Surge et age! Поднимись и действуй! Мемуары соломенной вдовы

– Не доверяя непрофессионалам, – Лариса отвергла идею, а Луиза горячо поддержала репетицию со зрителями.

– Доброжелательно настроенные непрофессионалы скорее дадут дельные советы, – объяснила журналистка. – Вы вступаете в конкуренцию с Домами, закрепившимися на модельным рынке, готовьтесь встретить скептицизм и отрицание специалистов, разгромные статьи.

Я согласилась пригласить нескольких подруг посмотреть коллекцию на живых моделях. Показ наметили на ближайшее время. Я торопилась вернуться к поискам сестры.

Тем временем в Самаре архивариус, с которой договорилась, разобрала тонну бумаг, но роддомовских не нашла и продолжала поиски. Обещала сразу же позвонить, как что-то найдет.

Девичник у Лили после бала в Лондоне

От великосветского бала в Лондоне Лиля осталась в диком восторге. На следующий день по возвращению, устроила у себя девичник. Не терпелось поделиться впечатлениями и, не дожидаясь наших расспросов, принялась рассказывать.

– Женщины в длинных бальных платьях до полу, мужчины – в смокингах. Фамилии русских гостей: Апраксины, Гагарины, Трубецкие, дальше открывай «Войну и мир» Толстого и продолжай список. Много старушек и стариков, божьи одуванчики, лет под сто, а держатся бодро. У женщин прямые спины, я даже позавидовала. Мне, привыкшей к подиуму, во время танца постоянно держать спину, признаюсь, было нелегко. Побрякушек, драгоценностей на женщинах скромно, зато всё натуральные бриллианты. Открылся бал «увертюрным танцем». Своеобразное попурри из полонеза, мазурки, вальса, еще чего-то. Никто из москвичей, прилетевших со мной, не решились присоединиться к хороводу, пока не раздались звуки вальса, и стройная цепочка пар не распалась.

– Ты – то танцевала? – прервала Лилины восторги Ольга.

– Ой, девчонки, знали бы, с кем только не танцевала! С отпрысками августейшей семьи Романовых, с племянником самого Ротшильда! Знаете, кто такие Ротшильды?

– Читали. Символ европейского капитализма в девятнадцатом веке. Сегодня в мире столько миллионеров развелось, Ротшильды не особо котируются, – заметила начитанная Маша. – Далеко не самые богатые. Лиля пропустила замечание мимо ушей и продолжала хвастать установленными знакомствами.

– Познакомилась с нашей бывшей соотечественницей Настей Вебстер, женой известного владельца английского ювелирного дома Stephen Webster. Видели бы, какие на ней сверкали украшения! Очень простая женщина. Мы разговорились, пригласила, когда буду с мужем, к ним в замок. Меня с Ириной представили князю Григорию Голицыну. Это его дяде посвящена песня Малинина «Поручик Голицын».

И опять Маша не стерпела, прервала любительницу прихвастнуть.

– Седьмая вода на киселе от знаменитого поручика. Тоже в длинном платье была?

– Конечно. Чопорные англичане строго выполняют требования дресс – кода.

Русских предупредили: женщины в длинных платьях, мужчины – в смокингах. Мое платье видели. Темно – синее из пана – бархата с открытыми плечами. Мужчины наши, кто не привез смокинга, взяли напрокат.

– Англичане принимали меня за француженку или итальянку, когда узнавали, что русская, страшно удивлялись. Относились прекрасно. Не будь замужем, не представляете, какие открывались возможности отхватить богатого мужчину! Жаль, Алёна, не сумела поехать.

– Только мужа – иностранца мне не достает, – заметила я. – Титулованные проверят родословную на три колена, прежде чем предлагать руку и сердце.

– Иностранец ей не нужен, Лена права.

– Никто мне не нужен. Продолжай, Лиль.

– Ухаживали за мной красавец-англичанин лет сорока, потомок английской ветви царской семьи и французик русского происхождения. Дали визитки, приглашали в гости. Будем с Германом в Европе, обязательно посетим, продолжим знакомства.

Лилька рассказывала с таким восторгом и эмоциями, что оставалось лишь позавидовать ей. Бал, действительно оказался необычным, если произвел на неё такое сильное впечатление. Удивить ее не просто, Лилька бывала не раз на великосветских балах – в Париже, на традиционном Новогоднем в Вене.

