В плену у снежных гор

Закинув дрова в печь, он достал банки с лечебной листвой, смолой, мëдом и другими природными ресурсами.

Увидев паука, свисающего на паутине в углу избы, он пригрозил ему.

– Замри. Не мешай мне.

Тот, словно послушав его, замер на месте. Услышав стук в дверь, дед выглянул наружу.

Не увидев никого, он заметил ведро, наполненное чистейшим снегом. Поставив его поближе к двери, он закрыл еë и принялся к исцелению умирающей девушки при слабом свете свечи.

В плену у снежных гор

Закрыв шторы, один из домов огородился от всех, оставшись наедине со своими жильцами. Дед, взяв лечебные травы, начал выжимать из них сок в ведро. С силой давя своими слабыми руками, он смотрел на жидкость, вытекающую из кусочков трав с лепестками.

– Теперь надо перемешать со снегом.

Открыв дверь и вылив липкий сок в снег, который стоял при свете луны, он начал перемешивать руками холодное вещество. Ощущая, как его обдувает сильный ветер, он взял ведро в дом. Дождавшись, когда чистая природная вода растает с лечебными растворами, он окунул свои ладони в раствор.

– Не думал, что придётся возвращаться к такому виду лечения. Давно же не было у меня таких пациентов.

Начав набирать в маленькую баночку жидкость из ведра, он выливал еë на тело девушки, укрытое чëрным сетчатым полотном.

Смотря, как жидкость, попадая в раны, заставляла кровь бурлить, возвращая девушку к жизни, он продолжал разливать волшебный раствор по еë телу.

Убрав ведро, он открыл банку со смолой. Начав растирать руки ей, он аккуратными движениями водил по нежной коже девушки своими морщинистыми пальцами.

Положив руки на окровавленную глубокую рану, он начал давить на неë. Чувствуя на своих руках волны бурлящей крови, возвращавшей девушку к жизни, он опустил голову.

– Этого слишком мало. Еë раны…

Смотря на кровавое тело девушки, деда охватил ужас.

– В состоянии шока она даже не представляла, что произошло с ней. Еë органы сильно повреждены. Моя медицина не настолько сильна, чтобы справиться с этим.

– Нужно что-то делать, срочно… Я не хочу потерять ещë одного человека.

– Я слишком давно этого не делал. Обещал же себе, никогда не возвращаться к этому, но другого выхода нет.

Пробубнив под нос себе что-то, он ощутил, как его ладони обрели силу. Взглянув на тело, он увидел, как кожа девушки восстанавливается, излечивая раны.

Из ладоней деда исходил свет, ослепляющий его.

– Нужно больше силы!

Сказал дед, сосредоточившись на ране. Мебель, взлетев в воздух, летала по дому от силы старика. Пытаясь спасти незнакомку, дед нарушил своë обещание. Приложив всю свою силу, он вырывал из рук смерти тело Наташи.

Начав аккуратно передвигаться руками по еë хрупким костям к следующей ране, он боялся потерять время на восстановление своей силы.

Летая вокруг старика с девушкой, паук вместе с мебелью внимательно наблюдал за каждым его движением. Ощущая силу, наполнившую избу, дед, выдохнув оторвал руки от умирающей.

– Всë, больше не могу.

Упав на пол вместе с мебелью, дед лежал без сил на холодном деревянном покрытии. Смотря вверх, он думал над своим прошлым, восстанавливая силы.

– Надеюсь, этого хватило. Больше я уже не тот молодой парень, который мог показать всем, где раки зимуют. Теперь ты старый, Саныч. Тебе остаëтся надеяться, что твоя медицина поможет ей.

Закрыв глаза под сильный ветер, издававший гул с улицы, дед лежал среди разбросанной мебели. Треск огня из печи оглушал своими звуками тишину загадочной избы. Паук, упавший на пол, проползал через препятствия, остановившись около деда.

