А что за горизонтом. Урал-батюшка

Записки Картографа

А что за горизонтом. Урал-батюшка

А что за горизонтом? …

Урал-батюшка

От горизонта до бесконечности…

Мой любимый горизонт! Что ты там прячешь от меня? Что скрываешь от моего взора? Почему, как только я захочу к тебе прикоснуться, ты постоянно убегаешь? Можно ли вообще до тебя дотянуться, схватить, потрогать? В какой момент жизни ты вдруг превратился для меня в символ бесконечности? Да, именно бесконечности. Что горизонт, что бесконечность – они одинаково недосягаемы.

Помню, как в детстве, сидя за школьной за партой, во время скучнейшего урока, какой только можно себе представить – математики, борясь с дремотой, я рисовал в тетради огромную цифру восемь, лежавшую на боку. Я тогда ещё не знал, что такая восьмёрка обозначает бесконечность, но уже ощущал всю её магическую силу. Положив тяжёлую голову на одну руку, шариковой ручкой в другой руке я бесконечно водил по тетради, пока моя восьмёрка в итоге не отделялась от тетрадного листа, попросту проделав в ней дыру. Там, где должны были быть квадратные корни с дробями, красовалось ровное отверстие, напоминающее маску Мистера Икс, ну или что-то подобное, зовущее меня в свой волшебный мир подальше от школьных стен. Так, силой воображения, моя бесконечность превращалась в портал, за которым скрывались совсем другие миры, нежели школьные стены, более мне близкие и понятные. А цифра восемь служила, пожалуй, ключом к тем дверям. Остальные цифры просто смеялись надо мной, хотя чаще сердились, потому что точные науки не терпят к себе пренебрежительного отношения. Мной же целиком и полностью владело Его Величество Воображение. А что касается цифры восемь или же знака бесконечность, то мне проще было их мысленно раскрутить, превратив в пропеллеры самолёта, чем запихнуть в какое-нибудь уравнение. И это, пожалуй, было самым увлекательным занятием на уроках математики.

Да, в то время, которое принято называть прекрасными школьными годами, во мне прочно засело чувство какой-то безысходности и того, что это всё не для меня и не моё. Казалось, что конца и края этому никогда не будет. Каждый урок длиной в сорок пять минут длился целую вечность, а всякие каракули, которые я рисовал на полях тетрадей были куда красноречивее, чем уравнения со всеми неизвестными, дробями и квадратными корнями. Но вот звенит звонок. Неужели урок окончен? Неужели мои мучения закончились? Вовсе нет! Просто временной отрезок, сделав огромную петлю длиной в школьный урок, прошёл через точку, где встречаются звонки, и начинается отсчёт времени урока следующего. И так до бесконечности.

Спасибо любимой бабушке

Я откровенно скучал, понимая, что школа мне не даёт решительно ничего, особенно знаний. Сам себе я напоминал не ученика, а какого-то каторжанина, который каждое утро добровольно ходит на пытки. Горизонты моих знаний расширялись разве что за счёт природного любопытства, нежели с помощью протирания штанов за школьной партой. Виноваты ли в этом учителя? И да, и нет. С годами я понял, что лично мне достаточно научиться писать и читать, а все остальные знания можно получить и из хороших книг. Спасибо любимой бабушке – учителю начальных классов, за то, что дарила мне не только хорошие книги, но и правильные. Она и только она смогла разглядеть во мне те качества, которыми я был наделён с рождения, и которые сделали меня таким, какой я есть.

Удивительно, но чувство бесконечной тоски и неопределённости, меня не покидало и после школы, потому что я просто не мог найти себе места в жизни. Гайдар в пятнадцать лет командовал отрядом, герой Жюля Верна к этому возрасту дорос до капитана корабля, а я ходил взъерошенный, как попугай Кеша из мультика и носил джинсы на шесть размеров больше, потому что так было модно. В конце концов я ушёл из школы, поставив, как мне казалось, жирную точку в посещении этого бесполезного храма знаний. О, как же сильно я ошибался! В училище оказалось ненамного лучше, куда я пришёл полный надежд хоть чему-то научиться, да и просто сменить обстановку. Находясь в компании, откровенно говоря, слишком рано повзрослевших сверстников, и всячески избегая их общества, я на протяжении двух лет задавался одним лишь единственным вопросом: «Что я тут делаю?»

