Двуликие: Дева Завесы

Влад Бах, Алекс Д

Двуликие: Дева Завесы

ДВУЛИКИЕ

Дева Завесы

«Когда солнце скрылось за пепельной завесой, люди забыли, как горячи и коварны его лучи.»

После извержения Огненной Горы мир содрогнулся. Земля трещала, океан пожирал берега, а пепел закрыл небеса.

Наступила вечная ночь, и вместе с ней пришли холод, голод и бесконечная борьба за выживание.

Когда надежда почти угасла, в разных концах погибающей планеты появились Аскары.

Могущественные существа, чья сила не была ни милостью, ни чудом.

Одни называли их демонами.

Другие – богами.

Но истина оказалась страшнее любых легенд.

«Оставь надежду, всяк сюда входящий»

– Данте Алигьери, «Божественная комедия», Ад, песнь III

Предисловие

Империя Аскаров возникла на пепелище умирающей планеты – не как случайное дитя хаоса, а как замысел, выжженный в самой плоти мира. Аскары стали теми, кто принял приговор небес и обратил его в силу. Они воздвигли свои крепости на костях исчезнувших народов, подчинив саму тьму, укрывшую небеса.

Гибель началась с извержения Огненной Горы – древнего сердца континента, хранившего печать богов. Когда печать была сорвана, мир содрогнулся от тектонических толчков, цунами смывали острова и города, огонь и вода переписывали карту материков. Солнце исчезло за плотной завесой вулканической пыли, практически на всей Земле установилась вечная ночь, температура упала до минусовых отметок даже в тропических широтах.

Выжившие замерзали, умирали от голода и болезней, но природа оказалась не столь беспощадна, как сами люди. Обезумевшее от паники и вынужденное выживать в жесточайших условиях человечество разделилось. Люди сбивались в небольшие общины и сражались друг с другом за оставшиеся ресурсы.

Бесконечный страх, смертельная опасность и стремительно разрушающийся мир запустили неотвратимый и неконтролируемый механизм, изменивший мышление, принципы, нормы. Законы и привычные устои рушились, на их место приходили животные инстинкты. Сильные выживали, слабые становились добычей.

Именно тогда, когда надежда почти умерла, а люди одичали и деградировали настолько, что стали пожирать себе подобных, в разных уголках измученной катаклизмами планеты начали появляться они…

Никто не знал, вышли ли они из недр земли или спустились с неба.

Выжившие назвали их Аскарами.

Их высокие, мощные тела источали дымку, подобную той, что поднимается над тлеющим костром, а красные глаза горели в темноте, как раскалённые угли.

Одни приняли Аскаров за демонов, ворвавшихся в наш мир прямо из адского котла, другие поклонялись как богам, принесшим долгожданное спасение. А кто-то считал, что их породило нечто могущественное и необъяснимое, но божественная сила была тут совсем ни при чём.

Потому что Аскары обладали возможностями, способными как разрушать, так и созидать.

Созидать не только неодушевлённые предметы, но и живых существ.

Не людей.

Нет…

Глава 1

Дамир выскочил из узкого переулка на главную площадь Кряждара, едва не зацепив колёса телеги, набитой свежим хлебом. Воздух был густым от дыма от печей и запахов пряностей, над прилавками разносился шум –торговцы выкрикивали цены, молотки отбивали ритм по наковальням, дети задорно смеялись, перепрыгивая через набитые товарами корзины.

– Не отставай! – оглянувшись, крикнул Дамир и помчался вперед, резво петляя в плотном потоке кряждарцев.

Мирослава едва поспевала за ним. Длинный плащ из грубой кожи задубел на холоде и мешал двигаться быстрее. Выбившаяся из небрежно собранного хвоста рыжая прядь упала на лицо, заслоняла обзор и липла к губам. Девушка чуть не врезалась в бочку мёда, но Дамир успел дёрнуть её за руку, уводя от опасного препятствия.

– Расшибешься! Под ноги смотри! – буркнул он и, обхватив тонкое запястье, потянул за собой.