Забравшись на его голову, он посмотрел на кровать, на которой лежала девушка. Подбежав быстро к ней, он начал ловко вить паутину.

Поднявшись по ней к девушке, он быстро перебирал своими лапами по еë телу. Остановившись на её груди, он замер на месте. Слыша частый стук еë сердца, восстанавливающего свою силу, словно желая вырваться наружу, паук побежал дальше. Убедившись, что девушка будет жить, он пробежал по еë лицу, начав подниматься к своему углу.

Поднявшись к своей паутине, он продолжал наблюдать за происходящим, охраняя жильцов маленькой избы и слушая тихий звук горящего костра.

Слыша чьи-то шаги, Наташа слегка приоткрыла глаза.

– Где я?

Начав осматривать светлые стены, еë взгляд остановился на большом пауке, свисающем в углу прямо над ней. Резко сев на кровать, девушка вскрикнула. Медленно отползая назад, она смотрела на чудовище, следящее внимательно за ней.

– Откуда ты тут? Если это чья-то шутка, то она совсем не смешная!

Услышав мужской смех, Наташа увидела старика со свечкой.

– Не бойся, он не кусается.

Сказал старик, подойдя к ней. Положив одежду на кровать рядом, он отошëл в сторону.

– Вот, одень. Твоя одежда порвалась после крушения, а эта пусть и давно хранится, но явно не даст тебе замëрзнуть.

Наташа, заметив, что на ней нет ничего, быстро прикрылась одеялом.

– Что тут было?

– Не переживай, всë хорошо. Просто вылечили твои раны, а одежда мешала процедурам. Велась борьба за твою жизнь, поэтому пришлось снять, чтобы вылечить полностью.

Заметив, что раны исчезли, а на коже не было ни царапинки, Наташа удивлëнно посмотрела на старика.

– Как вы это сделали? Тут даже никаких швов нет.

– Ну, опытный лекарь, что уж сказать.

Засмеялся старик, добавив:

– Ну, тут надо отдать должное силе природы. Если бы не эти травы и снег, твоë тело бы не восстановилось с такой скоростью.

Взяв баночку мëда, старик подошëл к девушке с тëплым чаем.

– Вот, возьми. Тебе щас нужно восстанавливать силы. Пусть раны и излечил, но будь осторожна.

Девушка, проголодавшись не на шутку, взяла баночку мëда. Одев тëплый свитер, она сидела на кровати с незнакомым дедом, спрятав ноги под одеялом.

– Сколько сейчас времени? И как я тут оказалась?

Спросила Наташа, отпив тëплого чая и слыша свист сильного ветра с улицы.

– Ночь. Ты пришла в себя раньше, чем я предполагал. Точное время не скажу, думаю, часа 2-3 примерно.

Ответил старик, живущий долго в дали от общества.

– Тебя принëс мужчина и с ним был его товарищ. Вроде только двое их.

Добавил старик, попивая тëплый напиток вместе с девушкой. Чувствуя в душе страх от появления гостей, вместе с ним в его душу пришла радость. Не каждому удаëтся найти собеседницу на старости лет в свою старую избу где-то в горах.

– Как зовут тебя, девица?

Спросил старик, продолжая изучать свою гостью.

– Наташа, а вас?

– Саныч. Все меня привыкли так называть.

– Хорошо, лекарь Саныч.

Слегка засмеялась Наташа, поставив кружку с тëплым чаем и вспомнив про маму.

– Мне нужно позвонить родителям. Они беспокоятся. Как думаете, сколько времени мне понадобится до возвращения домой?

Спросила Наташа, заметив, как старик изменился в лице.

– Боюсь, что это невозможно. Связи тут нет. Да и все, попавшие сюда, так и не вернулись к своим семьям.

– Как? То есть вы хотите сказать…

Смотря, как старик встал с кровати, девушка почувствовала моментальную грусть, нахлынувшую на неë. Недавно казавшаяся такой надоедливой очередная поездка к родителям оказалась последней в еë жизни.