Но самое удивительное то, что эти бесконечные мытарства, называемые школой жизни, включая университетские годы и службу в армии, пронеслись так, что я даже не успел глазом моргнуть. Время, остановись хоть на секундочку! Ага, размечтался. И вот мы с женой уже отмечаем стеклянную свадьбу, а тринадцатилетний подросток стоит с недовольным лицом, полным возмущения, и в миллионный раз жалуется на своих одноклассниц, с которыми она никак не может найти общий язык. Это и неудивительно. Всё повторяется через каких-то тридцать с небольшим лет.

Борьба за Марусино мировоззрение

Маруся – спортсменка, и многие девочки видят в ней соперницу. Маруся – музыкант, а девочки – танцовщицы. Казалось бы, что тут такого, откуда столько зависти? Одним хочется танцевать, а другим играть музыку. Маруся – путешественница, девочки завистливо фыркают и отворачиваются. Девочкам нравится посплетничать, что ж, это их право. Маруся же читает Чехова, Булгакова и необычный для меня жанр – Манга. Ей вовсе неинтересно шептаться у других за спиной и собирать сплетни. Нет, Маруся ничуть не выше и не лучше своих одноклассниц и не хватает звёзд с неба, просто она – другая. Девочкам нравится красиво выглядеть и модно одеваться, Маша иногда выглядит как монах Шаолиня. Мальчишки с удовольствием принимают её в свою компанию, и девочкам это не нравится. Казалось, что эта необъявленная война будет длиться бесконечно.

Как помочь ребёнку преодолеть этот сложный подростковый период, чтобы он окончательно не разочаровался в людях? Да, пожалуй, самый простой и действенный способ, это бесконечные разговоры и уговоры, досконально разбирая каждую проблему, раскладывая её буквально по косточкам. Только глядя ребёнку в глаза, подбирая по возможности простые и понятные слова, ведя честный и открытый диалог, можно донести главные ценности этой жизни, помочь разобраться в трудностях взаимоотношений, увидеть какой мир на самом деле сложный и многогранный. Мы разговаривали с Машей как со взрослым человеком на вполне взрослые темы. Она впитывала каждое слово, со многим соглашалась, где-то спорила, в глазах мелькали какие-то свои мысли по поводу всего нами сказанного, и это в конечном счёте давало свои результаты.

Не хочу сказать, что для большинства родителей, но для очень многих, самое простое, это сказать ребёнку – не обращай на них внимания. Действительно, какие у ребёнка могут быть проблемы среди таких же детей? Подрались-помирились, поругались и снова подрались. У родителей же есть более важные дела, чем выслушивать капризы любимого чада. Нечто подобное я тоже слышал в детстве. «Ты что, не можешь дать сдачи? Ты же мужик в конце концов!» – сердито ворчал отец. Я, конечно, мог бы дать сдачи, но только разве что стоя на кассе магазина. Учась уже в пятом классе, я максимум выглядел дошкольником, поэтому вступать в конфликты, а уж тем более драться, я не мог по определению.

Понятно, что моих родителей воспитывали их родители, которые жили в совершенно другое время. Наши бабушки и дедушки прошли суровые годы войны, голода и разрухи. И воспитание детей в послевоенное время отчасти напоминало работу в кузнице. Брали раскалённую болванку, клали на наковальню и увесистыми молотками начинали ковать личность. Только так можно было поднять страну из руин. Большая советская кузница выпустила целую плеяду выдающихся учёных, врачей, учителей и людей других не менее важных профессий. Зато современные школы напичканы психологами, социологами и прочими няньками, которые занимаются, с позволения сказать, оздоровлением образовательной среды. Я и сейчас не знаю, что это значит. Более того, законы уже разрешают строчить доносы даже на собственных родителей. Кто-то умный однажды сказал, что времена всегда одинаковые. Ничего подобного! И времена разные, и люди меняются из поколения в поколение. А правда, как всегда, где-то посередине.

