Полная версия
Смертельный сюжет
Олеся Рид
Смертельный сюжет
Примечание автора
Дорогой читатель,
Прежде чем вы отправитесь в путешествие по солнечным и одновременно мрачным улочкам Италии, я должна вас предупредить.
Эта история не стесняется быть жестокой. В ней есть всё, что составляет жизнь того мира, о котором она рассказывает: жестокая реальность торговли людьми, физическое и психологическое насилие, откровенные сцены, ненормативная лексика и сложные моральные выборы, у которых нет правильного ответа.
Я не приукрашивала действительность, чтобы вам было комфортнее. Я писала её так, чтобы вы почувствовали холодный пот страха и жаркую дрожь страсти вместе с героями.
Если что-то из перечисленного может задеть или травмировать вас, возможно, эта книга – не для вас. Если же вы готовы принять правила этой игры, тогда добро пожаловать. Пристегните ремни. Будет жарко.
С уважением, Автор
Глава 1
АмелияМои пальцы скользили по краю листка. Всего одно слово – «утверждено» – и вот уже моя мечта становится реальностью. Издательство будет печатать мою книгу. Её увидят в магазинах, будут читать незнакомые люди. От меня нужна только подпись внизу страницы.
Я всегда хотела написать книгу. Но чтобы про мафию? Это же чистой воды вымысел! А вдруг читатели подумают, что это смешно или неправдоподобно?
Ладно, хватит нервничать. Кому-то ведь обязательно понравится.
Я взяла ручку и быстро расписалась, пока не передумала. Тысяча экземпляров. Невероятно! Моя мечта наконец сбылась.
Вечером я планировала заехать к родителям, а потом к Чарли. Если бы не она, я бы никогда не отправила рукопись в издательство. Это она вдохнула в меня уверенность, как всегда.
В ванной я поймала своё отражение в зеркале. Под глазами синяки от бессонной ночи, волосы ещё влажные после душа. Пришлось немного замазать усталость консилером, прокрасить ресницы и губы. Теперь выгляжу живее. Один последний взгляд – и можно вызывать такси.
Из шкафа я достала свои любимые шорты и простую майку. Надела кроссовки – удобно и стильно. Тренировки по пилатесу явно не прошли даром.
На улице пахло летом и свободой. Тёплый ветерок щекотал кожу. Такси должно скоро подъехать. В руке завибрировал телефон.
Чарли:
Привет, красотка! Заедешь?
Чарли – самый позитивный человек на свете. Светлые длинные волосы, улыбка до ушей. Стоило ей появиться на улице, как все мужчины оборачивались. А потом она открывала рот – и отборный мат лился рекой. Но это моя Чарли, и я бы не променяла её ни на кого.
Я:
Да, сначала к родителям, потом к тебе. Вино брать?
Чарли:
Уже купила! Лети скорее! Целую!
Я:
Целую!
Я оторвала взгляд от телефона и ахнула – мы уже у родительского дома. Я даже не заметила, как доехала.
– Спасибо, хорошего дня! – крикнула я водителю и вышла из машины.
Передо мной стоял наш трёхэтажный дом. Здесь прошло всё моё детство.
Мои родители, Аманда и Ричард Монтгомери, – пример идеальной пары. Я с детства смотрела на них и мечтала о такой же дружной семье.
Только я поднялась на крыльцо, дверь распахнулась. На пороге стояла мама, сияя и улыбаясь до ушей.
– Дочка, наконец-то ты здесь!
Она обняла меня так крепко, что я еле дышала.
– Конечно, мам. Обещала же. А где папа?
Я зашла в дом, закрыла дверь. Мама смотрела на меня как-то странно, слишком загадочно улыбаясь.
– Мам, мне страшно…
Сзади раздались знакомые шаги.
– А вот и наша знаменитая писательница! – послышался голос папы.
Я обернулась и бросилась к нему в объятия. Мы всегда были с ним особенно близки.
– Пап, привет!
Он похлопал меня по спине, отошёл и встал рядом с мамой. Они оба смотрели на меня с хитрющими улыбками.
Я скрестила руки.
– Что это с вами? Что-то случилось?
Папа медленно достал из-за спины конверт и протянул его мне.
– Дорогая, мы хотим как следует поздравить тебя с книгой.
