Полная версия
Волшебная библиотека Книггсов. Проклятый медальон
– Видишь ли, мы руководствовались соображениями безопасности, – объяснил дедушка Виллем. – Чем меньше людей знало о секретной библиотеке, тем надежнее она защищена. У каждого из нас имелась своя конкретная задача, и Александр был единственным, кто знал дорогу к дому.
– Однако очевидно, что он скрыл от нас очень важные, существенные вещи! – строго заметила бабушка Анна.
– Но ты же знаешь, каким он был, Анна.
– Каким? – спросил Томми.
– Он бы отдал жизнь, чтобы защитить книги, – ответил дедушка. – Это было его долгом, делом всей его жизни. Но порой он все преувеличивал и думал, что один отвечает за все. И многое нам не рассказывал. А значит, мы почти ничем не могли ему помочь.
За окном, как всегда, как и каждое утро, предрассветная синева начала окрашиваться в более светлые тона. Защебетали первые птицы, заводя, несомненно, очень важные разговоры. Как всегда. Однако Томми казалось, будто вокруг него просыпается совершенно другой мир, которого он прежде никогда не видел. Все, что он теперь делал, было новым, и существовала тысяча возможностей потерпеть сокрушительную неудачу.
– Мне отпросить тебя сегодня от школы? – спросила бабушка. – Чтобы ты наконец отдохнул.
– Нет. Я не могу оставить Миру одну, – ответил Томми. – Если слух о Финне, Ноле и Джеральдине распространится, за нас сразу же примутся.
Он закрыл лицо руками.
– А вы совершенно ничего не знаете, – сухо сказал дедушка Виллем.
– И кто, интересно, нам поверит?
– Это не имеет значения.
– А что тогда имеет значение?
– Время, – заявил дедушка с озорной улыбкой. – Нам нужна фора, чтобы возобновить работу гильдии. И чтобы Книггсы помогли твоим друзьям выбраться из книг. – Он встал. – Томми, я заберу тебя сегодня из школы. Хочу показать тебе кое-что. Тебе и Мире. Вам это может пригодиться, и теперь вы более чем готовы все узнать.
* * *В школе Томми с тревогой искал Миру. Где же она? И почему не отвечает на его сообщения?
Когда он с замиранием сердца ходил взад и вперед между цветочными клумбами, их привычным местом сбора, то заметил маленького лопоухого мальчика в красной шапочке, который застенчиво смотрел на него издалека. Из второго, может быть, третьего класса. Он был из тех детей, которые должны держать ухо востро, чтобы ими не командовали на школьном дворе такие, как Джеральдина, или чтобы весь класс не поднял их на смех. Томми видел такое не раз: в школе всегда находились один или два изгоя и либо их безжалостно игнорировали, либо ими просто помыкали. Он и сам чуть не стал грушей для битья в своем классе, но Нола и Финн не позволили этому случиться.
Томми махнул рукой мальчишке. Тот покраснел в тон своей смешной шапочке и уставился на Томми с удивленной улыбкой. Но мысли Томми уже вернулись к близнецам. Как же больно было осознавать, что их сейчас здесь нет, что они бог знает где, в неизведанном мире книг. Успеют ли они вернуться до того, как болезнь выцветания овладеет книгой, в которую они попали, и…
– Что с тобой? Ты похож на кусок мокрой ваты, – пропыхтела Мира, появившаяся из ниоткуда. Она и сама выглядела усталой, напряженной и бледной, как вата.
– Ну, попробуй догадаться, только не произноси вслух, – пробормотал Томми.
Вместе они наблюдали за подружками Джеральдины, Касси и Пенни, которые на этот раз не пялились на них, а, склонившись друг к другу, лихорадочно о чем-то перешептывались. Они, вероятно, были удивлены, что дочь министра до сих пор не пришла. И были бы удивлены еще больше, узнай, что их заводилу проглотила книга. Босую.
– А что ты сделала с кроссовкой? – шепотом спросил Томми.
Мира опустила голову и пробормотала:
– Она в морозилке. С рыбными палочками.
– А мама что?
– Я сказала ей, будто увидела в саду жутких животных и захотела взглянуть на них.
– Ты имела в виду меня, этакого розового слона в пачке?
На лице Миры промелькнула тень улыбки, и Томми был рад, что отвлек подругу на мгновение.