Наша борьба за Марусино мировоззрение велась изо дня в день, она продолжается и по сей день. Часто приходится повторять одно и тоже по несколько раз, чтобы именно наше родительское слово стояло на первом месте, а не чьё-то навязанное извне, чтобы она приобрела истинные ценности, какими видим их мы, её родители, без розовых красок и фальши, иногда даже чересчур жестоко, но всегда честно. В конечном итоге эти разговоры давали ожидаемые результаты, и Маруся большинство проблем уже решала самостоятельно. С нами же просто делилась своими маленькими победами, приправляя рассказы изрядной порцией юмора, больше похожего на сарказм.

А за пределами школы царил совершенно иной мир, в котором и люди были совсем другими – искренними, живыми, настоящими. Там жизнь протекала совсем по другому руслу. Это такой водоворот событий, состоящих из бесконечных тренировок и соревнований в воде, которая буквально закипает от накала страстей и азарта, а ещё репетиций и концертов, где бушует настоящая энергия и выброс адреналина. Там совсем другая жизнь, которую со школой даже сравнивать нельзя.

Так вышло, что только там у Маши появились настоящие друзья, которые приняли её в свои объятия такой, какая она есть. Им абсолютно всё равно, какие у Маши оценки в дневнике, во что она одевается и как смотрит на всякие модные писки. Да, они сильно отличаются от одноклассников, потому что среди них почти нет Машиных ровесников, потому что их возраст колеблется от пяти лет до бесконечности. Но это такая огромная семья, а по-другому я их назвать не могу, которая рождалась в музыке, в спорте, на разных научных конференциях и даже в далёких путешествиях. С кем-то из этих людей мы видимся постоянно, а кто-то, появившись горизонте однажды, остался лишь другом по переписке, живя где-то там у себя в дальних краях. Школьная пора обязательно когда-то закончится, даже если после неё не останется настоящей дружбы, а мир, который Маруся сама для себя откроет, будет окружать её всю жизнь.

Жизнь под микроскопом

Шло лето 2025 года. Маша по традиции закончила свой очередной плавательный сезон, размахивая грамотами и медалями на пьедестале и пополнив копилку наград. На площади Ленина отгремел грандиозный концерт, посвящённый дню города Ставрополя, где Маша отплясывала с гитарой на сцене среди сорока барабанщиков с ударными установками. Оставаясь по-прежнему самой маленькой в этом мире за пределами школы, она испытывала самое настоящее счастье. И пусть многие её друзья уже успели этим летом получить дипломы об окончании высших заведений и вступить в новый этап своей жизни, они по-прежнему оставались частью Машиного мира, в котором нет места зависти и лжи, в котором можно быть, а не казаться.

К этому времени наше жилище успело превратиться в самую настоящую музыкальную студию, потому что ровно половину большой комнаты занимала барабанная установка, вдобавок во всех комнатах, словно ёлки в лесу, торчали гитары. Иногда Марусины друзья приходили устраивать концерты, называя это репетициями. Соседи из других квартир терпеливо молчали. Некоторые из них признались, что иногда даже подпевают, участковый не даст соврать. Одним из особенно преданных поклонников, которые хотели написать заявление, он так и сказал: дети растут, дети развиваются. Музыка – это прекрасный выход энергии, а спать нужно по ночам.

Было у Маши ещё одно увлечение. Как-то раз она позвала меня в свою комнату:

– Пойдём, что-то покажу! – сказала она, ехидно улыбаясь.

Увидев на столе микроскоп, о котором я уже, признаться, успел подзабыть, было не трудно догадаться, чего от меня хочет этот юный лаборант. Через окошко объектива на меня смотрела многократно увеличенная плесень. Размазанная по стеклу, не подавая никаких признаков жизни, она, тем не менее, выглядела довольно забавно.

– Мама! – позвала Маша

– Я не буду на это смотреть! – раздался голос из кухни, – …сейчас приду.

