Мантры, подслушанные Тинкл. Книга 2

Спустя какое-то время с кухни начал доноситься вкусный запах кофе, и я подумала о том, что пора вставать. Все вчерашние проблемы словно испарились из моей головы, были начисто вычищены волшебной тряпкой.

И вдруг я заметила, что перестала прокручивать в своей голове то, что сказал мне Игорь…

Несмотря на то, что связь с Сергеем по большому счету обеспечивала мне лишь тупик и дорогу вникуда, я все равно была рада тому, что есть и решила жить моментом. Пока он существует.

– Доброе утро, – произнесла я, заходя на кухню, кокетливо улыбаясь и продолжая заманивая его в свои девичьи сети.

Мне нравилось это делать и раз уж я ему сдалась, я собиралась как следует воспользоваться случаем.

– Доброе, принцесса! – ответил улыбкой мне Сергей.

Он был примерно такого же возраста, что и Игорь. И эта разница со мной меня страшно возбуждала. Она позволяла мне быть свободной и помогала закрывать глаза на собственные несовершенства. Тогда казалось, что с мужчиной более молодых лет мне бы этого не удалось. Но эти, все еще очень красивые самцы, уже годившиеся мне в отцов, открывали предо мной новые возможности и взгляды на саму себя. Тогда я понимала Гумберта, всегда испытывала к нему сочувствие и будь мужчиной, наверное, тоже влюбилась бы в пахнущую молодостью девчонку…

На столе стоял кофе, пачка чая, видимо для меня, вчерашняя рыба, подогретая на сковороде и источавшая пряный запах, а также шоколад. Темный, горький – да, он всегда любил все самое лучшее и всегда с особым трепетом относился к выбору продуктов.

– Присаживайся, насыпай себе чай или хочешь я налью тебе кофе? – заботливо произнес он.

– Я буду чай. Спасибо, – растягивая фразы проговорила я и протиснулась в узкий проход между столом и креслом.

– Как ты спала? – все также заботливо и мягко спросил Сергей. – Все хорошо?

– Все прекрасно. Даже лучше, чем я ожидала. Ты меня обнулил… – произнесла я, принявшись расковыривать рыбу вилкой.

Сергей посмеялся, но ничего не сказал. Ему никогда не были нужны подробности, но он всегда их получал. Пока он стоял ко мне спиной, я разглядывала мощный торс, казалось, ставший еще большим за время, что я с ним не встречалась.

– Ты занимаешься спортом? – заинтересованно спросила я, отпивая чай из кружки.

– Да, – коротко ответил он и продолжал что-то делать, закрывая творение спиной.

– Каким? – продолжала я.

– А в качалку немного наведываюсь, когда есть время, – скромно ответил Сергей, стараясь не делать на этом акценты.

В общем-то он всегда был скромен. Именно это многих в нем и привлекало. У него был свой небольшой бизнес, связанный с какими-то фигурами из камня, который приносил не заоблачные, но вполне регулярные суммы – все уже несколько лет было отстроено и могло не беспокоить его так, как возможно это было вначале.

Вспоминая то, чем он занимался, я подумала о том, что, должно быть, всегда приятно быть на стадии угомонившихся проблем, связанных с началом какого-то дела – будь то устройство на работу или организация собственного бизнеса. Одним словом, жизнь его текла спокойным таким руслом – работа, состоявшаяся более-менее приличная семья, взрослый сын. Наверное, мужчина в его возрасте, который не очень удовлетворен отношениями со своей женой, но понимающий, что уходить никуда нет ни сил, ни смысла, чувствуя в себе возрастающий тем не менее любовный потенциал, начинает искать любовницу… Так мы когда-то и сошлись…

Впрочем, не могу сказать, что он как-то сильно на меня давил и отчаянно завоевывал. Скорее это я на него тогда вышла, появившись после нашей первой случайной проведенной вместе ночи, после которой вообщем-то можно было поставить точку. Тогда своим появлением, я показала, что хочу продолжения. А он, как любой нормальный мужчина, подхватил мое желание и намеки. Так у нас и завязался роман.