Но ее серьезность быстро вернулась.
– Скоро они начнут задавать нам вопросы, – прошептала Мира, – учителя, родители Нолы и Финна, может быть даже мать Джеральдины.
– Мы не можем раскрыть им правду ни при каких обстоятельствах, – сказал Томми. – Мы просто будем все отрицать.
– Надеюсь, я смогу преодолеть себя. Я не знала, что лгать так трудно, даже если лжешь, чтобы защитить что-то прекрасное и доброе. – Мира огляделась. – Скажи, у тебя появился новый поклонник? – Она указала на мальчугана в красной шапочке.
– Без понятия.
Мира тоже помахала мальчишке, который снова засиял от радости и смущения. Казалось, он хотел подойти к ним, но прозвенел звонок, и мальчик помчался через школьный двор в класс, при этом его портфель за спиной подпрыгивал вверх-вниз.
Томми слегка коснулся руки Миры:
– Послушай, Мира. Теперь мы должны быть такими же храбрыми, как Финн и Нола. Они рассчитывают на нас. Если министерство отыщет библиотеку, оно точно уничтожит все книги. Тогда они никогда не найдут дорогу обратно. Нам придется лгать. Нам придется тянуть время. Что бы они ни спрашивали, мы ничего не знаем. А сегодня днем дедушка Виллем хочет нам что-то показать. Думаю, это как-то связано с библиотекой.
Мира с трудом сглотнула, затем кивнула.
– Одно несомненно, – прошептала она по пути в здание школы, – то, что мы видели там вчера вечером, было чудом. Но теперь я знаю: не каждое чудо чудесно.
Томми и Мира сели на свои обычные места, рядом с пустовавшими партами Финна и Нолы, и сделали вид, что не замечают вопросительных взглядов одноклассников. Первая парта также пустовала: место, где обычно восседала дочь госпожи министра.
Следующее не такое уж чудесное чудо случилось во время второго урока: напряженная директриса вывела Томми и Миру из класса.
Не дойдя до своего кабинета, женщина резко остановилась.
– Вы должны сказать мне правду, прежде чем мы туда войдем, – начала она.
Мира вежливо сказала:
– Ну конечно, госпожа директор.
– О чем? – с невинным видом осведомился Томми.
– О местонахождении Финна и Нолы. – Голос директрисы дрогнул.
– А что случилось? – спросила Мира. – Они заболели?
Директриса нервно заломила руки.
– Нет, звонили их родители, – торопливо сообщила она. – Нола и Финн… они, кажется, сбежали.
– О нет, – выдохнула Мира, широко раскрыв глаза. – Какой ужас!
– Но почему? – запинаясь пробормотал Томми.
Затем дверь в директорский кабинет распахнулась.
– Я больше не намерена ждать! – закричала госпожа министр одновременно зло, отчаянно и очень, очень решительно. Затем ее взгляд упал на Миру и Томми. Ее глаза сузились и превратились в щелочки. – Я бы хотела поговорить с этими детьми. По отдельности. Сначала с одной, потом с другим. Начнем с милой девочки, хорошо?
Томми снова услышал тихий хруст где-то внутри себя.
– Буду рада вам помочь, – пропищала стоявшая рядом Мира и храбро вошла в кабинет.
* * *Горностай, казалось, точно знал, что делать. Он спрыгнул с лестницы, направился к воротам и скрылся в кустах. Бунтесса и Королева Книггс наблюдали за ним из темного вестибюля: Королева – скептически, Бунтесса – с уверенностью.
– Он, наверное, уже забыл, что мы ему поручили, – сказала Королева Книггс. Она отвернулась, потому что дневной свет резал ей глаза, хотя солнце и было скрыто за густыми облаками.
Потребовалось довольно много времени и уговоров, прежде чем горностай приблизился к ним. Только после того, как Королева Книггс торжественно пообещала, что не отправит его обратно в книгу, он вылез из-под куста, осторожно принюхиваясь.
– Интересно, найдет ли он дорогу? – обеспокоенно спросила Бунтесса.
Свежий ветер прорвал пелену облаков, и ослепительный солнечный свет залил дикий сад. Пришло время Книггсам вернуться в свою секретную библиотеку, где только сияние их глаз прорезало темноту.
Тем временем горностай проскользнул между прутьями ворот и целенаправленно побежал своей дорогой.
