Приключения муравья Тима

– Бабушка, а можно я завтра с утра сначала схожу к малышу и извинюсь? А потом уже за иголкой?

– Можно, – кивнула бабушка. – И даже нужно. Потому что "дорогу осилит идущий". Даже если идти медленно и с остановками.

На следующее утро Тим проснулся, потянулся и улыбнулся. Солнышко светило ярко. Он встал, умылся, съел завтрак и первым делом побежал к малышу. Малыш уже не помнил никакой обиды и очень обрадовался гостю.

Потом Тим нашёл ту самую иголку (она всё ещё лежала на дороге, никто её не взял, потому что все знали: это "тимина" тропинка) и принёс в муравейник. Потом помог тетушке Мураве. Потом наносил воды в кладовку. И ещё сто разных дел переделал.

А вечером он сидел у входа в муравейник, смотрел на закат и думал: "Как хорошо, что бывают дни "наоборот". Без них никогда не поймёшь, как хорошо бывают дни "как надо".

И с тех пор Тим никогда не ругал себя за плохое настроение. Он просто говорил: "Ничего, это просто день "наоборот". Завтра будет новый день". И новый день всегда наступал.

Тим и великий спор

В муравейнике, где жил Тим, всё шло своим чередом. Муравьи трудились, запасали еду, ухаживали за личинками. И все привыкли делать дела так, как делали их деды и прадеды. Ничего не менялось. И всем это нравилось.

Кроме Тима.

Однажды Тим таскал хвоинки на верхний ярус муравейника и заметил, что каждый раз приходится делать огромный крюк через старый корень. Путь получался длинным и утомительным.

А рядом, совсем близко, лежал большой плоский камешек. Если бы муравьи носили хвоинки прямо по нему, дорога стала бы в два раза короче!

Тим поделился своей идеей с Жаком.

– Слушай, Жак! А давай предложим проложить новую тропинку через вон тот камень? Так будет гораздо быстрее!

– Через камень? – удивился Жак. – Но мы всегда ходили через корень. Так принято.

– Принято, но неудобно! – возразил Тим. – Давай попробуем!

В тот же вечер Тим выступил на собрании муравьёв. Он волновался, но говорил смело:

– Уважаемые сородичи! Я предлагаю построить новую дорогу – через плоский камень. Это сэкономит нам кучу времени и сил!

В муравейнике поднялся шум.

– Что за глупости! – закричал старый муравей по имени Громила (он был самым консервативным в муравейнике). – Мы всегда ходили через корень! Наши отцы ходили, деды ходили, и мы будем ходить!

– Но это же неудобно! – пытался возразить Тим.

– Неудобно, зато привычно! – рявкнул Громила. – А по камню скользко, да и неизвестно, кто там живёт. Нечего выдумывать!

Многие муравьи закивали. Им действительно было страшно менять то, что они знали с детства.

– Но я же не предлагаю всё ломать! – не сдавался Тим. – Я предлагаю сделать, как лучше!

– Молоко на усах не обсохло, а туда же – учить нас! – фыркнул Громила.

Тим посмотрел на муравьёв. В их глазах он видел страх и нежелание что-то менять. И ему стало очень грустно. Его идея никому не нужна.

Он вышел из муравейника и сел под травинкой. Подошла мудрая бабушка (она всегда появлялась, когда Тим был чем-то расстроен).

– Что приуныл, внучек?

– Бабушка, я предложил новую дорогу, а меня никто не слушает. Говорят, что всегда ходили через корень и хватит выдумывать.

– И что ты теперь думаешь?

– Думаю, что они правы. Кто я такой, чтобы что-то менять? Я же просто муравей.

Бабушка покачала головой.

– А знаешь, Тим, была когда-то давно такая история. Все муравьи ходили в обход большого оврага. Так было всегда. А один маленький муравьишка заметил, что через овраг можно перекинуть травинку и ходить напрямик. Его засмеяли. Но он не сдался. Он просто взял и перекинул травинку один. А на следующий день все пошли по его травинке.

