Мелодия любви

Я недоуменно посмотрела на подарок. В стареньком ключике не было ничего особенного – обыкновенная потрепанная бессмысленная вещица, меньше всего похожая на украшение.

– Примерь…

Понимая, что отказаться вряд ли получится, подошла к зеркалу, расположенному в углу комнаты. Расстегнув застежку, надела цепочку на шею. В лучах солнечного света, падающего через окно, ключик засверкал и словно заиграл новыми красками. И теперь стало казаться, что эта вещица – действительно оригинальное украшение. Кстати, оно почти ничего не весило, что само по себе было странным.

– Нравится? – поинтересовалась Капитолина Ивановна.

Повернувшись к пожилой женщине, искренне поблагодарила ее:

– Спасибо. Это действительно замечательный и оригинальный подарок.

Ответом мне послужила довольная улыбка, а потом послышалось:

– Запомни, носи его и никогда не снимай. Однажды эта незатейливая вещица откроет для тебя дверь в тайну, которую хранит этот дом».

Автоматически коснулась груди. Подарок был на месте. Если честно, спустя столько времени я о нем и забыла…

Дрожащими руками сняла цепочку, чувствуя, как ключ теплеет в ладони, словно оживая. «Не может быть», – прошептала я, вставляя его в отверстие. Металл скользнул гладко, без сопротивления, и раздался тихий, но отчетливый щелчок. Замок поддался.

Я, затаив дыхание, замерла на мгновение, а потом медленно подняла крышку.

В тот же миг из недр сундука полилась музыка.

Она казалась странной, не похожей ни на что: не скрипка, не флейта, не рояль. Мелодия была какой-то эфемерной, словно ветер колыхал листву, или вдалеке приглушенно играл колокольчик. Но эти странные звуки проникали прямо в душу, вызывая непонятные эмоции.

Я невольно отпрянула от ларца. Крышка автоматически захлопнулась, и вокруг наступила тишина.

Вскочив, заметалась по чердаку, пытаясь успокоиться. Сердце, казалось, выпрыгнет из груди. А еще стало не хватать дыхания, словно кто-то сжал легкие невидимой когтистой лапой.

Вдох, выдох, вдох… Я попыталась осознать, а что это было?

Чердак вдруг стал пугать. Тени от угасающего солнца удлинились, частички пыли словно замерли в воздухе, а в ушах до сих пор звучали странные мелодичные звуки.

Я пристально посмотрела на ларец. Вот откуда в старом сундуке может быть музыка? На секунду подумала, что мне показалось. Но потом тряхнула головой и мысленно дала сама себе подзатыльник. Я нормальный адекватный человек, и если слышала мелодию, значит, она была.

Безумно захотелось во всем разобраться.

Но сидеть в полумраке было как-то не по себе. В голову пришла мысль, спустить старый сундук вниз. Но едва попыталась поднять его, слегка опешила. Он вдруг стал неподъемным. Возникло такое ощущение, что он буквально врос в пол и оторвать его можно только вместе со старыми досками.

«Так, оставлю все как есть. А завтра продолжу. На сегодня хватит и работы, и новых впечатлений», – решила я, вытащив ключик из ларца, и спешно направилась к выходу. Но любопытство оказалось сильнее здравого смысла.

Развернувшись почти на пороге, вернулась обратно.

Пристально оглядев сундук, решила разобраться, как он работает.

Вновь вставив ключ, повернула его, а потом медленно и очень осторожно подняла крышку.

Музыка возобновилась, но теперь была совсем иной – легкой, чарующей, обволакивающей. Она буквально завораживала, переливаясь различными тонами: то, тихими, как летний дождь, то громкими он, словно эхо в пещере, то шуршащими, как шелест песка.

От моего страха не осталось и следа.

Я смотрела на сундук, пытаясь понять, как работает эта большая музыкальная шкатулка.

Ларец оказался пустым, а вот на внутренней стороне крышке были вырезаны цветы – крупные бутоны роз.

И к моему огромному удивлению, они сначала начали едва заметно светиться, а потом и вовсе, приобрели яркие краски – розовые, пурпурные, нежно-фиолетовые, лиловые.

И чем дольше играла музыка, тем больше необычного происходило вокруг. Внезапно прекрасные розы словно «ожили» и приобрели объем. Их лепестки трепетали, листья дрожали, а сами бутоны начали распускаться.