Я взяла конверт и быстро вскрыла. Внутри лежали билеты. Моё сердце замерло.
– О боже… Вы купили мне…
– Путёвку в Италию, – закончила мама, сияя. Она снова обняла меня. – Мы так тобой гордимся!
Я всегда мечтала побывать в Италии. Пока писала книгу, я постоянно изучала фотографии и описания мест, где происходило действие. И дала себе слово – когда-нибудь обязательно туда попаду.
– Это же так дорого… – прошептала я.
Наша семья никогда не была богатой. Родители всегда дарили мне всё самое лучшее, но поездка в Италию – это было за гранью возможного.
– Не думай о деньгах, – строго сказал папа.
Я обняла его, потом маму.
– Спасибо! Вы не представляете, как я об этом мечтала!
– Мы знаем, – улыбнулся папа. – Поэтому, как только ты сказала про издательство, мы решили – это твой шанс.
Мама ушла на кухню, чтобы поставить чайник.
– Можешь взять с собой Чарли, – сказал папа. – Если она, конечно, сможет купить себе билет. Мы смогли оплатить только тебя.
– Пап, не переживай! Спасибо вам огромное! Сегодня же спрошу у Чарли, поедет ли она.
Весь вечер мы провели вместе, как в старые добрые времена: пили чай, разговаривали при свечах, смотрели фильмы. Иногда мне так не хватает этих простых вещей.
Два года назад, когда мне исполнилось 22, я переехала в свою небольшую квартиру в центре города. Устроилась в кафе, научилась сама себя обеспечивать. После университета у меня была одна цель – стать известной писательницей и помогать родителям. Осталось только верить, что моя книга станет бестселлером.
Глава 2
Амелия– С тобой в Италию?! Ты что, шутишь? Конечно, полечу! – Чарли чуть не расплескала вино, захлопав в ладоши.
После родителей я сразу поехала к Чарли. Дорога заняла всего двадцать минут. Её квартира пахла свежей выпечкой и дорогими духами – идеальное сочетание уюта и шика. Я только успела переступить порог, как выпалила новость о подарке родителей и одном-единственном билете. Чарли не задумываясь ни на секунду заявила, что купит себе билет сама. Для неё это было решено в тот же миг.
– Там же будут эти итальянцы… Мама мия! – она закатила глаза, мечтательно улыбаясь.
– О, Чарли, только без этого, – я засмеялась, сделав глоток прохладного совиньон-блана.
– А ты когда в последний раз трахалась, Эми?
Я поперхнулась. Вспомнить бы.
– Это неважно. Мы летим в Италию отдыхать и смотреть места, которые я описывала в книге. Всё.
Да, возможно, с моей личной жизнью было пустовато. Но это не значило, что я собиралась бросаться на первого встречного итальянца с томным взглядом. Нет, это было не про меня.
– У тебя же никого не было после Эша?
При этом имени у меня в животе похолодело, будто я проглотила кусок льда.
– Не было, – я сделала большой глоток вина, надеясь, что оно согреет неприятный холодок внутри. – Но это ничего не значит. Сейчас я не в поисках отношений.
– Я тоже не ищу, – пожала плечами Чарли. – Но физическую потребность никто не отменял. Ничего плохого в случайном сексе нет.
Чарли всегда была такой. Ангельская внешность – и дьявольские мысли. Она не гналась за мужчинами и не ждала от них вечной любви. Полная моя противоположность. За свои 24 года я была близка только с одним мужчиной. Случайные связи – это не моя история.
– Ладно, давай лучше о планах. Какая у нас первая остановка? – я попыталась сменить тему.
Я достала телефон, открыла заметки и протянула ей. Пока ехала, я составила примерный маршрут.
– Итак, сначала Апулия, потом Калабрия и Сицилия. И это всё? – она подняла на меня удивлённый взгляд. – А как же Милан? Рим? Венеция?
Она отправилась на кухню за новой бутылкой, ворча что-то себе под нос про «культурное обнищание».
– Мы обязательно заедем в Милан, но сначала мне нужны Апулия и Калабрия.
– А-а-а, – протянула она, наливая себе вина. – Поняла. Тебе нужно найти те места, что ты описала в книге?
– Именно. Возможно, я больше никогда там не окажусь, и я хочу увидеть их своими глазами.
– Что ж, тогда выпьем за нашу авантюру! – Чарли протянула мне полный бокал, и они с звоном столкнулись.