– И что, его не ругали?

– Ругали сначала. А потом хвалили. Знаешь поговорку: "Глаза боятся, а лапки делают"?

– Знаю, – кивнул Тим.

– Так вот, иногда нужно не спорить, а просто взять и сделать. Показать пример. Если твоя идея хорошая – за тобой пойдут.

Тим задумался. А на следующее утро он встал пораньше, взял самую длинную и крепкую травинку и потащил её к камню. Он уложил травинку вдоль камня, чтобы лапкам не было скользко. Потом нашёл несколько мелких камешков и укрепил края. К обеду новая тропинка была готова.

Тим взял хвоинку и понёс по новой дороге. И правда – быстро и удобно! Он сходил туда-обратно три раза, пока другие муравьи ковыляли через корень один раз.

Первым заметил неладное Жак.

– Тим! Ты где ходишь?

– По новой тропе, – улыбнулся Тим. – Хочешь попробовать?

Жак опасливо ступил на травинку, прошёл по камню и обалдел.

– Это же в два раза быстрее!

– Ага, – кивнул Тим. – Я же говорил.

К вечеру уже половина муравьёв тайком бегала по новой тропе. А на следующее утро Громила, который шёл по старой дороге, увидел, что все его сородичи куда-то исчезли. Он оглянулся и заметил длинную вереницу муравьёв, весело семенящих по камню.

– Эй! А ну вернитесь! – закричал он. – Куда это вы?

Но его никто не слушал. Тогда Громила, ворча и ругаясь, поплёлся к камню. Осторожно ступил на травинку, прошёл, оглянулся…

– Хм, – сказал он. – А ведь и правда быстрее.

В обед Громила разыскал Тима.

– Слушай, малой, – буркнул он. – Тропинка… это… удобная вышла.

– Спасибо, – улыбнулся Тим.

– Но ты всё равно не думай, что ты самый умный! – добавил Громила для порядка и зашагал по своим делам.

А вечером бабушка снова подошла к Тиму.

– Ну что, внучек, доволен?

– Да, бабушка. Только почему они сразу не согласились? Ведь это же всем на пользу!

– Потому что, Тим, новое всегда пугает. Люди и муравьи боятся того, чего не знают. Но если твоё предложение действительно хорошее, рано или поздно все это поймут. Главное – не бояться идти первым. Запомни: "Под лежачий камень вода не течёт". Ты не лежал, ты действовал. И победил.

С тех пор в муравейнике появилось новое правило: если у кого-то есть идея, как сделать лучше, его не засмеивают, а внимательно слушают. А Тим понял, что иногда нужно не только трудиться, но и думать, и даже спорить, если это делает жизнь всех лучше.

И новую тропинку назвали "Тропой Тима". Правда, сам Тим стеснялся этого названия и говорил: "Да какая разница, как называется. Главное, что ходить удобно".

Тим и нежданный гость

В муравейнике было раннее утро. Тим только потянулся после сна и собирался выходить на тропинку, как вдруг раздался страшный грохот. Весь муравейник содрогнулся. С потолка посыпалась труха, а из детской комнаты раздался отчаянный писк личинок.

– Что случилось? – закричали муравьи. – Землетрясение?

Но это было не землетрясение. В главный коридор муравейника застрял ОН. Огромный жук-олень с ветвистыми рогами. Он пытался пролезть в нору, думая, что это его убежище, но застрял своими рогами в узком проходе и теперь отчаянно молотил лапами по стенам.

– Спасайся кто может! – завопил Жак и бросился наутек.

– Чудовище! – заверещали муравьи и попрятались кто куда.

Только мудрая бабушка и Тим остались на месте. Тим смотрел на жука и видел не чудовище, а испуганное существо. Глаза у жука были выпучены от страха, он дышал тяжело и часто.

