Осколок Сайвурия. Путь из тени

Виктория Шарус

Осколок Сайвурия. Путь из тени

Глава 1. Тишина на троих

Элизабет закрыла дверь и прильнула к глазку. Снаружи Эрик, суетливо озираясь, спустился с крыльца и растворился в темноте за скрипучими ступенями.

– Элизабет, дорогая, кто приходил? – донесся со второго этажа хриплый голос бабушки.

Девушка тяжело вздохнула, стирая с губ мимолетную улыбку.

– Ошиблись домом, бабушка!

– Не забудь запереться, милая, – отозвалась старушка.

Прижавшись спиной к двери, Элизабет распустила волосы. Тяжелые пряди упали на плечи, а носок привычно скользнул по натертому паркету.

– Элизабет, ты слышала? – снова позвала бабушка.

– Да! Я уже закрыла… – отозвалась семнадцатилетняя внучка. «Хорошо, что она не увидела Эрика», – пробормотала она про себя.

С некоторых пор Розанна была против любых гостей. Женщина даже отключила телефон, чтобы не вздрагивать от нежелательных звонков. Лишь соседке позволялось приносить продукты дважды в неделю, а мелкие поручения выполняла её внучка – такой порядок вполне устраивал Розанну.

Элизабет подошла к окну и чуть отодвинула занавеску. На улице зажглись фонари, заливая бледно-оранжевым светом ряд старых, по-своему величественных домов. Многие из них напрочь заросли плющом и выглядели заброшенными, хотя каждой осенью превращались в бронзовую сказку.

За окном сгущались сумерки. Спокойный вечерний ветер шелестел листвой во дворе, лаская ветви исполинского дуба – единственного «друга» Элизабет, за которым она наблюдала годами. Девушка давно стала пленницей этих стен: агорафобия сковала её сильнее любых цепей. Единственным выходом во внешний мир оставались старые книги. Погружаясь в них с головой, она чувствовала на лице морские брызги или жар пустыни, но, закрывая переплет, снова оказывалась в тишине комнат, пропахших пылью и сухими травами.

Элизабет прильнула к стеклу, глядя на соседний дом. В окне напротив мог мелькнуть силуэт Эрика. Этот худощавый, светловолосый парень с характерной горбинкой на носу был её единственной связью с прошлым. Раньше их смех заполнял весь сад, они казались частями единого целого. Теперь же Эрик превратился в редкого призрака, который лишь изредка нарушал её одиночество в перерывах между своими взрослыми делами.

– Элизабет, ты на кухне? – голос Розанны сверху прозвучал надтреснуто, прервав мысли девушки. Последовала тягучая пауза. – Захвати мне, пожалуйста, стакан воды.

– Хорошо, сейчас! – отозвалась Элизабет, и её голос эхом отскочил от пустых стен.

Она задернула тяжелую штору, отсекая себя от внешнего мира, и пошла на кухню. Розанна в последнее время почти не покидала своей комнаты. Страх перед лестницей, на которой она сломала ногу в прошлом году, превратился в одержимость. Болезнь истощила её тело, но сделала эмоции пугающе острыми: её любовь порой напоминала липкую паутину, из которой невозможно выбраться.

Элизабет скользнула на кухню – место, которое теперь казалось ей чужим и враждебным. Когда-то здесь пахло корицей и уютом, когда они с Эриком и бабушкой коротали вечера за чаем с имбирным печеньем. Тогда их смех заглушал свист ветра в щелях, а теперь тишина была такой плотной, что её, казалось, можно было коснуться рукой. Чтобы не захлебнуться в этом одиночестве, девушка старалась лишний раз не заглядывать сюда, предпочитая спасаться от теней прошлого у камина в гостиной.

Сквозь плотно сомкнутые жалюзи пробивался чахоточный свет уличного фонаря, выхватывая из темноты лишь край стола. Там, в пыльной миниатюрной вазочке, замерли несколько засохших гвоздик – их лепестки давно превратились в хрупкий пергамент.