В нем было все – и страсть фейерверками, и философские беседы, много цветов и дорогих оригинальных подарков, которые мне никто ранее не дарил, походы в кино, рестораны… Помню, мы даже занимались вместе спортом, после которого ехали ко мне и предавались другим, более волнующим обоих делам…

А еще он обо мне заботился. Так, как никто. И если я заболевала, мог поехать на другой конец города в любое время дня или ночи и привести мне мешок мандаринов, лимонов и всяческих лекарственных средств. Он заботился обо мне почти что больше, чем папа. И, конечно же, тогда я по уши в него влюбилась. Там было, за что его любить…

Но завершилось все почти в одночасье. Так же, как и началось. Однажды он позвонил мне и долго молчал в трубку. Я пыталась звать его по имени, но никто не откликался. Я перезванивала и писала смс, спрашивая, приедет ли он. И получила тогда всего одну в ответ «Зачем?». И вот тут-то мне стало все ясно…

Тогда я позвонила ему на рабочий и спросила, где его мобильный телефон. Сергей ответил, что забыл его дома. Предупредив о том, что жена (о которой мы практически не говорили ранее) исследует вопросы его личной жизни, я услышала в ответ:

«Не переживай. Ничего страшного».

Но через неделю он пропал. И больше не появлялся в моей жизни. А все мои попытки выяснить, что же тогда случилось, а потом и более настойчивые – объяснить, почему мы не можем продолжать отношения – он пресекал.

Было ощущение, что он залез в невидимый колпак, сквозь который не слышно было ни моих слов, не видно было слез, чувств и эмоций, которые я с каждым днем все более яростно ему транслировала. У меня сдавали нервы. И в какой-то момент я поняла, что не могу ни есть, ни спать, ни работать. Я сильно похудела, но продолжала верить, звонить ему, писать, пытаться понять и готова была простить все, что угодно, лишь бы он ко мне в конечном итоге вернулся.

Но этого не произошло. Ни через месяц, ни через два, ни через полгода, ни через год…

Помню, в тот последний день перед тем, как выйти из отношений со мной, он почти всю ночь пролежал с открытыми глазами, поглаживая меня по голове едва касаясь пальцами моих волос. Я чувствовала, что происходит что-то не то, но старалась гнать от себя эти мысли. Задавала вопросы, но он не отвечал. Говорил – все нормально. И я себя успокаивала, приговаривая и внушая, что это все мои выдумки.

Тем не менее, сказка оказалась былью – Сергей вышел из наших отношений. И больно мне было так, как не было никогда, ибо я действительно потеряла достойного мужчину, а не какого-то там нервотрепа и бездыря. Я влюбилась в действительно достойного парня.

Многие мужчины думают, что женщины любят плохих парней только лишь за крутой независимый образ, который они за собой несут и атмосферу взаимодействия с опасностью, которую создают. Я же тогда поняла следующее: «плохие» парни мне нравились потому, что я автоматически не делала на них такие большие ставки изначально и не питала розовых надежд, как к тем, кто по идее должен был дарить любовь и волшебство. С плохими парнями я изначально настраивала себя на треш и кучу непредвиденности. И это, поверьте, было гораздо легче…

Сергей же был не просто хорошим парнем. Он был мечтой. Он превратил мою жизнь в настоящую сказку. И когда она завершилась, я… практически… умерла и тогда поклялась себе, что больше никогда не свяжусь с «белым рыцарем». Пусть он будет торговать оружием, служить на войне по контракту, грабить валютные банки, играть в покер на деньги, но это будет честнее. И проще. И боли не будет такой. Потому что я заранее буду знать, чем связываюсь.

Конечно же, со временем, спустя полтора года я смогла понять, что он сделал все правильно. А когда уехала в Гоа и встретила Игоря – тем более…

Тогда я поняла, что все так, как должно быть.

И тогда сидя на его кухне и наблюдая за тем, как он готовил нам завтрак, я не могла поверить, что снова вступила в отношения с Сергеем. Сильнейший стресс, который я испытала при расставании с ним, заставил меня убедиться в том, что нельзя связываться с женатыми мужчинами. И, тем не менее, в то утро я была у него. Что я делала? Переключалась…

Спешно перекусив, мы снова предались любимому занятию… Уже без дождя, в сознании, но не менее тотально и поглощено. А когда утром я вышла от него на улицу и с порога словила макушкой головы дождевую каплю, упавшую с крыши, вдруг поняла, что жизнь моя снова поделилась на отрезок ДО встречи с Сергеем и после.

