. Энергия разливается по моим венам, и я вскакиваю на ноги. А потом бегу.

Боль между ног невыносима. С каждым шагом она пронзает меня острыми вспышками. Все мое тело сотрясает дрожь, но я не уверена, что это: холод? боль? шок? Может быть, это просто ужас от того, что он сделал и сказал. Я рискую, быстро оглядываюсь через плечо, и тихий всхлип срывается с моих губ, когда я вижу, что мой насильник неотступно преследует меня и с каждым шагом становится все ближе.

Где-то впереди, в темноте, светятся уличные фонари, поэтому я меняю курс и бегу в том направлении. Тихая, медленная мелодия, звучащая в моей голове, превращается в боевой марш, словно призывая меня бежать быстрее. Земля неровная, и бежать трудно. Я продолжаю спотыкаться о корни рядом стоящих деревьев и небольшие кусты, которые трудно разглядеть в темноте. Все расплывается перед глазами – я потеряла очки, – но я сосредотачиваюсь на свете, который вижу сквозь ветви, будто это мой единственный спасательный круг, и продолжаю бежать. Ощущение рези и жжения внизу живота настолько сильное, что я не могу его игнорировать, но, стискивая зубы, стараюсь не сбавлять темпа. Воздух рывками выходит из моих легких, а снежинки падают на мои руки без перчаток. До улицы всего несколько десятков ярдов. Я слышу шум машин. Мне просто нужно добраться до улицы, и кто-нибудь остановится и поможет мне.

Я почти добралась, но вдруг, зацепившись за что-то босой ногой, я спотыкаюсь и падаю лицом на холодную, твердую землю. Нет! Я встаю, намереваясь продолжить бег к спасительному свету, но чья-то рука обхватывает меня сзади за талию.

– Попалась! – Этот сукин сын смеется.

Я вскрикиваю, но он закрывает мне рот другой рукой, заглушая звук.

– Похоже, им придется перевоспитывать тебя, милая, – говорит он мне на ухо. – Возможно, я навещу тебя снова, когда ты будешь более послушной. Босс позволяет мне бесплатно трахать мои находки раз в месяц.

– Пожалуйста, – всхлипываю я в его ладонь, пинаясь ногами.

– Отлично. – Он издает еще один злобный смешок. – Видишь, ты уже учишься.

Я пытаюсь ударить его локтем и почти вырываюсь из его хватки, когда чувствую укол иглы сбоку в шею.

Мужчина шикает на меня:

– Тише. Всего несколько секунд, и все наладится.

Перед глазами все расплывается, пока не остается ничего, кроме темноты.

Музыка смолкла.

Глава 1

Два месяца спустя

Павел

Неоновые огни освещают толпу людей, которая двигается под музыку, льющуюся из динамиков над головой. Запах алкоголя и других ароматов витает в воздухе, даже здесь, в моем офисе. Я подхожу к стеклянной от пола до потолка стене и скрещиваю руки на груди, наблюдая за толпой на танцполе внизу. Еще даже не полночь, но там почти нет места.

Мое внимание привлекает суматоха в дальнем углу танцпола. Владимир, один из вышибал клуба, держит мужчину сзади за ворот рубашки и тащит его к лестнице, ведущей на верхний уровень. Если бы мужчина затеял драку, охрана вышвырнула бы его вон. Должно быть, это что-то более серьезное, если его ведут ко мне.

Пять минут спустя дверь за моей спиной открывается.

– Мистер Морозов. – Владимир вталкивает мужчину в кабинет. – Мы поймали этого человека за дилерством перед туалетами.

Я подхожу к растянувшемуся на полу мужчине и придавливаю его руку подошвой правого ботинка.

– Распространял товар в моем клубе?

Мужчина стонет и пытается убрать мою ногу свободной рукой, но я нажимаю сильнее.

– Отвечай.

– Это были просто таблетки, которые дал мне друг, – выдавливает он и поднимает на меня взгляд. – Он сказал, что стащил что-то новое со своейработы.

Я склоняю голову набок:

– С работы? Чем он занимается?

– Я не знаю. Он никогда не говорит об этом. – Он снова пытается высвободить руку, но безуспешно. – Мне очень жаль. Этого больше не повторится.

Я жестом прошу Владимира передать мне маленький пластиковый пакет, который он держит, и осматриваю его. Внутри дюжина белых таблеток.

– Ты пробовал это?

– Нет… Я… Я не употребляю свой товар, – говорит мужчина, а затем скулит, когда я сильнее придавливаю его руку.

– Значит, ты привез его сюда, чтобы продать. Очень мудро. – Я бросаю пластиковый пакет обратно Владимиру. – Отнеси это Доку. Нам нужно проверить, что в этом дерьме.

– Что нам делать с дилером? – Владимир кивает в сторону мужчины на полу.