Элизабет с трудом повернула вентиль старого крана. Тот ответил натужным хрипом, и в раковину выплюнулась струя ржавой жидкости. Лишь спустя минуту вода пошла чистой. Наполнив стакан, девушка поднялась по скрипучей лестнице, каждая ступень которой стонала под её весом, словно предупреждая о чем-то.

На втором этаже царил полумрак, лишь из комнаты бабушки пробивался дрожащий свет ночника. Элизабет на мгновение задержалась у старых портретов на стене. Глаза предков в золоченых рамах казались живыми, они словно следили за каждым её шагом. Засмотревшись в один из них, девушка оступилась на последней ступени. Она инстинктивно схватилась за раму и бросила случайный взгляд в окно. За стеклом была не просто ночь – там была абсолютная, сосущая пустота.

– Ого, какая темнота… – прошептала она, и холодок пробежал по её спине.

Толкнув плечом дверь, Элизабет вошла в спальню.

– Держи, бабуль, – она протянула воду.

Возле кровати стояла антикварная тумбочка с ручками в виде искусно отлитых бронзовых листьев. Вся её полированная поверхность была заставлена рамками с фотографиями, с которых улыбались люди, которых Элизабет никогда не знала. Бабушка Розанна обожала старые вещи, ухаживая за ними с пугающим рвением.

– В старых вещах всегда живет история, – часто говаривала она, поглаживая корешки ветхих книг.

Старушка уже сидела на кровати, взбивая пуховую подушку, которая казалась слишком огромной для её исхудавшего тела.

– Спасибо, милая, – Розанна быстро, в несколько глотков, осушила стакан. – Чтобы я без тебя делала?!

Элизабет присела на край матраса и мягко спросила:

– Может, спустимся в гостиную? Или заварим чай с лимоном на кухне?

– Нет, пора спать! – отрезала женщина, и в её голосе проскользнули стальные нотки.

– Но ведь еще только половина восьмого, – тихо возразила Элизабет, глядя на настенные часы, чей маятник отбивал ритм сердца этого дома.

– Неужели?! Значит, точно пора, – Розанна порывисто натянула одеяло до самого подбородка.

Элизабет привстала, и её взгляд невольно притянул прямоугольник окна. Она замерла, пораженная: мир снаружи преобразился.

– Так ярко…. Не может быть! – выдохнула она.

Еще мгновение назад за стеклом царила вязкая, непроглядная темень, но теперь улица была залита неземным сиянием. «Словно все звезды решили спуститься на землю», – пронеслось в голове, но вслух она произнесла лишь:

– Бабушка, посмотри, как невероятно красиво! Кажется, все звезды мира рассыпались по мостовой…

Бабушка Розанна медленно подошла к ней. В отражении стекла её лицо казалось бледной маской, испещренной глубокими тенями.

– Да, ты права. Потрясающе, – её голос прозвучал глухо, почти безэмоционально, а затем она вкрадчиво, полушепотом спросила: – Хочешь выйти на улицу?

– Нет, что ты?! – Элизабет резко отпрянула, словно от ожога. Сама мысль о том, чтобы пересечь порог, вызвала у неё дрожь.

В этот момент в комнату, смешно переваливаясь, ввалился Тигр – толстопузый полосатый котяра, чье имя явно было иронией над его ленивым нравом. Элизабет звала его «ночным стражником»: днем он представлял собой неподвижный меховой коврик, но по ночам в нем просыпался древний хищник, и он устраивал засады на босые ноги домочадцев.

– Эй, Тигр пришел! – Элизабет с облегчением переключила внимание на кота.

Она опустилась на колени и протянула руки. Кот, совершив грациозный для его комплекции прыжок, приземлился ей на грудь. Уткнувшись влажным носом в плечо девушки, он завел басовитое, вибрирующее мурлыканье. Элизабет улыбнулась, зарываясь пальцами в его густую теплую шерсть.