Помимо плесени, через микроскоп мы увидели хорошие перспективы на будущее. А не попробовать ли более подробно заняться изучением биологии? Ребёнок воспринял это предложение, что называется «на ура», и мы довольно быстро нашли репетитора по биологии и химии. Откровенно говоря, Маша ждала каждый урок, словно какое-то чудо. После занятия по сложившейся традиции у нас в семье начиналось бурное обсуждение прошедшей темы. И какую гадость только не приходилось обсуждать: от болезни Альцгеймера до всяких психопатов, а ещё сердечно-сосудистые заболевания, переломы, коматозные состояния и даже наркоманию с алкоголизмом. Это увлечение, признаться, стало для нас большой неожиданностью. Кто ж знал, что бактерии вырастут до таких масштабов? Тем более, что темы Маруся выбирала сама, её никто ни в чём не ограничивал. Становилось совершенно очевидным, что это увлечение может иметь далеко идущие последствия. Возможно, в будущем нам не придётся ломать голову, куда поступать после школы.

Вперёд, в большое осеннее приключение

А пока что жаркий Ставропольский август подходил к концу, и для нас это означало, что пора доставать свои чемоданы и тёплые вещи. Приближался долгожданный отпуск, а вместе с ним большое осеннее приключение. Погода на Урале в начале осени обещает быть довольно прохладной, значит нужно хорошо подготовиться, чтобы не заморозить свои изнеженные южным солнцем тельца. Да, мы отправляемся на восток – волшебный, но суровый. А как же школа? А первое сентября? Школа подождёт!

Поздним вечером мы остановились в столице Калмыкии городе Элисте на заправочной станции, чтобы заправиться – машину бензином, а себя горячим кофе. Через несколько часов мы уже были на Мамаевом Кургане в городе-герое Волгограде. Впервые в жизни я увидел величественную Родину-Мать в два часа ночи, подсвеченную софитами. Это зрелище не передать простыми словами, но ещё больше поразило то, что народу здесь было не многим меньше, чем бывает обычно днём. Да, Мамаев Курган – одно из самых почитаемых и посещаемых мест на Земле. Многие люди, особенно те, кто путешествуют на своих машинах, проезжая через Волгоград, всегда стараются остановиться здесь, чтобы пройтись по мемориалу и поклониться памяти наших героических предков.

Два года назад мы уже проделывали этот маршрут вдоль берега Волги до Тольятти, где нас всегда ждут родственники. Да, желание приехать как можно быстрее всегда сильно, но здравый смысл сильнее. Несмотря на все звонки и сообщения из Тольятти от нетерпеливой родни, почти на всём протяжении пути стрелка спидометра показывала те же цифры, что и дорожные знаки. За два года успели все соскучиться друг по другу, но для меня безопасность всегда на первом месте.

Поскольку для меня этот путь несколько длинноват, чтобы преодолеть его за один раз, то мы сделали небольшую остановку в пригороде Волгограда в Дубовке на сон и отдых, и через несколько часов колёса букашки снова зашелестели по неровностям волгоградского шоссе. Где-то далеко за Камышином – родиной лётчика-героя Маресьева, дорога становилась ровнее, асфальт менее ухабистым, и вообще, чувствовалось не только подвеской автомобиля, что за эти два года была проделана огромная работа. Дорога до самой Самары обзавелась новым покрытием с разметкой, большими удобными развязками, так что все могли спокойно ехать в своих направлениях, не мешая друг другу.

Хорошая дорога убаюкивала, хотя спать, конечно же, не хотелось; не для того мы останавливались на ночлег. Желание оставалось одно – успеть засветло добраться до Тольятти, ну и, конечно, передать бывшему Ставрополю на Волге привет от Ставрополя Кавказского. Ближе к вечеру мы съехали с платной дороги. Это означало, что ещё один отрезок пути благополучно преодолён. Родственники радостно встречали экипаж Жука, как мы сами себя шутливо называли.

Замок Гарибальди

За то время, что мы не виделись, родня успела обзавестись новым просторным домом, который купила взамен старой дачи. Здесь всё было для комфортной уютной жизни. В том числе небольшой участок с деревьями и различные постройки для ведения хозяйства. А ещё, он имел более удобное расположение, чем у старой дачи, потому что располагался на самой обычной улице среди таких же домов, а не ютился в закрытом дачном посёлке, обнесённом забором с пунктом охраны и шлагбаумом. Да, жизнь не стоит на месте, постоянно происходят какие-то перемены. И очень хорошо, когда эти перемены в лучшую сторону.