3
– Пироги, вот еще, – сказал Аттила Книггс, слезая с полки, где он прятался от Романетты, которая снова действовала ему на нервы.
В другом конце зала послышался ее голос:
– Аттилочка, ты где?
– На тарелке должен лежать настоящий стейк, – проворчал он, осторожно спускаясь по ступенькам и оглядываясь по сторонам.
– Из этого я делаю вывод, что подходящей тарелки не нашлось, – фыркнул Шерлокко, попыхивая пустой трубкой.
Естественно, любые новости о детях немедленно расходились по секретной библиотеке. Между полками с «Фантастическими мирами» и «Вампиризмом» сидели Шерлокко, Гурманц и Шеф ван Кухель. Они не видели Аттилу Книггса, пока тот не вставил свой грубый комментарий с соседней полки.
– Прекрасный стейк из конины, – мечтательно сказал он, облизывая губы. – Хрустящий снаружи, сочный внутри.
– Неужели ты ешь лошадей? – в ужасе спросил Шерлокко. – Я думал, монголы на них ездят.
Аттила гордо выпятил грудь:
– Настоящий монгол даже в туалет ездит на лошади.
– Тогда тебе, мини-монгол, – самодовольно возразил Шерлокко, – стоит определиться: либо ты ешь лошадей, либо ездишь на них. Нельзя делать и то и другое.
Аттила, который никогда не сидел на лошади, не говоря уже о том, чтобы есть их, побагровел от гнева, услышав эти насмешливые слова.
– Ты, напыщенный фанфарон, ты немедленно… – начал он, фыркнув. Но тут из-за полки, пританцовывая, выскочила Романетта.
– Аттилочка – ик! – вот ты где! – радостно воскликнула она.
Аттила Книггс тут же рванул с места. Романетта в развевающихся одеяниях поспешила за ним. Шерлокко, Гурманц и Шеф ван Кухель смотрели им вслед.
– Однако стоит заметить, – сказал Шеф ван Кухель, – что сливовый пирог тетушки Полли – это легенда.
– Кто такая тетушка Полли? – раздраженно спросил Шерлокко.
Шеф ван Кухель закатил глаза.
* * *Уставшая Джеральдина брела по дороге, которая на самом деле была не дорогой, а скорее ухабистой грязной тропой, покрытой галькой, так что каждый шаг по ней причинял боль. Ноги были исколоты колючками, росшими на лугу, где она проснулась. Ой, как же больно! Почему она босая? И где она вообще? Вокруг не виднелось ни одного дома. Первым ее порывом было схватить мобильник. Но она оставила его дома, тщательно спрятав под подушкой, чтобы приложение «ЯТут» не выдало ее матери, что ночью Джеральдина ускользнула, надеясь поймать близнецов и их друзей за кознями. И да, она их поймала. В том ужасном старом доме, полном злых книг!
Еще она вспомнила подвал, где Финн, Нола и их друзья играли с роботами-троллями. Но что было потом, она не помнила. Только ослепительный свет, а затем тьма. Было ясно, что эти наглецы оглушили ее. А потом куда-то оттащили. Без обуви!
Злоба захлестнула Джеральдину.
– Ну погодите же, – бормотала она снова и снова, – вы заплатите за это!
Как же ей хотелось пить. Она слышала журчание воды за деревьями и кустами справа. Но чтобы добраться до нее, во-первых, ей пришлось бы пробираться сквозь плотный подлесок – кошмар! – босиком. Во-вторых, она никогда не станет пить грязную некипяченую воду. Кто знает, что в ней. Нет, Джеральдине нужен был вкусный прохладный лимонад. Или ананасовый сок. Она продолжала идти, ступни ныли, а от мысли о стакане любимого сока во рту скапливалась слюна. Только жужжащие вокруг насекомые, от которых ей приходилось отмахиваться, отвлекали ее от этих мыслей. Она не знала, сколько уже успела пройти, когда вдруг услышала голоса.
Джеральдина остановилась. Прислушалась. Откуда они доносились? Что это за голоса? Громкие. Пронзительные. Детские. Должно быть, это банда Финна и Нолы. Они просто оставили ее на этом дурацком лугу, а сами теперь веселятся. Наверное, покатываются со смеху над своей шуткой. Ну погодите же!