Судя по выражению паники в глазах мужчины и дрожанию его рук, расколоть его не составило бы труда. Я мог бы отвести его в кладовую и допросить. Но у нас в Чикагской Братве есть правила, и в сферу моей работы не входит добыча информации.

– Думаю, ему понравится немного поболтать с Михаилом. Уберите его с глаз моих, – говорю я и поворачиваюсь, чтобы вернуться к стеклянной стене, выходящей на танцпол.

За спиной раздаются крики и звуки борьбы: Владимир выволакивает мужчину за дверь. Как только дверь за ними захлопывается, воцаряется полная тишина. Я оглядываю бесцельно топчущихся и танцующих людей и останавливаюсь на кабинке в дальнем левом углу. Юрий, человек, отвечающий за солдат Братвы, сидит посередине, а рядом с ним – светловолосая женщина. По другую сторону от него, над чем-то смеясь, сидят братья Костя и Иван, занимающиеся финансами в нашей организации. Похоже, у кого-то из ребят выдался свободный вечер.

В моем кармане звонит телефон. Я достаю его и вижу на экране имя Юрия.

– Что-то не так? – спрашиваю я, отвечая на звонок.

– Нет, – говорит он, глядя на меня из будки. – Спустись и выпей с нами.

– Я работаю.

– Ты всегда работаешь, Паша. – Он качает головой.

Он прав. Если я не сплю и не тренируюсь, то нахожусь в одном из клубов Братвы. Мне всегда было тяжело проводить время в своей пустой квартире с тех пор, как я переехал из особняка Петровых, когда у жены пахана родился ребенок. Но в последние несколько лет это стало еще сложнее. Того факта, что за последние семь лет я управлял двумя ночными клубами, проводя большую часть времени в окружении людей, должно быть достаточно, чтобы заставить меня искать уединения. Но нет. Это просто напоминает мне о том, что мне не к кому возвращаться домой.

– Давай, всего по одной, – снова уговаривает Юрий.

В трубке раздается низкий смех Кости. Похоже, снова валяет дурака. Он всегда такой раздолбай.

– Как-нибудь в другой раз, Юрий, – говорю я.

Я завершаю разговор, но не отхожу от стеклянной стены, наблюдая, как мои товарищи отлично проводят время. Может быть, мне стоит присоединиться к ним. Было бы неплохо иногда расслабиться и поболтать о всякой ерунде, но у меня никогда не получается. Проблема в том, что в те редкие разы, когда я проводил с ними время, я чувствовал себя еще более одиноким.

Братва – это как семья, самое близкое, что у меня когда-либо было. Каждый из них, я уверен, не задумываясь отдал бы за меня жизнь. Как, впрочем, и я в их случае. И все же, даже после десяти лет в Братве, я не могу позволить себе слишком сблизиться со своими друзьями. Я думаю, это ожидаемо, учитывая мое прошлое. Когда тебя отвергают люди, которые должны были стать для тебя надежным тылом, трудно позволить себе сблизиться с кем-либо, потому что в какой-то момент они тоже уйдут.

Рано или поздно все уходят.

Я долго стою, наблюдая, как смеются ребята, потом отворачиваюсь и возвращаюсь к работе.

Ася

Я вхожу в офис и останавливаюсь в центре комнаты. Долли, женщина, отвечающая за девочек, сидит за своим столом, ее внимание сосредоточено на маленьком блокноте в кожаном переплете, который лежит перед ней.

– Сегодня вечером ты будешь развлекать мистера Миллера, – говорит она, записывая что-то в свой журнал. – Он предпочитает делать это медленно. Начни с массажа и продолжай в том же духе.

Я киваю:

– Да, Долли.

– О, и никакого минета. Мистеру Миллеру это не нравится.

Она закрывает блокнот и обходит стол, цокая каблуками по линолеуму. Я опускаю голову и устремляю взгляд в пол, чтобы она не могла видеть моих глаз. Ее розовые блестящие каблучки попадают в поле моего зрения, когда она останавливается прямо передо мной.

– Он очень важный клиент, поэтому постарайся выполнить все его пожелания. Если ты ему понравишься, он может попросить тебя еще раз. Он очень спокойный. Он нечасто бьет девушек, что, как ты уже знаешь, встречается редко. И не забудь про презерватив. Ты знаешь правила.

Я снова киваю и поднимаю руку ладонью вверх. Долли кладет мне на нее белую таблетку.

– А что насчет остального? – спрашиваю я. – Мне нужно больше. Пожалуйста.

– С вами, девочки, всегда одно и то же, – рявкает она. – Получишь остальное, когда закончишь с клиентом. Ты это уже знаешь.

– Всего лишь одну, – умоляю я.

– Я сказала, после того, как закончишь! – кричит она и дает мне пощечину. – Возвращайся в свою комнату и будь готова через час. Ты не работала почти неделю. Мы теряем деньги.

– Да, Долли, – тихо отвечаю я и поворачиваюсь к двери.

– Да, и не забудь снять очки. Мистеру Миллеру они не нравятся.