До вылета оставалось всего четыре дня. За это время мне нужно было отпроситься на работе и предупредить издательство.
***
Утро началось с того, что голова раскалывалась на части. Если бы не ледяной душ, я бы не смогла даже встать с кровати, не то что выйти на работу.
– Доброе утро, что для вас? – я попыталась выдавить из себя максимально солнечную улыбку.
Кафе, где я проработала больше года, находилось в самом центре Нью-Йорка. Сюда с утра пораньше спешили за кофе все окрестные офисные работники.
– Двойной американо, – бросил мужчина лет сорока пяти.
Он оплатил заказ и отошёл к стойке ожидания. Не знаю, что именно меня насторожило, но в горле встал ком. Здесь каждый день проходили сотни людей, но этот… от него веяло чем-то холодным и отстранённым. «Паранойя, Эми, просто паранойя», – убеждала я себя.
После смены я направилась в комнату для персонала, чтобы переодеться и зайти к Стиву. Нашему директору было под пятьдесят, и он был законченным извращенцем. Девушки у нас не задерживались дольше недели. Чем я держалась так долго? Стив считал меня «визитной карточкой» заведения. Мне щедро оставляли чаевые, писали хвалебные отзывы, и он не рисковал делать то, из-за чего я могла бы уволиться.
Выйдя из раздевалки, я пошла по коридору к его кабинету. Рука дрогнула, прежде чем постучать в дверь.
– Войдите.
Скорее бы это закончилось. Я не выдержу его наглую рожу дольше десяти минут.
Я вошла, прикрыла дверь и опустилась в кожаное кресло напротив него.
– Ты что-то хотела, Эми? – он не оторвался от бумаг.
– Эм… да. Я хотела предупредить, что улетаю в Италию на не Стив медленно поднял на меня глаза. На его лбу надулась и за пульсировала толстая вена.
– И когда ты собиралась мне об этом сообщить? Кто будет работать? – его тон был таким резким, что мельчайшие брызги слюны долетели до моей руки.
– Я сама только вчера узнала. Меня может подменить Трейси.
– Эта тупая сука? – он фыркнул. – Ей клиенты ни цента не оставляют, и отзывов на неё никаких.
Какой же он ублюдок. Я мысленно молилась, чтобы моя книга взлетела и мне больше не пришлось сюда возвращаться.
– При всём моём уважении, вы не имеете права так говорить о людях.
Мой голос дрогнул ровно в тот момент, когда Стив поднялся из за стола и направился ко мне.
– Я не разрешаю тебе улетать.
Чем ближе он подходил, тем отчётливее я видела неприличный выступ на его брюках. Тошнотворная волна отвращения подкатила к горлу. Я не могла больше это терпеть. Резко вскочив с кресла, я шагнула к двери.
– В таком случае, я увольняюсь. Жду на счёт свои деньги, и на этом всё.
Не став слушать его возражения, я выскочила в коридор и почти побежала к комнате персонала. Руки дрожали, а на лбу выступил ледяной пот.
– Эми, ты в порядке?
Передо мной возникла Трейси. Мы почти не общались, но она всегда казалась милой и старательной.
– Да. Всё нормально. Я уволилась.
Я подошла к своему шкафчику, стала быстро сгребать вещи в сумку.
– Как уволилась? – в её голосе прозвучала паника. – Кроме нас с тобой, тут никого нет!
Она стояла, растерянно теребя край своей форменной юбки. Собрав последние вещи, я подошла к ней ближе. Я не хотела, чтобы она оставалась здесь с этим мудаком.
– Трейси, увольняйся отсюда. Ты не заслуживаешь такого отношения. Этот урод назвал тебя тупой сукой, которая плохо работает.
Её глаза наполнились слезами, и она опустила голову.
– Я так не считаю, – тихо сказала я. – Ты заслуживаешь лучшего.
Обняв её на прощание, я вышла на улицу. Было уже темно и прохладно. Я подошла к остановке и посмотрела на расписание. Последний автобус ушёл пять минут назад.
Черт.
Глава 3
Харпер– Сукин сын! Я убью его!
Мой кулак со всей силы обрушился на массивный дубовый стол, заставив вздрогнуть даже тяжелую лампу. Джулио, будто почувствовав опасность, отступил к самой двери, готовый в любой момент выскочить из кабинета.