Как тогда, два с половиной года тому назад…

Только на этот раз, как ни прискорбно было моему женскому существу, стремящемуся всегда к самоотдаче только лишь с тем единственным и неповторимым, с которым захочется жить и честно взаимно любить, тогда мне внезапно стало достаточно лишь того, что было между нами ночью. И я снова пошла вперед своей дорогой, еще более отчаянно веря в то, что каким-то чудодейственным образом все наладится в моей личной жизни. В конце концов, Игорю я была верна до конца…

На следующий день мой приятель и близкий друг пригласил меня покататься загородом на лошадях. Признаться, никогда я этого ранее не совершала и инвайт его приняла с большим удовольствием. А подпрыгивая в седле чернобурого жеребца, удерживаемого под узцы профессиональным погонщиком снизу, смогла вдоволь насладиться запахом осеннего леса, который я так любила, и как ни странно, поблагодарить Творца за то, что он удержал меня от долгих мучительных страданий, быстро переключив на другого мужчину. Пусть и на того, с которым я ранее клялась более не связываться.

Пока я несильно подпрыгивала в седле около двух часов, Сергей написал мне смс, в котором проглядывался его явный интерес к продолжению наших интимных встреч. Я была приятно возбуждена вниманием со стороны мужчины, которого некогда очень любила и, ощущая скорые любовные удовольствия чувствовала эйфорию, несмотря на мрачную погоду и холод.

Как это часто бывает в такие моменты, время остановилось и все вокруг стало неважным, ибо вперед выходил планируемый любовный вечер. Я согласилась, быстро защелкав смской, и получила в ответ удовлетворенную улыбочку. Впереди меня ждал довольно приятный вечер…

Сразу после поездки на лошадях, быстро попрощавшись с другом и отказавшись посидеть в ресторане, я ринулась домой собирать нужные мне вещи, чтобы поехать на ночь к Сергею. По дороге я предалась самому любимому своему занятию – фантазированию под любимую музыку – надо признаться, тема моих фантазий была теперь довольно отчетлива.

Собираясь и зная, что впереди у меня есть еще целых четыре часа, я с особым удовольствием и предвкушением предалась приготовлениям: выбрала розовое с черным кружевом белье, чулки, которые собиралась одеть под джинсы, решив не доставать платье в такую погоду и белый мягкий свитер. Помня о том, что Сергей тащился от меня как от девочки, я решила сделать акцент именно на этой своей сути и не наносить много макияжа.

Периодически вспоминая Игоря, и думала о том, что он потерял, я упивалась наслаждением от того, что наконец чувствовала себя желанной… Я удивлялась тому, как быстро произошли во мне перемены: будучи целых десять месяцев по уши влюбленной в него, отныне оборвав с ним связь, я не чувствовала той боли, какая могла съедать мою душу. Тогда мне сложно было всецело оценить ситуацию и тем не менее, я понимала, что забыть Игоря отлично помогал мне прежний любовник.

Собрав нужные мне вещи, я погрузилась в сон, а проснувшись через час и почувствовав себя еще бодрее, чем я была ранее и, увидев за окном темный мрак, я быстро выпила крепкого чая, оделась, заткнула наушниками уши и выбежала из дома.

Конец октября не удивлял своей погодой, он все больше и больше погружал с каждым днем в готическую тьму. Но было что-то в этой увядающей тьме особенно сакральное… Я всегда находила в ней какой-то особый свет, просматривающийся сквозь тоннели темных облаков и лишенных листвы деревьев. Быть может творчество, которым я усиленно занималась в такое время, создавало этот особый свет, а может быть люди и их пылающие души, видимые в такую темень еще больше, отсвечивали неумирающим заревом. И у меня всегда, абсолютно всегда осенью начинались отношения. И даже с Сергеем тогда продолжились, как и начались три года тому назад. В октябре.

Я шла по парку к станции метрополитена, ветер закрадывался в незапахнутые одежды идущих навстречу людей. Они сжимались, затягивались еще больше в свои пальто и делали такие страдальческие выражения лиц, как будто постепенно умирали вместе с природой. Как ни странно, в этом диссонансе моя жизнь словно заново начиналась. Тогда я верила, что все будет хорошо и просто жила моментом.

