Звёздная пыль и кофейная гуща

Лика Сумеречная

Звёздная пыль и кофейная гуща

Глава 1: Добро пожаловать на Край Света, или Кофе здесь божественный

– Боб, если ты сейчас же не перестанешь сверлить меня этим своим оптическим сенсором, я закажу тебе полную перезагрузку прошивки до заводских настроек. И будешь ты тогда не бариста мечтать стать, а полы мыть. В прямом смысле. Со шваброй.

Робот, чья металлическая голова действительно напоминала перевернутую кофейную чашку с одним единственным горящим синим глазом, обиженно моргнул.

– Но, Астра, – заговорил он голосом, который должен был звучать успокаивающе, но из-за сбоя в звуковом модуле больше походил на скрежет старого кондиционера, – по моим расчетам, поставка свежего молока должна была прибыть семнадцать минут назад. Я выражаю беспокойство.

– Твои расчеты можешь засунуть себе в… в порт для диагностики, – Астра подхватила тяжелый мешок с зернами и с кряхтением затащила его на стойку. – На станции «Край Света» никто никому ничего не должен. Здесь всё всегда опаздывает. Поезда, молоко, вести с родины и, – она выразительно посмотрела на Боба, – мозги у некоторых роботов.

Боб моргнул ещё раз. Синий глаз стал чуть тусклее – верный признак глубочайшей роботической обиды.

– Я всего лишь хотел попрактиковаться во взбивании молочной пенки, – пробормотал он. – У меня новая программа. Три варианта текстуры. Я мог бы стать лучшим бариста сектора.

– Ты станешь лучшим бариста сектора, когда научишься отличать корицу от паприки. Помнишь вчерашнего клиента-марсианина с тремя ноздрями?

– Он не жаловался.

– Он не жаловался, потому что у марсиан вкусовые рецепторы расположены на пятках, а не в носу, и он просто ничего не почувствовал! Но это не значит, что можно сыпать в латте что попало!

Астра вздохнула и оглядела своё королевство.

Кофейня «Звёздная пыль» (название придумалось спонтанно пять лет назад, когда она только приземлилась на этой дыре, и с тех пор казалось ей то гениальным, то пафосно-дурацким) располагалась в самом сердце жилого сектора станции «Край Света». Место было выбрано идеально: отсюда шли коридоры к докам, к рынку и к развлекательному сектору. Мимо не проходил никто. Ну, или почти никто.

За панорамным иллюминатором, который Астра драила каждое утро с маниакальным упорством, медленно ползла бесконечная чернота космоса с редкими вспышками далеких звезд. Где-то там, за миллионы световых лет, была Земля. Но Земля казалась теперь такой же далекой и чужой, как и любая другая планета этой галактики.

– Астра, – снова подал голос Боб. – У нас закончились чашки с единорогами. Остались только с космическими кораблями и с надписью «Самый лучший папа».

– Отлично. Сегодня у всех посетителей будет день лучших пап. Даже у тех, кто не является папой. Даже у тех, кто вообще не является мужчиной. Знаешь, Боб, в этом есть своя философия. Мы все чей-то папа в какой-то параллельной вселенной.

Робот попытался осмыслить эту концепцию и издал звук, похожий на перегрев процессора.

Дверь кофейни открылась, звякнув старым механическим колокольчиком – Астра принципиально не ставила автоматический сенсор, потому что любила этот звук. Он был настоящим.

Вошел Крэг. Контрабандист-трианец. Астра узнала его по походке: у трианцев было четыре ноги и две руки, и когда они заходили в обычные человеческие заведения, это всегда напоминало балет пьяной сороконожки.

– Астра, детка, – прогудел Крэг, плюхаясь за столик у окна. Две его нижние конечности он вытянул под столом, две верхние поджал под себя с грацией кота, который готовится к прыжку. – Мне как обычно. Двойной эспрессо. И чтобы пены не было. Терпеть не могу эту вашу молочную пену.

