Хроники Метатрона: Учебник души, или 1000 моих жизней. Том I. Книга I

––

Замок Чимен, 1586 год

Тёмный, сырой коридор замка. Вдоль стены шла женщина, она держалась рукой за стену, ориентируясь на нее, периодически спотыкалась, падала, ползла на четвереньках и снова вставала. У нее были мутные белесые зрачки. На ней была надета только белая длинная ночная рубашка, босые ноги неуверенно ступали по холодному каменно-земляному полу замка. Внезапно она почувствовала режущую боль в голове и опять упала на четвереньки.

––

– Тут кто-нибудь есть? Где я? Голова болит… ничего не помню…

Кровь… мертвые дети и его лицо… память постепенно возвращалась, я вспомнила не все, но этого было достаточно. Последнее время такие приступы беспамятства случались все чаще. Нужно вернуться в комнату башни. Если я иду по левую руку от стены, то в конце – закрытая дверь, мне нужно развернуться, пройти до конца коридора, чтобы стена была по правую руку, в конце коридора повернуть направо и подняться в комнату в башне.

В комнате стояла кровать с балдахином, туалетный стол с пуфом, ночной горшок и ванна. Маленькое окно было забито досками, свет практически не проникал в комнату.

Служанка приходила дважды в день, утром и вечером. Она приносила еду, выносила ночной горшок, пару раз в месяц приносила воду, и я могла принять ванну.

Дни тянулись очень медленно, я либо спала, либо сидела возле столика, либо ходила по комнате, лестнице и коридору. В приступах беспамятства я могла находиться достаточно долго. А потом, когда воспоминания возвращались, снова было больно.

Сегодня я вспомнила свое детство. Мне было одинадцать. Было очень страшно, я плакала, просила выпустить меня, кровь текла по моим ногам, она пропитала нижние юбки, я пыталась снять платье, но оно было громоздкое и неудобное, ужасно болел низ живота. Я ползала по полу и плакала, хотела в туалет, но не смогла доползти до горшка. Не знаю, какой тогда был срок, когда он выходил из меня, я пыталась вытащить этот сгусток из нижних юбок, потому что не могла снять платье. В итоге кровь и слизь размазались по полу, помню свои руки в крови… Эта тварь заперла меня, ненавижу ее.

––

Трансильвания, поместье Стефана Батори, 1571 год. За два часа до описанных выше событий

Грозная, тучная женщина зашла в комнату, она искала глазами девочку и нашла ее стоявшей за кроватью возле стены.

– Иди сюда, маленькая дрянь.

Женщина бранила девочку. Но та не сдвинулась с места, тогда она подошла к ней, отвесила смачную пощечину, и, схватив её за нижнюю челюсть, вылила в рот микстуру, заставив проглотить.

– Твоего любовника кастрировали и повесили на заднем дворе, можешь завтра сходить посмотреть. Через два года тебя отправят в Бреншир. А завтра ты должна быть на приеме.

––

Я так и заснула тогда на полу в луже своей крови. Утром пришли служанки, меня отмыли, переодели, сделали причёску и отвели в главный зал поместья.

Я чувствовала ужасную слабость, мне нужно было стоять три часа возле отца, пока он принимает гостей, в их числе должен быть мой будущий муж. Я просто молча стояла и делала поклоны, когда это требовалось. С отцом я не общалась, видела его крайне редко, в поместье всем заправлял дядя, и я была у него на попечении. Мама умерла, когда я была маленькая, я её практически не помнила, служанки шептались, что ее убили и дядя приложил к этому руку. После приема был пир и танцы, но мне было так плохо, что это заметили и, извинившись перед гостями, отправили меня в покои. Но до покоев мне добраться не удалось, дядя догнал меня и сказал, что хочет кое-что показать. Он вывел меня во внутренний двор для слуг и подвел к столбу, на котором висел он.

Ему было 13. Его звали Франц. Он служил пажом при старике, который заведовал продовольствием и припасами в замке. Он носил мне сладости, мне нравилось проводить с ним время. Единственный человек, с которым можно было смеяться и прятаться от мерзкой леди.

Хотелось плакать, но я никогда не плакала при дяде. Когда он приходил ночью, ему не нравилось, если я плакала. Он продал меня Надаршди. Он больше не любит меня. Вечером я долго плакала из-за Франца, я чувствовала себя виноватой, я не должна была с ним общаться, ночью снова снились кошмары.

Стук в дверь вырвал меня из воспоминаний. Пришла горничная, значит, уже утро. Она принесла еду, убрала комнату, предложила мне одеться, но я давно не надевала платья, привыкнув к холоду, а сейчас было лето. Она жалела меня, мне повезло с ней.

––

Замок Чимен, 1586 год

Небольшой рыцарский отряд в сопровождении кареты с повозкой въехал в ворота замка Чимен.

––

Я снова бродила по коридору, но в этот раз приступ был не сильный. Вдруг раздался звук открывающейся двери и тяжелые шаги. Это были рыцарские доспехи, я запаниковала, начала тяжело дышать, упала на четвереньки, желая уползти от этого звука, но он уверенно приближался, в какой-то момент звук затих, и моя рука коснулась металлической части мужских сапог, потом я отключилась.