Сергей ждал меня у канала Грибоедова, припарковав свой автомобиль у обочины. И когда я села на переднее сидение, окатил меня мощным потоком накопленного и взращенного до превосходной степени желания. Я сразу почувствовала эти энергии, и мне стало от этого еще лучше, чем было до.

– Как дела? – спросила я его, совсем не подразумевая под этим то, что я транслировала.

Он посмотрел мне в глаза, уловил мой кокетливый вопрос, и мягко обняв меня взглядом, ответил самым бархатным голосом:

– Очень хорошо. Поехали? – и завел машину.

Пока мы добирались, я рассказывала о том, как покаталась на лошадях и, поймав себя на детском восторге, который словно бессознательно включился у меня в этот момент, осознала, что испытывая к Сергею неуемное желание, тем не менее, по прежнему взаимодействую с его архетипом отца. Задаваясь вопросом, от чего меня тянуло именно к взрослым мужчинам, я раз за разом утыкалась в комплекс Электры, в котором зависла, судя по всему, с подростковых лет – да, с папой у меня были непростые отношения. Я и любила его безумно, и благоговела перед ним, но, тем не менее, сколько себя помню, всегда была в нехватке его внимания и открытого восхищения собой и своими талантами. Знаю, любил меня и он, но никогда не выражал это открыто. Так я зависла в вышеназванном понятии классического психоанализа.

Мы завернули на знакомую улицу и заехали в арку.

– Эээ….ты не могла бы здесь выйти, чтобы никто нас не увидел? – чувствуя скованность от того, что приходится это произносить попросил он.

Я все понимала и не хотела доставлять ему проблем.

– Да, конечно, – спокойно сказала я и уставилась на него, ожидая дальнейших указаний.

– Выйди и иди в подъезд. Подходи к квартире. Там встретимся, – мягко произнес он, понимая, что ситуация может быть мне неприятна.

Но меня, как ни странно, совсем не расстраивало то, что он просил сохранения таинственности наших встреч. Заглядывая вперед, я понимала, что через два месяца уеду отсюда и совсем непонятно, когда снова вернусь в Россию. Период до поездки в Гоа, которую я несмотря ни на что все равно решила осуществить, я начинала чувствовать каким-то особенным… И каждое случающееся событие начинала рассматривать как знак, последнюю возможность, за которую пыталась ухватиться.

Я зашла в подъезд и подошла к двери. Буквально через две минуты Вова стремительно последовал за мной, подошел, спокойно открыл упругий замок, поглядел по сторонам и довольно аккуратно протолкнул меня в квартиру, закрыв за нами дверь.

Серый мохнатый свидетель наших встреч сидел на пуфике в коридоре и моргал большими желтыми глазами. Помню, Сережа, словно скучающий ребенок, взял его на руки, и прижал к себе – клочья шерсти полетели по воздуху в разные стороны.

– Проходи, – скомандовал он и по-хозяйски последовал на кухню.

Мимоходом бросив взгляд на стол, я увидела, что он готовился – на столе я заметила торт и всякие вкусности, купленные к моему приезду.

Появление в его квартире второй раз странно становилось для меня привычным, и тогда мне удалось разглядеть какие-то детали, которых я ранее не замечала.

На книжных полках стояли рамки с фотографиями махровейшей давности. Запыленные стекла закрывали праздничные сборища с друзьями на поляне в парках, первое сентября сына, лесные походы, Новые года… На них были искренние улыбающиеся лица, казалось, махрового благородного вида люди – я знала, что его жена крутилась в достаточно интеллигентных кругах и, признаться, как личность она очень мне нравилась. Совсем не испытывая к ней какого-то гадкого чувства и ревности, я думала о том, что, может быть, моя врожденная способность относиться к любой женщине изначально как к сестре этому способствовала… А, может быть, я просто понимала, что Сергей не мог выбрать себе плохую жену, стараясь смотреть на все объективно, беспристрастно. Как бы со стороны. Я испытывала странные чувства к потенциальной сопернице – лежа в постели с ее мужем, я благодарила ее и желала ей счастья, наверное, поэтому прикасаясь к каждой вещи, мне хотелось особенно бережно вернуть ее на место. Несмотря на явный беспорядок, который, видимо, не поддерживала в первую очередь именно она, от всего исходила какая-то особая доброта, теплая энергия и свобода.