– Пена – это искусство, Крэг, – наставительно сказала Астра, уже насыпая зерна в кофемашину. – Боб, учись. Клиент не понимает своего счастья, но мы-то с тобой знаем, что настоящий эспрессо без пенки – как космический корабль без двигателя. Вроде есть, а никуда не летит.

– Я записываю, – серьезно ответил Боб. – Метафора зафиксирована.

Крэг фыркнул, выпустив струю воздуха из всех четырех ноздрей одновременно. Это у трианцев означало пренебрежение.

– Ты бы своего робота в утиль сдала, Астра. Купила бы нормального, новой модели. Эти старые Боб-серии только на запчасти годятся.

– Боб не серия, – отрезала Астра, ставя перед контрабандистом дымящуюся чашку. – Боб – это личность. И если ты ещё раз скажешь про утиль, я заварю тебе кофе из цикория, а ты даже не заметишь разницы, потому что у тебя вкусовые рецепторы на пятках.

– У меня не на пятках, – обиделся Крэг. – У меня на нижних конечностях, но это не пятки. Это суставы.

– Какая разница.

Астра отвернулась к иллюминатору, делая вид, что протирает и без того идеально чистый пластик. На самом деле она просто любила смотреть в космос. Это успокаивало. Бесконечность, в которой можно потеряться мыслями, пока руки делают привычную работу.

Крэг допил кофе в три глотка (у него было три рта, и это всегда выглядело жутковато), бросил на стойку пару кредиток и уковылял, снова исполнив свой танец сороконожки.

– Ещё минус две чашки с кораблями, – прокомментировал Боб. – Осталось шесть.

– Считаешь?

– Я всегда считаю. Это моя функция.

Следующие полчаса текли лениво, как сироп старого образца, который до сих пор производили на каких-то фермерских мирах. Зашли два техника из доков, молча выпили по американо, перекинулись парой фраз о неисправностях в системе вентиляции и ушли. Потом забегала какая-то девушка в форме курьерской службы, схватила стаканчик с собой и умчалась, даже не дождавшись сдачи.

Астра уже собиралась попросить Боба протереть столики, когда дверь снова звякнула.

И вот тут что-то изменилось.

Она не могла объяснить это словами. Просто воздух вдруг стал чуть плотнее, что ли. Или звуки приглушились. Или просто сработала та самая интуиция, которую Астра называла «кофейным чутьём», а местные маги – «нелицензированным даром, подлежащим проверке».

Она подняла глаза от стойки, за которой протирала и без того чистую кофемашину.

И увидела ЕГО.

Мужчина, вошедший в кофейню, был… неправильным. Слишком собранным для этой дыры. Слишком опасным для утреннего затишья. Слишком красивым для простого смертного.

Высокий. Тёмные волосы слегка взлохмачены, будто он только что вылез из переделки (или из постели, но почему-то Астре показалось, что первое вероятнее). Чёрная куртка из плотной ткани, видавшей виды, но ухоженной. На поясе – бластер. Старый, но надёжный, такие уже не выпускают, за них коллекционеры душу продадут. Сапоги начищены до блеска, но на голенище – свежая царапина, будто от чьего-то зуба.

Глаза.

Серые.

Холодные.

Изучающие.

Он окинул взглядом кофейню за долю секунды – Астра даже не успела моргнуть, а он уже всё увидел, всё оценил, всех просчитал. Её. Боба. Пустые столики. Выходы. Окна. Иллюминатор.

Потом его взгляд остановился на ней.

– Доброе утро, – сказал мужчина.

Голос оказался таким же, как и всё остальное. Низкий. Спокойный. С хрипотцой, которая могла быть следствием либо простуды, либо многолетнего курения, либо того, что он просто не привык много говорить, а когда говорил, слова звучали особенно весомо.

– Д-доброе, – ответила Астра и мысленно отвесила себе подзатыльник. Она что, заикаться разучилась?