– В газетах писали, на балу отличился наш Толя Басов. – Не пожертвовал что ли ничего? – спросила я.

– Не знаю. Спел пару неаполитанских песен, потом с англичанкой дуэт из оперы. Всегда его поет на концертах с Монсеррат Кабалье или нашей Рудаковой… Небольшой скандальчик вроде случился, ему не понравился номер в отеле, или место в самолете. Расспросите Ирину, лучше знает.

– Кто еще из наших, присутствовал на балу? – поинтересовалась Ольга. Она поздно узнала о престижной тусовке в Лондоне, и переживала.

– Саша Митрохин, как всегда. Веткин с женой, жена Толи Басова – Светлана, Игорь Лагунов, Алтуш, некая певица – хохлушка из Киева. Депутаты из Госдумы, фамилии разве всех упомню. Рожи мелькают по телевизору регулярно.

– Директор фонда «Сердце для России» высоко оценила итоги «Российского бала». Собранные деньги пойдут на реставрацию зданий для семейных детских домов в Петербурге.

– Девчонки, не будем завидовать Лильке! Покажем себя на новогоднем балу в Кремле. На Рождество Президент даёт бал в Кремле, – подвела итог Лилькиному хвастовству Ольга.

– До Рождества еще о-го-го сколько! Жаль нас не будет в Москве, – огорчилась Варя. Мы выпили по последнему бокалу шампанского и отправились в бассейн.

– Ой, не захватила купальник, – вспомнила Маша. – Забыла, бассейн у тебя входит в программу девичника.

– Дам свой, – успокоила Лиля.

– Утону в нем. Что если ни в чем буду? Бассейн не просматривается?

– Разве что с крыши президентской резиденции в бинокль.

– Предлагаю поддержать Машу и всем без купальников. И я не взяла, – вспомнила Ольга.

– Не возражаю, – согласилась Лиля. – Муж раньше восьми не вернется, охранник отпросился.

Четыре, не совсем юных фигуристых красоток, сверкая загорелыми телами, с визгом и гиком принялись нырять и кувыркаться, поднимая тучи брызг, носиться по бассейну, как дети. Ольга пригнала из угла мяч, и мы играли в отнималки.

Разглядывая, выпрыгивающих за мячом подруг, про себя отметила, что без одежды и макияжа выгляжу лучше их, груди еще торчат, небольшой животик и талия всего 88. Ольга и Маша рожали, понятно, несмотря на разные ухищрения, груди четвертого размера провисали у них слишком. Лилька еще выглядела моделью, она на четыре года старше меня, но пока не рожала. Вдоволь порезвившись, устав от игр, мы вылезли из воды и растянулись на бортике бассейна загорать.

– Лиль, шампанское осталось? – спросила Маша.

– Минералки принеси холодной. Жарко, – присоединилась Ольга. – В такую жару, хоть не вылезай из воды.

Первые дни сентября в Москве стояла необычная жара двадцать восемь градусов. Погода будто реабилитировала себя за холодный июль и начало августа.

– Предлагала поехать на пляж, – лениво подала голос Маша.

Лиля поднялась и, не накидывая на себя ничего, пошла в дом. Я залюбовалась ее статной фигурой, равномерно загорелой, без белых полосок меж ног и на груди – результат посещения солярия.

Герман Каплан, владелец сети бензоколонок познакомился с ней романтической ночью на легендарной яхте «Кристина О», Аристотеля Онассиса. Яхту снял один из русских олигархов отмечать день рождения. После изысканных вин и закусок, самым дорогим угощением, на десерт оказались манекенщицы известных парижских домов мод. Их привез французский владелец несколько модельных агентств, бывший россиянин. Оказалась среди моделей и Лилька.

Она, как и я, с Волги, – из Нижнего Новгорода. За высокий рост её пригласили в местный Дом моделей, когда училась в школе. Поступила в иняз и продолжала работать моделью, сниматься в журналах и клипах начинающих звезд эстрады. Ее заметили в агентстве Modus Vivendis и пригласили в Москву. Девушка умная, она не бросилась сразу покорять столицу, прежде поставила цель окончить институт иностранных языков. В столице все сложилось удачно, участвовала в демонстрациях, выезжала в Париж. Там пригласили в агентство VIVA, заключила контракт на съемку в рекламе «Gucci», работала дефиле у дизайнера Ральфа Лорена. Продолжала бы работать во Франции и поныне, не выйди замуж за Германа.