– Да, Наташа, я хочу сказать то, что все, и даже я, застряв здесь на долгие годы, так и не смогли вернуться к людям.

Ответил старик, строго взглянув на девушку. Чуть не выронив стакан, Наташа с испугом смотрела на него.

– Но должен же быть способ. Хоть какой-нибудь.

Саныч, спокойно подкидывая дрова, продолжил:

– Человеку не выбраться отсюда на своих двоих. Машине не проехать. Горы окружили нас. Мы стали их пленниками. Да, есть выход, самолëт, подумаешь ты, но монстр, сбивающий их, уничтожает нашу последнюю надежду на спасение каждым своим ударом.

Кинув последнюю деревяшку в печку, перед стариком пламя злобно вспыхнуло с новой силой, изобразив в глазах Наташи морду монстра, которого она видела через окно.

Чудовище, смотря в глаза девушки, видело в еë зрачках страх, охвативший новую пленницу.

Следя за силуэтом в печи, Наташа заметила, как злобный монстр, изменившись в лице, превратился в кричащую мать. Потеряв связь с дочерью, она быстро набирала номер вновь и вновь.

– Да не паникуй ты! Может загуляла где-нибудь.

– Да где, уже скоро рассвет, а еë до сих пор нет. Так и на звонки не отвечает!

Смотря на телевизор, женщина увидела строку, пробегающую внизу на одном из каналов.

Прочитав о разбившемся самолëте, женщина встала из-за стола.

– Это же… Это же еë самолëт!

Прижавшись к мужу, женщина зарыдала из-за всех сил, потеряв дочь накануне новогодних ночей.

– Тише ты, тише.

Говорил муж, смотря в окно.

– Она сильная. Я чувствую, что она жива. Мы найдëм еë, слышишь?

Сказал муж, смотря на лицо заплаканной жены.

Молча кивнув, мать Натальи продолжила рыдать, прижавшись ещë сильней к тëплой груди мужчины, находящегося рядом с ней.

Проклятая буква

Наташа, надев новую куртку и шапку, которую оставили Серëжа с Валерием, взятую с одного из пассажиров, посмотрела на деда.

– Ты куда собралась-то? Ночь на дворе.

– Хочу пройтись, осмотреться. Саныч, а у тебя где зеркало?

– Зеркало?

Задумался старик.

– Не знаю, я обычно в отражении льда смотрю на себя.

Почесав голову, задумался старик.

– Тогда давай, ты оценивай, Саныч. Как смотрится?

Старик, не ожидая такого, подошëл к чашке с остывшим чаем.

– Задала ты деду вопрос. Мы одеваемся в то, что есть, а ты просишь оценить.

Подойдя к старику, девушка, не произнося и слова, обняла его.

– Ладно, семь из десяти.

Почувствовав, как девушка ещë сильнее сжала в объятиях кости Саныча, он быстро исправился:

– Ладно, восемь.

Надавив совсем сильно, дед, хрипя, выдал итоговое решение:

– Девять из десяти. Щас удушишь.

Наташа, не слушая старика, тихо произнесла:

– Спасибо, что спас меня.

Саныч, смотря, как девушка вышла из избы, хлопнув легонько дверью, схватился за сердце. Чувствуя, как слëзы подступают к его глазам, он смотрел на закрытую дверь. Поставив чашку и подойдя к кровати, он сел на неë:

– Это тебе спасибо, Наташа. Не только пробудила старую силу во мне, но и ранила в самое сердце своими простыми словами.

Взглянув вверх, старик посмотрел на паука.

– Вот даже она поблагодарила, а от тебя и слова не дождëшься.

Паук, не желая слушать старика, быстро сполз со стены. Пробежав по полу, он подбежал к окну. Быстро забравшись в него, он залез на форточку, увидев Наташу, смотрящую на красивое сияние в небе.

– Красота.

Произнëс женский голос, наслаждаясь красивым видом тихой деревушки под ярким небом.