– Гляди, Тигр, какой там пожар из звезд…

Кот лишь лениво зевнул, обнажив розовую пасть, и потянулся, вонзая когти в её свитер.

– Видимо, сегодня ты слишком занят созерцанием, чтобы кусать нас за пятки, – добавила она с нежностью.

Бабушка тяжело вздохнула, не отрывая взгляда от окна.

– Этот лохматый пройдоха еще найдет способ нас разбудить, – она прищурилась, глядя на дом напротив. Там, в прямоугольнике света, Эрик как раз задергивал тяжелые портьеры. – Эрик… Он снова ошивался у крыльца?

Элизабет смутилась. Немного помявшись, она всё же решилась спросить:

– Почему ты так против Эрика? Раньше ты сама звала его на чай, – голос девушки дрогнул, она ждала ответа, невольно рассматривая старые царапины на обоях, оставленные Тигром еще в те времена, когда он был крошечным котенком.

Бабушка Розанна вспыхнула:

– Даже не начинай! Ты знаешь мое отношение к нему… Он славный малый, но я не хочу, чтобы порог нашего дома переступал кто-то чужой. Сейчас не время для гостей, – женщина резко замолчала, словно прислушиваясь к чему-то в пустоте коридора. – Не хочу это обсуждать. Пора спать.

Глава 2. Гостья из забытых снов

Внезапно за окном ярко полыхнуло. На миг бабушкина комната залилась мертвенно-белым сиянием, выхватив из темноты каждую пылинку. Тигр, дремавший на коленях, от неожиданности взвился в воздух и спрыгнул на пол, полоснув когтями по пальцу хозяйки.

– Ай! Тигр, паршивец… Больно же! – Элизабет зашипела, прижимая раненый палец к губам.

– Сильно задел? – Розанна озабоченно склонилась над внучкой.

– Да нет, ерунда…. Но что это было? – Элизабет, забыв о боли, рывком распахнула тяжелые шторы в мелкий горошек. – Звезда упала? Ты видела?!

Женщина медленно провела рукой по волосам, зачесывая их назад. Она долго всматривалась в ночное небо, где среди привычных созвездий застыл странный, мерцающий след.

– Не знаю, – прошептала она едва слышно. – Наверное…

Тем временем Тигр внизу окончательно обезумел: он завертелся волчком, пытаясь поймать собственный полосатый хвост, а затем стремительной рыжей молнией метнулся под кровать. Элизабет с мечтательной улыбкой вновь прильнула к оконному стеклу. Она завороженно следила за тем, как мириады звезд прорезают ночную синь.

– И все-таки, красиво… – выдохнула она, чувствуя, как холод от стекла приятно холодит лоб.

Небо в эту ночь сияло так неистово, что бледные огни уличных фонарей внизу казались лишь тусклыми, ненужными пятнами. Весь мир вокруг, казалось, был залит призрачным серебром.

Бабушка встревожено посмотрела на внучку.

– Элизабет… – её голос прозвучал надтреснуто и непривычно робко.

– Да, что такое? – обернулась девушка.

Договорить она не успела: снизу, из гулкой темноты первого этажа, донесся отчетливый, тяжелый стук в парадную дверь. Розанна тяжело вздохнула и нервно притопнула ногой.

– Кто это в такой поздний час? – проворчала женщина, и в её глазах на миг блеснула тень страха.

Элизабет лишь пожала плечами, стараясь сохранять спокойствие.

– Я спущусь и посмотрю, – сказала она, уже направляясь к выходу из комнаты. Но у самого порога она замерла и обернулась: – Постой, что ты хотела мне сказать?

Розанна лишь натянуто улыбнулась, пряча дрожащие руки в складках юбки.