– Помогите! – вдруг пропищал жук тоненьким голоском (таким тоненьким, что Тим даже удивился – как такой большой и такой тоненький голос?). – Я застрял! Я боюсь темноты!

Муравьи, которые попрятались за травинками, высунули носы и удивились. Оказывается, чудовище боится темноты?

Тим шагнул вперёд.

– Не бойся, – сказал он спокойно. – Мы тебе поможем. Только перестань молотить лапами, а то наш дом развалится.

Жук замер. Тим подошёл поближе и осмотрел, как именно застряли рога. Они заклинило между двумя крепкими корнями, которые служили опорами для муравейника.

– Так, – сказал Тим. – Бабушка, сходите, пожалуйста, принесите сладкого сока, который мы для праздника берегли.

Бабушка удивилась, но пошла.

– А ты, – обратился Тим к жуку, – попробуй голову чуть-чуть наклонить влево. Да не дёргай, плавно!

Жук послушался. Рога чуть-чуть сдвинулись, но не вышли.

Тут прибежала бабушка с капелькой сока на листике. Тим поднёс сок прямо к носу жука.

– Понюхай. Это наш самый вкусный сок. Хочешь попробовать?

Жук понюхал, глаза его подобрели, он высунул длинный язык и слизнул капельку.

– Ой, вкусно как! – сказал он. – А можно ещё?

– Можно, – улыбнулся Тим. – Только сначала выберемся. А ну-ка, ещё раз наклони голову, теперь вправо, и чуть-чуть назад. Плавно-плавно…

Жук наклонил голову, и – щёлк! – рога выскочили из западни. Жук вылетел из муравейника как пробка и кубарем покатился по травке.

Тим выбежал следом.

– Ты как? Цел?

Жук встал, отряхнулся и удивлённо посмотрел на маленького муравья.

– Цел, – сказал он. – Спасибо тебе, малыш. Я думал, что погибну в этой темноте. А ты не испугался, помог. Как тебя зовут?

– Тим.

– Запомни, Тим, – торжественно сказал жук. – Я – самый сильный жук в этом лесу. И если тебе или твоим родным когда-нибудь понадобится помощь – только позови. Я прилечу. Честное жучиное слово!

Жук расправил крылья и улетел. А Тим вернулся в муравейник. Там его уже ждали. Муравьи повылезали из укрытий и смотрели на Тима с восхищением.

– Тим, – сказал Главный Советник. – Ты проявил настоящую храбрость. Как ты не побоялся подойти к этому чудовищу?

– А я не чудовище видел, – ответил Тим. – Я видел того, кому нужна помощь. И потом, он вовсе не чудовище. Просто большой и испуганный. А бабушка всегда говорит: "Не надо бояться того, кто больше тебя. Надо быть смелым и добрым, и враг станет другом".

Бабушка, стоявшая в сторонке, довольно улыбнулась.

С тех пор муравьи перестали бояться больших жуков. А жук-олень часто пролетал мимо муравейника и всегда махал крылом Тиму. Иногда он приносил в подарок капельку вкусной смолы с высокой сосны, куда муравьи сами забраться не могли.

Так у Тима появился ещё один друг. Огромный, сильный и очень надёжный.

Тим и пропавшая личинка

В муравейнике стояло чудесное утро. Солнышко только-только позолотило верхушки травинок, роса ещё блестела на листьях, а муравьи уже высыпали на тропинки – начинался новый рабочий день.

Тим, как всегда, проснулся самым первым. Он умылся росинкой, причесал усики и вышел в центральный зал, чтобы понять, какая работа сегодня самая важная. В зале было пусто и тихо – все ещё спали. Только из детской комнаты доносилось тихое посапывание личинок и негромкая песенка нянечки, которая убаюкивала малышей.

– Хороший день сегодня будет, – подумал Тим и отправился проверять запасы в кладовых.