Мы не виделись целых два года, и, конечно, нам было о чём поговорить, поделиться накопившимися впечатлениями и воспоминаниями. Тольятти приютил нас на целых два дня. Ровно столько мы отвели себе на то, чтобы пообщаться и набраться сил перед большим путешествием на Урал. И, конечно же, мы вовсе не планировали эти два дня просидеть в доме за едой и разговорами.

По давно сложившейся традиции, мы каждый свой маршрут очень долго обсуждаем, спорим, уточняем, а самое важное записываем в блокнот, который в поездке служит настоящим путеводителем. В этом блокноте отмечены все интересные места, графики работы, цены и прочая не менее полезная информация.

Недалеко от Тольятти, здесь же в Самарской области, есть необычная достопримечательность, которая называется Замок Гарибальди, куда и было решено отправиться. Поскольку расписание общественного транспорта показывало, что автобусом туда придётся добираться более полутора часов, да и ходят эти самые автобусы не слишком часто, то мы, недолго думая, завели букашку и отправились своим ходом. Тем более, что дорога шла практически в обход Тольятти, что позволяло избежать городских пробок с перекрёстками, светофорами и прочими радостями цивилизации.

Замок Гарибальди расположен в селе Хрящёвка, что находится на небольшом мысе в месте слияния рек Волга и Большой Черемшан. История этого творения, конечно же не пестрит какими-то особыми и знаменательными событиями, поскольку здесь никогда не было королей, рыцарей, шутов и капризных принцесс, поэтому, сказать по совести, я не могу это чудо архитектуры ни ругать, ни хвалить. С первого взгляда видно, что это современная постройка, создатели которой наверняка являются большими поклонниками фильмов и книг о сказочном средневековье или, говоря иначе, любителями фэнтези. На мой обывательский взгляд замок выглядит несколько загадочно-мрачноватым, как он наверняка и задумывался, с элементами готики, какими-то рыцарскими или родовыми гербами, масонскими символами, змеями, драконами и горгульями. Хочу сказать, что замок идеально вписался в местный ландшафт со своим скульптурным ансамблем, фонтанами, вымощенными дорожками и цветочными клумбами. Гулять здесь, на самом деле, одно удовольствие. Главное, чтобы была хорошая погода.

А пока мы гуляли среди всего этого великолепия и фотографировались с каждым камнем и кустиком, к замку успели подъехать несколько свадебных кортежей с нарядными женихами и не менее нарядными невестами, гостями, сватами, фотографами и прочими атрибутами этого главного праздника жизни. Конечно же, подавляющее большинство народа сюда едет ради впечатлений и красивых фотографий на память. Здесь же расположен большой сувенирный магазин, который буквально напичкан самой разнообразной продукцией по мотивам сказочно-средневековой тематики Замка Гарибальди. Кто такой этот Гарибальди, я узнал немного позднее. Оказалось, что так звали отца предпринимателя, построившего этот замок, в честь которого он, собственно, и был назван. А дедушка с бабушкой этого предпринимателя, видимо, в своё время были большими поклонниками знаменитого революционера.

Моя любимая дочь Маруся решила всё-таки поддаться соблазну в том сувенирном магазине и купила себе на память кубок, выполненный из гипса с металлической чашей внутри. Выглядит он красиво, но мрачно, как всё в этом месте. По обеим сторонам кубка красуются два дракона, третий же своим длинным хвостом обвивает всю эту композицию от самого низу до верхней кромки, заглядывая с разинутой пастью внутрь чаши, видимо, в ожидании, чем хозяин кубка собирается его наполнять. Глядя на этот шедевр, я не без иронии предположил, что кубок годится разве что для наполнения жертвенной кровью для какого-нибудь тайного обряда. После этих слов ребёнок одарил меня довольно ехидной улыбкой, хотя я уверен, что кровь ягод тоже подойдёт.

К слову сказать, строительство самого замка и облагораживание прилегающей территории продолжается и сегодня. Работы предстоит ещё очень много. Сам замок не что иное, как будущая гостиница с банкетным залом, в котором будут проходить разные торжества и прочие мероприятия. Дорога к набережной в конце концов будет достроена и там, возможно, построят причал для прогулочных катеров. Хрящёвка станет по-настоящему обладателем частичкой собственного сказочного средневековья и центром притяжения туристов, а ещё местом, где будут рождаться новые семьи.