Пара сложилась идеальная – оба великаны, он двухметрового роста, она на каблуках, чуть ниже. Как мой Валерий в свое время, Герман ревнив. Поставил условие: никаких подиумов и демонстраций. «Отныне один буду любоваться тобой. Не хочу, чтобы, разглядывая твои фотографии, возбуждались мужики, а на зоне зэки мастурбировали, глядя на твой портрет в журнале».

Они давно мечтают о ребенке, но не получается. По чьей вине – не понятно. Консультировались у специалистов. В тайне от Германа Лилька заводила романы на стороне, надеясь родить, пока не получилось. С любовниками ей не везло из – за высокого роста, мужчины стеснялись рядом с ней, однако, изредка все – таки находила. Герман, возможно, подозревал, заранее смирившись, что ребенок будет не от него. Может, всё и не так, а лишь наши домыслы. Лилька на эту тему не распространяется, отделываясь смехом.

Подруги поинтересовалась у меня поисками сестры. Рассказала, всё оказалось сложнее, чем ожидала. Найти какие – либо документы уходят недели. Пожаловалась, подолгу вынуждена торчать в Самаре, когда в Москве великолепная погода.

Поднос с шампанским и бокалами Лиля несла нам величественной походкой манекенщицы, красиво переставляя и сгибая в коленях ноги, словно на помосте. Мне в глаза бросилась прическа «тюльпан». над интимным местом. Название вычитала в журнале. Цвет волос на лобке соответствовал цвету черных волос головы. Она заметила мой направленный взгляд и спросила:

– Что-то не так?

– А? – не сразу поняла я, задумавшись. – Тюльпанчик у тебя восхитительный. Герману нравится?

Ольга с Машей, услышали, о чем я, присоединились к обсуждению интимной прически хозяйки девичника.

– Мужчины зазнались. Мало им красивого тела, и здесь еще подавай красоту. Мой уговорил проколоть пупок, – призналась Ольга. На пупке у нее золотом сверкал крошечный шарик, над треугольником желто-рыжих волос, на лобке красовалось синяя чайка. Лиля с Машей уже видели её новые украшения, а я только сейчас обратила внимание.

– Тебе идет, – похвалила я. – Только, думаю, не по возрасту. Тинэйджеры этим увлекаются, кому кроме голого пупка нечего показать.

– Не скажи, – перебила Лиля. – Отлично смотрится. Герман уговаривает меня сделать пирсинг над клитором и повесить шарик на колечке. Я отказываюсь, да и на фиг мне. На ком – то из любовниц, вероятно, понравилось.

– Прямо на клитор прицепить, не просил? Видела у одной в фитнес-клубе, – вспомнила Ольга, и прибавила. – Будет приставать, потребуй, чтобы и себе на член поставил шарик. Для усиления оргазма. Тебе, мол, тоже требуется острота и необычность ощущений.

– Кольцо с шариком в столь интимном месте сексуальный стимулятор. Скажете, это вульгарно, глупо, а я считаю очень даже сексуально. Из-за трения об одежду окажешься в состоянии постоянного возбуждения, – заметила все знающая Маша. – Что ж себе не сделала?

– Любовников давно нет, а Мише не надо, – ответила Маша, и продолжила. – Интимным пирсингом пользовались ещё в древнейшие времена в Риме и Греции. В отличие от других разновидностей пирсинга, он предназначается не только для декора. С помощью пирсинга интимные органы партнеров получат дополнительное стимулирование, возбуждение возрастает, половой акт становится более страстным и насыщенным.

– Меня, даже мысль о кусочке металла на теле партнера пугала бы. Страх получить травму не позволил бы расслабиться и получить удовольствие, – поделилась я.

– Кстати, а ты, Лен, почему без всякой прически?

Когда-то, сделанная мне у мастера, «Американская классика», превратилась в бесформенный островок поблеклой растительности. Никак не соберусь. Решилась было на полную эпиляцию, но убедили не походить на девиц из порнофильмов или проститутку, остановилась. Выберу что – нибудь и сделаю, покрашу. Пока не для кого. Мужчины нет, Кирилл, если объявится, не подпущу.

