Скрытое на виду. Основы управления знаниями

Отдельно надо отметить процессы для создания, хранения и применения самих знаний. Тут может возникать «логическая рекурсия». Процессы управления знаниями для управления процессами. К сожалению, возможности человеческого языка ограничены — одни и те же термины используются в различных контекстах. Некоторые источники активно используют для подобных ситуаций термин «метазнания» — по аналогии с термином «метаданные». В том смысле, что процессы управления знаниями классифицируются как «метазнания». По сути это верно, но усложняет восприятие. Если придерживаться более «строгих» формулировок, то процессы применяются исключительно в отношении объектов. При этом сами знания исключаются из класса понятий «объекты». Другими словами, понятия «знание» и «процесс» применяются в отношении объектов, а в отношении самих знаний — не используются. Такое ограничение позволяет избежать описаний вроде «знание о знании о знании о знании…». С точки зрения философии это кощунство и ересь, наверное. С точки зрения теории управления — несомненное благо. А как быть, если необходимо описать процессы управления знаниями? Является ли в этом случае знание объектом процесса? Формально — да, является. Но, чтобы не запутаться в описаниях и не плодить избыточные сущности, настоятельно не рекомендуется рассматривать знания как объект. Удобнее придерживаться позиции, что знание — отдельная категория. Наряду с такими категориями как субъект, объект и процесс. В данной системе описания субъект — активный элемент, объект — пассивный элемент, а процесс — изменение объектов. Знание в таком контексте — «технология» взаимодействия субъектов и объектов в процессах, которую использует субъект для извлечения полезности. При таком подходе рассматривать знания как разновидность объектов означало бы уменьшение количества базовых сущностей с четырёх до трёх. А это, в свою очередь, радикально ограничивает возможности для описания и применения. Следовательно — ограничивает управляемость процессов использования знаний, что противоречит самой концепции управления. Для философии максимальное сокращение базовых понятий (сущностей) — совершенно естественно. Вплоть до 1 (одной) сущности. Например, в философском вопросе: «Существуют ли объекты в отсутствие наблюдателя (субъекта)?». Поскольку контекст данной книги не ориентирован на вопросы философии, то снижать количество базовых сущностей ниже определенного уровня не представляется возможным. А именно, предлагается использовать в качестве смысловой базы четыре понятийные категории: субъекты, объекты, процессы и знания. Остальные используемые далее в тексте понятия будут являться производными от базовых понятийных категорий. Например:

Цель — конечное состояние объектов или процессов, необходимое субъекту для удовлетворения (извлечения полезности)

Задача — ограниченный во времени процесс (изменение объектов), необходимый субъекту для достижения цели

Управление знаниями

Способы выражения знания

Самую короткую формулировку термина «знание» приписывают Фрэнсису Бэкону: «Знание — сила». Но в таком виде в трудах Бэкона она не встречается. В его работе «Sacrae» (1597 г.) используется фраза «ipsa scientia potestas est», что является отсылкой к латинскому афоризму «Scientia potentia est». Буквальный его перевод будет выглядеть как «Знания есть потенциал», что гораздо ближе по смыслу к сущности понятия «знания». В современной трактовке это выглядит как «Знание — это возможность обрести силу для достижения цели». Пожалуй, дать более короткую формулировку вряд ли получится. Сила — это то, что производит изменения. Изменения нужны человеку для достижения конкретной цели, а не просто какие-нибудь. Знания как раз и обеспечивают «технологию» использования силы для произведения нужных (полезных) изменений.

Пытаясь дать определения понятиям «знания», «сила», «цель» и т. д. мы используем язык как инструмент описания. Но сам по себе язык не является источником знаний. Это лишь способ их выразить. Элементы языка (части речи) символизируют реальные объекты и процессы — создают их символические «модели». Посредством этих «языковых моделей» человек получает возможность описать то, что он наблюдает в окружающем мире. Но не только. При наличии описаний становится возможным передать смыслы от одного человека к другому. Посредством описаний можно предсказать будущие события (изменения), и воспользоваться этим прогнозом для извлечения полезности или для избегания ущерба. В этом эволюционное преимущество нашего биологического вида Homo sapiens. Не просто человек (homo), но, к тому же, и разумный (sapiens). Можно сказать, «человек, обладающий знанием» — способный знания добывать, хранить, использовать и передавать другим. И для этого мы используем язык. У других животных тоже есть язык. Даже у растений и грибов он есть. Просто у человека язык гораздо лучше приспособлен именно для использования знаний. Нельзя сказать, что наш язык — идеальный инструмент. Но он — лучший инструмент для обработки знаний по сравнению с языками других живых организмов на нашей планете.

Каким же образом человеческий язык обеспечивает высокую эффективность работы со знаниями? Если говорить о современных языках человека — они могут существенно отличаться друг от друга. Но почти у всех человеческих языков есть общая база — способ описания наблюдаемых объектов и процессов. А именно:

Субъекты — Объекты — Процессы — Полезность

Или с точки зрения обработки информации:

Кто — Что — Как — Оценка

Не вдаваясь в языковедение, можно утверждать, что «натуральные» человеческие языки содержат 3 (Три) обязательных элемента:

Существительное — субъект или объект (кто? что?)

Прилагательное — качества, свойства субъекта или объекта (какой?)

Глагол — процессы изменения объекта (что произошло? что изменилось?)

Остальные элементы многочисленных языков человечества являются вспомогательными, а в некоторых языках просто отсутствуют. Четвертым обязательным компонентом языка являются правила использования первых трех элементов. Таким образом, минимальный набор для использования языка выглядит как «3+1», что означает три базовых элемента и правила их применения. Чтобы не возникало сомнений в том, что базовых элементов человеческого языка всего три, можно рассмотреть примеры с другими элементами языка: