Невеста дракона. Проклятый поцелуй

У меня настолько яркие галлюцинации?

Или же я сплю?

А всё вокруг дивный сон.

А может, впала в алкогольную кому?

Умерла и воскресла?

Как так вышло, что вокруг…

Что угодно, но точно не Россия!

Не уверена даже, та ли планета.

Будто вовсе другой мир…

А если и правда, другой?

Значит, я действительно одна из восьми невест, предназначенных дракону?

Стала ею, заняв чужое место.

И тогда…

Ох ты ж бабуля моя!

Жениха ты помогла раздобыть и впрямь всем на зависть.

Не было бы так грустно от осознания того, что у меня, похоже, ехала крыша, я бы непременно порадовалась.

А ещё на всякий случай уточнила:

– Почему все невесты так хотят стать женами дракона? – припомнила наш ранний разговор, вернув своё внимание к триарию.

Тот, вероятно, ничего такого не ожидал. Не в плане вопроса. Того, что я столь резко от окна отпряну и к нему развернусь. Если столкновения носа с окном мне избежать удалось, то столкновения с мужчиной – нет. Я же тоже не ожидала, что он со своего прежнего места сдвинется. Вот и пострадал не только мой нос, но и лоб, а ещё уязвлённая гордость, когда триарий Сорен сперва поймал меня за руки, удерживая от дальнейшего падения, в затем вернул обратно на диванчик и подальше от себя отодвинул. Да с такой завидной активностью и поспешностью, словно из нас двоих тут не я, а он – девица красная и замуж другому предназначенная.

Стало почти обидно…

Почти отшвырнул ведь от себя.

Захотелось в зеркало посмотреться.

Я настолько плохо выглядела?

Едва стерпела, чтоб хотя бы лица не коснуться в попытке тактильно удостовериться, насколько целы и невредимы мои брови с ресницами, раз уж не столь давно арий Вэррис на них покушался.

Что касалось моего вопроса…

Он вполне закономерный!

Если б замуж за императора, который человек, да ещё и с таким дворцом и городом – тут дело понятное, в принципе, заманчиво звучит.

Кому ж не захочется?

Но тут дракон же!

Триарий Сорен меня разуверил лишь в том, что он во всех подряд огнём плюётся. Всего остального не отрицал.

То есть всё-таки здоровенное зубастое и крылатое чудовище!

А они…

– Любая, не только из числа избранных невест, жаждет заполучить обещанное желание, – равнодушно пожал плечами мужчина.

– Обещанное желание? – повторила за ним.

И улыбнулась напоказ беспечно, когда он опять воззрился на меня, словно я сущая бестолочь.

– Да, – кивнул триарий. – Той, что станет женой дракона, обещано исполнение любого желания.

Ах, вот оно что!

Тогда понятно, с чего бы девицам мириться с тем фактом, что у них будет не муж, а чудовище огнедышащее. С таким-то нехилым бонусом.

– И что, прям любое-любое желание?

Конкретизировать не стала. Хотя на язык так и напрашивалось уточнение про портал в другой мир. Мой, например.

Мало ли!

– Нет ничего в этом мире, что было бы неподвластно императору Неандера, – самодовольно отозвался триарий Сорен.

Так я узнала, как звалась территория, столица которой – Амарна. Поверила триарию Сорену на слово.

Задумалась о другом:

А дракону жена зачем?

В смысле, девица.

На жертвенный алтарь какой-нибудь возложит?

Уж больно дорого платил за будущую жену. Да и нашёл бы лучше подобную себе в таком качестве. Та, кого сожрали волки, уж точно была не такой, скорее, самой обычной, иначе бы не погибла подобной смертью.

Если в этом мире существует дракон, разве он всего один?

Вслух не спросила. Не рискнула. Надоело выглядеть в чужих снова синих-синих глазах настолько несведущей. Ещё немного, и в слабоумии обвинит. Вот и отвернулась к окну, раздумывая о том, что в скором времени обязательно найду другой способ всё узнать.

А пока об этом размышляла, мы прибыли.

