После развода. Ты меня потерял навсегда

– Сука он, – резюмирует она, когда я заканчиваю. – Конченная сука. Как он мог такое говорить? Вот же скотина!

– А вдруг он прав? – всхлипываю я. – Вдруг я действительно стала непривлекательной? Неинтересной?

– Ты что, с ума сошла? – Сима почти кричит. – Викуша, он это говорил, чтобы тебя добить! Чтобы переложить вину с себя на тебя!

– Но что-то же его оттолкнуло…

– Его ничего не оттолкнуло! Просто появился новый объект для охоты. Мужчины как дети – увидели новую игрушку и забыли про старую.

– Новая игрушка родила ему дочь…

– И что? Это делает его поступок лучше? Вика, он предатель. Он обманул тебя, сына, даже эту Карину обманул небось.

– Почему Карину?

– Да потому что наверняка обещал ей развестись и жениться. А вместо этого шесть лет водил за нос и тебя, и ее.

В словах Симы есть смысл. Но легче от этого не становится.

– Сим, а что если я больше никому не буду нужна? Кому нужна разведенка в сорок четыре года?

– Прекрати! Тебе сорок четыре, а не семьдесят четыре! Ты красивая, умная, успешная женщина. У тебя вся жизнь впереди.

– Но…

– Сейчас приеду.

– Не надо, поздно уже…

– Еду. Будешь дуреть в одиночестве – натворишь глупостей.

Сима приезжает через час с бутылкой хорошего вина и пакетом мороженого.

– Классический набор для переживания разводов, – объясняет она.

Мы сидим на кухне, пьем вино, и я плачу. Рассказываю подруге о том, как больно слышать правду о себе. О том, что двадцать лет оказались пустышкой. О том, что не знаю, кто я теперь – если не жена Саши.

– А кем ты была до него? – спрашивает Лена.

– Молодой дурочкой, которая думала, что любовь навсегда.

– Нет. Ты была талантливой студенткой дизайнерского факультета. Помнишь, как преподаватели хвалили твои проекты?

– Это было так давно…

– И что? Талант никуда не делся. Ты прекрасный дизайнер, у тебя куча клиентов. Ты самостоятельная, успешная женщина.

– Которую бросил муж ради молодой любовницы.

– Которая освободилась от мужа-лжеца и получила шанс на настоящее счастье.

Настоящее счастье? После сегодняшнего дня в это верится с трудом.

– Сим, а ты не думала… ну, покончить с собой? Когда разводилась?

Подруга ставит бокал и смотрит на меня серьезно:

– Думала. Одну ночь сидела с пачкой таблеток и думала, а зачем жить дальше? А потом поняла, нахрен ему такая победа. Чтобы он гулял на моих поминках с новой сучкой?

– А если больше не будет никого?

– Будет. Но даже если не будет – ты все равно лучше, чем когда была с этим говнюком. По крайней мере, больше никто не будет тебе врать и унижать.

Мы разговариваем до утра. Сима рассказывает, как она восстанавливалась после развода. Как училась жить одна, как строила карьеру, как нашла себя.

– Знаешь, что самое важное? – говорит она под утро. – Не мстить. Не опускаться до его уровня. Просто жить лучше, чем с ним. Это лучшая месть.

– А как жить лучше, если чувствуешь себя выжатым лимоном?

– По чуть-чуть. День за днем. Сначала просто вставать с кровати. Потом завтракать. Потом работать. А через год оглянешься и поймешь, что ты стала другим человеком. Сильнее и счастливее.

Утром Сима уезжает на работу, а я остаюсь одна. Первое утро моей новой жизни. Жизни без лжи, но и без иллюзий. Иду в ванную, смотрю на себя в зеркало. Опухшие от слез глаза, взъерошенные волосы. Не развалина, но и не красавица.

– Ничего, – говорю своему отражению. – Начнем заново. С завтрашнего дня начнем новую жизнь.

Именно с завтрашнего дня. Потому что сегодня я еще слишком разбита, чтобы что-то менять. Сегодня просто переживу.

А завтра… завтра посмотрим.

ГЛАВА 5. ВОЙНА ЗА ДОСТОИНСТВО

Утром просыпаюсь с чувством, будто меня переехал грузовик. Голова раскалывается, глаза опухшие, во рту привкус горечи. Но есть и что-то еще – злость. Чистая, яркая злость, которая жжет изнутри.