– Босс, тебе нужно там быть, – осторожно произнес он.
– Конечно, блять, мне нужно там быть, Джулио! – прошипел я, сжимая ладони так, что кости хрустнули.
Черт возьми, этот кусок дерьма Лоренцо! Какой, нахуй, аукцион? Он прекрасно знает, что я не приветствую эту мерзость и не занимаюсь торговлей людьми на своей территории.
– Там будет дресс-код, – тихо напомнил Джулио. – Благодаря маске, он не должен тебя узнать.
– Когда это дерьмо состоится?
– Через две недели.
– Предупреди остальных боссов. Назначь встречу на завтра. Со всеми.
Не дожидаясь ответа, я вышел из кабинета и направился к лифту, с каждым шагом пытаясь загнать ярость куда-то глубоко внутрь.
Лоренцо Мартини. Просто мудак. Он контролирует Апулию на юго-востоке. Занимается наркотой, контрабандой и этим грязным бизнесом – торговлей людьми. И он решил, что я буду не против, если его аукцион пройдет на моей земле. Калабрия отошла ко мне после смерти отца. Мой отец, Доминик, когда-то работал с Лоренцо. Но после его смерти я положил этому конец. Мы больше не торгуем людьми. Только наркоторговля и отмывание денег по всему миру. Чисто, без этого свинства.
У подъезда меня уже ждал автомобиль с Тео за рулем. Сев на прохладный кожанный салон, я достал телефон и набрал номер матери.
– Привет, дорогой! Как твои дела? – ее голос всегда был таким теплым, таким далеким от всего, что меня окружало.
Моя мать – самый добрый и чистый человек, которого я знаю. Пока отец был жив, он тщательно оберегал ее от своих дел. Уверен на все сто, что она до сих пор не догадывается, чем мы на самом деле занимаемся.
– Привет, мам. Мне нужно к тебе заехать. Поговорить.
– Конечно, я поставлю чайник.
Сбросив вызов, я уставился в окно, наблюдая, как мимо проплывает мой город. Никогда не думал, что в свои тридцать семь буду жить в одиночестве посреди этого ада, занимаясь хуй пойми чем. Да, я всегда был хладнокровным ублюдком, но чтобы повторить путь отца… нет.
Машина подкатила к высоким кованым воротам. Тео опустил стекло и кивнул охране. Ворота бесшумно распахнулись, и мы поехали по узкой дороге, утопающей в густой зелени леса, ведущей к особняку Гроссо. На крыльце, как всегда, стояла мать, приветственно помахивая рукой. Выйдя из машины, я скользнул взглядом по охране, патрулирующей периметр, и коротко кивнул им, прежде чем подняться к дому.
– Как давно ты здесь не появлялся, – в ее голосе прозвучала легкая упрек.
Она никогда не знала и, кажется, даже не задавалась вопросом, почему я не люблю сюда приезжать. И слава богу. Пусть лучше считает, что ее муж был праведным бизнесменом, а не одним из самых влиятельных донов Калабрии.
– Много работы, – буркнул я, следуя за ней в просторную гостиную.
Большая комната была выдержана в ее любимых пастельных тонах: массивный серый диван, камин, начищенный до блеска. На кухонном острове уже стоял дымящийся чайник и две изящные фарфоровые чашки.
– Я ненадолго. Мне нужно кое-что обсудить.
Глаза матери мгновенно наполнились тревогой. Ее руки слегка дрогнули, когда она наливала чай.
– Мне нужно, чтобы ты уехала в Рим. На неопределенное время.
Она подняла на меня взгляд. По ее рукам пробежала мелкая дрожь, и она сделала поспешный глоток чая, пытаясь скрыть волнение.
– Что случилось, Харпер?
– У меня есть месяц, чтобы решить кое-какие проблемы. И ты должна быть в безопасности.
– А как же Джулио? – прошептала она.
– Он нужен мне здесь. С тобой поедет охрана. Можешь взять с собой кого-нибудь из подруг.
Джулио, мой младший брат и по совместительству моей правой рукой— мой консильери. Мать всегда молилась, чтобы он не пошел по стопам отца. Но, увы, ее молитвы остались без ответа.
– Но когда я смогу вернуться? С вами… с вами все будет хорошо?