Мужчина подошёл к стойке. Ближе, чем нужно. Не нарушая личного пространства, но как бы намекая, что границы дозволенного устанавливает он.

– Что будете? – спросила Астра, хватая тряпку и начиная с удвоенной энергией тереть уже протёртую поверхность. Надо занять руки. Руки должны быть заняты, когда рядом такая опасность.

– Американо, – сказал мужчина. – Чёрный. Без сахара.

– Оригинально, – буркнула Астра. – Прямо как все.

– А вы ожидали, что я закажу что-то особенное? – в его глазах мелькнула искра. Усмешка? Интерес?

– Я ожидала, – Астра вдруг разозлилась на себя за эту дурацкую реакцию, за этот холодок по спине, за то, что руки слегка дрожат, – что капитан, который заходит в мою кофейню в такую рань, закажет хотя бы двойной. Чтобы взбодриться после бессонной ночи.

Пауза.

Длинная.

Тягучая.

Боб, почувствовав напряжение, издал тихий звук сканера и спрятался за кофемашину. Трус.

– Откуда вы знаете, что я капитан? – спросил мужчина.

– Бластер на поясе. Старая модель, «Гром-7». Такие берут только те, кто привык командовать, а не подчиняться. Сапоги начищены, но куртка потрёпана – значит, вы не из тех, кто сидит в кабинетах. Царапина на голенище свежая, похожа на зубной след местной фауны с Новой Полу́ны. Туда летают только наёмники да контрабандисты. Вы не похожи на контрабандиста. Слишком чистая совесть для контрабандиста.

Тишина.

Мужчина смотрел на неё.

Астра смотрела на него.

Где-то за иллюминатором пролетел метеорит.

– Американо, – повторил мужчина. – Чёрный. Без сахара.

Астра выдохнула.

– Слушаюсь, капитан.

Она отвернулась к кофемашине, спиной чувствуя его взгляд. Руки делали привычную работу: зерна, помол, температура воды, давление. Всё автоматически. Мысли скакали как сумасшедшие.

Кто он? Что ему здесь нужно? И главное – почему её так трясёт?

Кофе был готов через минуту. Астра поставила чашку на стойку.

– Пять кредитов.

Мужчина положил на стойку десятку.

– Сдачи не надо.

– Щедро.

– Это не щедрость. – Он взял чашку, сделал глоток, не сводя с неё глаз. – Это плата за информацию.

– Какую ещё информацию?

– Вы, случайно, не видели здесь девушку? Маленькая, рыжая, веснушки. Работает курьером. Позавчера она должна была кое-что передать мне лично, но не передала.

Астра замерла.

Рыжая. Курьер. Позавчера.

Та самая девушка, которая забегала за кофе и умчалась, даже не дождавшись сдачи.

– Была, – медленно сказала Астра. – Позавчера. Утром. Взяла латте с собой.

– Куда пошла?

– Понятия не имею. Я за ней не слежу, капитан. Я просто варю кофе.

Он снова глотнул.

– Жаль.

– А что случилось?

Мужчина посмотрел на неё долгим взглядом. Так смотрят на людей, которым либо доверяют, либо собираются убить. Промежуточных вариантов не предусмотрено.

– Она не вышла на связь. – Он допил кофе одним глотком. – А она всегда выходит на связь.

Поставил пустую чашку на стойку.

– Кофе у вас хороший.

– Спасибо.

– Я зайду ещё.

– Буду ждать.

Он развернулся и пошёл к двери. У порога остановился, обернулся.

– Кстати. Берегитесь. На станции неспокойно последние дни. Говорят, кто-то охотится по ночам. Оставляет после себя только пыль. Звёздную.

Дверь звякнула.

Он ушёл.

Астра стояла, глядя на пустую чашку.

Внутри, на самом дне, осталось немного кофейной гущи. Узоры сложились в причудливый рисунок, который она видела тысячу раз.