– Ничего важного, милая. Иди, посмотри в глазок. Но только не открывай! Я сейчас тоже попробую спуститься… – она сделала паузу, и её шепот стал почти неразличим. – Что-то зачастили к нам незваные гости.

Несмотря на ворчливость и порой удушающую опеку, которая временами так раздражала Элизабет, сейчас в каждом движении старушки чувствовалась неподдельная тревога. Девушка поспешила вниз, перепрыгивая через ступеньку. В голове набатом билась одна мысль: «Только бы это был Эрик. Но если бабушка его увидит – точно прогонит».

В гостиной было непривычно тихо: треск дров в камине давно стих, оставив после себя лишь горьковатый запах остывшей золы. Несмотря на теплую осень, в углах дома затаилась сырость, пробравшаяся даже на второй этаж. Элизабет поежилась, бросив взгляд на темный зев камина: «Нужно подкинуть дров… Но сперва – дверь».

Подойдя к двери, Элизабет затаила дыхание и прильнула к глазку. На крыльце было пусто, лишь тени от старого дуба нервно плясали на досках. Девушка опустилась на носочки и подошла к окну. Осторожно, кончиками пальцев отдернув занавеску, она всмотрелась в сумерки.

– Странно… кто бы это ни был, ходит он чертовски быстро, – прошептала она себе под нос.

– Милая, кто там? – голос бабушки, донесшийся из полумрака её комнаты, заставил Элизабет вздрогнуть. – У тебя всё хорошо?

Девушка задернула штору и поспешила к камину, стараясь унять дрожь в коленях.

– Всё в порядке, бабуль! Наверное, снова енот гремит нашими бутылками для молочника.

– Этот проказник дождется! Поймаем и сдадим в питомник! – ворчливо отозвалась старушка.

Элизабет натянуто улыбнулась и подбросила пару поленьев в топку. Искры взметнулись вверх, на миг, осветив гостиную багровым светом. Вдруг в дверь снова постучали. На этот раз удар был коротким, тяжелым и властным. Теперь было отчетливо слышно: это не животное.

Холод заструился по спине Элизабет.

– Да кто там?! – вскрикнула она.

Схватив тяжелую кочергу, она двинулась к выходу. Паника, копившаяся годами из-за агорафобии, накрыла её с головой. Ноги стали ватными, руки затряслись так, что кочерга жалобно зазвенела, ударившись о подставку. Пульс бешено колотил в висках, воздуха катастрофически не хватало, но она продолжала идти – мелкими, рваными шагами.

– Постой, милая, не открывай! Я сейчас спущусь! – громко крикнула бабушка, и звук её тяжелых шагов на лестнице смешался со стуком сердца Элизабет.

Пытаясь сохранить остатки самообладания, девушка коснулась ледяной ручки. Резко распахнув дверь, она замахнулась кочергой, даже не переступая порог.

– Кто здесь?! – выкрикнула она в пустоту, зажмурившись от страха.

На улице застыла тяжелая, ватная тишина, и лишь где-то в глубине сада надрывно стрекотал одинокий сверчок. Элизабет, до боли, в пальцах сжимая кочергу, медленно выглянула за порог, свободной рукой вцепившись в дверной косяк.

На крыльце рядом с порогом сидела крошечная птица. Её оперение переливалось всеми цветами радуги, словно оно было соткано из жидкого драгоценного камня. Птичка любопытно наклонила голову, разглядывая девушку, но стоило той протянуть руку, как гостья вспорхнула и юркнула прямо в дом, обдав Элизабет легким запахом озона.

– Эй, постой! Ты куда?! – вскрикнула девушка. Она затравленно оглянулась на пустую улицу и поспешно захлопнула дверь, запираясь на все замки.

У подножия лестницы, тяжело дыша, стояла Розанна. Она судорожно оправляла одежду, и её лицо было бледнее обычного.

– Что случилось? Кто это был?