Завороженная происходящим, не могла отвести взгляд от этого «чуда». Разве подобное возможно? Это что? Хитрый механизм, спрятанный умелым мастером? Или что-то другое?

А потом сквозь музыку, послышался шепот: «Где же ты? Где?! Я не вижу тебя, но слышу зов. Покажись! Покажись».

Услышав это, вздрогнула. Очарование момента моментально улетучилось.

Спешно закрыв крышку, вскочила и огляделась. На чердаке я была одна, только вот за маленьким окошком окончательно стемнело. Тусклая лампочка над потолком едва рассеивала полумрак.

Музыка так меня заворожила, что я даже не заметила, как пролетело время.

Быстро закрыв сундук, вытащила ключ и поспешила покинуть странное место.

Уже оказавшись в гостиной, присела на диван и прижала ладони к щекам. Кровь пульсировала в висках.

Музыка из ларца, «танцующие» цветы, шепот… Что это все значило? Может, Капитолина Ивановна непросто так меня не пускала на чердак?

Я попыталась вспомнить, что пожилая женщина говорила мне в тот день, и внезапно в голове «всплыла» странная фраза: «Деточка, мой жизненный путь скоро подойдет к закату. Годы стремительно бегут вперед. Мне не о чем сожалеть, кроме одного… Нет у меня наследника или наследницы, некому передать тайну рода, некому оставить ключ от дверей».

Сжав цепочку в кулаке, только сейчас осознала, что у меня в руках большая тайна, с которой еще предстоит разбираться.

***

Я брела по бесконечному лабиринту, стены которого были сделаны из живых, шевелящихся теней. Они что-то безмолвно шептали, словно пытались предупредить. Но сколько бы ни старалась, не смогла разобрать ни слова. Ужас сковал изнутри. Сердце так тревожно билось, что я слышала только его стук. Страх сжимал горло, лишая дыхания. Накатывающая волнами паника была подобна ледяной волне. Я не знала, куда бежать и кого просить о помощи. Осознание беспомощности охватило как никогда.

«Ты не выйдешь отсюда», – внезапно раздалось эхо над головой, и именно это подтолкнуло меня бежать.

Я мчалась вперед, сама не зная куда, натыкаясь то на один тупик, то на другой. И вдруг откуда-то издалека послышалась музыка – нежная, мелодичная, ласковая, как колыбельная. Она словно обещала мне «спасение». Не разбирая дороги, спотыкаясь и периодически падая, бросилась на звук и внезапно выбежала на золотистое побережье. Море искрилось и переливалось. Мягкий песок под ногами дарил свою теплоту. Солнечные лучи ослепляли. Волны приятно шелестели, окутывая все вокруг спокойствием. На мгновение на меня нахлынуло облегчение, которое моментально сменилось тревогой. Где я? Как тут оказалась? Зажмурившись, закрыла глаза… и проснулась.

Подскочив на постели, испуганно огляделась по сторонам и осознала, что нахожусь в своей спальне. Часы на прикроватной тумбочке показывали начало девятого утра. Ночь пролетела как один миг.

Солнечные лучи пробивались в комнату, сквозь неплотно закрытые шторы. В моей голове все еще витали обрывки кошмара. Сон был странным, непонятным, а еще весьма необычным, и очень реальным.

Встав с постели, поплелась в ванную комнату. Открыв кран, несколько раз плеснула в лицо холодной водой, чтобы прийти в себя. Видимо, вчерашние события отложили на мое сознание свой отпечаток. Именно поэтому мне приснилась такая чепуха.

После душа переоделась и направилась на кухню. Налив кофе, сделала бутерброд и присела за стол. Аппетита не было, но я автоматически ела, даже не чувствуя вкуса пищи.

Мысли вновь и вновь возвращались к сундуку на чердаке и той странной музыке. Я решила, что сегодня обязательно во всем разберусь.

И тут зазвонил телефон. Неожиданный резкий звук меня напугал. Вздрогнув, посмотрела на дисплей и ответила:

– Да.

– Доброе утро. Как дела? – бодрым голосом поинтересовался Павел.

– Доброе, – я старалась говорить, как можно спокойнее и увереннее. – Все как всегда.

– Таня, хотел поинтересоваться, моя помощь не нужна? В доме много вещей, которые необходимо разобрать, и я могу приехать, чтобы все упорядочить.

Павел периодически предлагал свою помощь, кстати, весьма навязчиво. Но я решила, что этому человеку нет места в моем доме, и каждый раз отвечала отказом. Впрочем, как и в этот раз:

– Спасибо, но справлюсь сама.