Но сегодня он показался ей странным.

Зловещим.

Она протянула руку, чтобы взять чашку и вымыть её, но замерла.

Из коридора донёсся приглушённый крик. Далекий. Но от него по спине побежали мурашки.

Боб высунулся из-за кофемашины:

– Астра? Всё в порядке?

– Не знаю, Боб, – тихо сказала она, всё ещё глядя на дверь, за которой скрылся странный капитан с серыми глазами. – Не знаю.

–

Ночь прошла… странно.

Астра ворочалась в своей крошечной каморке за кофейней, пытаясь не думать о серых глазах и звёздной пыли. Крика минувшим утром она так и не опознала – охрана станции потом объяснила, что это какой-то пьяный грузчик из доков неудачно упал с погрузчика. Или его уронили. На станции «Край Света» эти понятия были взаимозаменяемы.

– Боб, – простонала Астра, выползая из спальни в шестом часу утра по местному времени. – Сделай мне кофе. Умоляю. Такой, чтобы я либо проснулась, либо умерла. Любой исход устроит.

Боб, который уже час как торчал у кофемашины, оттачивая взбивание пены, гордо выпрямился:

– Я подготовил три варианта. Эспрессо с двойной порцией кофеина. Латте с добавлением экстракта энергетического ореха с планеты Ксеркс. И мой авторский рецепт: «Пробуждение терминатора» – смесь чёрного кофе, кайенского перца и трёх капель настойки красного корня.

– Неси «Терминатора», – махнула рукой Астра. – Если я выживу, сегодня будет хороший день.

Боб с гордостью принялся колдовать над напитком. Астра плюхнулась за столик у окна и уставилась на звёзды. Где-то там, в этой бесконечности, летал тот самый капитан. Корвус. Она потом специально посмотрела в местной базе данных – капитан Корвус, наёмник, репутация сомнительная, наград за голову нет, но и благодарственных писем тоже. Ничего конкретного. Ничего, за что можно зацепиться.

Кроме того, как он смотрел.

Как будто видел её насквозь. Как будто уже знал о ней всё, а она о нём – ничего.

– Твой кофе, – Боб торжественно водрузил на стол дымящуюся кружку. – Напиток воина. Напиток победителя. Напиток…

– Боб, замолкни и дай мне это выпить.

Астра сделала глоток.

По телу пробежала дрожь. Глаза распахнулись сами собой. Волосы на затылке встали дыбом. Где-то в груди что-то ёкнуло, будто сердце решило напомнить, что оно ещё работает и вообще не согласно на такие эксперименты.

– Боб, – прохрипела она, – это… это гениально. И смертельно опасно. Никому больше не предлагай.

– Записываю в протокол: рецепт «Пробуждение терминатора» – только для ограниченного круга лиц, – довольно проскрипел робот.

Дверь звякнула.

Астра подняла глаза и чуть не поперхнулась.

Корвус собственной персоной.

Он был всё в той же чёрной куртке, но сегодня выглядел ещё более… опасным? Нет. Скорее, сосредоточенным. Под глазами тени, словно он тоже не спал. Или спал, но плохо. Или вообще не спал, а выслеживал кого-то.

– Доброе утро, – сказал он, проходя к стойке. – Мне…

– Американо, чёрный, без сахара, – закончила за него Астра. – Помню. Вы вчера производили неизгладимое впечатление.

Корвус усмехнулся. Чуть-чуть. Одним уголком рта. Но Астра заметила.

– Рад, что запомнились.

– Это сложно забыть, – буркнула она, направляясь к кофемашине. – Когда кто-то заказывает американо и смотрит при этом так, будто я на допросе должна признаться в убийстве императора.

– А вы признаётесь?

– В чём?

– В убийстве императора.

– Я вообще-то кофе варю, капитан. На убийства времени нет.

Корвус сел за столик у окна. Тот самый, где вчера сидел Крэг. И уставился в иллюминатор, делая вид, что рассматривает звёзды. Но Астра кожей чувствовала – он следит за каждым её движением. Сканирует. Оценивает.