– В дом залетела птица! – Элизабет заметалась по гостиной, пытаясь проследить за ярким всполохом. – Она вся разноцветная… Маленькая такая!

– Птица?.. – эхом переспросила женщина, и в её глазах мелькнула тень узнавания.

В этот момент на кухне оглушительно загремела посуда, словно кто-то разом перевернул целую полку.

– Где Тигр? – Элизабет похолодела от дурного предчувствия и бросилась на шум.

– Не знаю! Кажется, он остался наверху, – Розанна суетливо озиралась. – Элизабет, постой! Что еще за птица?!

Девушка влетела на кухню, на ходу бросив: «Маленькая, яркая!», но тут же замерла как вкопанная. Посреди комнаты стояла молодая женщина в пышном платье, расшитом разноцветными узорами. Она невозмутимо держала на руках притихшего Тигра, который даже не пытался вырваться.

– Вы… кто? – Элизабет смутилась и попятилась, едва не выронив кочергу.

– Элизабет, назад! – в кухню ворвалась запыхавшаяся бабушка. Увидев гостью, она резко изменилась в лице: страх сменился ледяным гневом.

– Как вы сюда попали? – изумленно прошептала девушка, бросив быстрый взгляд на наглухо закрытые окна.

Незнакомка мило, почти лукаво улыбнулась.

– Мое имя…

– Аника Хорчинс! – недовольным, режущим голосом прервала её Розанна. – Что тебе здесь нужно, Аника?

– Розанна? Ты ли это? – осторожно спросила женщина, склонив голову набок.

Новая знакомая выглядела пугающе странно, словно она только что сбежала с бала из старой сказки. В пышном бежевом платье и с причудливой прической, украшенной живыми цветами, женщина напоминала принцессу, которая одевалась без оглядки на вкус, имея в запасе слишком много золотых монет.

Розанна нервным жестом поправила волосы и слегка разгладила ладонью морщины на лице, словно пытаясь вернуть себе самообладание. Элизабет удивленно перевела взгляд на бабушку:

– Что? Вы знакомы?

– Знакомы ли мы?.. – смутилась Розанна. Не зная, что ответить, она сделала вид, что задумалась над вопросом, и начала медленно, с опаской осматривать незваную гостью.

В это время Аника осторожно опустила кота на пол.

– Да. Я друг вашей семьи, – спокойным, почти мелодичным голосом произнесла она. Рассматривая потрескавшийся потолок, она добавила: – Интересное оформление.

Элизабет дернулась, порываясь схватить питомца:

– Постойте, не отпускайте кота! Здесь где-то птица, она может пострадать! – девушка быстро оглянулась по сторонам.

– Не волнуйся за нее, милая, – улыбнулась Аника. – Здесь она не одна.

Элизабет ахнула: краем глаза она заметила, как по всей кухне прямо из воздуха начали появляться разноцветные бабочки в окружении миниатюрных, размером с колибри, птичек.

Бабушка недовольно облокотилась на кухонный гарнитур и капризно надула нижнюю губу.

– Что ты здесь делаешь, Аника? Что тебе нужно?

Мисс Аника обернулась к Розанне и уже собралась ответить, но в последний момент решила промолчать, лишь загадочно прищурившись.

Элизабет, не дыша, разглядывала крошечных существ, порхающих над столом.

– Как они залетели?.. Я ведь точно закрыла дверь…

– Наверное, через дымоход, – задумчиво пробормотала она, вспомнив, что рабочие совсем недавно чистили трубу. – Да, точно! Через дымоход… Но как?! Там же горячо….

Аника мягко улыбнулась.

– Они пришли со мной, – попыталась объяснить она. – Я волшебница из королевства грез Лирах, что в мире Сэйвур. Мое полное имя – Аника Стэфани Хорчинс Лилс.

– Волшебница?! – Элизабет не сдержала смешок, перебив гостью. – А! Фея. Вы аниматор, да? Простите, но вы, кажется, ошиблись адресом. Мы ничего не празднуем!