Паук, быстро сделав себе нитку, спустился по ней, держась лапками за верëвочку. Медленно спускаясь вниз, он аккуратно коснулся снега. Ощущая холод на лапах, он быстро побежал по холодной земле, быстро перебирая своими маленькими лапками.

Пробегая под поднявшейся ногой девушки, он увидел, как еë сапог полетел вниз на него. Ускорившись, он быстро пробежал под еë стопой, резко обернувшись и взглянув на девушку со злобой.

– Я тебя чуть не раздавила! Даже представить боюсь, что со мной сделал бы Саныч, узнав, что тут лепëха такая бегает придавленная.

Паук, отвернувшись от девушки, с гордой головой выбежал на лëд и помчался к другому дому.

– А-а-а, ты тут местная знаменитость. Теперь понятно.

Сказала Наташа, рассматривая красивую деревушку. Заметив в дали на краю снега костëр на улице, она сошла со снега, аккуратно наступив на лëд.

– А как они ходят тут?

Спросила девушка, аккуратно наступив ногой на ледяное покрытие, находящееся в середине деревни.

Сделав второй шаг ещë аккуратнее, она замерла на месте, чувствуя, как ноги сами скользят по льду.

– Главное не долбануться. Отличное желание на новый год.

Переставив свою ногу в тëплом сапоге ещë раз, она почувствовала, как подошва проскользила вперёд вместе с ногой. Взлетев вверх, Наташа потеряла связь с землëй. Смотря на небо, из еë рта вместе с прохладным паром вылетели слова:

– Класс

Упав на лëд, Наташа схватилась за руку.

– Да чë за день такой, больной.

Услышав смех в дали, она увидела мужчину у костра:

– Чего смешного?!

Слыша, как незнакомец смеëтся над ней, она начала медленно ползти по льду.

– Я щас тебе устрою! Чего смешного-то?!

Мужчина, показавшись из-за костра, выкрикнул ей:

– Лофара!

– Что? Повтори!

– Лофара!

– Я не понимаю!

Кричала почти через всë ледяное озеро девушка.

– Лофара, гофорю!

Сделав непонятливую гримасу, девушка смотрела на мужчину.

– Да фтоф такое. Глуфая.

– Глупая?! Сам такой.

– Глуфая говорю!

– Сам такой!

Продолжала кричать во всë горло Наташа.

Мужчина, вздохнув, побежал к ней. Девушка, смотря с удивлением, как тот ловко пробегает по льду, увидела перед собой взрослого бородатого дяденьку.

– Глуфая говорю!

Сказав это, мужчина побежал назад.

– Стой! Подожди!

Остановившись, мужчина оглянулся.

– Не поможешь даме встать и добраться в-о-о-н туда!

Указав в его укрытие на костëр, девушка смотрела на мужчину.

– Фет!

Продолжив бежать, мужчина отступал от незнакомки.

– Вот ты ж…

Сказала Наташа, пытаясь ползти по льду.

Заметив, что спустя несколько минут практически ничего не изменилось, она окликнула мужчину:

– Эй! Прошу, помоги! Ну, правда! Я не знаю, как вы тут ходите! Это же невозможно!

Мужчина, встав, направился спокойным шагом к девушке. Подойдя поближе, он помог ей встать.

– Лафно, пофогу.

– Нет, не пофигу.

– Пофогу говорю!

– А, помогу. Так ты бы так и сказал.

Держа девушку за руку и хватая еë падающее тело на каждом шагу, мужчина с горем пополам довëл неопытную бедолагу до своего костра.

Наташа, забравшись под крышу без дома, под которой сидел мужчина у костра, свалилась на снег, выдохнув. Сидя с синяками после долгого похода по льду, она повернулась к мужчине.

– Как ты это делаешь?

Тот, кинув пару палок в согревающий костëр, потёр руки, греясь на холоде.

– Бефаю. Как и фсегда.