Прошло часа два. Солнце поднялось выше, муравейник проснулся и загудел, как большой улей. И вдруг этот привычный гул прорезал истошный крик:

– Караул! Беда! Личинка пропала!

Тим как раз нёс тяжёлую хвоинку в строительный отдел. Он замер на месте. Хвоинка выпала из лапок.

– Что? Как пропала?

Он бросился в детскую комнату. Там уже собралась толпа. Мама-нянечка – полная, добрая муравьиха по имени Ульяна – металась по комнате и громко плакала. Слёзы градом катились из её глаз, она вытирала их лапками, но они текли снова и снова.

– Я на минуточку отвернулась! – причитала она. – На одну только минуточку! Самую маленькую личинку положила погреться на солнышко, а сама пошла за свежим мхом подстелить. Возвращаюсь – а её нет! Нет моей крошки! Са-а-а-амая маленькая была, самая сла-а-а-а-а-аденькая!

И Ульяна зашлась таким горьким плачем, что у всех муравьёв сердца разрывались.

Жак, который всегда любил быть в центре событий, тут же принял командование:

– Так! Всем обыскать каждый уголок! Заглянуть под каждый камешек! Проверить все ходы! Быстро!

Муравьи бросились врассыпную. Началась суматоха. Кто-то бежал в одну сторону, кто-то в другую, они сталкивались, падали, вскакивали и бежали дальше. Шум стоял невообразимый.

Тётушка Мурава прибежала из кухни, вся в мучной пыльце, всплеснула лапками и принялась причитать:

– Охти мне! Охти! Маленькое дитятко пропало! Да как же это? Да куда же оно подевалось? Может, его муравьед унёс? Может, птица склевала?

– Какой муравьед, тётушка? – возразил кто-то. – Мы в лесу живём, здесь муравьедов отродясь не бывало!

– А может, в щель провалилась? – предположил другой муравей. – Надо все щели проверить!

И все бросились проверять щели. Лазили, шарили, заглядывали – пусто.

Даже Главный Советник, старый мудрый муравей по имени Архип, выполз из своих покоев. Обычно он никогда не покидал свой кабинет без крайней нужды, но тут случай был чрезвычайный. Он растерянно крутил головой, усики его безвольно повисли.

– Надо собрать отряд поисковиков, – проговорил он неуверенно. – Надо прочесать все окрестности…

Но все и так уже метались, никто не слушал приказов. Паника захлестнула муравейник.

И только один муравей не метался.

Тим стоял в сторонке, прислонившись к стеночке, и молчал. Он закрыл глаза. Он не бегал, не кричал, не предлагал бессмысленных идей. Он думал.

– Личинка… – шептал он про себя. – Самая маленькая. Только недавно из яйца вылупилась. Ходить почти не умеет, ползает еле-еле. Далеко уползти не могла. Значит, она где-то здесь, в муравейнике. Но где?

Он начал вспоминать всё, что знал о личинках. Личинки – они такие нежные, мягкие, беленькие. Они боятся холода. Любят тепло. Любят, когда тихо и спокойно. И ещё они очень любопытные – всё им интересно, всё хочется потрогать и понюхать.

– Куда бы я пополз, если бы был маленькой любопытной личинкой? – спросил себя Тим.

И тут его осенило.

В муравейнике было одно место, куда никто никогда не ходил. Старый заброшенный ход, который вели когда-то давно, ещё при прадедах нынешних муравьёв. Там, говорили, проходили тёплые воздушные потоки от поверхности, но ход был неудобный, узкий, и его забросили. Вход в него почти завалился, и про него все забыли.

А личинка? Личинка не знает, что там заброшено. Она просто ищет, где теплее и тише.

Тим открыл глаза и побежал.

– Тим, ты куда? – крикнул Жак, пробегая мимо. – Там же старый ход, он завален, туда давно никто не лазит!

– А вдруг! – крикнул на бегу Тим и нырнул в узкую щель, которая вела в забытый коридор.