– Аниматор? Кто это? – Аника задумчиво потерла подбородок, перебирая в голове незнакомые слова. Она перевела взгляд на Элизабет: – Кажется, я не совсем понимаю, о чем ты.

Бабушка тяжело вздохнула и картинно закатила глаза:

– Милая, это действительно волшебница. Самая настоящая. Аника из Высшей расы волшебников.

– Сейчас не лучший момент для шуток, – отрезала девушка. Обиженно скрестив руки на груди, она отошла к окну и украдкой проверила шпингалеты. Странно… всё закрыто изнутри, как и было с самого утра. «Никаких следов взлома. Как она тогда пробралась в дом?» – гадала Элизабет.

Глава 3. Рыжеволосая помощница

Внезапно из гостиной донесся грохот, который так же резко сменился тишиной. Элизабет вздрогнула и обернулась на шум:

– А это еще кто? – Она не удержалась от колкости: – Если у нас уже есть волшебница, то, может, и лепрекон решил заглянуть на огонек?

– Похоже, это моя помощница, – спокойно отозвалась Аника. Грациозно оторвавшись от пола, она буквально поплыла по воздуху в сторону гостиной.

Элизабет застыла, не веря своим глазам. Увидев женщину, парящую над паркетом, она в ужасе прошептала:

– Как такое возможно?.. О нет, неужели я снова уснула с книгой? – Она изо всех сил потерла глаза. – Нужно скорее проснуться! Иначе я опять свалюсь с этого неудобного дивана. Хотя, с другой стороны… не каждый же день снятся волшебные существа!

Бабушка, сохранив хмурый вид, побрела следом за Аникой.

– Ты пришла с помощницей? Зачем она тебе?

– Мне нужна была помощь… – тихо ответила Аника.

Пока хозяйка дома пыталась осознать происходящее, гостья принялась бесцеремонно разглядывать каждую мелочь. Заметив на стене рамки с пожелтевшими гербариями, Аника едва заметно повела рукой – и в то же мгновение сухие стебли налились соком, а бутоны с тихим шорохом распустились, наполняя комнату ароматом диких трав.

– Помощь? – хрипло переспросила Розанна, тяжело опираясь о дверной косяк.

– Именно так, – кивнула мисс Аника.

Элизабет завороженно коснулась лепестков, которые еще секунду назад были мертвыми.

– Откуда они взялись? Они же… настоящие?

Розанна поперхнулась и, прочистив горло, спросила:

– Для чего тебе помощь? Надеюсь, это никак не связано с миром Сэйвур?

– Не спеши, Розанна! Ты всё такая же нетерпеливая… – мягко осадила её Аника. – Я сейчас всё объясню.

В гостиной уютно трещало последнее полено в камине. Повсюду порхали бабочки, задевая крыльями мебель, а посреди комнаты стояла невысокая рыжеволосая девушка. В помятом розовом платье и с копной запутанных волос, она выглядела так, словно только что пробиралась сквозь густой малинник. Заметив хозяек, она испуганно спрятала что-то в складках подола.

– Здравствуйте… – застенчиво прошептала она, смахивая с плеча пару мелких веток.

– Кажется, просто так вы не уйдете, – вслух подумала Розанна, тяжело вздыхая.

Элизабет изумленно округлила глаза: «Еще одна волшебница? Неужели она тоже умеет летать? Мой сон становится всё страннее и страннее».

Помощница, которую звали Ханна, вконец смутилась от пристальных взглядов. Элизабет сделала пару шагов навстречу, чтобы рассмотреть незнакомку, но на всякий случай остановилась на безопасном расстоянии. Внезапно мимо них серой молнией прошмыгнул кот и запрыгнул на журнальный столик. Ханна от неожиданности подпрыгнула и взвизгнула:

– Ай!