Курс на Уфу

Глубокой ночью перед носом нашего экипажа открылся шлагбаум, давая зелёный свет для выезда на широкую платную дорогу. Мама по сложившейся традиции осталась гостить у родственников в Тольятти и ждать нашего возвращения. Тем более, что на время нашего отсутствия, у них были свои планы и не менее интересные маршруты. Наша же весёлая троица держала курс на Уфу – столицу сказочного Башкортостана. Ночью мы выехали по той причине, что на раннее утро уже была забронирована экскурсия по этому прекрасному городу.

Мне нравится ехать ночью, я очень люблю ночную езду, потому что ночные дороги чаще всего менее загружены транспортом, хотя в подобном путешествии есть и свои недостатки. Поскольку этим маршрутом мы ехали впервые, то, конечно же, были лишены возможности любоваться красотами этих мест и видеть, как меняется природа по мере приближения к Уральским горам. Свет фар в ночи цеплялся лишь за дорожные указатели да огни небольших деревень, через которые проходил наш маршрут. Иногда прямо к краю дороги выходили лисицы, которые сверкали своими круглыми глазищами.

Вообще маршрут до Уфы довольно интересный, если читать надписи на дорожных указателях. Два раза мы заезжали в Оренбургскую область и два раза из неё выезжали. Два раза она нас приветствовала и столько же желала доброго пути. Четырежды мы заезжали в Татарстан, который щедро поливал нашу букашку проливным дождём. Причём, это была видимо какая-то татарская тучка, потому что каждый раз, как только мы выезжали из республики, дождь прекращался. И такая чехарда на трассе продолжалась почти на всём её протяжении, пока не забрезжил рассвет, и перед самым городом Октябрьским не появилась стела с надписью: «Башкортостан», увенчанная фигуркой Салавата Юлаева на коне. До Уфы оставалось чуть меньше двухсот километров.

Вот уже указатель «Уфа» остался позади, и мы выехали на первую городскую улицу. Не успели проехать и сотню метров, как перед самым носом, словно чёрт из табакерки, откуда-то выскочил дорожный инспектор. Он был довольно высокого роста и размахивал своими большими руками, словно ветряная мельница, останавливая всех подряд. Когда я с ним поравнялся, то он засунул голову в моё окно и задал совершенно потрясающий вопрос:

– Вы что, тут спите что ли? – и убежал к следующей машине.

Мы удивлённо переглянулись, пожали плечами и поехали дальше. На столь глубокомысленный вопрос ни у одного из нас не нашлось внятного ответа. С другой стороны, этого полицейского можно было поблагодарить, потому что сон действительно как рукой сняло. Больше за время путешествия нашим экипажем не интересовался ни один блюститель порядка. Дорожным камерам наблюдения тоже нас не в чем было упрекнуть.

Уфимские дороги достаточно широкие, чтобы всем хватало места. Развязки тоже большие, благодаря чему никто никому не мешает, даже в плотном потоке. Я плёлся в крайнем ряду между городскими маршрутками, чтобы не путаться ни у кого под ногами, точнее колёсами. В то раннее утро основная масса уфимцев спешила по своим уфимским делам, так что никто особого внимания на обращал на машину со ставропольскими номерами, хотя любезно позволяли вклиниться в свои тесные ряды.

Шёл последний день августа. В этот воскресный летний день, накануне первого сентября казалось, что горожане пытаются наверстать упущенное за всё прошедшее лето. Парки и площади в центре города от большого количества народа напоминали муравейник, все кафе и забегаловки были забиты до отказа. Люди толкались в павильонах торговых центров и в небольших уличных магазинчиках. Одни наслаждались последним летним выходным, сидя с чашкой кофе в уютном кафе, другие гребли с полок магазинов тетради, канцелярские принадлежности, дневники и портфели, собирая своих драгоценных чад в школу. Маруся смотрела на всё это с неподдельным удовольствием, понимая, что учёба ей не грозит, как минимум ближайшие две недели. Хотя она вполне осознавала, что школьную программу в конечном итоге всё равно придётся навёрстывать.