Там было темно. Тим напряг зрение, привык к темноте и полез дальше. Ход действительно был узкий, местами осыпался, приходилось продираться сквозь труху и старые завалы.

– Личинка! – позвал он тихонько. – Ты здесь? Не бойся, я свой!

Тишина. Только где-то капала вода.

Тим полез дальше. Ход становился всё теплее. Ага, значит, не зря он вспомнил про воздух! И правда, здесь было теплее, чем в других частях муравейника.

– Личинка! – снова позвал Тим.

И вдруг он услышал. Тоненькое такое, едва различимое посапывание. Кто-то тихонько сопел во сне.

Сердце Тима радостно забилось. Он полез на звук. И увидел её.

Маленькая личинка лежала на мягком мху, который каким-то чудом занесло сюда ветром. Она свернулась калачиком, поджав под себя все свои складочки, и сладко спала. На мордочке застыло блаженное выражение – ей снилось что-то очень хорошее.

Тим подполз поближе, сел рядом и перевёл дух. Он так устал, продираясь через завалы, но сейчас усталость как рукой сняло. Он нашёл! Он её нашёл!

– Ну и напугала же ты всех, малышка, – прошептал Тим.

Он осторожно, очень бережно, поддел личинку своими лапками. Она была тёплая, мягкая, невесомая. Личинка во сне чуть-чуть пошевелилась, причмокнула и снова засопела.

– Тихо, тихо, спи, – прошептал Тим. – Я тебя отнесу домой. Не бойся.

Он прижал её к себе и полез обратно. Путь назад был труднее – одной лапкой приходилось держать личинку, а тремя карабкаться. Но Тим справлялся. Он лез медленно, осторожно, боясь разбудить малышку или задеть её о стены.

Наконец впереди забрезжил свет. Тим выбрался из старого хода в главный коридор и…

В коридоре по-прежнему царила паника. Муравьи бегали, сталкивались, кричали, плакали. Никто не заметил Тима.

– Тише вы! – крикнул Тим изо всех сил. – Разбудите!

Муравьи замерли. Обернулись. И увидели Тима, который стоял и держал в лапках спящую личинку.

Наступила мёртвая тишина. Даже тётушка Мурава перестала причитать и открыла рот от удивления.

– Тим… – выдохнул Жак. – Ты… где?

– В старом ходу, – тихо ответил Тим. – Там тепло и тихо. Она просто уползла погреться и уснула.

Мама-нянечка Ульяна сначала замерла, а потом бросилась к Тиму. Она схватила его вместе с личинкой и начала целовать, прижимать к себе, плакать и смеяться одновременно.

– Тише, тише, – засмеялся Тим. – Личинку разбудите.

Но личинка уже проснулась. Она открыла глазки, посмотрела вокруг, увидела маму-нянечку и довольно улыбнулась беззубым ротиком.

– Мама! – пропищала она (хотя какая там мама, просто так, первые звуки). И все муравьи вокруг растроганно заулыбались.

Ульяна забрала личинку и понесла в детскую, бережно прижимая к себе и нашёптывая ласковые слова. А муравьи окружили Тима.

– Тим, расскажи! – загалдели все. – Как ты догадался? Почему туда пошёл?

Тим устало присел прямо на пол. Лапки его дрожали после трудного пути.

– Я просто подумал, – сказал он. – Личинки любят тепло и тишину. Где в муравейнике самое тёплое и тихое место? В старом ходу. Вот я и пошёл.

– Но туда же давно никто не ходит! Там опасно! – удивился Жак.

– Если пропал ребёнок, – ответил Тим, – туда пойдёшь, куда надо, даже если опасно.

Вечером, когда все успокоились, Главный Советник Архип собрал общее собрание. Он вышел на середину зала и сказал:

– Сегодня мы все вели себя неправильно. Когда случилась беда, мы запаниковали, заметались, начали кричать и мешать друг другу. А один муравей – Тим – не метался. Он думал. И именно благодаря этому нашлась наша маленькая личинка.