Джеральдина поспешила дальше. Подойдя ближе к источнику звука, девочка поняла, что он идет от реки. Теперь она слышала плеск воды. Они что, купаются в этой гадости? Ну и достанется же им за это! Купание в реке запрещено! А еще им достанется за зловредные книги и роботов-троллей.
К сожалению, чтобы застать эту банду врасплох, Джеральдине сначала все же пришлось пересечь подлесок. Там она заметила тропинку, ведущую сквозь кусты. Ага, значит, они уже не в первый раз ходят сюда. Тропинка оказалась еще более колючей, чем та, по которой она шла до сих пор. Осторожно, время от времени тихо постанывая, она приблизилась к реке.
Добравшись до песчаного берега, Джеральдина в изумлении остановилась. Это была не та банда, что похитила ее. В реке купались другие дети, которых она никогда раньше не видела. Шестеро мальчишек. Они прыгали со скалы, боролись друг с другом, ныряли и выныривали, отфыркиваясь. Джеральдина, все еще с изумлением наблюдая за их проделками, заметила, что эта река совсем не похожа на Старую реку, в которую она бросала камни. Только сейчас девочка как следует осмотрелась. Местность показалась ей совсем незнакомой. Нола и Финн, должно быть, утащили ее очень далеко. Первоочередной задачей было наконец-то раздобыть мобильник, чтобы позвонить матери.
– Эй, вы там! – крикнула она.
Мальчишки продолжали плескаться, делая вид, что ничего не слышат.
Джеральдина подбоченилась.
– Эй! – крикнула она еще громче. – Я к вам обращаюсь!
Дети никак не отреагировали.
– Да это просто… – возмущенно воскликнула она. Никогда раньше она не сталкивалась с подобным поведением. Ни один ребенок в школе не посмел бы так пренебрежительно игнорировать дочь министра.
– Я все про вас расскажу! – крикнула она.
Затем ее взгляд упал на кучу одежды на берегу. Должно быть, там же были и мобильники мальчишек. Джеральдина замялась. Рыться в чужих вещах было не совсем порядочно. Но ситуация сложилась чрезвычайная. И если эти наглецы не хотят ей помогать, она будет действовать сама.
– Я одолжу ненадолго мобильник! – все же крикнула она, наклоняясь к сваленной в кучу одежде.
Но что это была за одежда! И не одежда вовсе, а какое-то тряпье. Джеральдина, едва прикасаясь к вещам, обшарила грязные рубашки и брюки. Она нашла: грецкий орех, сломанное и тупое лезвие ножа, моток веревки и, к своему ужасу, дохлую лягушку. Чего она не нашла, так это мобильных телефонов.
Джеральдина задумчиво посмотрела на мальчиков, которые по-прежнему не обращали на нее ни малейшего внимания, хотя она открыто обыскивала их вещи. Видимо, эти дети тоже оставили свои телефоны дома, чтобы играть в свои запрещенные игры. Вероятно, они научились этому у Финна и Нолы. Мать была права: возмутительное поведение распространялось быстро. Его нужно было пресечь. Да, Джеральдина тоже оставила свой мобильный дома, но это было совсем другое. В конце концов, она была одной из примерных девочек и ей предстояло выполнить важное задание. И дело было не только в том, чтобы поймать с поличным банду близнецов. Ей хотелось продолжить отцовские труды и уничтожить лживые книги! Джеральдина почувствовала воодушевление при мысли о том, что она исполняет миссию отца.
Тут ее взгляд упал на ботинки. Они лежали рядом с одеждой одного из мальчишек, довольно уродливые и стоптанные. К тому же грязные. Джеральдина поискала еще одну пару, но на берегу была только эта. Она с легким отвращением взяла их и понюхала.
– Фу, – вырвалось у нее. Затем девочка опустила взгляд на свои исцарапанные и израненные ноги. – Все ради миссии, – пробормотала она и громко крикнула: – Я одолжу ботинки!
И Джеральдина натянула их. Когда она уже собиралась встать, один мальчик вышел из воды на берег. Она замерла. Мальчик, примерно ее возраста, наклонился над своей одеждой и поискал что-то в карманах. На нем были такие потрепанные, старые трусы, что Джеральдина скривилась от отвращения. Мальчишка вдруг нахмурился, настороженно огляделся по сторонам, а затем повернулся к своим друзьям, которые все еще плескались в воде.