Боб подкатил к стойке и зашептал:

– Астра, это тот самый вчерашний опасный органический объект?

– Боб, он слышит.

– Я слышу, – подтвердил Корвус не оборачиваясь.

Боб издал звук, похожий на всхлип, и спрятался за холодильник.

– Не обижайте робота, – строго сказала Астра, ставя перед Корвусом дымящуюся чашку. – Он у меня чувствительный. И вообще, между прочим, бариста мечтает стать.

– Робот-бариста? – Корвус поднял бровь. – Оригинально.

– У нас тут вообще много оригинального. Сами увидите.

Как в доказательство её слов, дверь снова звякнула. И в кофейню ввалился… вернее, втекся… вернее, вошёл сразу несколькими конечностями Крэг-трианец.

– Астра! – загремел он на всё помещение. – Детка! Есть чё покрепче?

– Кофе, Крэг. У меня только кофе.

– Да ну тебя, – Крэг плюхнулся за столик напротив Корвуса, даже не взглянув на него. Четыре ноги и две руки создавали жуткую суету – казалось, что за стол село как минимум два человека. – Сделай мне тройной эспрессо. И чтоб пены не было!

– Терпеть не может пену, – прокомментировала Астра для Корвуса. – У него, видите ли, вкусовые рецепторы на нижних конечностях.

– На суставах! – обиженно поправил Крэг, и только тут заметил соседа по столику. – О. Капитан. И ты тут?

– Кофе пью, – коротко ответил Корвус.

– А, ну да, кофе, – Крэг как-то подобрался, все четыре ноги поджались под стул. – Я вообще мимо шёл. Случайно. Просто кофе захотелось. Астра, детка, ты там скоро?

– Кипячу воду, Крэг. Терпение – великая добродетель.

Корвус и Крэг молчали. Смотрели в разные стороны. Делали вид, что не знакомы.

Астра почувствовала: здесь что-то нечисто. Контрабандист и наёмник в одной кофейне в такую рань? Совпадение? На станции «Край Света» совпадений не бывает. Только сделки, подставы и перестрелки.

– Знакомы, что ли? – как бы невзначай спросила она, ставя перед Крэгом его тройной эспрессо.

– Нет, – одновременно сказали оба.

– Ага, – хмыкнула Астра. – Ну-ну.

Крэг схватил чашку тремя руками (четвёртой он почёсывал одну из нижних конечностей) и принялся шумно втягивать кофе всеми тремя ртами. Зрелище было то ещё. Корвус, покосившись на него, едва заметно поморщился и отвернулся к окну.

И тут дверь снова звякнула.

На этот раз вошёл… кто-то странный.

Астра не сразу поняла, что именно в нём странное. Вроде обычный мужчина средних лет. Одежда – свободный балахон серого цвета. Лысый. Босой. На лице – выражение абсолютного, вселенского покоя.

И тишина.

Он вошёл, и вместе с ним в кофейню вплыла тишина. Даже Крэг перестал чавкать. Даже Боб за холодильником затих. Даже кофемашина, казалось, заработала тише.

– Здравствуйте, – тихо сказал мужчина. Голос у него был такой, каким, наверное, разговаривают буддийские монахи после пятидесяти лет медитации. – Есть ли у вас тихое место?

Астра опешила.

– Ну… вообще-то кофейня. Обычно здесь не очень тихо. Посетители, знаете ли…

– Я вижу, – мужчина с мягкой улыбкой окинул взглядом Крэга, который всё ещё пытался втянуть в себя остатки кофе тремя ртами одновременно. – Но мне сказали, что у вас самый лучший кофе в пяти секторах. И я надеялся, что тишина тоже возможна.

– Техномонахи, – тихо, почти беззвучно произнёс Корвус, не оборачиваясь.

Астра уставилась на него.