Саша думает, что сломал меня вчерашними словами. Что я буду рыдать и умолять о прощении. Он ошибается. Первым делом звоню адвокату. Ольга Васильевна специализируется на разводах и знает свое дело, назначаем встречу.

– Расскажите все по порядку, – говорит она, включая диктофон.

Рассказываю. Про измену, про вторую семью, про то, что Саша имеет пятилетнюю дочь. Ольга Васильевна записывает, периодически кивает.

– Понятно. Имущество какое?

– Квартира в совместной собственности. Дом тоже в совместной. Машина на нем. У меня своя студия – в аренде. Сбережения около миллиона рублей пополам.

– А кто больше зарабатывает?

– Последние годы примерно одинаково. Он архитектор, у меня дизайнерская студия.

– Дети?

– Сын девятнадцать лет, учится в Лондоне. Официально проживает с нами, но фактически самостоятельный.

Ольга Васильевна записывает, потом снимает очки и смотрит на меня внимательно.

– Ваши шансы хорошие. Измена, сокрытие доходов, это в вашу пользу. Можете претендовать на большую часть имущества.

– А он может что-то требовать?

– Может. И наверняка будет. Готовьтесь к тому, что он попробует обвинить вас в чем угодно: от алкоголизма до супружеской неверности.

В тот же день Саша звонит. Голос деловой, холодный.

– Вика, я говорил с адвокатом. Мне сказали, что ты подала на развод.

– А ты на что рассчитывал?

– Думал, остынешь, подумаешь здраво. Ну ладно. Давай решим все цивилизованно.

– Я на это надеюсь.

– Тогда слушай мои условия. Квартиру продаем, делим пополам. Дом оставляешь мне – она мне нужнее. Машину забираю я. Из сбережений тебе половина.

Условия наглые, но это еще не все.

– И еще. Я претендую на долю в твоей студии.

– Что?!

– Студия развивалась благодаря моим связям. Половина твоих клиентов, это мои знакомые. Это мой вклад в твой бизнес.

– Саша, ты что, охренел? Студия полностью моя!

– Нет, дорогая. Я тебя морально поддерживал, помогал советами, знакомил с людьми. Без меня твоя карьера не состоялась бы.

У меня перехватывает дыхание от наглости. Студия, которую я создавала своими руками, работая по четырнадцать часов в сутки, это его заслуга?

– Ты больной?

– Я реалист. И еще – я требую компенсацию за то, что содержал тебя последние двадцать лет.

– Содержал меня? Я работала наравне с тобой!

– Работала, но на моей базе. На моих связях. Пора возвращать долги.

Сбрасываю звонок, не выдержав его наглости, звоню адвокату.

– Готовьтесь к войне, – говорит она после того, как я пересказываю разговор. – Он будет биться за каждый рубль. И попытается вас морально сломать.

– Но ведь его требования абсурдны?

– Абсурдны, но в суде всякое бывает. Нужно собирать документы, доказывающие, что студия, это исключительно ваша заслуга.

Следующие дни я провожу в архивах. Достаю все договоры, счета, документы о регистрации студии. Звоню клиентам, прошу подтвердить письменно, откуда они обо мне узнали. Большинство – из сарафанного радио, по рекомендациям других клиентов. Никакого участия Саши.

Но это только начало. Через неделю Ольга Васильевна звонит с новостями:

– Ваш супруг подал встречный иск. Требует признать вас недееспособной по причине алкогольной зависимости и психических расстройств.

– Что?!

– Утверждает, что вы пьете, устраиваете скандалы, угрожаете самоубийством. Просит назначить психиатрическую экспертизу.

У меня темнеет в глазах. Алкоголичка? Психически больная? До чего он готов дойти, чтобы получить мое имущество?

– Это же бред!

– Конечно, бред. Но придется опровергать. Нужны справки от нарколога, психиатра, свидетельские показания.

– А еще что он придумал?

– Обвиняет в супружеской измене. Говорит, что у вас был роман с клиентом два года назад.

– С каким клиентом?

– Антон Сергеевич Блинов, предприниматель. Якобы вы проводили с ним подозрительно много времени во время работы над его офисом.