– Так уж и не для кого, – загадочно улыбнулась Лиля.

– В прошлый раз сделала прическу «Всплеск», так Коле не понравилось, – призналась Ольга. – Пришлось перебрить в узкую «Свечку». «Всплеск» для него, видите ли, что-то беспорядочное, не аккуратное, не возбуждает. Еле дождалась пока волосики отрасли и смогла сделать его любимую прическу.

– Какой знаток интимных причесок! – воскликнула Лиля. – Сам – то следит за тем, что у него ниже пояса?

– Следит. У него свой мастер мужского бикини – дизайн. Из – под его плавок волосы не торчат. Просматривает американский «Плейбой». Просит иногда перевести странички советов мужчинам.

– Папик у тебя продвинутый. Наши с Ольгой мужья, хоть не семейные трусы – плавки носят, но не с высоким вырезом, как позволяет себе Николай Петрович. Когда в последний раз были в Серебряном бору на пикнике, обратила внимание, – заметила Маша. – Он прав, место – это не только деторождения, а для возбуждения и наслаждения.

– Да, – вздохнула Лиля. – Вынуждены следить за модой. Пока не смотрели порно фильмы и журналы с откровенными фотографиями, знать не знали, как изгаляются западные модницы, а теперь стараемся не отставать.

– Каждая из нас должна быть сексуальной и неотразимой для своего мужчины. Красиво уложенные волосы в интимном месте, позволяют чувствовать себя очаровательной и возбуждающей. В постельных играх интим – стрижка особенно необходима, – продолжила тему разговора начитанная Маша.

– Недавно, у одной дамы, старше нас, в фитнес-клубе видела прическу «Бабочку», раскрашенную в зеленый и фиолетовый цвет. Когда она выходила из кабинки, все, кто был в раздевалке, глаз не могли отвести. Меня так и подмывало спросить, где ей нашли краски, что не смываются, – снова заговорила Лиля.

– Все краски боди-арта смываются через два-три дня, авторитетно заявила Маша. – Кстати, читала, дамы при дворе Екатерины Медичи красочные интимные причёски делали еще в XVI веке. Когда мода пришла во Францию, там дамы заплетали еще косички, а в них яркие ленты, чтобы радовать короля и молодых любовников.

– Представляю, какими волосатыми были женщины, если умудрялись заплести косички! – удивилась Ольга.

– Где только ты находишь эти факты! – Позавидовала Лиля эрудиции Маши.

– Я читала, женщины во времена Людовиков неделями не мылись. Только духами и ароматными маслами убивали неприятный запах немытого тела, – продолжила спор с Машей Ольга.

– Не при дворе. Простолюдинки, что не мылись, знать не знали об интимных прическах. Да что говорить о них! Мне жаль родителей, советское поколение женщин, практически ничего не знавших о радостях секса и обо всём сопутствующем. Вот и воскликнула на телемосте с американцами русская баба, что в СССР секса нет. А еще Фрейд писал: миром правит либидо.

– Маша, ты хоть и ученая, прямо живая энциклопедия, а не знаешь, баба воскликнула «В СССР секса нет» от отчаяния. Сама была в третий раз замужем, любовников, говорят, имела, и все было мало. Сейчас владеет известным в Питере женским клубом. Когда журналисты приходят к ней за интервью, насчет сегодняшнего положения с сексом, шутит: я ушла из большого секса в малый бизнес, – не преминула показать свою информированность Ольга. – Продолжайте обсуждать увлекшую вас тему, а я поплаваю, – крикнула она, встала и красиво прыгнула в воду.

Разговор переключился на неё. У Николая Петровича Ольга третья. От двух жен папик имел троих детей, от Ольги четвертого – двухгодовалого Эдика. Всех содержал, отправлял на курорты, покупал новые автомобили, когда свои разбивали. Предыдущие жены вели себя хамски, приезжая к Ольге, держались в её доме по – хозяйски, оскорбляли. Ольга все терпела, жалобы мужу результатов не оказывали. Николай Петрович не любил скандалов и предпочитал заплатить, удовлетворить непомерные запросы многочисленных родственников, только бы не возникали. Ольга в такие минуты чувствовала себя не женой, а любимой дочерью, чьи капризы с радостью исполняют, но в серьез из – за возраста не принимают.