Архип обвёл взглядом притихших муравьёв.

– Запомните это, дети мои. Когда случается беда, не надо паниковать и метаться. Надо остановиться, подумать и спокойно искать решение. "Голова лучше суеты". Тим сегодня это доказал.

Все захлопали в ладоши (застучали лапками по полу). Тиму стало неловко, он опустил усики и покраснел.

– Да ладно вам, – пробормотал он. – Я просто вспомнил, чему бабушка учила.

А вечером, когда Тим уже собирался спать, в его каморку заглянула Ульяна. В лапках она бережно несла ту самую личинку, укутанную в мягкий мох.

– Тим, – сказала Ульяна шёпотом. – Она не засыпает, пока с тобой не попрощается. Представляешь?

Личинка высунула мордочку из мха, посмотрела на Тима своими глазками-бусинками и пропищала:

– Дядя Тим! Спасибо!

Тим улыбнулся и погладил её по головке лапкой.

– Расти большая, малышка, – сказал он. – И помни: не надо уползать далеко без спросу.

Личинка кивнула и тут же уснула прямо в лапках у Тима. Ульяна забрала её и ушла, а Тим лёг спать с очень тёплым чувством внутри.

И снилась ему та самая личинка, которая выросла большой и красивой муравьихой и рассказывала своим детям историю о том, как дяденька Тим спас её из тёмного-тёмного хода.

А муравьи с тех пор действительно стали спокойнее относиться к любым происшествиям. Потому что запомнили: паника – плохой помощник. А спокойная голова и доброе сердце – самые лучшие спасатели.

Тим и ворчливый сверчок

В том году лето стояло жаркое и долгое. Муравьи работали с утра до ночи, таскали припасы, строили новые ходы, чинили старые. И всё бы хорошо, но…

Рядом с муравейником, под большим лопухом, поселился сверчок. Он был музыкантом. Целыми днями он сидел на своём лопухе и играл на скрипке. Играл он красиво, заслушаться можно. Но муравьям было не до музыки. Они бегали по делам и даже не останавливались послушать.

Сверчок обижался.

– Эй вы! – кричал он. – Я тут стараюсь, играю для вас, а вы даже ухом не ведёте!

– Нам некогда, сверчок! – отвечали муравьи. – Работа!

– Какая работа летом? Надо радоваться жизни! – ворчал сверчок.

Однажды утром Тим вышел на тропинку и остановился. Что-то было не так. Было тихо. Очень тихо. Сверчок не играл. Тим заглянул под лопух. Сверчок сидел, насупившись и теребил смычок.

– Ты чего не играешь? – спросил Тим.

– А для кого играть? – буркнул сверчок. – Для вас, работяг? Вам моя музыка не нужна. Вы только и знаете, что таскать да строить. Никакой культуры!

Тим задумался. Он вспомнил, как тяжело бывает к вечеру, когда лапки гудят от усталости. И как приятно было бы посидеть и послушать что-нибудь красивое.

– А ты приходи играть вечером, – предложил Тим. – Когда все заканчивают работу. Мы будем сидеть у входа, отдыхать и слушать тебя.

– Правда? – недоверчиво спросил сверчок. – Не прогоните?

– Честное муравьиное слово!

В тот же вечер Тим собрал всех муравьёв.

– Друзья! – сказал он. – Сегодня у нас будет концерт. Сверчок будет играть для нас. Давайте отложим дела и просто послушаем.

Муравьи удивились. Концерт? Какой концерт? У них же работы невпроворот! Но Тима все уважали, поэтому сели у входа и приготовились слушать.

И сверчок заиграл. Он играл так красиво, как никогда раньше. Потому что играл для благодарных слушателей. Музыка лилась над муравейником, звёзды зажигались на небе, и всем было хорошо и спокойно.