– Почему у меня не получается? Я же хожу, как и ты.

– Дело фремени. Прифыкнешь.

– Как тебя звать-то?

Спросила Наташа, подогнув колени и заинтересовавшись необычным мужчиной.

– Маф-ф-ф-ф-аня.

Заикаясь, мужчина с трудом выговорил свои имя.

– Слушай, а что у тебя с речью? Почему ты фыпылявишь или как это называется?

Мужчина, смотря на сияние в небе, сидел с Наташей у костра, вспоминая свою жизнь до попадания в это загадочное место.

– Проблема пояфилась с детстфа. Я фтарался гофорить, как и все, но моя речь… Как бы я не пытался, фсë время буква ф влезала в мои слова.

– Фрачи говорили, что со фдоровьем фсë хорошо. Причину так и не нафли.

Взглянув на девушку, мужчина посмотрел на еë лицо, освещëнное костром в его убежище.

– Значит, проблема была с рождения и даже врачи не могли еë найти? Но должна же быть причина.

Сказала Наташа, согревая руки, но не желая ещë уходить из гостей.

– Фнаешь, я кафдый год загадыфаю желание, а оно фсë никак не исполняется.

– И что за желание?

– Чтобы ф нафсегда ифчезла из моей речи.

– Но оно никак не исполняется.

Добавила девушка.

Молча кивнув, мужчина с радостью посмотрел на неë.

– Афаметь, прошло пару финут, а ты уже понимаешь феня.

– Да, заметила, прошло пару минут, а я уже начала понимать тебя.

– Также фудет со льдом. Привыкнешь со фременем. Любые изменения нам по филу.

– Мафань, а где твой дом? Что с ним случилось?

Смотря на крышу, Наташа внимательно изучала пустой дом на улице среди снега.

– Я отфазался от него. Я рад, что фогу сидеть в фтороне и следить за всеми. Для меня честь фоговорить с тобой и этими людьми. Ведь фогда, в той жизни, фногие избегали меня, и как фы я не пытался…

Кинув ещë одну палку, костëр загорелся ещë ярче перед Мафаней.

– Фсегда был один. Это фошло в мою привычку и ефли раньше люди избегали феня, то фейчас я не хочу тратить их время на фебя. Лучше пофижу в фтороне и посмотрю, как они живут, а ефли кто зайдëт, то я только фуду рад. Мне не нуфен ни дом, ни общество, ни богафства, чтобы быть фчастливым.

Наташа, задумавшись, сидела у костра и смотрела на сияние, не отрывая глаз.

– Привык сидеть в стороне и наблюдать? Ничего не хочешь, а как же желание на Новый год, разве его нет сейчас у тебя?

– Оно уфе исполнилось. Уфеня всë есть для счастья. Фолько буква ф раздрафает.

– Не знаю, кто там и что думает про тебя, Мафаня, но, как по мне, ты классный парень.

Сказав это, девушка взяла дровишки и подкинула их в костëр.

– Вроде сидишь в стороне, просто наблюдаешь, но в тебе есть что-то особенное. Вот только что…

– Не фнаю, многие говорят, фто я как ребëнок. Также до сих пор нефонятно говорю и веду себя фтранно.

Произнëс мужчина, сложив руки и рассматривая спящие дома.

– Ну, говоришь ты вполне хорошо. Кажется, я начинаю понимать тебя. Да, до радио ещë далеко, но быть каким-нибудь ведущим или оратором…

Поправив его старое пальто, Наташа потрепала его по голове, словно ребëнка.

– И ничего не странно ты ведëшь себя. Просто…

– Молодость в твоей душе играет. А кому нравится взрослеть? Похоже, ты решил себя прошлого спрятать тут, в своëм сердце.

Заметив, как мужчина засиял глазами от таких слов, Наташа встала.

– Пойду проведаю остальных, а ты следи Мафаня. Вдруг кому нужна будет помощь.