Дворец оказался в самом деле громаднейшим. Исполинских размеров, выстроенный из белого камня – обязательно вместил бы в себя не только дракона с женой драконихой, но и несколько их ближайших поколений. А всю нашу процессию вышла встречать аж толпа. Я выступления на публике ещё с детсадовских времён недолюбливаю, так что и на этот раз решила максимально не отсвечивать. Была бы моя воля, из кареты тоже бы не высунулась. Жаль, триарий Сорен оказался не только далёким от вежливости, но ещё и безжалостным. Стоило дверце открыться, а мне помотать головой в отрицании, банально за руку дёрнул за собой и вытащил, бессовестно делая вид, что помогает мне спуститься по ступенькам, не запутавшись в длинном подоле наряда.

– С-с… пасибо, – заставила себя поблагодарить, хотя куда больше хотелось какую-нибудь гадость сморозить.

Он ничего не сказал. От меня тут же подальше отодвинулся. Отвернулся в сторону ария Вэрриса, который в этот момент о чём-то тихонько переговаривался с женщиной, стоящей перед толпой ожидающих нас. Та, к слову, внешне имела с ним некоторые сходства, словно они родственники. Такие же острые черты лица и пепельные волосы, зачёсанные на один бок. У неё даже имелся точно такой же кружевной воротничок, торчащий из-под наглухо застёгнутого до самого горла ворота серого платья. Итогом разговора стал её утвердительный кивок, а арий Вэррис сосредоточился на тех, кто готов жизнь отдать в обмен на заветное желание, то есть на невестах императора Неандера.

– Избранные ари! – с самым патетическим видом обратился он к слушателям хорошо поставленным голосом, опираясь на свой злодейский посох. – Я знаю, вы очень устали от столь длительного путешествия. Каждой из вас выделены отдельные покои, в которых вы сможете отдохнуть перед предстоящими испытаниями. Наш повелитель, к сожалению, сегодня занят, поэтому увидеться с ним не удастся.

Со всех сторон послышались слаженные вздохи. Не уверена, правильно ли расценила их как разочарованные, то лично я выдохнула очень даже радостно.

Хоть какая-то положительная новость!

Пусть и радость от неё длилась недолго. Если на мою благодарность триарий Сорен не обратил никакого внимания, то, стоило просто вздохнуть, одарил таким пристально мрачным взглядом, будто не просто заметил, но и мысли прочитал, начиная подозревать меня как минимум в государственной измене.

Вот же…

Глазастый.

А ведь могла бы поклясться, ни разу не повернул головы в мою сторону!

Сделала над собой усилие и улыбнулась ему в ответ настолько жизнерадостно, насколько хватило актёрских способностей. Сработало. Опять отвернулся от меня.

– Вы сможете с ним познакомиться после прохождения первого испытания, – продолжал между тем арий Вэррис. – Те из вас, кто, разумеется, его пройдёт, – внёс немаловажную поправочку, заулыбавшись до того коварно, что я лишний раз утвердилась в ощущении, что злобный колдун он и есть, никак иначе. – Напоминаю, всего испытаний семь, согласно числу наших великих добродетелей, которые непременно должны наличествовать у каждой избранницы, которая может стать женой императора Неандера.

Вот тут я заинтересовалась.

Почему не сказать «императрица»?

В этом определённо имелся какой-то подвох.

А ещё жертвенный алтарь, на который император-дракон мог бы возложить свою жену, вспомнился. Как вспомнился, так и застрял в мозгах. Вот так замуж выйдешь, а императрицей всё равно не станешь. Мёртвая императрица – уже не императрица.

И что за великие добродетели?

Лучше бы огласил сразу полным списком.

– Первое испытание ждёт вас перед рассветом, ари. Надеюсь, к этому времени вы успеете не только как следует отдохнуть, но и набраться сил, – закончил арий Вэррис, величество кивнув той, с кем прежде шептался.

Та взмахнула рукой, а от встречающей нас толпы отделились четыре прислужницы, поспешившие к первой из невест.

Кстати, о других невестах!

Одна другой краше…

Аж до слёз.

Моих.

Не только об испорченных волосах, а, возможно, и бровях, и ресницах. На невест императора в принципе смотреть больно. В том числе из-за зарождающейся жалости. К себе. А ещё потому, что украшений на каждой из величественно разодетых ари было такое множество, словно я в сокровищницу Османской империи попала, хотя и та едва ли могла сравниться с тем, что я видела. Не только роскошно уложенные волосы, хрупкие лебединые шеи, аккуратные ушки и тонкие запястья девушек были украшены, но и сами их лица. Вот уж где в самом деле подошло бы понятие «…а во лбу звезда горит».