– Но ведь одной, наверное, сложно? Я могу заехать вечером…

– Это так только кажется. Спасибо за предложение, но я предпочитаю в одиночестве потихоньку приводить дом в порядок. Мне так проще.

– Уверена? – в мужском голосе звучало явное недовольство.

– Да, – а потом, чтобы прекратить беседу, соврала. – Павел, извините, но ко мне приехали. Сейчас не могу разговаривать. Спасибо вам за опеку и желание помочь. Но я действительно справлюсь сама. До свидания, – и просто сбросила звонок, тут же почувствовав беспокойство.

Управляющий делами Капитолины Ивановны, и ее главный наследник безумно рвался в дом. Зачем? Для меня это так и оставалось загадкой, но он явно преследовал свои какие-то интересы. И это мне категорически не нравилось, тем более сейчас, когда я нашла на чердаке странный сундук. Сколько еще тайн и загадок мне предстоит разгадать? Наверное, немало…

После завтрака, переодевшись, я вновь поднялась на чердак. Включив свет, прежде всего огляделась по сторонам. Здесь со вчерашнего дня ничего не изменилось: коробки, старые вещи, сундук на самом видном месте.

Присев около него, сняла с шеи ключ и повернула замок. Едва подняла крышку, вновь зазвучала музыка. Но сегодня она была иной – тихой, чуть слышной, немного убаюкивающей.

Закрыв глаза, просто слушала мелодию, а потом осознала, страхи, тревоги, напряжение – все улетучилось без следа. Остались лишь спокойствие и умиротворение.

Через некоторое время решила осмотреть таинственный ларец и все-таки разгадать его тайну. Внешне это был обычный сундук небольшого размера. Ни кнопок, ни рычагов, ни потайных механизмов мне обнаружить не удалось. Стало понятно, что скорее всего, ответ на все вопросы хранится где-то внутри. Я провела пальцами по стенкам, крышке, но нащупать так ничего и не смогла. Решив, что разберусь с ним позже, приступила к уборке.

Работы на чердаке еще было очень-очень много.

Я снова начала разбирать коробки. Старые книги, вещи, хлам… Количество мусорных пакетов неумолимо росло. Казалось, этому не будет конца.

В процессе работы невольно размышляла над словами Капитолины Ивановны, сказанные ею однажды: «У меня нет наследника или наследницы, некому передать тайну рода». О какой тайне тогда шла речь? Почему ее выбор остановился на мне? Ведь на самом деле мы чужие друг другу. И тем не менее, теперь огромный особняк был моим. К сожалению, вопросов осталось немало…, и смогу ли я найти ответы, никто не знал. У меня складывалось ощущение, что на этом чердаке скрыто много тайн, частью которых я теперь невольно стала.

А еще не давал покоя странный сон. К чему был он? Игра воображения? А может что-то большее?

Взгляд вновь остановился на сундуке. Меня тянуло к нему с невероятной силой.

Бросив дела, подошла к ларцу. Руки сами по себе потянулись к крышке, и вскоре старый чердак наполнился музыкой.

Звучащая мелодия напоминала вальс – легкий, ненавязчивый и очень красивый. На душе стало сразу как-то спокойнее, словно композиция забрала все негативные мысли.

Поднявшись, оглядела коробки, которых осталось уже не так много, а потом взгляд остановился на мебели, скрытой тканью. Зачем Капитолина Ивановна хранила ее? Жалко было выбросить? Или что-то другое?

Я стянула первое полотно. Все вокруг моментально наполнилось пылью. Чихнув, стала внимательно рассматривать комод из темного дерева. Он выглядел старомодно, но в то же время был очень красивым. Ящики оказались глубокими. Медные ручки были выполнены в форме львиных голов и смотрелись весьма необычно.

«Явно антиквариат», – подумала я, вытирая толстый слой пыли. Комод оказался абсолютно пустым.

Под следующей тканью обнаружился буфет. Он был высоким, внушительным, с витражными стеклами в резных дверцах. Его фасад украшал узор в виде завитков листьев, бутонов необычных цветов и фигурок херувимов.

Я никогда не видела ничего подобного.

На пыльных полках стояла посуда – фарфоровые тарелки с золотой каемкой, хрустальные бокалы и серебряные подсвечники, покрытые паутиной. Я, конечно, не знала, сколько могут стоить подобные предметы, но подозревала, что немало.