– Конечно, – отвечаю я.

Выйдя из кабинета Долли, я поворачиваю налево и спешу по коридору, минуя двери в другие комнаты. На данный момент я одна из пяти девушек, находящихся здесь. Раньше нас было шестеро, но два дня назад одна из девушек исчезла. Поскольку я стараюсь держаться особняком, я не была с ней знакома, разве что видела ее мельком. Помню, что у нее были длинные светлые волосы, которые она заплетала в косу, спускавшуюся по спине. Никто не знает, что произошло, но я слышала, как другие девушки сплетничали о ее встрече с клиентом, который известен своей жестокостью.

Добравшись до последней двери в конце коридора, я вхожу внутрь. Быстро оглядевшись, чтобы убедиться, что моей соседки по комнате здесь нет, я устремляюсь в маленькую ванную в другом конце комнаты. Я запираю дверь и поворачиваюсь к унитазу.

Разжав правую руку, я смотрю на белую таблетку у себя на ладони. Такая маленькая вещица. На вид безобидная. Кто бы мог подумать, что что-то настолько крошечное может держать человека в рабстве, заставляя жить в тюрьме без решеток? Было бы так легко положить ее в рот и просто… Забыться.

Схема всегда одна и та же. Одна таблетка перед встречей с клиентом. Еще три после того, как я закончу. Первая таблетка предназначена для того, чтобы я была под кайфом и, следовательно, стала более послушной. Она не притупляет боль, но мне становится все равно. К тому же она вызывает сильное привыкание. Если я приму ее, то обязательно вернусь за тремя таблетками, чтобы утолить жажду, вызванную первой. Цикл повторится. Снова и снова. Мой мозг будет затуманен, и, находясь постоянно под воздействием запрещенных веществ, каждый раз мне нужно будет больше, следовательно, я буду не в состоянии думать ни о чем другом.

Зависимой, вот кем я стала. Как и все остальные девушки здесь.

Я сжимаю таблетку в руке, затем бросаю ее в унитаз и смываю. Таблетка делает два круга, прежде чем исчезнуть в канализации, но я продолжаю стоять, уставившись в унитаз.

Прошло шесть дней с тех пор, как я перестала принимать таблетки. Это произошло случайно. На прошлой неделе я подхватила кишечную инфекцию, и в течение трех дней меня безостановочно рвало. Мой организм не удерживал в себе ничего, включая таблетки, которые Долли продолжала запихивать мне в горло. К тому времени, когда я почувствовала себя лучше, мой мозг впервые за два месяца вышел из одурманенного состояния.

Тот день был самым тяжелым. Несмотря на то что я постоянно мерзла – боже, я не помню, чтобы мне когда-нибудь было так холодно в моей жизни, – я потела. Все болело: голова, ноги, руки. Казалось, что каждая косточка в моем теле была раздроблена. А потом началась дрожь. Я пыталась унять ее, опасаясь, что у меня сломаются зубы, но не смогла. Долли думала, что лихорадка наконец-то отступила, но это было не так. Это была ломка. Желание просто проглотить таблетки, которые она мне дала, было почти невыносимым, и только чистое упрямство удерживало меня от того, чтобы поддаться.

После этого стало легче. Меня по-прежнему периодически пробирал озноб, но это не шло ни в какое сравнение с тем первым днем без таблеток, и мои конечности и голова болели значительно меньше. Я притворилась, что проглотила таблетки, и постаралась вести себя так же, как и раньше, постоянно выпрашивая еще, а потом тайком их выбрасывала. Удивительно, но мой обман сработал. Теперь вопрос только в том, как долго я смогу притворяться, прежде чем кто-нибудь заметит.

Я снимаю очки и оставляю их рядом с раковиной. Это даже не мои очки, просто Долли купила мне их, чтобы я перестала спотыкаться и щуриться. Мои собственные потерялись во время моей последней ночи в Нью-Йорке.

Я отвожу взгляд, чтобы не вспоминать, раздеваюсь и захожу в душевую кабинку. Включив горячую воду, становлюсь под струю и закрываю глаза. На маленькой полочке справа от меня лежит мочалка. Я беру ее и тру кожу, пока она не покраснеет, но это не помогает. Я все еще чувствую себя грязной.

Я не понимаю, почему я не боролась сильнее. Да, таблетки затуманивали мой разум, но я всегда отдавала себе отчет в том, что происходит. И все же я просто… сдалась. Позволяю им продавать себя ночь за ночью богатым мужчинам, которые готовы платить огромные деньги за то, чтобы трахнуть хорошенькую, ухоженную куклу. Ведь для них мы и есть куклы. Они делают нам депиляцию, маникюр и прическу и следят за тем, чтобы мы носили дорогую одежду. Макияж обязателен, и он довольно хорошо размазывается, когда девушка плачет после встречи с клиентом. Многим мужчинам нравится видеть нас сломленными.