– Эй! – крикнул он. – Кто спрятал мои ботинки?
Остальные мальчики рассмеялись.
– Надо было лучше их стеречь, – ответил один.
– Это подло. Если я вернусь домой без ботинок, отец будет в ярости.
Другие мальчики снова рассмеялись:
– Поделом тебе!
Лицо мальчика без обувки было полно отчаяния.
Джеральдина уставилась на него, открыв рот. Потом на ботинки на своих ногах.
Она уже ничего не понимала.
* * *– Нам нужно туда, – решила Лисандра, указывая налево. И, не дожидаясь ответа, направилась в ту сторону.
Финну это не понравилось. Он не любил, когда им командовали. Только Ноле позволялось это делать. Знать бы, где она…
– Что случилось? – спросила Лисандра и остановилась.
– А я думаю, нам туда, – крикнул Финн, указывая направо.
– Хорошо, – просто сказала Лисандра и зашагала в противоположном направлении.
Финн замялся. Нола могла бы с тем же успехом пойти налево. Он выбрал другую сторону только потому, что не хотел, чтобы Лисандра командовала.
Тут она повернулась к нему:
– Что теперь не так?
Финн пожал плечами, капитулируя, и последовал за ней.
Они молча шли по тропинке, Финн любовался разноцветными, прямо-таки огромными бабочками, порхающими с цветка на цветок. Интересно, какие еще странности существуют в этом мире?
Например, феи огня!
– Откуда берутся феи огня? – спросил он Лисандру.
– Ха! – сказала та, сделала изящное сальто, а затем побежала дальше как ни в чем не бывало.
– От сальто? – спросил Финн, оправившись от изумления.
– Есть только одна фея огня, – ответила Лисандра. – Это я.
– Ясно, а ты откуда?
– Меня принес сапожник.
– Что?
– О! – испуганно воскликнула Лисандра и прикрыла рот рукой. Затем она присела в реверансе и сделала вид, будто подбирает юбку. – Извини. Я, конечно же, имела в виду, что меня принес великий сказитель.
Финн ничего не понял.
– Но… – начал он.
Однако Лисандра всплеснула руками.
– Вопросы, вопросы. Одни вопросы. – Она мрачно посмотрела на него. – Неужели это все, на что ты способен?
– Я могу находить вещи, – ответил Финн, так же мрачно глядя на фею.
– Прекрасно. Тогда найди нам что-нибудь поесть. Вообще-то, я голодна.
«Ну вот, по крайней мере она хоть ест», – подумал Финн, и в голове его завертелось множество вопросов. Собрать ягод? Где их найти? Наловить рыбы? Он понятия не имел, как это делается. Найти магазин? Ну конечно!
– Мы могли бы… – снова начал Финн, и Лисандра снова перебила его.
– Чувствуешь запах? – Она повела носом во все стороны и наконец сказала: – Туда. Идем!
Фея направилась прямо к кукурузному полю, раскинувшемуся по другую сторону дороги.
Финн последовал за Лисандрой, которая целеустремленно шла среди идеально прямых растений. Финн удивился, что она точно знала, куда идет, ведь стебли кукурузы сильно возвышались над ними, так что он видел только небо. Но видимо, ее вел нос, и вскоре Финн тоже учуял этот запах – запах жареного мяса!
Они дошли до конца поля. Перед ними находилась площадь с несколькими строениями: большой дом, амбар и что-то похожее на конюшню. В тени дерева перед домом несколько лошадей щипали редкую траву. А перед амбаром на стульях, табуретках и деревянных чурбанах сидели с десяток мужчин, все разговаривали. На них были грубые рубашки, мешковатые брюки и неуклюжие ботинки. Их хриплые голоса и смех звучали будто из другого мира. «Так они и есть из другого мира, – подумал Финн, – из книжного».
Запах, который заманил их сюда, исходил от металлической чаши на подставках, где на гриле с шипением жарились куски мяса.
– Вот наша еда! – удовлетворенно воскликнула Лисандра и пошла по направлению к жаровне.
– Сначала надо спросить, – предупредил Финн. Но Лисандра не послушала его. Вместо этого она направилась прямо к грилю. Чувствуя себя неловко и не отрывая глаз от группы мужчин, Финн последовал за ней. Однако те не обратили на них внимания.
Лисандра схватила кусок мяса и откусила.