Под следующей тканью оказалось зеркало в старинной оправе – массивное, в широкой раме, украшенной резными узорами, напоминающими виноградные лозы. Стекло было немного мутным от времени, и в нем отражалась я – уставшая, с пылью на щеках, но с глазами, полными любопытства.

В какой-то момент на зеркальную поверхность упали солнечные лучи. В отражение что-то изменилось. На мгновение мне показалось, что в нем мелькнула тень.

Невольно отшатнувшись, качнула головой и пристально уставилась на свое отражение.

«Воображение опять шалит», – вздохнула я, положив ладонь на лоб.

Чердак и все эти предметы старины реально сводили меня с ума.

Взяв тряпку, протерла гладкую поверхность. Зеркало было действительно роскошным. Невольно представила себе молодую Капитолину Ивановну, которая крутилась перед ним, собираясь с мужем на очередной прием.

На лице появилась улыбка. Именно в этот момент я решила, что это зеркало оставлю себе.

Последним предметом мебели оказался шкаф. Открыв дверцу, охнула. Многочисленные полки оказались забиты всякой ерундой.

Что-то сразу отправилось в мусорный пакет, но были и весьма интересные вещи. Например, старинная карта звездного неба со странными пометками, сделанными чернилами, шкатулка с различной бижутерией, какие-то книги со схемами. В одной была закладка. Открыв, с удивлением прочитала: «Зеркала отражают не только внешность, но и душу».

Эта фраза звучала весьма загадочно…

Сложив то, что решила спустить вниз, вновь бросила взгляд на зеркало.

На мгновение мне показалось, что я вижу в нем мужской облик. Но один миг, и «мираж» исчез.

Вокруг явно творилась какая-то чертовщина, иначе и не скажешь.

Сделав шаг к зеркалу, пристально посмотрела на саму себя и выдохнула:

– Вот так, Танечка, и сходят с ума.

– Красавица, – послышался едва слышный шепот. – Мне повезло.

Вздрогнув, чуть не закричала от ужаса. Количество моих галлюцинаций явно росло.

Сердце так билось, что закружилась голова.

Понимая, что на сегодня работа закончена, захлопнула «музыкальный» сундук, и поспешила вниз.

Во всем теле ощущалась странная слабость, словно силы в один миг покинули меня. Приняв душ, растянулась на постели и закрыла глаза…

Глава 4

Я лежала в полутемной комнате и бессмысленно пялилась в потолок. Тело казалось ватным, а вот сон почему-то никак не шел.

Мысли не давали покоя. Музыка из сундука, танцующие цветы на деревянной крышке, шепот непонятно откуда…, все это напоминало игры больного воображения. Да и атмосфера располагала – старый дом, старинные вещи, полутемный чердак. Я ведь прекрасно понимала, что подобного просто не может быть…, и тем не менее, все происходящее было более, чем реально.

Капитолина Ивановна завещала мне этот дом непросто так, уже понятно. Только вот подсказок к многочисленным тайнам она почему-то не оставила. Я чувствовала себя слепым котенком, который буквально на ощупь познавал окружающее пространство.

Время тянулось очень медленно. Я ворочалась с боку на бок, и никак не могла найти удобную позу. То подушка казалась жесткой, то матрас твердым, то жарко, то холодно.

Бросив взгляд на часы, поняла, что еще очень рано. Мелькнула мысль спуститься вниз и приготовить себе что-нибудь вкусненькое. А потом осознала, что мне безумно лень…

«Без ужина еще никто не умер, – решила я. – Говорят, голодание даже полезно».

Зажмурившись посильнее, попыталась уснуть. В итоге мне удалось задремать. И тут мое спокойствие нарушил звонок в дверь. Он был резким, настойчивым, и невольно напугал. В столь позднее время я никаких гостей не ждала.

Звонок повторился вновь и вновь…

Если честно, я догадывалась, кто это пришел. Дело в том, что только один человек знал код от замка на воротах – Павел. И раз звонили уже в дверь дома, это явно был он и никто другой.

Вздохнув, встала и накинула халат.

Спустившись вниз, открыла дверь незваному гостю и изумленно приподняла брови.

Павел стоял на пороге и приветливо улыбался. В руках он держал большой букет белых роз и какой-то пакет, в котором отчетливо виднелась квадратная коробка.