Может, у ари Вэрриса тоже проблемы со зрением?

Иначе бы он не заменил одну из таких ари мной.

И это ещё полбеды!

Другая часть моего несчастья подкралась совсем уж нежданно и очень подло. Помимо четырёх прислужниц, за каждой невестой последовало несколько мужчин, тащивших на себе всё то, что прилагалось иметь кандидаткам для воссоздания и поддержания такой красоты. Со мной случилось всё примерно то же самое, разве что багаж у ари Катрины оказался в разы меньше. А уйти я так и не смогла.

– Рад, что, несмотря на небольшие происшествия в пути, с вами всё в порядке и вы в добром здравии, ари Катрина, – то ли решил поиздеваться, то ли в самом деле попытался проявить доброжелательность арий Вэррис, преградивший мне путь.

Обречённо вздохнула. Так и хотелось послать его в далёкие-предалёкие дали. Но хамить и язвить не стала.

Он же с посохом…

Да и слушать меня никто не собирался.

– По поручению нашего императора на время отбора и проведения испытаний у каждой из невест будет страж. Запрещено покидать пределы своих покоев без его сопровождения, – не оставил мне никакой возможности ответить арий Вэррис. – Ваш страж, ари Катрина, – триарий Сорен.

Тот, о ком он заговорил, аккурат мимо проходил, как и я прежде, понадеявшись больше никогда не увидеться со своим недавним попутчиком. Никак иначе его мигом вытянувшуюся физиономию и не расценить. Чуть на ровном месте не запнулся.

– Распределение уже было. Страж ари Катрины – триарий Тиамат, – отозвался мой теоретически новый страж, как и я, с такими обстоятельствами ни разу не согласный.

Где-то здесь он мне стал нравиться чуточку больше.

– Верно, – не стал спорить арий Вэррис. – Но мы с вами оба знаем, что ввиду некоторых обстоятельств, – заметно понизил голос, – триарий Тиамат не соответствует всем необходимым требованиям для созранения безопасности ари Катрины, поэтому я принял решение о переназначении, – обломил нас обоих.

Явно намекал на то, что страж из триария Тиамата – так себе. С учётом того, что ни самой ари Катрины – той, что настоящая, ни этого самого триария Тиамата я в глаза не видела даже отдалённо, в словах ария Вэрриса имелась определённая правота. Что ж это за страж такой, если даже на рабочем месте не присутствует?

– Обсудим это, когда триарий Тиамат вернётся из Пограничья, – упомянул месторождение настоящей ари Катрины триарий Сорен.

Теперь стало понятно, по какой причине этот страж на рабочем месте отсутствует. На две ари не разорвёшься.

И если лично мне стало немного совестно…

– Будучи распорядителем этого традиционного отбора, я правомочен нашим же императором принимать такие решение единолично, – самодовольно и решительно заявил арий Вэррис, пресекая все возможные дискуссии.

Показалось, или триарий Сорен в самом деле зубами скрипнул с досады? Удостоив меня очередным мрачным взглядом. Вот тут стало почти обидно. Но я постаралась не выдавать себя.

– Если это всё, могу я идти? – поинтересовалась делано вежливо. – Мне же ещё к первому испытанию готовиться, – нашлась с предлогом.

Арий Вэррис согласно кивнул и убрался с дороги, позволяя мне идти дальше. Я и пошла. Размышляя не столько о самом будущем испытании, сколько о том, что изображать чужую личность не есть хорошо. Я же не притворщица какая-нибудь. Рано или поздно обман вскроется. Даже если невесты между собой не знакомы и не общаются, судя по тому, что успела заметить, я сама выдам себя, не перед ними, так перед кем-нибудь ещё, возможно, и не пойму, в чём и каким образом. И тогда будет плохо.

Тут и гадать не обязательно, чтоб знать наверняка.

Но и избавляться от всех своих жизненных сюрпризов я тоже пока не спешила. Сперва я должна понять, какое из моих будущих решений окажется верным. Обратно в лес, к волкам, мне уж точно не хотелось. Смогу ли я найти в чужом и совершенно незнакомом мире другую крышу над головой? Тоже ещё не факт.

Мне бы сперва в принципе переварить происходящее. То, что я неизвестно где и с кем – и без того почти передоз для моего мозга, а времени на всё про всё не так уж и много, всего лишь вечер и ночь.