– Не знаю. Но да, у меня все под контролем.
Следующий час ушел на то, чтобы уговорить ее уехать.
В конце концов, она согласилась взять с собой одну из своих приятельниц по пилатесу. Я даже не помню, как ее зовут – обычная женщина, чьи дети разъехались, оставив ее одну. После смерти отца мать стала ходить на всякие занятия, чтобы не сойти с ума от одиночества в этих стенах. Хоть мы с Джулио и навещали ее, этого было явно недостаточно.
– Джулио пришлет за тобой машину. Будь готова к семи утра.
Я наклонился, чтобы поцеловать ее в лоб, почувствовав тонкий запах ее духов – запах спокойствия и другой, нормальной жизни. Затем развернулся и направился к машине, уже доставая телефон.
Харпер:
Завтра в 7 утра – машина за мамой. Заехать за ее подругой. Скажи пилоту, чтобы был готов к вылету.
Джулио:
Понял. Ты был у нее? Как она?
Харпер:
Не в восторге. Но это необходимо.
Джулио:
Я свободен сегодня?
Харпер:
Да. Но сначала напиши одной из девочек. Пришли ко мне одну. Через час. Мне нужно расслабиться.
Глава 4
АмелияСолнце било прямо в глаза, пробиваясь сквозь тонкую ткань занавесок. Я застонала, потянулась к телефону на тумбочке – пора вставать. Сегодня вылет в Италию.
На экране телефона мигали уведомления. Я сразу открыла чат с Чарли.
Чарли:
Дорогая, меня не отпустили с работы. Мой начальник оказался таким же мудаком, как и твой. Одобрили отпуск только через несколько дней.
В животе неприятно засосало. Лететь одной?
Амелия:
Ты не будешь против, если я улечу сегодня, а ты присоединишься ко мне, как только сможешь?
Чарли:
Конечно! Я сама хотела предложить. Ты не сильно расстроилась?
Конечно, расстроилась. Теперь все маршруты, незнакомые места и этот внезапный успех книги – со всем этим придется разбираться одной. Но Чарли приедет, и мы всё наверстаем.
Амелия:
Всё хорошо. Разбирайся с делами, а через пару дней жду тебя в Италии. Целую! Бегу собираться, вылет через пару часов.
Чарли:
Целую! Пиши, как прилетишь! И шли фото!
Ровно через час я уже сидела в такси, направляясь в аэропорт. За окном было по-настоящему летнее утро, и я надела свой любимый голубой сарафан и удобные босоножки. Италия, жди меня.
***
Первый глоток итальянского воздуха ударил в голову – густой, соленый, пахнущий морем и свободой. Я получила багаж и огляделась в поисках такси. На душе было легко и радостно: еще в полете пришло сообщение от литературного агента – первая тысяча экземпляров книги раскуплена! Агент восторженно писал, что мои книги лежат на полках магазинов по всей Америке и Европе. В это было трудно поверить.
С этим счастливым чувством я направилась к стоянке такси. Мое внимание привлек водитель, который вышел из старенькой машины, чтобы закурить. Решив не тянуть, я подошла к нему.
– Доброе утро, – я сняла солнцезащитные очки. – Вы не могли бы довезти меня до отеля «Villa La Fenice»?
Таксист швырнул окурок на асфальт, раздавил его каблуком и широко улыбнулся, открыв ряд кривых пожелтевших зубов.
– Конечно, синьорина, садитесь.
Что-то в его ухмылке заставило меня внутренне сжаться. Рука сама потянулась к телефону.
Амелия:
Скидываю номер машины. Кажется, у меня паранойя, но этот тип кажется подозрительным.
Чарли:
Тебе просто надо меньше читать триллеров, сучка! Ладно, на всякий случай. Дай знать, как доедешь.
Я сунула телефон в сумку, пытаясь успокоить себя. Но холодок под кожей не проходил. В своих книгах я выдумывала хладнокровных злодеев, но этот был другим – приземленным, настоящим, и от этого еще более жутким.
Мы ехали уже минут тридцать. Сначала за окном мелькали уютные домики и витрины кафе, но потом пейзаж стал меняться. Появились лишь одинокие поля и заброшенные участки. В горле пересохло.
– Извините, а мы не проехали мой отель? – голос прозвучал слабее, чем я хотела.