Он выглядел галантно, как будто пришел на свидание – аккуратно причесанный, в отутюженном костюме, а ботинки сверкали так, что я в них видела свое отражение.

Если честно, мужчина и его навязчивость безумно раздражали.

Взяв себя в руки, с трудом выдавила:

– Павел?! Что вы здесь делаете?

– Добрый вечер, Таня. А это тебе, – и мне протянули цветы.

– Спасибо, – автоматически поблагодарила его и уточнила. – Что-то случилось?

– Я просто решил навестить тебя. Все-таки после такой тяжелой утраты, ты осталась совсем одна в этом большом доме. Думаю, что сложно одной. Вот, тортик купил – шоколадный, с ягодами и сливками. Попьем чаю?

Несколько раз моргнула, пытаясь осознать услышанное.

– Так пустишь меня? – мужчина шагнул ближе, я была вынуждена отступить, как бы пропуская его в дом. Наглость Павла просто зашкаливала, иначе и не скажешь.

Я утром явно дала понять, что мне его помощь не нужна, что приезжать не нужно и… Мужчина просто явился без приглашения.

– Чайник поставишь? – уточнил «гость».

– Поставлю, – кивнула в ответ. – Павел… Ваше появление весьма неожиданно. Зачем все это? Я же по телефону сказала, что справлюсь сама.

– Танечка, ты, конечно, очень сильная. Но даже самым сильным людям нужно немного заботы…

Едва сдержав себя в руках, кивнула на диван:

– Присаживайтесь. Я сейчас принесу чай.

– Тебе помочь?

– Нет, – рявкнула в ответ, уже не в силах скрывать своего раздражения.

Перехватив поудобнее цветы, поспешила в сторону кухни.

Но едва сделала пару шагов, за спиной раздалась:

– Танечка, подожди.

Именно в этот момент у меня появилось непреодолимое желание заорать от ярости.

Глубоко вздохнув, медленно обернулась.

– Тортик, – Павел улыбнулся. – Забыла.

– Да, – шагнув к нему, забрала пакет, безумно желая надеть кондитерское изделие наглецу прямо на голову.

Оказавшись на кухне, подошла к окну и несколько раз глубоко вздохнула. Меня буквально трясло от злости. Поставив греться чайник, достала из пакета торт. Он действительно был красивым, вот только аппетита совершенно не вызывал. Порезав его на кусочки, вытащила из шкафчика две чашки и наполнила их чаем.

Я старалась успокоиться, но внутри все дрожало от негодования. Видеть Павла не хотелось. Но я прекрасно понимала, что от внезапного гостя никуда не деться, и мне придется, так или иначе, уделить ему время.

Вернувшись в гостиную, поставила поднос перед гостем и заняла место в кресло. Павел взял чай, сделал глоток и похвалил меня:

– Очень вкусно. Таня, ты просто волшебница.

В ответ промолчала, потому что не любила лесть, а мой собеседник откровенно льстил.

– Как тебе тут живется? – как бы между прочим поинтересовался он.

– Нормально, – пожала плечами.

– Покойная Капитолина Ивановна всегда говорила, что в этом доме полно сюрпризов, – задумчиво протянул мужчина.

– Сюрпризов? – переспросила я. Мое сердце забилось чаще. Было абсолютно непонятно, что происходит. Павел вдруг решил стать моим кавалером? Или с его стороны это была очередная попытка проникнуть в дом?

– Ну, старушка была такой эксцентричной. Странной… Всегда что-то скрывала, тайны какие-то. Я помогал ей годами, но даже мне она не все рассказывала. А ты ничего не нашла необычного? Ничего странного не происходит?

Его вопрос ударил как молния. Странное? Необычное? Я вспомнила сундук, музыку, шепот из ниоткуда. Возникла мысль, что Павел может что-то знать… А возможно, просто пытается выудить информацию.

Меня охватила тревога.

– Павел, а что вы имеете в виду? Какие тайны? И почему вы спрашиваете об этом именно сейчас? – постаралась изобразить искреннее недоумение.

Мужчина рассмеялся нервным смехом:

– Таня, не пугайся. Это простое любопытство. Дом старый, вещи старые. Стало интересно, вдруг ты нашла антиквариат ценный или документы. Капитолина Ивановна была неординарной женщиной. Помню, как она однажды сказала: «Павел, в этом доме зеркала видят больше, чем кажется». Звучит загадочно, не правда ли? Ты не замечала ничего подобного? Может, звуки, видения?»