Мимо промелькнула трехцветная кошка. Внезапно остановившись и выгнув спину, осуждающе зашипела на обоих, а затем скрылась в узкой расщелине между домами из серого камня. Проводив ее взглядом, Дамир невольно ухмыльнулся:

– Она явно что-то о нас знает, – рассмеялся он, провожая взглядом тощий плешивый хвост. – Нам бы так… Щелкнул пальцами и уменьшился до размеров кота. Да, Златка?

– Выдумщик! – отмахнулась девушка и недовольно насупилась. – Сколько можно просить, чтобы называл меня по имени, а не придумывал клички, – отчитывая парня на бегу, Мира поправила сбившийся шерстяной шарф, прикрыв замерзший нос и обветренные губы.

Девушка припустилась быстрее. Капюшон с облезлой меховой опушкой давно свалился с головы и тяжёлым комом бил по спине.

Ветер усиливался, гоняя по серому небу тяжелые пепельные тучи и продувая насквозь залатанные поношенные одежды беглецов. Не сбавляя скорость, они миновали громкие бакалейные ряды и остановились отдышаться возле лавки с тканями, где старушка зазывала покупателей и одновременно махала руками, прогоняя беспокойных детей, так и норовящих что-нибудь стянуть с прилавка, но не ради наживы, а на спор или из баловства. В самом городе жизнь была куда более сносной и сытой, чем в нищих деревнях за окраиной Кряждара.

Мирослава перепрыгнула через сундук со стёгаными одеялами и свернула в ближайшую подворотню, где располагались жилые дома. Не успела она накинуть капюшон на голову, как сразу зацепилась им за верёвки с бельём, что свисали над улицей. Мира недовольно зашипела и сделала вынужденную остановку.

– Ты опять? – притормозив, Дамир помог ей выпутаться из западни и, снова схватив за руку, потащил за собой.

Сзади прозвучал оглушительный резкий крик, нагнавший их вместе с порывом холодного ветра:

– Стойте, выродки! Держите воришек! Не дайте им уйти.

– Аскаровы прихвостни! – рыкнув под нос, Дамир крепче сжал пальцы подруги. – Быстрее, Мирка, надо оторваться.

Ее не надо было просить. Она и сама понимала, какая опасность им грозит, если преследователи их все-таки догонят. Маловероятно, но все равно страшно.

Девушка неслась во всю прыть, пугливо оглядываясь через плечо. Торговец и двое верзил мчались за ними следом, громыхая тяжёлыми сапогами по мостовой.

– Сюда! – Дамир резко свернул направо, толкая Мирy в проход между домами.

Переулок был узким и темным, с нависающими крышами и мешками с мусором, заграждающими путь. Сморщив нос и стараясь не вдыхать гнилостную вонь, Мира прыгала через препятствия, как резвая коза на выгуле, и изо всех сил цеплялась за руку Дамира, боясь отпустить хоть на миг.

Еще несколько раз свернув, чтобы запутать следы, они выскочили на маленькую площадь, где кипела жизнь ремесленного города. Кузнецы стучали молотами, хлебопёки раскатывали тесто, покупатели громко спорили и торговались с продавцами, стараясь сбить цены.

– Ловите рыжую воровку и ее приятеля! – снова раздался за их спинами свирепый рык.

Мира похолодела, заметив, как горожане воинственно уставились на них, сразу выцепив из толпы подозрительную парочку в лохмотьях. Кто-то успел схватить ее за рукав, но девушка вырвалась. Другой – грузный пузатый мужик в цветастом шерстяном кафтане выставил вперед ногу, за что получил от Дамира кулаком прямо в лоснящуюся рожу. Нос хрустнул, хлынула кровь. Мужик завопил, как резаная свинья. Любопытный народ расступился, предвкушая расправу над вороватыми оборванцами, но находчивая парочка использовала эту короткую заминку и нырнула в очередной узкий проход.

Они снова оказались в тесном переулке. Дамир схватил Мирy за воротник плаща, заставив отступить в темную нишу между жилыми постройками. Та инстинктивно потянулась к нему.

– Тише… – шепнул он, закрыв ладонью её рот. – Ни слова.