Когда музыка закончилась, муравьи захлопали в ладошки (то есть застучали лапками по земле). Сверчок раскланялся и был очень счастлив.

С тех пор у муравьёв появилась традиция: после работы, на закате, все собирались у входа и слушали концерт. А сверчок больше не ворчал и не обижался, потому что знал – его музыка нужна и важна.

– Бабушка, – спросил однажды Тим. – А правильно ли мы делаем, что вечером отдыхаем и слушаем музыку? Может, лучше ещё поработать?

– Нет, внучек, – ответила бабушка. – "Труд важен, но и отдых с красотой тоже нужны". Кто всё время работает и не отдыхает – тот быстро выдыхается. А кто умеет и работать, и отдыхать красиво – тот живёт долго и счастливо.

Тим запомнил это. И даже когда он стал совсем старым, он всегда находил время вечером посидеть и послушать, как поют сверчки.

Тим и первый снег

В тот год осень была обманчивая. Стояли тёплые дни, солнышко пригревало, и все муравьи думали, что зима ещё не скоро. Главный Советник говорил: "Успеем, успеем, ещё неделька есть".

Но Тим почему-то волновался. Он чувствовал что-то неладное. Воздух стал каким-то особенным, колючим.

– Бабушка, – спросил он у мудрой муравьихи. – Ты не чувствуешь? Что-то холодает быстро.

– Чувствую, внучек, – вздохнула бабушка. – Быть беде. Зима придёт раньше времени.

И она оказалась права. В одну ночь, когда все муравьи спали, ударил мороз и повалил снег. Да не просто повалил, а засыпал всё вокруг.

Тим проснулся от холода. В муравейнике стало зябко. Он выбежал наружу и ахнул. Всё было белым. А главное – все вентиляционные ходы, которые муравьи не успели закрыть, завалило снегом. Холодный воздух начал проникать внутрь.

– Просыпайтесь! – закричал Тим. – Беда!

Муравьи повыскакивали из своих каморок. Но как только они подбегали к выходу и видели снег – они отступали.

– Холодно! – дрожал Жак. – Я не могу, я замёрзну!

– Мы никогда не выходили в снег! – пищали муравьи помладше.

– Это смертельно! – причитала тетушка Мурава.

И все попрятались обратно в глубину муравейника, подальше от холода. Только Тим остался у входа.

Он посмотрел на свои лапки, на свой панцирь. Тонкая шкурка, нежная кожица. Снег обжигал, как огонь.

"Если я выйду, я могу замёрзнуть насмерть", – подумал Тим. – "Но, если я не выйду, замёрзнут все. Личинки, старики, малыши…"

Тим вспомнил бабушкины слова: "Настоящий герой не ждёт, пока другие решатся. Он делает то, что нужно, даже если страшно".

И Тим шагнул в снег.

Холод пронзил его до самого сердца. Лапки сразу онемели. Но Тим стиснул зубы и побежал к первому вентиляционному ходу. Он начал затыкать его сухими травинками, которые запас заранее (вот что значит запасливый муравей!).

Закрыв один ход, он побежал ко второму. Потом к третьему. Снег падал на него, залеплял глаза, мороз щипал усики. Тим дрожал, но не останавливался.

Он закрыл уже пять ходов, когда силы начали покидать его. Лапки двигались всё медленнее, в глазах темнело.

"Ещё один", – твердил он себе. – "Всего один остался…"

Он дополз до последнего хода, дрожащими лапками накидал травинок, утрамбовал их… и упал.

Очнулся Тим в тепле. Он лежал в самой глубине муравейника, укутанный в пух и мягкий мох. Вокруг стояли муравьи.

– Живой! – закричал Жак. – Тим живой!

Оказалось, когда Тим не вернулся, Жак не выдержал. Он набрался смелости, выскочил в снег и нашёл Тима, уже почти замёрзшего. Вдвоём с подоспевшим жуком-оленем (тот увидел следы и прилетел на помощь) они втащили Тима внутрь.