– Нет, – поспешила заверить в ответ. – Мне, кажется, вы придумали того, чего на самом деле нет и никогда не было.

Я почувствовала, как кровь приливает к лицу. Зеркала? Видения? Он знает! Или угадывает? Это не могло быть совпадением. Страх смешался с гневом.

– Честно, не понимаю, зачем вы пришли? Цветы, торт – это очень мило, но неуместно. Я не нуждаюсь в вашей заботе.

Он поднял брови, его улыбка стала шире, но глаза оставались настороженными:

– Танечка, кажется, ты побледнела.

– Кажется, ключевое слово. Просто вы пришли, когда я собиралась спать, – поправила ворот халата. – Дом как дом. Никаких тайн здесь нет.

– А чердак уже разбирала? Капитолина туда никого не пускала.

– Да, – соврала я. – Куча хлама. Почти все уехало на помойку. Кстати, еще на той неделе.

Внутри все кипело. Этот человек явно преследовал свои цели, только и я не была так проста, как он думал.

– И вообще, если честно, очень устала. Вам пора. Знаете, спать как-то хочется.

Павел скривился и уточнил:

– Ты меня прогоняешь?

– Нет, но говорю правду. Я собралась спать, а тут вы…

– Так рано?

– Просто приболела. И вам действительно пора!

Скривившись, Павел был вынужден уйти. Уже на пороге он промолвил:

– Если понадобится помощь, звони.

– Конечно, – заверила его и просто закрыла дверь, в потом включила камеры.

Мужчина вышел за пределы особняка, а я подумала, что завтра же сменю код на воротах.

Закрыв глаза, задумалась. Ведь он явно пришел не просто так? Чердак? Зеркало? Именно это его интересовало.

Поднявшись на чердак, включила свет. Шагнув к зеркалу, некоторое время рассматривала свое отражение. А потом меня словно изнутри пнули… Музыка…

Когда открыла крышку сундука, мелодия вновь наполнила все вокруг. Шагнув к зеркалу, хмыкнула: «Наверное, я все-таки сошла с ума».

И тут мое отражение поплыло рябью, и я увидела темноволосого мужчину среднего возраста. Он смотрел на меня и улыбался. Отшатнувшись, споткнулась о коробку и плюхнулась на мягкое место, а затем выдохнула:

– Не может быть!

***

Я ошарашенно смотрела на зеркало, не веря своим глазам. Пытаясь прогнать «видение», зажмурилась и несколько раз тряхнула головой. Но открыв глаза, осознала, что мужской облик никуда не пропал. Невольно обернулась, надеясь, что кто-то стоит за спиной. Но там никого не было. Я вновь посмотрела на мужчину. Он положил ладонь на зеркальную поверхность. Его губы шевелились, словно, он мне что-то говорил, вот только слов, я, увы, не слышала.

Мне понадобилось несколько мгновений, чтобы прийти в себя. Осторожно поднявшись с пола, приблизилась к зеркалу. Прищурившись, уточнила:

– Ты мой глюк?

В ответ мужчина что-то сказал, но слов слышно не было, а читать по губам я не умела.

Все происходящее пугало и немного злило. Тайны и загадки, уже, если честно, утомили.

– Кто ты такой? Что за чертовщина творится в этом доме?! Почему Капитолина Ивановна ничего мне не рассказала?

Все мои вопросы так и остались без ответов. Мужчина приложил ладони к ушам, а потом развел руками, давая этим жестом понять, что меня не слышит.

Устало проведя ладонями по лицу, невольно прошептала: «Это невозможно. Такое бывает только в сказках. Может, я все-таки сошла с ума?»

Музыка тем временем изменилась. Она стала напоминать колыбельную – безумно нежную, воздушную с нотками легкой грусти.

Вскинув взгляд на зеркало, осознала, что незнакомец рассматривает меня и улыбается.

Этот темноволосый мужчина с тонкими лучиками морщинок на лице невольно располагал.

Его прическа выглядела немного растрепанной, как будто ее взлохматил ветер. Серо-зеленые глаза, наполненные теплом, действительно завораживали. Строгий костюм тройка был ему к лицу, хотя придавал некую нотку своеобразной старомодности. Незнакомец словно явился из прошлого.

Я сама не поняла, как протянула руку и осторожно коснулась гладкой поверхности зеркала. Она была абсолютно холодной. Под подушечками пальцев отчетливо ощущалась легкая вибрация.