Шаги и вопли преследователей пронеслись мимо и смешались с гомоном шумного города. Парень прислонил Мирy к стене, привалившись к девушке гибким жилистым телом. Они замерли, глядя друг на друга распахнутыми глазами, шумное дыхание срывалось с губ и поднималось вверх облачками белого пара.

Когда опасность миновала, Дамир расслабился и ободряюще улыбнулся своей перепуганной подельнице:

– Кажется, пронесло.

Мира перевела дыхание, её растрёпанные ветром волосы лезли в глаза и жутко раздражали. Толкнув парня в грудь, она попыталась привести их в порядок. Пропуская густые локоны сквозь пальцы, по новой собрала хвост и для надежности заплела тот в тугую косу, а кончик несколько раз пропустила через шнурок.

– На баранку похоже, но тебе идет, – ухмыльнулся Дамир, оценив ее старания. – В следующий раз спрячь волосы под платком, да потуже. Ты слишком заметная.

– Я же не специально, – огрызнулась девушка, показывая на оборванные завязки капюшона. – В прошлые разы он не сваливался. Дома починим, и платок не понадобится. Хотя… – она задумчиво замолчала, приглаживая топорщащиеся на висках волоски. – Может, подстричься под мальчика и дело с концом?

– Не вздумай! – возмутился Дамир. – Жрецы говорят, что медные волосы – дар огненного дракона. Боги оберегают тех, кто носит на голове золотое руно.

– Дурак ты, Дамир, – фыркнула Мира, тряхнув головой. – И боги эти дурацкие. Не наши. Если они кого и оберегают, так Аскаров, а на нас, людей, плевать хотели с высокой колокольни. Лучше покажи, что тебе удалось стащить.

Посторонившись, парень снял с плеча увесистую холщовую сумку, дернул веревки, расширяя края, и продемонстрировал Мире добычу. Затаив дыхание, девушка с любопытством заглянула внутрь. Улов оказался небольшим. Несколько сочных яблок, три лепёшки из грубого пшена, два мешочка с сушёной фасолью и круглая головка твёрдого сыра.

– Ну как тебе? – с гордостью усмехнулся он, доставая спелое яблоко и протягивая Мире. – Смотрите-ка, великий вор снова подчинил торговцев своему мастерству. Даже Аскарот улыбнулся бы нам, увидев, как я их всех перехитрил.

– Ага, улыбнулся бы, – иронично хмыкнула девушка. – Прям зубастой пастью, а потом поджарил бы обоих и сожрал наши жалкие косточки. – Мира насмешливо покачала головой и вытащила из-за пазухи два небольших мешочка с монетами. – Посмотри-ка на это, великий вор. – с триумфальной улыбкой она потрясла ими перед носом парня.

– Ничего себе, – искренне восхитился Дамир, голубые глаза азартно сверкнули. – Когда успела? Вроде все время была на виду.

– Ловкость рук и никакого мошенничества, – вздёрнула нос Мира и небрежно повела плечами.

Она поочерёдно высыпала содержимое мешочков на ладонь и тщательно пересчитала. Дамир все это время молчал и, казалось, даже не дышал. В счете он был не силен, зато быстрее Миры научился читать и писать.

– Неплохо… – наконец выдохнула она. – У нас тут тридцать пять медных тлей и двадцать серебряных. На две недели точно должно хватить.

– Ха! Ну конечно, добыча мелкая, по сравнению с моими яблоками, лепёшками и фасолью. – усмехнулся Дамир, но, разумеется, он так не думал. Ему просто было сложно признать, что девчонка снова его обошла, и горечь поражения парень прятал за напускной бравадой. – Признай, что без меня тебе не удалось бы стянуть монеты. Я виртуозно отвлекал торговцев и взял удар на себя.

Мира тихо засмеялась, аккуратно перекладывая тлеи в один мешочек, смешивая серебро и медь.

– Слушай, – она подняла на него взгляд и, озорно прищурившись, подмигнула, – твоя добыча безусловно внушительна… но мои тлеи говорят, что я сегодня сильнее тебя.