– Мм, – произнесла она, – очень вкусно.
Она взяла второй кусок и бросила Финну. Тот едва успел его поймать. Но мясо было ужасно горячим.
– Ай! – взвизгнул мальчик, перебрасывая кусок из руки в руку. – Как ты можешь его так держать?
– Совсем ку-ку? – сказала Лисандра, жуя. – Я же фея огня!
– Ладно, – ответил Финн, – понял.
Тем временем его руки привыкли к горячему. Голод преодолел последнее препятствие.
– Ух ты, – простонал он, откусив от мяса, – это…
– Первоклассный говяжий стейк, – продолжила Лисандра, – такой можно найти только у настоящих ценителей.
Финн откусил еще.
– Но почему, – спросил он, – они не возражают против того, что мы вот так просто угощаемся? – Мальчик указал на мужчин, наливающих себе желтоватую жидкость из неприметной бутылки.
– Не видят они нас, – пробормотала Лисандра с набитым ртом.
Финн проглотил кусок.
– Правда? – переспросил он озадаченно.
– Ага, – спокойно ответила Лисандра, – слышать они нас тоже не слышат.
– Как это возможно? – удивился Финн.
– Мы не часть истории, – раздраженно ответила Лисандра. И Финн не стал продолжать расспросы. Но сам факт того, что они были невидимы и неслышимы, сразу же породил в нем множество идей. Какие забавные розыгрыши можно устроить. Можно, например…
Вдруг громкий крик прервал его фантазии.
– Папа! Папа! – По тропинке бежал босоногий мальчик. Мужчины с напитками в руках подняли головы. – Мы плавали в реке, – запыхавшись, сообщил мальчик, – и кто-то украл мои ботинки. Но я не нашел вора.
Он обращался к огромному мужчине. У него одного рубашка выглядела свежей, а ноги были обуты в сверкающие чистотой ботинки.
– Ты позволил украсть свои ботинки? – мрачно прорычал мужчина.
Голос мальчика задрожал:
– Но я никого не видел.
Финн и Лисандра переглянулись.
– Может, твоей сестре нужны новые туфли?
Финн покачал головой:
– Нет, ей не нужны. Но нам все равно надо пойти к тому месту, где купался мальчик.
На ходу Лисандра схватила еще два куска мяса с гриля. Финн уже собирался последовать за ней, когда произошло нечто странное. Огромный мужчина схватил мальчишку за воротник рубашки, перекинул его через свои колени и начал с силой бить по попе. Мальчик взвыл от боли и, вероятно, от стыда.
У Финна глаза чуть не вылезли из орбит.
– Что это вообще такое? – в ужасе выдохнул он.
Лисандра ухмыльнулась:
– Это называется взбучка.
– Украденные ботинки? – удивленно спросила Королева Книггс, недоверчиво качая головой. – С каждым разом все лучше и лучше. Сначала сливовый пирог. Теперь ботинки. Кто из детей это может быть?
Гвардиния Книггс взглянула на кроссовку, которая соскользнула с ноги Джеральдины, когда та упала в книгу.
– Есть у меня одно подозрение, – сказала она.
4
Ей просто необходимо было рассказать кому-то о своем открытии, которое она сделала перед тем, как проклятая подвальная книга засосала детей, словно ненасытная червоточина. Шрифтея осторожно положила на зеленый бархат одну из книг, полностью уничтоженную болезнью выцветания много лет назад.
– Посмотри, – взволнованно начала она. – Что-то происходит. Болезнь отступает. Кажется, истории возвращаются. Мастер Оракула, либо это чудо, либо должно быть какое-то разумное объяснение. Что говорят твои кубики?
Тезаурус с беспокойством посмотрел на нее. Даже его острые уши безвольно повисли.
– Кубики теперь говорят только с Двуликим. Если Томми не вернется, они будут молчать. А поскольку возвращение Чудесницы и Двуликого грозит для всех нас слишком большой опасностью, то, скорее всего, он не придет. Вероятно, никогда. И тогда… тогда от меня не будет никакого толку. Бесполезный Книггс. Ничтожный Книггс. – Тезаурус тяжело сглотнул и поморщился под своей густой бородой.
О девять муз! Тезаурус явно переживает жизненный кризис. Ладно, такое случается с каждым, кто доживает до восьмисот лет, однако сейчас был не лучший момент для жалости к себе.
