История одного исцеления

Анна Иванова

История одного исцеления

История одного исцеления

I

Я заболела раком, и вдруг выяснилось, что чтобы делать мое «ничего такого я не делаю» нужно как минимум три человека и они все равно не справляются.

Это меня поразило. Я так долго, много и со вкусом ругала себя за лень и прокрастинацию, что вообще не осознавала объем дел, который приходился на мои мощные плечи.

Я уже довольно сильно болела, когда нашла подходящую няню для Марсии. Время подходило к обеду, который я приготовила, а няня уже еле шевелилась, и на мой вопрос «как она?» честно ответила, что кажется не справляется. Это «кажется», меня позабавило тогда. Няня, кстати, до сих пор с нами, и я безумно благодарна ей за то, что у моего ребенка такая классная подружка.

Совершенно не знаю каким будет этот текст, длинным или коротким; смогу ли сложить его в книгу, или оставлю в формате небольших заметок в Инстаграмм. Это первый текст, который я пишу на своем новом маке. Муж подарил мне его на 35 лет. В тот чудесный зимний день я валялась в кровати с тошнотой, мукозитом и прочими побочками от химиотерапии и не могла даже встать или ответить на поздравления в соцсетях, так что отложила подарок до лучших времен.

Так он и лежал нераспакованный до апреля. В апреле неудачно сходила к психотерапевту, который прямо на сессии выходил в барчик опрокинуть стопочку-другую. Я была глубоко обескуражена его «профессиональным» подходом к делу, но получить свое даже от неадекватного специалиста все равно смогла. Спасибо высшее образование, мама и мои умные друзья Он сказал мне, что «рак – это социально одобряемый способ самоубийства» и спросил «почему я не позволяю себе быть популярной».

Для меня рак, кажется, был способом отдохнуть и поработать только на себя, встретиться с собой и познать какую-то неведомую мне собственную глубину. Это край, граница, водораздел после которого что? Рак – глубокий околосмертный опыт, скоростной туннель, обещание и ясность. Ты либо пан, либо пропал. Ты либо живой и теплый, либо холодный и на крышку гроба с грохотом падает каменная мерзлая земля.

Все тяжелую фазу болезни я делала заметки и записывала голосовые сообщения друзьям. Мне немного страшно их переслушивать, мало ли что там? Это как переслушивать отправленные на рейве сообщения. Наверняка там что-то приятное, но вдруг нет?

Пережить кровавую жатву психотерапевта-алкоголика мне помог случайный (ха-ха) звонок другому психотерапевту. Пока мы разговаривали я и открыла полиэтиленовую плёнку на коробке с маком, а потом и саму коробку. Она сказала мне – «не откладывай свою жизнь на потом! Она идет прямо сейчас!». И я распечатала свой мак. Еще три месяца понадобилось, чтобы начать писать в нем этот текст.

Сегодня посмотрела кусочек фильма «Слова». Что-то в нем задело меня. Я вслух спросила у себя чего же хочу. Что мне так сильно от себя нужно? С какими целями я пристаю к себе и пытаюсь куда-то гнать? Куда? Я 10 месяцев валялась в полубреду в больницах, из моей шеи торчали капельницы, я еле ходила по палате, поправилась в одну из химий почти на 20 килограмм и бывало не могла снять с себя штаны и майку. Вот и вопрос – чего же я так требовательно и строго хочу от себя?

Забавно? У меня целая толпа желаний. Они теснятся очень плотной очередью в моей голове и каждое пытается быть первым и кричать громче всех.

В самые тяжелые моменты у меня было одно желание – дышать. Когда становилось чуть полегче, появлялось еще два – увидеть поскорее Марсюшу и гулять по Тель-Авиву со всеми своими друзьями. Эти желания-цели и вытаскивали меня в самые сложные моменты.

Мир в то время был кристально-прозрачным, Тонким, прекрасным, ускользающим и при этом очень ясным, понятным. Все взаимосвязи вселенной представали передо мной в своем истинном виде. Вранье, неправда, ухищрения и манипуляции ушли куда-то за пределы моей галактики. Меня невозможно было обмануть, я не могла обмануться. Я говорила только то, что чувствую, от сердца, закрытого опухолью и она уходила.

II

Есть прекрасный писательский способ – написать рано по-утру все, что в голове накипело.

Просыпаюсь каждое утро после исцеления и не знаю что делать. Раньше, казалось, знала – надо было гнать к своей цели на всех парах, зарабатывать деньги, имя, делать карьеру, искать мужчину, чтоб создать семью, путешествовать, тусоваться, учится. Становиться самой лучшей, первой. Дел было невпроворот.