Сказала Наташа, выйдя из укрытия. Замерев вместе с Мафаней от ужаса, они увидели в дали голову монстра. Шагая среди гор, его взгляд остановился на Наташе. Издав злобный рëв, он со злостью смотрел на девушку.

– А кто это?

Спросила Наташа у Мафани.

– Офранник нашей жизни. Не бойся, он не фронет тебя, но и не фыпустит на свободу. Мы его ифрушки.

Сказал мужчина, встав со своего места. Подойдя к Наташе, он вместе с ней смотрел на монстра, следящего за ними. Видя перед собой небольшое поселение, чудовище следило за каждым выжившим, ходившим по ледяным улицам. Попав под его охрану, ни один человек не смог выбраться за пределы его снежной зоны среди гор.

Окунув руку в карман, Мафаня вынул маленькую фигурку из него. Протянув Наташе её, он произнëс:

– Фламинго

Наташа, покрутив статуэтку птицы, приняла сюрприз.

– Красивое, спасибо, Мафаня.

Мужчина, вновь покраснев, отвернулся и пошëл на своё место. Наташа, убрав красивую птицу в карман, подошла ко льду, внимательно смотря на своë отражение через прозрачный лëд.

Словно не пропуская бултыхающуюся воду, волны ударялись о стены, вставшие у них на пути.

Бокал с прозрачным напитком стукнул по столу. Серëга, наконец, набрав в рот воды, почувствовал еë освежающий вкус.

– Всë, напился.

Сказал он, сидя с Васильевичем. Рассматривая оружия, находящиеся у него в избе, они вели ночные разговоры о важном.

Взяв в руки один из стволов, бывший военный вздохнул.

– Помню, была такая у другана. Классная вещь, лëгкая.

– И не говори. Часто беру с собой на охоту, когда нужно слишком высоко взобраться.

Сказал Васильевич, протирая снайперскую винтовку.

Услышав стук в дверь, мужчины повернулись к ней. Увидев лунный луч, проскочивший внутрь, они заметили женское лицо перед собой.

– Не спите?

Шëпотом спросила девушка.

– Не, заходи.

Аккуратно войдя внутрь, Наташа подошла к столу.

– Ты лëтчик? Я же не ошиблась?

– Да, Серёга зовут.

Ответил за него Васильевич.

– Мы можем поговорить о произошедшем?

– Да, конечно. Садись. Давай.

Ответил спокойно мужчина, рассматривая автомат.

Усевшись на стул, девушка осмотрелась по сторонам.

– Кто-то ещë выжил? Или только вы двое?

– Не, его с нами не было.

Ответил Серëга, указав на Васильевича.

– Был этот, артист, как его… Валерий…

– Горланов?

– Да, точно. Ты поклонница его?

– Не, у меня мама его любит. Была бы она тут, то обрадовалась бы.

– Понятно. Ну, он пошëл спать в другой дом, а я остался с Василием, чтобы его коллекцию посмотреть.

Ответил лëтчик, осматривая оружейную в избе.

– Серëж, тот монстр… Я видела его в окно. Он сбил самолëт. Местные говорят, что эти дома находятся под его охраной. Никто не сможет пройти через него.

Отложив оружие, Серëга посмотрел на Наташу.

– Знаю. Мы находимся в его клетке, как и все эти люди. Самолëта у нас нет. Пешком отсюда мы не выйдем. Я отправил сигнал помощи, но не могу обещать, что спасатели пробьются через него.

– Как он смог подойти к самолëту? Вы его не видели? Он же такой здоровый.

Сказала Наташа, понимая всю безвыходность ситуации.

– Сперва никого не было. Мы летели над горами, пока одна из них не ожила. Встав спиной к нам, он резко развернулся и принялся атаковать самолëт.

– Он услышал приближение самолëта?

Спросила Наташа, взглянув на Василия.