Антон Блинов. Да, был такой клиент. Крупный заказ, мы действительно много общались. Но роман? Даже мысли такой не было!

– Ольга Васильевна, это клевета!

– Знаю. Но клевету тоже нужно опровергать. Хорошо, что у вас есть все рабочие документы, переписка по проекту. Докажем, что отношения были исключительно деловыми.

Вечером звонит Сима.

– Вика, ты как? Слышала, что Саша совсем озверел.

– Откуда знаешь?

– Общие знакомые рассказали. Говорит всем, что ты сошла с ума от ревности. Что пьешь, угрожаешь ему и его девушке.

– Девушке? – у меня перехватывает дыхание. – Он уже называет ее девушкой?

– Не только. Говорит, что вы давно живете как чужие люди. Что он несколько лет пытался спасти брак, но ты стала невыносимой.

– Сука! – вырывается у меня. – Какая же он сука!

– Вика, главное – не поддавайся на провокации. Он сознательно тебя бесит, чтобы ты наделала глупостей.

– Каких глупостей?

– Ну, например, пришла к ним домой устраивать разборки. Или начала названивать им по ночам. Тогда он скажет, вот видите, она действительно неадекватная.

В словах Симы есть логика. Саша играет долгосрочную игру. Хочет представить меня неуравновешенной истеричкой, а себя – жертвой обстоятельств.

– А что говорят люди?

– По-разному. Мужчины в основном его поддерживают, мол, мужик имеет право на счастье. Женщины больше тебе сочувствуют.

– А что конкретно он рассказывает?

– Что ты стала холодной, неинтересной. Что отказывалась от близости, зациклилась на работе. Что он годами пытался наладить отношения, но ты его отталкивала.

Каждое слово как плевок в лицо. Он переписывает историю нашего брака, делая из меня плохую жену, а из себя великого страдальца.

– Сима, а вдруг в чем-то он прав? Может, я действительно была плохой женой?

– Прекрати! Ты была отличной женой! Родила ему сына, поддерживала в трудные времена, вела хозяйство, строила карьеру. А он что? Врал и изменял!

– Но что-то же его оттолкнуло…

– Его ничего не оттолкнуло! Просто появилась возможность, и он ею воспользовался. Мужчины все такие, только одни сдерживаются, а другие – нет.

На следующий день иду к психиатру за справкой. В очереди сижу рядом с настоящими больными и думаю: до чего дошла моя жизнь. Мне нужно доказывать, что я не сумасшедшая, потому что муж хочет отнять мои деньги.

Врач пожилая женщина с добрыми глазами проводит беседу, назначает тесты.

– Вы абсолютно здоровы, – говорит она в конце. – Естественная реакция на стресс, но никаких психических отклонений.

– А можно это написать в справке?

– Конечно. А что, есть сомневающиеся?

– Бывший муж пытается доказать, что я неадекватная.

– Понятно. К сожалению, это частая история. Мужчины думают, что если женщина не соглашается на их условия, значит, она больная.

Наркологическая справка проще, я никогда не пила больше бокала вина по праздникам. Зато приходится собирать показания свидетелей. Звоню клиентам, знакомым, соседям. Прошу подтвердить, что я адекватная, трезвая, работоспособная.

Унизительно. Но необходимо.

Через месяц первое судебное заседание. Я прихожу с Ольгой Васильевной, он – с каким-то молодым адвокатом. Выглядит Саша отлично: костюм, галстук, уверенная улыбка. Я в строгом черном платье, стараюсь держаться с достоинством.

Судья женщина лет шестидесяти, выслушивает исковые требования. Саша просит признать меня частично недееспособной и ограничить в правах распоряжения имуществом.

– На каком основании? – спрашивает судья.

– Ваша честь, супруга моего доверителя в последние годы страдает алкогольной зависимостью и психическими расстройствами, – говорит адвокат Саши. – Она неадекватно реагирует на жизненные ситуации, угрожает самоубийством, устраивает скандалы.

– У вас есть доказательства?

– Есть показания свидетелей…

Ольга Васильевна встает:

– Ваша честь, у нас есть справки от нарколога и психиатра, подтверждающие полную дееспособность моей подзащитной. А также показания свидетелей ее адекватного поведения.

Заседание откладывается на месяц для изучения документов. Выходя из суда, я чувствую себя выжатой.