– Хм, – Дамир притворно вздохнул и отвесил театральный поклон, – Признаю поражение, о великая принцесса воров!

– Вот так-то лучше, – фыркнула Мира и ловко спрятала полный мешочек под плащ, а пустой сунула в карман.

Дамир с сочным хрустом откусил от яблока, которое Мира ему вернула, занявшись монетами.

– Эй! Это мое! – не всерьёз возмутилась она, вырвав у парня надкушенный фрукт.

Так они и передавали яблоко друг дружке, пока от сладкого плода не осталось даже огрызка. Немного передохнув и утолив голод, Мира снова заёрзала, словно птица на ветке перед взлётом, и выглянула из укрытия. Проход между домами был пуст. Лишь крысы да мыши копошились в гниющих кучах мусора.

Вскинув голову, девушка взглянула на небо. Серые, тяжёлые, спрессованные тучи, как каменные плиты, висели над крышами. Уже многие недели солнечный свет не пробивался сквозь эту мрачную пелену, а если случайному лучу и удавалось найти лазейку, то длилось это чудо не дольше нескольких секунд. Сейчас Мире и вовсе показалось, что небеса стали ещё ниже, будто собирались обрушиться прямо на головы людей.

– Темнеет, – протянула она, обернувшись на Дамира, прислонившегося к покрытой мхом и плесенью стене. – Нам пора уходить.

Дамир лениво потянулся и провел рукой по коротким светло-русым волосам, взъерошенным на затылке. Парень явно никуда не спешил в отличие от своей встревоженной подружки. После погони и подсчета добычи в его крови бурлили адреналин и жажда приключений. Домой идти совсем не хотелось. Да и никто его там особо не ждал…

Он ведь не родной в Миркиной семье. Соседский сирота, прикормыш, которого три года назад приютили из жалости после трагической гибели его отца. Тот сгинул в Чёрном Лесу, у самого края Пояса Завесы, куда редко совались даже самые отчаянные охотники.

Отец Дамира был мужиком грубым, но справедливым. Его руки знали цену тяжёлой работе. Он ставил силки на зверя и ловил рыбу на бурной и опасной речке Стеклянке, берущей начало в необитаемых Мерзлых Землях и несущей свои стремительные воды вдоль южной окраины Кряждара. Куда русло уходило дальше – никто из местных не знал.

Старики и жрецы судачили, что Стеклянка пересекает границы всех четырёх городов и убегает за Пояс Завесы, прямиком в Пепельные Земли, где располагались величественные дворцы аскарских князей и неприступная Обитель Драконов. Но то были досужие сплетни и домыслы, а как все обстояло на самом деле – оставалось только гадать.

Шкуры добытой дичи отец Дамира выделывал сам. Из оленьих – шил теплую одежду и накидки для соседей, а заячьи и лисьи меха продавал перекупщикам на рынке.

Иногда возвращался из города с копчёной рыбой или вяленым мясом, и в доме на несколько дней воцарялся настоящий праздник.

Другой раз отец относил на базар целые связки кроличьих лапок – кряждарцы их брали на удачу и как оберег от аскарских тварей.

А бывало, тащил кости и рога, которые потом менял у бродячих ремесленников на ножи, глиняную посуду или свежий хлеб. С монетами торговцы расставались крайне неохотно, поэтому приходилось довольствоваться тем, что давали.

Дамир хорошо запомнил суровый отцовский нрав, когда тот учил сына различать в лесу звериные следы и скрываться от смертоносных чудовищ.

А мать… её Дамир вообще не помнил. Она умерла от болезни легких, когда он еще пешком под стол ходил. А когда и отца не стало, Дамир перекочевал к соседям, которые решили, что лишние руки в хозяйстве не помешают.

– Можно еще немного прогуляться, – отмахнувшись от невесёлых мыслей, воодушевлённо заявил парень, взглянув на подружку, кутавшуюся в плащ от пронизывающего ветра. – Наберем угля возле Башни Тепла и согреемся заодно.