Быть может, они давно не жили как пара, и она даже разрешала ему иметь кого-то на стороне. А он, будучи человеком особого воспитания, не хотел ее расстраивать и, имея интрижки, все равно, тем не менее, продолжал скрывать. Как бы то ни было, он ничего не хотел мне рассказывать. И сейчас это было особенно видно и ясно.

Впрочем, мне и не нужны были теперь эти подробности.

Внезапно тогда мне пришла в голову мысль, что я наконец дожила до состояния, когда не хотела лишать мужчину свободы и готова принимать его со всем его багажом таким, какой он есть. Впрочем, возможно, недолго – не будь у меня на руках билетов в Гоа, кто знает, что бы я потребовала от Сергея, увлекшись снова нашими отношениями. Достойными отношениями, качественными, уважительными, пропитанными щедростью и как будто бы любовью.

Самое ужасное, что мне было с ним интересно – в этом изначально была большая проблема. Он был мне и любовником, и другом, и самым несравненным собеседником еще тогда, какое-то время тому назад…

– Ты хочешь ужинать? Я тут пиццу заказал и салат приготовил… – как бы невзначай произнес Сергей, будто бы пытаясь скрыть то, что он меня на самом деле ожидал.

– Я бы что-нибудь съела, – охотно согласилась я, увидев, как он открывает при мне еще горячую пиццу и ставит на стол.

Ловко схватив пальцами кусок тонкого теста, я отправила его в рот и в тот же миг снова подумала о том, что Сергей всегда знает, как поднять девушке настроение. Хотя, казалось бы, такие мелочи… Просто этого мужчину ни о чем просить было не нужно – он сам все знал. И это было еще одной причиной, по которой мне нравились зрелые – они относились к тебе так заботливо, будто ты была их ребенком.

И это особенно нужно было такой девушке, как я.

Мутоновый домашний друг сидел напротив меня на полу и томно наблюдал за тем, как я ем. Мне нравилось здесь все, и, может быть, я здесь осталась бы с ним жить. В этой маленькой квартире, в этом беспорядке, который я бы моментально обратила в уютную идеальную чистоту… В голове начали автоматически прокручиваться идеи о том, куда бы я что поставила, где протерла, что убрала. В общем-то на маленькой площади разобраться всегда проще и легче, чем в больших квартирах. Во всяком случае, мне не составило бы это особого труда.

Но несмотря ни на что, я не могла не думать о том, что возвращение отношений с прежним партнером, было для меня шагом назад… Этот непредвиденный уход в прошлое вызывал во мне сжатие где-то на уровне грудной клетки. Обмануть психосоматику было невозможно. Привыкнув быть победителем по жизни, подобный откат назад я воспринимала однозначной потерей.

Тем не менее, осознание того, что связь наша не вечна, вызывало во мне сладкую истому особенного желания. Казалось, тогда я играла роль мужчины, который, стремившись получить самку, тем не менее, собирался ее оставить.

В сумке у меня зазвонил телефон. Я подскочила и за две секунды добежала до трезвонящего. Звонил Дима.

– Ало, привет, дорогой! – намеренно проворковала в трубку я в попытке вызвать любопытство Сергея.

– Привет… – голос Димы звучал странно, отрешенно, непонятные интонации начали меня настораживать.

– Как дела у тебя? – продолжала я в том же тоне разговор, хотя интуитивно понимала, что пора его сменить.

– Олька… Я хочу тебе сообщить кое-что… Гарика… это… забрали…, – пытался обрывисто сообщить мне Дима что-то совершенно ошеломляющее. – Мы сегодня узнали это… Он уехал добровольцем на спутник какой-то зашифрованной планеты… Мы больше не увидим его.

У меня зазвенело в ушах. Казалось, что я смотрела телевизор, голос Димы звучал, словно комментарий автора в фильме о катастрофе Вселенского масштаба.

– Дима, что?! – срывающимися интонациями переспросила я, просто ошалев от того, что услышала.

Ноги мои подкосились, я успела облокотиться рукой об тумбочку, оказавшуюся рядом.