– Он слышит всë, дорогуша. Начиная от гула самолëта, до хруста снега под твоими ногами. Пока вы находитесь на охраняемой им территории или вне, вы в безопасности, но если попытаетесь пересечь, то он уничтожит вас.

– Наш путь лежал через его зону. Когда мы пересекли еë, он принялся атаковать нас. Он боится подпускать сюда, к выжившим, чужаков.

Добавил Серëга, пытаясь придумать что-то.

– Он охраняет вас? Почему до сих пор им никто не занялся, если он сбивает самолëты или мы были одними из первых?

– Летают тут редко люди по этому пути. Сильные морозы, ветер, метель, кругом опасность, поэтому большинство умирают сразу или остаются диким зверям на ужин.

Сев, Васильевич присоединился к разговору.

– Сколько людей вообще выживало и приходило к вам?

– Много. Мы стараемся помочь выжившим, всегда не против принять их к себе. Саныч застал построение этой деревушки. Раньше тут было тихо и спокойно, но также холодно, а как только появился он, то и население наше пополнилось, но и погибших не одна сотня, а куда больше.

– Да, застряли мы тут.

Сказал Серëга, тяжело вздохнув.

– Значит надо как-то прорваться через монстра. Вот только как?

Спросила Наташа.

– Людей он теряет из виду, но горы и сугробы… Далеко мы не пройдëм. Так что будем пока думать, но пару деньков придëтся тут поторчать.

– Да, наверное.

Сказала Наташа, надеясь, что они смогут выбраться отсюда и освободить жителей из плена нескольких снежных и одной живой горы.

– Вам лучше это обсудить с Санычем. Он тут самый старший. Многое повидал, прошëл, преодолел. Пусть он и старик уже, но ума в его хрупком теле на пару столетий есть. Правда что-то мешает ему говорить о прошлом… Что-то есть у него на душе, чтят он скрывает от всех.

– Понятно, поговорю с ним.

Ответил Серëга, взглянув вместе с нами в окно.

– Мы обязательно что-то придумаем. Даже у такого громадного монстра должно быть уязвимое место. Просто нужно получше подумать.

– Да, ты прав. Мы обязательно выберемся за пределы его зоны и навсегда покончим с этим монстром. Освободим не только себя, но и всех жителей, застрявших тут.

– У нас есть ещë время.

Сказала Наташа, выйдя из избы. Отправившись к деду, она увидела тропинку из снега, посыпанную на льду. Оглянувшись на Мафаню, она увидела махающего ей мужчину.

– Главное – привыкнуть.

Начав ходить по снегу, ощущая, как подошва скользит под ним, Наташа медленным шагом ходила из стороны в сторону. Чувствуя, как еë тело шатает, словно на волнах, она продолжала удерживать равновесие.

Продолжая ходить перед Мафаней, девушка всю ночь покоряла лëд. Катаясь на нëм без коньков, она свободно бегала по нему к концу ночи.

Вернувшись к Санычу с рассветом, она, не слушая его вопросов, упала на кровать.

– Загуляла, девчонка.

Сказал старик, открыв дверь.

– Это ты ей там мозги пудрил своими словами? Ей лежать надо.

Пригрозив кулаком мужчине, старик закрыл дверь перед пауком, быстро бегущему домой.

Взглянув на довольное лицо новой гостьи, Саныч пробубнил:

– Но ты молодец, показала смерти, кому тут ещë жить и жить.

Сев в уголок у ног Наташи, старик взял свечку и задул еë, чтобы та не мешала молодому бойцу восстанавливать силы.

Зимние забавы

Утро. Солнце освещало снежные красоты природы. Дома ровно стояли друг за другом, словно встав на разминку. Люди, вставая, выходили на улицу, набирая в ладони горстку чистого снега. Умыв лицо, они принимались за работу, расходясь по своим делам.

По деревне раздался громкий голос:

– Гофорит Мофква! В столице -24 графуса, в Хабарофске -30 графусов, в Краснояфске – 19 графусов! А теперь к сегодняшним нофостям…