Утром, проснувшись от яркого света, я сначала испугалась, но потом, подойдя к окну, поняла, что створки открыты. Я нащупала холодную решётку, окно было больше, чем в моей комнате. Это другая комната. Хотя я ничего не видела, но глаза могли воспринимать свет. Раздались шаги, пришли две служанки, одна начала суетиться по комнате, вторая набирать ванну. Я поняла это по звуку выливающейся воды. В воспоминаниях вспыли события вечера. Стало страшно от осознания, что меня готовят.

Это ужасное чувство, когда тебя собирают на закланье. Пока меня собирали, я вспоминала свою свадьбу. Золотистое платье и этот ужасно неудобный белый воротник, терпеть их не могла. Пир в честь свадьбы был в замке дяди. Через два дня меня увезли в Чеймен. Там я прожила 9 лет. 9 ужасных лет моей жизни.

В брачную ночь он взял меня прямо в свадебном платье сзади, был пьян и груб. Два дня были сборы, а потом долгий переезд.

Надаршди не поехал в Чеймен. В следующий раз я увидела его только через три года. Я уже была беременна второй раз.

Мои покои состояли из нескольких комнат. Достаточно простая спальня с деревянной кроватью с балдахином. Из спальни выход налево вёл в комнату, где был туалет, туалетный столик, ванная, сундуки с вещами. Справа находился кабинет, где стоял стол с книгами. Третий выход из спальни вёл в гостиную с камином, из гостиной были выходы в подсобные помещения и гардеробную. За мной следили. После брачной ночи я забеременела, но потеряла ребенка через два месяца.

Когда вернулся Надаршди, я была на шестом месяце. Он избил меня и взял силой. В эту же ночь родился мёртвый ребенок. Это были первые нормальные роды. Я пришла в себя через несколько дней. Я знала, что ребенок умер ещё до того, как Надаршди вернулся. Прейдя в себя, я поняла, что горничных заменили, а в замке отмечали рождение сына. Чтобы скрыть этот инцидент, Надаршди вырезал пол замка. Людвига тоже убили. Он был моим стражником. Сопровождал меня, когда я выходила в лес собирать травы. Мне было скучно и одиноко. Тогда он и влюбился в меня. Надаршди пробыл в замке неделю.

Следующий мой роман был с учителем живописи, который приехал к нам из Франции. Он путешествовал по разным городам и остановился у нас на некоторое время. Я забеременела от него через два месяца. Выкидыш случился на четвёртом месяце беременности.

––

Замок Чейте, 1578 год

Я проснулась в поту, болел живот, я упала с кровати и поползла по полу. Мне было очень больно, я закричала, прибежала горничная. Я выгнала ее, приказав закрыть дверь и никого не впускать. Я понимала, что не смогу родить живого ребенка. Через два месяца вернулся Надаршди. Ему доложили. И все, кто знал об этом, были убиты.

Надаршди привёз целительницу. Она сказала, что ее зовут Морана. Естественно, имя было не настоящим. Она одевалась в чёрное, темно-русые волосы собирала сзади в пучок, у неё были тонкие губы, злые глаза и нос с горбинкой. Она напоминала мне леди Трейкоц, я боялась её.

Из воспоминаний меня вырвали горничные, они закончили со сборами. На мне было, на удивление, легкое платье, без воротника, приятное на ощупь, бархатистое с длинными рукавами, вьющиеся волосы остались распущенными.

––

Замок Чимен, 1586 год

По периметру длинного зала с камином выхаживал нарядный рыцарь. Его наряд состоял из высоких сапог, коротких пышных штанов, белой рубашки с рюшами и жакета. У него были светлые кудрявые волосы, которые украшал берет с пером. Строгие черты лица, карие глаза, ровная переносица и узкий рот. Рыцарь был встревожен.

В зал вошла женщина в бордовом бархатном платье, у нее были длинные чёрные вьющиеся волосы, миндалевидные глаза, ровный аккуратный нос, бледная кожа, из-за худобы сильно выделялись скулы. Женщина была очень красивая, но ее образ пробирал до костей. Это была холодная красота, бордовый цвет платья делал ее кожу еще более белой, и эти зрачки… Он помнил её другой, тогда она улыбалась, у нее были яркие зелёные глаза.

––

Мне было плохо, меня тошнило и кружилась голова. Я очнулась в ванной, вокруг был полумрак, присмотревшись, я увидела справа стол, на котором горели свечи… этот запах… это кровь? Да, в воздухе стоял металлический запах крови.

Тело было тяжелое, подняв руку, я не увидела ее чётко, пространство вокруг двоилось. Это моя кровь? Но я не чувствовала ран.

Что произошло? Я начала вспоминать… как сидела возле этой ванной, опершись на стол, с маленьким ребенком на руках, я качала его и пела ему песню… потом я взяла его за ноги и перерезала горло над ванной… на полу были еще трупы младенцев, их было шесть или семь… я видела эти разрозненные воспоминания без четкого сюжета… я не чувствовала свое тело и не могла пошевелиться.

Через время я начала чувствовать ноги и руки и попыта