Ещё и триарий этот…

– Ну, почему именно этот? Другого стража никакого не нашлось, что ли… – пробурчала я уныло себе под нос в полнейшей обречённости.

В отличие от остальных, он же прекрасно знал, что со мной всё не так, как с другими невестами. А значит, будет проявлять бдительность вдвойне. И вот как я тогда из спальни выберусь, чтобы разузнать об этом мире как можно больше?

Хм…

Именно поэтому арий Вэррис его ко мне и приставил?

Чтоб не натворила чего-нибудь, им неугодного.

Они ж как-никак сообщники!

А ещё…

– Вы сомневаетесь в моих способностях стража? – послышалось за спиной.

Очень близко. Куда ближе, чем шли передо мной и за мной по паре прислужниц, держащихся на небольшом расстоянии.

А в его способностях стража я, между прочим, не сомневалась.

Сомневалась в своих!

В смысле, в добродетелях.

Например, в терпении!

Но то я подумала про себя.

Вслух заявила совершенно иное:

– Да у вас даже меча нет, какой из вас страж? – вспомнила, что у других, в отличие от него, таковые как раз имелись.

Вот тут мужчина самодовольно заулыбался.

– Триарию не нужен меч. Триарий и есть сила.

Что бы то ни значило, спорить и уточнять не стала.

Начала терпение тренировать!

Ровно в тот миг, когда заметила в чужих руках шкатулку. Ту самую, с которой я очнулась после новогодней ночи. Не то чтоб она мне жутко дорогой вдруг стала. Но это же последнее оставшееся из того, что связывало меня с домом. Отдавать её категорически не хотелось. Как и ему – мне возвращать, судя по тому, что мы пересекли множество коридоров, поднялись на несколько этажей выше, потом снова долго шли коридорами, а шкатулка как была в его руках, так и оставалась. Даже после того, как мы остановились перед высокими двустворчатыми дверьми, которые открыли шедшие впереди прислужницы. Открыли, но внутрь почему-то заходить не стали. Решили дождаться, пока я перестану беспричинно задерживаться. Но я не перестала.

– Вернёте? – закончила тренировать своё терпение и вопросительно выгнула бровь, уставившись на шкатулку.

Те прислужницы, что шли вслед за нами, тоже остались топтаться на месте. На них он и взглянул, прежде чем самым хамским образом надо мной поиздеваться:

– Нет, – заявил непонятно с какой стати.

Зачем тогда вообще в руки взял? И показал?

Я про неё, если честно, вовсе подзабыла, пока в его руках не увидела. И вспомнила бы точно не сразу. Посчитала бы утерянной.

– Нет? – удивилась уже вслух.

– Нет, – согласился со мной на свой лад триарий Сорен.

Я же начала снова тренировать терпение.

Вдох-выдох…

Давай, Злата, не ведись!

Развернись. И уйди.

Не ушла.

– Сперва вы ответите на мой вопрос, – продолжил мужчина, указательным пальцем коснувшись резьбы на шкатулке. – Что это?

Мелькнула мысль заупрямиться и тоже сказать ему «Нет», чтоб он пострадал над этим вопросом как можно дольше. Но желание вернуть шкатулку в личное пользование оказалось сильнее врождённого упрямства. Вот и сдалась сразу. Почти.

– Отвечу. Если ответите вы. Первым, – сообщила невозмутимо.

Стоящий напротив снисходительно усмехнулся, давая своё молчаливое дозволение.

– Почему я не видела ни у одной другой невесты стража в сопровождении? – прищурилась подозрительно.

Спросила не потому, что не могла сама сделать соответствующие выводы. Всего лишь хотела до него донести, что я, может, и ушибленная на голову, но не настолько, чтоб окончательно отупеть и не понять элементарного. Пусть тоже знает.

А он, если и осознал, то вида не подал.

– Арий Вэррис сказал: «Запрещено покидать пределы своих покоев», – безразлично отозвался триарий Сорен. – Ни одна из невест ещё в них не вошла, чтоб их покинуть, – как есть, отмазался.

Не поверила, в общем. Но продлевать полемику не стала.

– Ваш черёд, – напомнил о шкатулке страж. – Что это?

– Почему это обязательно должно что-либо значить? – поинтересовалась встречно. – Просто узор. Что же ещё?

Судя по скептицизму в синих глазах, он мне тоже не поверил. Списала всё на то, что исполнитель не из его мира, а он не в курсе.