Аника прошла в гостиную и по-хозяйски присела на диван.

– Ханна, что случилось? Ты опоздала. – Затем она повернулась к Элизабет: – Моя помощница Ханна – пока еще наивная юная волшебница… К слову, летать она не умеет.

Розанна, вцепившись в спинку дивана, не сводила глаз с незваных гостей. Казалось, она даже забыла, как моргать. На лице Элизабет отразилось полное замешательство. Нахмурившись, она медленно кивнула:

– Хорошо… Допустим. – Девушка откинула прядь длинных волнистых волос и глубоко выдохнула: – Я всё равно не понимаю, что вам нужно. И что вы здесь делаете? Вы же не ходите вот так по улице… Или ходите?

Элизабет на миг замерла, пытаясь сопоставить гостью с образами героев из своих любимых книг. «Какой поразительно реалистичный сон», – промелькнуло в её голове.

Ханна, поймав её взгляд, тихо хихикнула. Для юной волшебницы её новая знакомая в длинной клетчатой рубашке и с вечно взъерошенными волосами выглядела не менее загадочно.

Оглянувшись по сторонам, мисс Аника плавно взмахнула палочкой.

– Давайте присядем, – вежливо, но властно предложила она.

Магия не заставила себя ждать. Все присутствующие, словно ведомые невидимой силой, синхронно опустились на диваны, стоящие друг напротив друга.

В ту же секунду Розанна подскочила, негодуя:

– Я никому не позволю колдовать в моем доме!

Элизабет лишь округлила глаза.

– Не может быть! – выдохнула она, не веря собственному телу, которое только что двигалось само по себе.

Ханна с любопытством покосилась на сидящую рядом девушку и привычным жестом поправила непослушную прядь, которая вечно лезла ей в глаза и щекотала нос.

Аника, слегка смутившись, быстро спрятала палочку в складках платья.

– Прости, привычка… – Она сделала паузу, задумчиво разглядывая комнату. – Давно я не была в вашем мире. Как же всё изменилось! Повсюду эти… как же вы их называете? А, перевозок! Стало слишком много перевозок.

– Перевозок? – недоуменно переспросила Элизабет.

– Да, перевозок! Тех, что возят вас повсюду.

Элизабет на мгновение задумалась.

– Вы имеете в виду автомобили?

– Так это они теперь перевозят людей? – искренне изумилась мисс Аника.

Девушка лишь молча, кивнула в ответ.

– И дома стали просто высоченными! – продолжала фея, оглядывая потолок.

– Но как давно вы не были в нашем мире? – смутилась Элизабет, чувствуя себя экскурсоводом в собственном доме.

– Милая, не отнимай время у гостей, они наверняка торопятся, – резко вмешалась Розанна, окинув Анику недовольным взглядом.

– Кажется, это было так давно, что я уже не назову точную дату, – мягко ответила гостья. – Но должна признать: ваш дом почти не изменился.

Розанна возмущенно надула губу и отчеканила:

– Я предпочитаю не нарушать запреты и не балуюсь магией, как некоторые!

– Иногда маленькое волшебство не считается преступлением, – с лукавой улыбкой парировала Аника.

«Что они еще умеют? – размышляла Элизабет, разглядывая новых знакомых. – Может, превращают камни в живых существ? Или тыкву в карету, как в тех сказках, что читала мне бабушка…»

Пока взрослые препирались, Ханна робко осматривала гостиную. Её взгляд замер на ряду фотографий, расставленных на каминной полке. На одном из снимков маленькая девочка с сияющей улыбкой и охапкой книг стояла под цветущим деревом на заднем дворе.

Заметив интерес новой знакомой, Элизабет тихо пояснила:

– Это было еще до моей агорафобии.

– Агорафобии? – переспросила Аника, мгновенно посерьезнев.

Элизабет горько усмехнулась:

– Да. Тот день стал моим последним за пределами этих стен.