Водитель ничего не ответил. Вместо этого он одной рукой натянул на лицо противогаз, а другой достал из кармана небольшой металлический шарик.
Мое сердце заколотилось где-то в горле. Он бросил шарик на заднее сиденье. Раздалось легкое шипение, и салон мгновенно заполнился едким сладковатым дымом.
Я закашлялась, пытаясь открыть дверь, но рука не слушалась. Последнее, что я услышала сквозь нарастающий гул в ушах, был его спокойный, искаженный противогазом голос:
– Спокойной ночи, писательница.
И в глазах потемнело.
Глава 5
АмелияЯ не знаю, сколько времени прошло. Часы и дни смешались в однородную массу боли и страха. Но я знаю точно – я сломалась. Во мне не осталось и следа от той Амелии, что с восторгом писала книги и с трепетом приземлялась в Италии. Теперь есть только Ру – товар, который сегодня продадут какому-то старому ублюдку, имеющему право делать со мной всё, что взбредёт в голову.
Когда я очнулась, то оказалась в каменном мешке. Голый матрас, пропитанный потом, страхом и чужими выделениями, да ржавый умывальник, с которого постоянно капала вода – вот и вся моя вселенная. Последующие дни были похожи друг на друга как клоны. Мужчины входили ко мне, их грубый смех разносился эхом по камере. Они растолковывали мне новые правила жизни: "Будешь послушной – проживешь дольше. Не будешь – умрешь. Мы учим тебя быть хорошим товаром, чтобы покупатель остался доволен."
Каждое утро приносили одно яблоко и стакан воды – ровно столько, чтобы я не умерла от голода. Потом являлся врач, молча брал кровь – видимо, проверял, не испорчен ли товар. Остальное время я лежала на вонючем матрасе и шептала единственную молитву, в которой уже не было Бога: Убейте меня. Пожалуйста, просто убейте.
Мужчины, приходившие проверять мою покорность, тыкали в меня пальцами, сжимали мои бёдра, прикладывали ладони к груди. Они стояли надо мной и спускали своё напряжение, глядя, как я рыдаю от бессилия. Однажды я нашла в себе силы ударить одного из них и попытаться проскользнуть к выходу. Тогда в бок ударил электрический разряд, и я снова провалилась в чёрную бездну. Больше попыток не было. Я стала той самой «послушной шлюхой», как они и хотели.
Сегодня утром принесли не яблоко, а кашу. Я съела всё до последней крошки, запила водой. Тело стало чужим – настолько худым, что я могла обхватить свою талию руками. Раньше я была стройной, но с пышной, шикарной грудью. Теперь и её не осталось – только кожа да кости.
Каждый день я думаю о родителях и Чарли. Я надеюсь, что она не поехала в Италию и не ищет меня. Я не знаю, смогу ли я когда-нибудь вернуться домой и увидеть их снова.
Сегодня ко мне впервые пришли женщины – они сделали мне болезненную эпиляцию и накрасили моё измождённое лицо. Видимо, сегодня мой последний день здесь. Я не знаю, что будет дальше, но я не боюсь. Я обязательно выберусь отсюда.
***
Резкий звук открывающегося металлического засова вырвал меня из мыслей. Открыв глаза, я увидела за решёткой того самого таксиста. За всё время, что я здесь, он ни разу не приходил ко мне.
– Я тоже хочу с тобой поразвлекаться, пока тебя не продали, – прошипел он.
– Пошёл ты, – из меня будто полезла та ядовитая гадюка, которой во мне никогда не водилось.
Он открыл решётку и вошёл внутрь. В камере царила кромешная тьма, и я различала лишь его очертания. Из коридора пробивался тусклый свет, но он не освещал мой личный ад.
Услышав, как он расстегивает ширинку, я почувствовала, как по спине пробежали ледяные мурашки. Все эти дни мужчины издевались надо мной. Но ещё одного раза не будет.
– Ты будешь мне сосать, как хорошая шлюха, – его голос прозвучал приглушённо.
– Сам себе отсоси, мудак.
Его рука впилась в мои волосы и с размаху ударила головой о бетонную стену. По моему виску тут же покатилось что-то тёплое и липкое.
– Пока ты тут, я могу делать с тобой что захочу. Через час тебя будет трахать твой хозяин.
Хозяин. От этого слова внутри всё оборвалось.