– Кто?

– Техномонах, – повторил Корвус чуть громче, но по-прежнему не глядя на вошедшего. – Древний орден. Ищут просветления через отказ от технологий. Живут вдали от цивилизации, медитируют, молятся. Редко появляются на станциях.

– Я слышу вас, капитан, – мягко сказал техномонах, проходя к столику в самом дальнем углу. – И благодарю за разъяснения для юной особы.

– Я не юная особа, – обиделась Астра. – Я владелица заведения.

– Простите, – техномонах склонил голову. – Владелица заведения. Не могли бы вы принести мне зелёный чай?

– Чай? – Астра чуть не поперхнулась. – У меня кофейня. Кофе. Эспрессо, капучино, латте, американо, раф…

– Я знаю, – техномонах улыбнулся ещё мягче. – Но я не пью кофе. Слишком возбуждает. Мешает медитации. А чай… чай успокаивает. У вас есть чай?

Астра открыла рот. Закрыла. Открыла снова.

– Где-то в глубинах шкафа есть пакетик ромашкового, – жалобно сказала она. – Прошлогодний. Завалялся от прошлых владельцев.

– Ромашка прекрасна, – кивнул техномонах. – Несите.

Астра поплелась к шкафу, чувствуя себя полной дурой. Кофейня, называется. Пришёл клиент, а она ему пакетик ромашки предлагает.

Корвус едва заметно усмехнулся в свою чашку.

– Смейтесь, смейтесь, – буркнула Астра, роясь в шкафу. – Между прочим, я вообще-то универсальный специалист. Кофе, чай, гадание на кофейной гуще. Всё для людей.

– Гадание? – Корвус вдруг перестал усмехаться. – Вы гадаете?

Астра замерла с пакетиком ромашки в руке.

Чёрт.

Чёрт-чёрт-чёрт.

– Ну… иногда. Просто баловство. Девчачьи штучки. Знаете, кофейная гуща, узоры, всякая ерунда…

– Вы вчера смотрели в мою чашку, – тихо сказал Корвус. – Я заметил.

– Нет!

– Да.

– Ну, может, краем глаза… Это просто привычка. Я на всех смотрю. Профессиональная деформация. Вот Боб, например, на всех смотрит, но он же робот, ему положено…

– Астра, – перебил Корвус. – Что вы там увидели?

Тишина повисла такая, что даже техномонах перестал медитировать и открыл глаза.

Крэг замер с чашкой у трёх ртов.

Боб выглянул из-за холодильника.

Астра поняла, что краснеет. И это бесило больше всего.

– Ничего особенного, – брякнула она первое, что пришло в голову. – Просто… ну, знаете… дорога. Длинная. И темнота вокруг. И… звёздная пыль.

– Звёздная пыль, – эхом отозвался Корвус. Лицо его стало непроницаемым.

– Я же говорю – ерунда. Кофейная гуща – это вам не магия, а так… развлечение для туристов. Никакой научной основы…

– Звёздная пыль, – повторил техномонах из угла. – Интересно. Очень интересно.

– Что именно интересно? – резко спросил Корвус, поворачиваясь к нему.

Техномонах посмотрел на него долгим, спокойным взглядом.

– То, капитан, что за последние три дня на станции пропало пять человек. И на месте каждого исчезновения находили светящуюся пыль. Которая, по данным нашей братии, не имеет технологического происхождения.

Крэг поперхнулся кофе и закашлялся сразу тремя ртами. Это было громко и неаппетитно.

– П-пять? – переспросил он. – А вчера говорили про двух!

– Вчера было два, – кивнул техномонах. – Сегодня утром нашли ещё троих. Охрана станции молчит, но братия ведёт свой учёт.

Астра медленно поставила чайник на плиту.

– И вы думаете, что это как-то связано с… с моим дурацким гаданием?