– Сегодня мне на почту пришло письмо, в котором одна секретная организация уведомила меня, как брата и моих родителей о том, что доброволец Игорь 1986 года рождения последние два года готовился к транспортировке на зашифрованную планету и вчера отбыл в направлении объекта без права возвращения. За его работу компания обязуется на протяжении всей жизни выплачивать моим родителям сумму…

Димка внезапно замолчал. Я повисла в шоке и ожидании дальнейших слов, казалось бы, сросшись с телефонной трубкой ухом и внимая каждому звуку.

– Дима? – позвала его я, когда молчание слишком надолго заполнило пространство.

– Ммм….Ну, вот и все, Олька. Больше мне нечего сказать…

Почувствовав тошноту где-то в груди, я ощутила, как за две минуты пережила какой-то внутренний шок. Мне стало безумно страшно, я просто не могла поверить в то, что услышала. Этого просто не могло быть. Какие-то небылицы говорил мне Дима на другом конце провода и я было подумала о том, что он мог быть не в себе.

– Дим, мне очень жаль… – сумела лишь промолвить я, внезапно придя в себя. – Я просто в шоке.

– Эээммм… Не стоит, – начал было он. – Вернее… да… Мы завтра собираемся у нас дома по случаю… по этому случаю. В общем, приезжай.

Я сглотнула.

– Я приеду, Дим. Я приеду… – пыталась найти слова я. – Хочешь, я приеду сейчас?

– Ннннет, – неуверенно проговорил он. – Не надо. Мне нужно побыть одному.

И положил трубку, оставив меня слушать лишь короткие гудки.

Помню, у меня все оборвалось и зазвенело в ушах. Признаться, даже на какой-то момент обмякли ноги. Никогда ранее я не слышала ничего подобного, в какой-то момент я даже подумала о том, что Дима пошутил. Только что узнанное просто не укладывалось в моей голове. Пытаясь осознать чувства друга в тот момент и весь масштаб личной катастрофы, которая навалилась на него и его семью, я терялась в понимании того, что такое в принципе возможно. Как мог вроде бы обычный человек молодого возраста, подписаться на подобное, даже не попрощавшись со своими родными? Или они знали о том, что такое должно было произойти? А, может быть, это не было его добровольным желанием? Быть может, им специально так преподнесли эту новость?

Мне продолжало быть нехорошо. Накатила тревога.

Я зашла в комнату и легла на кровать, закрыв ладонями лицо. Я не знала, чем помочь Димке. Из кухни доносились приятные запахи, Сергей слышно перемещался на кухне и, конечно же, из чувства воспитанности не последовал за мной узнавать, что случилось, хотя наверняка все слышал.

Мне не нужно было, чтобы он заходил. Меньше всего тогда мне хотелось бы делиться с ним своими потрясениями, дабы не быть ему обязанной и не чувствовать привязанность снова к этому человеку. Я попробовала глубоко подышать, дабы быстрее выветрить и переработать эту новость в теле и голове. Но такое не так-то просто было прогнать. Мысли кучей сбились в моей голове – попытавшись еще раз прокрутить только что услышанный диалог, я пыталась оценить его на правильность сказанных мною слов. А потом поднялась, чтобы перезвонить Димке и что-то еще досказать. Но передумала и снова легла.

Так я пролежала в комнате где-то полчаса…

– Ну, что ты тут? – внезапно Сергей вызвонил меня из моего состояния.

Открыв глаза, я подняла голову, но смогла только что-то промычать.

– Что? все нормально? – спросил он теперь уже с беспокойством.

– Да, можно так сказать… Наверное… Мне сейчас сообщили очень важную новость, которая пока никак не укладывается у меня в голове. Прости, что так странно себя веду. Пока не имею возможности делать что-то иначе… – ответила я холодным тоном.

Сергей промолчал, не пытаясь задавать мне лишних вопросов – так, как он делал всегда. Казалось, ему не хотелось знать абсолютно никаких подробностей, но все всегда ему все говорили… Так через какое-то время я все-таки не выдержав поведала о том, о чем узнала в тот самый вечер.

Я смотрела на Сергея, но он даже не повел бровью, просто выслушал меня, мягко опустил глаза. Казалось, его совсем не удивило то, что я сообщила, он тихо сочувствовал. Но не более.

Все более и более странными мне казались некоторые люди… Мужчины… Некоторые из них как будто бы и вправду были с другой планеты. Может быть, поэтому их так тянуло покинуть эту…