А шкатулку я просто забрала!

Притом с лёгкостью. Пока он поражался такой наглости.

Не буду же упрашивать?

И да, наконец, развернулась и действительно ушла.

Глава 3

Вспышка!

Ослепила. Куда сильнее и дольше, чем прежде. Я чуть не грохнулась, едва на ногах устояла. А в глазах аж звёздочки заплясали. И плясали они долго. Но это сперва. Стоило обернуться к тем, кто со мной оставался, поняла, что все прислужницы как одна прекрасно знали, что именно так и будет. Как только вспышка рассеялась, с самым невинным видом попросили разрешения войти, а затем очень бодро последовали моему молчаливому приглашению в виде обессиленного кивка, тут же начиная разбирать вещи ари Катрины с самым будничным видом, словно всегда так делали и всё идёт как должно.

– А что это вот такое сейчас было? – поинтересовалась я мрачно.

Не только об их поведении. Об очередном проявлении… чего? Пора признать. Магии.

Вокруг меня самая настоящая, чтоб её, магия!

Повсюду!

И даже мысль о возможной алкогольной коме больше не казалась такой уж реалистичной.

– Защита, ари Катрина, – отозвалась одна из прислужниц. – Император лично её устанавливал, – добавила гордо и с восхищением.

А вот я загрустила. Ущипнула себя сперва, чтоб убедиться, что не сплю, а происходящее точно не кома. А потом и взгрустнула. Было больно.

Если не сплю, как я здесь оказалась?

Как задалась этим вопросом, так про шкатулку и вспомнила. Вернее, про всё то, что предшествовало вручению этой шкатулки.

Вот не мог этот завидный жених найтись где-нибудь не за пределами МКАДа?

– И от чего эта защита защищает? – обозначила я уже вслух.

Покои невесты императора оказались воистину царскими. В бирюзово-золотистых тонах, со множеством изящной мебели, которую у нас назвали бы на старинный лад, они разделялись на три комнаты, гардеробную и уборную. Все двери были такими же высокими и двустворчатыми, как входные, а ещё распахнутыми настежь, так что я с лёгкостью оценила весь масштаб выделенных квадратов. Прошла из гостиной в одну из смежных, похожую на кабинет, и уселась за стол, на который поставила шкатулку, гипнотизируя её взглядом, пока прислужницы продолжали туда-сюда носиться.

– От всего, ари Катрина, – обозначила всё та же прислужница. – Теперь вы полноправная хозяйка этих комнат, и здесь может находиться только тот, кому вы дали на это своё дозволение. Больше никто не сможет войти. Как и не сможет незаметно для вас пронести внутрь ничего из того, что может вам навредить. Например, яд. Или оружие.

Ах, вот оно что…

– Что, даже сам император не сможет войти?

На мой вопрос послышались тихие смешки.

– Даже сам император, ари Катрина, – с такими же смешками оповестили меня все хором.

И так заманчиво показалось то, о чём они говорили!

Выгнать всех. Остаться здесь. И вообще никуда не ходить. Никого не впускать. До тех пор, пока не пойму, как мне домой вернуться. Может, в этом мире и есть магия, и вообще всё такое сказочное, но с каждой уходящей минутой домой хотелось всё сильнее. Если вспомнить, что жених мне достался клыкастый, зубастый и величиной с гору, а ещё огнедышащий, так и вовсе желательно прямо сейчас, очень срочно.

О том и начеркала на клочке бумаги, используя толстый короткий грифель, который также лежал на столе.

– А свечи есть? – поинтересовалась я. – Чёрные.

Притормозившая после моего вопроса прислужница приоткрыла рот, но так и не сказала ничего. За её спиной остановилась другая.

– А зачем вам чёрные свечи, ари? – настороженно протянула она.

И тут я поняла, что вот оно!

Опять я что-то ляпнула из разряда вон!

– Красивые они. Вкусно пахнут.

Не рассказывать же им, что я буду повторять свой новогодний обряд, на этот раз не по призыву, а по отзыву обещанного жениха. И так очень уж странно смотрели.

– А-а-а… так вам ароматические, – отмерли обе девушки, согласно кивая.

Отлегло.

И у меня. И у них.

– Из мальвы и корицы очень вкусно пахнут! – защебетали в голос.