– Я думаю, – техномонах встал и подошёл к стойке, – что вы, юная особа, возможно, обладаете даром, о котором даже не подозреваете. И если вы увидели в чашке капитана звёздную пыль…

– …то либо я следующая жертва, – закончил Корвус, – либо она видела убийцу.

– Либо и то, и другое, – мягко добавил техномонах.

Тишина.

Астра смотрела на Корвуса.

Корвус смотрел на Астру.

Крэг пытался незаметно вытереть три рта салфеткой.

Боб высунулся из-за холодильника и тихо спросил:

– Астра, мне вызвать службу спасения?

– Не надо, Боб, – выдохнула она. – Просто… просто налей всем ещё кофе. И чай. И… и заткнись.

– Заткнуться не могу, у меня нет такой функции, – виновато сказал Боб. – Но я помолчу.

Корвус поднялся, подошёл к стойке. Встал напротив Астры. Ближе, чем вчера. Нарушая границы. Опять.

– Значит, так, – сказал он тихо, чтобы слышала только она. – Если вы действительно что-то видели, я хочу знать подробности. И хочу, чтобы вы посмотрели снова.

– Я не умею по заказу, – огрызнулась Астра, пытаясь не смотреть в его глаза. – Это не работает как…

– Тогда научитесь, – перебил он. – Потому что, если техномонах прав, и убийца охотится дальше… следующей можете стать вы. Просто потому, что сунули нос не в своё дело.

Астра похолодела.

– Я не совала…

– Сунули. – Корвус наклонился ближе. – Вы посмотрели в мою чашку. Вы что-то увидели. Теперь вы часть этого. Нравится вам или нет.

Он развернулся и пошёл к двери.

– Капитан! – окликнула Астра. – А кофе?

– Я допил, – не оборачиваясь, ответил Корвус. – И кстати. Ваш робот прав. Вызовите службу спасения. Сегодня может пригодиться.

Дверь звякнула.

Он ушёл.

Астра стояла, глядя на пустую чашку. Кофейная гуща на дне сложилась в причудливый узор, который она не сразу поняла.

А когда поняла – побелела.

Там был чёткий силуэт человека. И вокруг него – россыпь звёзд.

– Боб, – тихо сказала она. – Закрываемся.

– Но ещё только утро…

– Закрываемся, Боб. У нас сегодня внеплановый выходной.

Техномонах поднялся, оставил на стойке монетку за чай, который так и не выпил, и бесшумно вышел.

Крэг допил кофе, бросил несколько кредиток и уковылял, что-то бормоча про «ненормальных баб и их дурацкие предсказания».

Астра осталась одна.

Только Боб тихо гудел за спиной, перемалывая зерна для завтрашнего дня.

– Боб, – спросила она вдруг. – А ты веришь в судьбу?

– Я робот, Астра. Я верю в алгоритмы.

– А если алгоритмы говорят, что нам всем конец?

– Тогда, – Боб задумался на секунду, – тогда я предлагаю сварить ещё кофе. Самый лучший. Чтобы последние минуты были вкусными.

Астра невольно улыбнулась.

– Знаешь, Боб… из тебя выйдет отличный бариста.

– Я знаю, – скромно ответил робот. – Я всегда это знал.

–

Корвус ненавидел ждать.

В его профессии ожидание обычно означало одно из трёх: либо информация устарела, либо засада провалилась, либо ты уже мёртв, просто ещё не упал.

Поэтому, когда он вошёл в кофейню «Звёздная пыль» ранним утром, внутренний хронометр сразу включил обратный отсчёт. У него было ровно сорок семь минут до того момента, когда «Стрекоза» должна была выйти на связь. Если она не выйдет…

Он не любил думать о плохих исходах. Плохие исходы случались сами, без приглашения.

Кофейня встретила его запахом. Не просто кофе – тут пахло чем-то ещё. Корицей? Ванилью? Или просто… домом? Корвус тряхнул головой, отгоняя глупые мысли. У него не было дома уже лет пятнадцать. И не предвиделось.