– Ты шутишь? – грозно зыркнула на него Мира. – Если не вернемся до темноты, нам негде будет спрятаться от крылов. От этих тварей тебе точно не убежать, а мне и подавно. Сожрут и костей не оставят.

Дамир прищурился, на губах играла лихая улыбка.

– Вот заладила. Кости… сожрут. Трусиха ты, Златка, – усмехнулся он, вешая сумку с добычей через плечо.

– Эй! – она несильно засветила кулаком в его плечо. – У меня имя есть. Ми-ро-сла-ва. Запомни, наконец.

– Златка лучше звучит, – рассмеялся Дамир и миролюбиво добавил: – Ладно, твоя взяла. Пошли домой.

Мира с облегчением кивнула.

Они выскользнули из узкого переулка и снова окунулись в оживленный гомон города.

Пахло пряностями, копченой рыбой и горячим хлебом. Торговцы потихоньку собирали оставшиеся товары, толпы покупателей постепенно редели, дети разбегались по домам. По мостовой катились телеги, а у мастерских юные ученики о чем-то спорили между собой.

– Здравствуй, Мира! – поздоровался молодой кузнец Степан, поправляя рукавицы. – Давно тебя не было видно. Я смотрю, ты все хорошеешь. Красавица стала, глаз не отвести.

– Спасибо, Степ, – скромно потупилась Мира, смущенно опустив взгляд.

– Слюни подотри, Степка. Эта красавица не про твою честь, – рыкнул Дамир, грозно набычившись: – Мирка за меня замуж пойдет.

Мира засмеялась, слегка шлепнув приятеля по плечу. Степан усмехнулся и покачал головой, возвращаясь к своему горну, а герои продолжили путь.

По мере того, как они продвигались по улицам, город постепенно замирал. Кряждарцы спешили вернуться в свои дома засветло. Торговцы торопливо сгребали товар в сундуки, хозяева лавок с грохотом опускали тяжёлые ставни. Даже собаки, будто чуя беду, прижимали хвосты и прятались в подворотнях.

Мира и Дамир тоже ускорились.

Несмотря на всю свою браваду, парень отлично понимал, чем может закончиться встреча с зубастыми отродьями Аскаров.

Ещё отец говорил ему: «Со зверем можно справиться силой, с пепельником – скоростью, а вот с крылом – только молитвой, и та не поможет».

Днём эти твари не представляли угрозы. Они отсиживались в лесах и топях Пояса Завесы и, скрытые густым мраком чащ, терпеливо выжидали.

Но ночью…

Ночью они выходили на охоту. Стаи крылов кружили над крышами, пикировали в переулки, а их визгливый крик вызывал у людей первобытный ужас. Любой человек или животное, оказавшееся у них на пути, становилось добычей.

К счастью людей, набеги крылов в последние годы случались не так часто, как в былые времена. Но рисковать всё равно никто не хотел. Ведь быть растерзанным – не единственная опасность.

Много лет назад аскарские наместники издали суровый указ.

Жителям четырёх городов – Кряждара, Клинграда, Нордстали и Лиграда, а также их окраин – строго запрещалось покидать свои дома и хижины после наступления темноты.

Нарушителей карали без пощады.

Оступившихся впервые били плетью на городской площади под ехидные насмешки стражников.

Во второй раз заковывали в кандалы и отправляли на каторгу в каменоломни.

А тех, кто осмеливался третий раз нарушить запрет, показательно казнили на главной площади перед Башней Тепла, чтобы вся округа видела, к чему приводит неповиновение.

«Кто не чтит закон, тот кормит тварей», – любили повторять наместники, устраивая публичные наказания. Для устрашения, для подавления и для того, чтобы простые люди никогда не забывали, что власть Аскаров сильнее ночных чудовищ.

Дамир каждый раз сжимал кулаки, когда слышал о подобных расправах. Его нутро клокотало от ярости.

Если бы Аскары не создавали мерзких тварей, то и в жестоких указах не было бы нужды.

Именно их тёмные опыты в Поясе Завесы породили свирепых монстров, что теперь охотились по ночам.

А потом те же правители выставили себя спасителями, будто вовсе не они выпустили зло в этот мир.