Не только о мальве и корице. Столько названий вдобавок перечислили, что я ничего не запомнила, но и по большей части вообще не поняла, о чём речь. Но спрашивать у них снова ничего не стала. От греха подальше. Девушки и сами надолго не задержались. Все вещи ари Катрины были разложены, а мне был обещан ужин и приготовлена ванна с этими самыми ароматическими свечами вокруг, которые прислужницы сноровисто притащили. Самих вещей, к слову, оказалось не так уж и много. Сделала вывод, что Пограничье – самая бедная часть Неандера, раз уж целый совет старшейшин ари Катрину на отбор невест для императора определил, а вручить боевой арсенал против других кандидаток не удосужился. Ни одного украшения не нашлось среди платьиц, преимущественно светлых оттенков. Если вспомнить, как были разодеты другие суженые императора Неандера, стало немного грустно.

Домой больше прежнего захотелось…

Как только прислужницы удалились и я осталась предоставлена самой себе, первым делом тем и занялась.

В ванную комнату с собой я взяла стакан воды и записку с пожеланием вернуться домой. Честно постаралась вспомнить всю последовательность того, как загадывала в новогоднюю ночь. Прикрыла глаза. Сочинила целую молитву о том, насколько мне необходимо вернуться в родной мир. Подожгла бумагу. Пепел бросила в стакан с водой. Выпила. Подавилась. Долго кашляла. До слёз. Пепел встал поперёк горла.

И… ничего!

Я осталась там же, где и была.

Может, это потому, что свечи вовсе не чёрные, а, скорее, тёмно-бордовые с красными вкраплениями? А вода не шампанское. Или мне нужно сперва отключиться, и всё произойдёт позже, пока я сплю?

В любом случае стало совсем тоскливо.

Но ванну я приняла. Укуталась в оставленный поблизости шёлковый халат. Подсушила волосы пушистым полотенцем. На доставленный к этому моменту ужин не взглянула вовсе. Есть не хотелось. Направилась спать.

Правда, до высокой здоровенной постели так и не добралась. Стоило пересечь гостиную, как замерла, услышав лёгкий скрежет по стеклу. Сперва решила, мне показалось. Но нет. Скрежет повторился. А за ним и лёгкий стук. В окно.

Портьеру я отодвигала с такой осторожностью, как если бы бомбу обезвреживать собиралась. Кто мог ко мне пожаловать, когда снаружи становилось темно, тем более таким способом? Я же тут вообще никого не знаю. Кроме стража. Но триарий Сорен, пробирающийся под покровом ночи в спальню к нерадивой попаданке… смешнее этого только лезущий мне в окно арий Вэррис. Исключительно новых наставлений ради.

Эта мысль позабавила.

Я даже улыбнулась.

Да так и замерла, ошарашенно уставившись на… кого?

С той стороны стекла, прижавшись к нему маленьким курносым носиком, на меня смотрело крылатое нечто. Едва ли больше моей раскрытой ладони ростом. Каменные чешуйки на миленькой круглой мордашке отливали серебром, лапки с четырьмя пальцами на каждой выглядели пухленькими, но не безобидными, если учесть, что на них имелись когти. Зато глазища – сама вековая скорбь и нужда. Так обычно сытые коты рыбку выпрашивают, глядя на своих хозяев с самым искренним жалобным видом.

На маленького дракончика похож.

Но точно не дракончик.

Можно подумать, я в драконах разбираюсь!

Горгулья?

Разве что куда симпатичнее, чем те статуи, какими венчают белокаменные европейские соборы. И меньше.

– М-няма, – заявил зверёк, стоило мне приоткрыть окно.

Да и как не открыть?

Надо же рассмотреть поближе. Тем более, если верить словам прислужниц, мне всё равно, пока я находилась внутри апартаментов, ничего не грозило.

– М-няма, – повторил горгулёныш.

И влетел!

То ли защита у императора Неандера так себе оказалась, то ли тем, кого в этом мире Катриной называют, настолько не везёт, то ли прислужницы не всё учли, когда умениями своего императора восторгались. Но влетел же!

Прямиком на стол с моим нетронутым ужином приземлился. И, в отличие от меня, наличие трёх блюд очень оценил. И полминуты не прошло, как вылакал миску с супом, забравшись туда по пояс. Только крылышки подрагивали, пока я, всё ещё не отошедшая от изумления, наблюдала за необычным зверьком. Мясо и овощи закончились так же быстро.