ЗАТО: город забвения

Макаров кивнул, заодно соглашаясь, что сейчас не время для ностальгии, и снова первым шагнул на лестницу.

Было так странно подниматься по ступенькам в бывший торговый зал, идя тем же путем, что и компания ребят добрых десять лет назад. Им с Громовой сейчас открылся ровно тот же вид, что накануне он несколько раз внимательно изучил на видео. За эти годы как будто ничего не изменилось. Разве что пыли, грязи и плесени на стенах стало больше. В одном месте частично обвалился потолок, а в другом — пока только вздулся и начал трескаться. Вероятно, в крыше образовались дырки и это были результаты протечек.

Они почти сразу разошлись по залу. Макаров хотел поскорее осмотреть весь периметр, а Громову потянуло к прилавкам. Он как раз проходил мимо группы манекенов и что-то тревожно заскреблось в его подсознании, когда нанимательница вдруг окликнула:

— Павел, подойдите сюда, пожалуйста.

Макаров обернулся: Громова стояла у одной из витрин, что-то увлеченно разглядывая внутри нее. Он бросил на манекены еще один взгляд, после чего все же подошел к нанимательнице. Она ткнула пальцем в пыльное стекло витрины.

— Посмотрите на календари.

Он уже увидел и кивнул. В витрине лежало много разных календарей: перекидные, отрывные, в один большой лист. И на всех значился 1993 год.

— То есть что бы тут ни случилось, произошло оно не в восемьдесят шестом, а в девяносто третьем…

Громова покачала головой.

— Думаю, что в девяносто втором. Вы нашли ключи в куртке, предназначенной для весны или осени. Весной девяносто третьего такого разнообразия календарей уже, скорее всего, не было бы. Больше похоже, что речь идет об осени девяносто второго.

Макаров с уважением покосился на нее. Не думал, что она обратила внимание на одежду в шкафу. Да и вывод был очень логичным, хотя он об этом не подумал.

— Так или иначе, а ЗАТО, получается, пережило Союз. Тогда откуда такая секретность по поводу случившегося? Уже ведь расцвела гласность, ругать все советское стало модным, новости были, как говорится, чем хуже, тем лучше. Если бы в закрытом городе случилось что-то такое, что заставило провести срочную эвакуацию, об этом наверняка раструбили бы. А тут вдруг такая глухая стена молчания, что рождается куча слухов и легенд.

— Да, вы правы, это странно… — Громова обвела задумчивым взглядом зал и пробормотала: — Что же такое Илья и его друзья здесь увидели, что заставило их в панике убежать? И куда они побежали? Почему так и не смогли выбраться отсюда? А если смогли, то почему он не вернулся?

На большинство этих вопросов у Макарова не было ответов, но он вдруг понял, что показалось ему странным, когда они пришли. Снова повернувшись к группе манекенов, он попросил:

— А можете снова показать мне то видео?

Громова слегка нахмурилась, вероятно, не понимая причины его просьбы, но смартфон с включенным роликом протянула без лишних вопросов. Досмотрев до нужного места, Макаров хмыкнул и нажал на паузу.

— Значит, не показалось…

— Что именно?

— Смотрите: на видео, записанном вашим братом, в той группе стоит девять манекенов. Пять голышом, четверо в одежде. А сейчас…

— Их восемь, — перебила Громова, быстро сосчитав. — Пять голых, три одетых. И что нам это дает? Мало ли что за эти годы случилось с девятым…

— Полина, оглянитесь! — Макаров эмоционально развел руки в стороны. — Здесь же вообще за это время ничего не изменилось! Возможно, тут и не было никого с тех пор.

Она неуверенно кивнула, а он вновь присмотрелся к стоп-кадру и даже попытался приблизить манекены, но из-за съемки при тусклом освещении и большого расстояния их трудно было рассмотреть. Но ему все же удалось разобрать, что на одном из манекенов, стоящих в последнем ряду, есть не только одежда, но и кепка, из-за которой его лицо скрывает еще более густая тень.

И именно этого манекена больше не было.

— Вот! — выдохнул Макаров с нотками триумфа в голосе и ткнул пальцем в экран. — Это не манекен, а притворившийся манекеном человек. Думаю, именно он, зашевелившись, напугал вашего брата и его спутников. А возможно, и напал на них.

Громова тоже вгляделась в экран, но лишь досадливо поморщилась, тоже не сумев разглядеть детали. Она хотела то ли что-то возразить, то ли просто спросить, но раздавшийся внизу грохот заставил ее промолчать и испуганно обернуться. Судя по всему, кто-то очень агрессивно распахнул входную дверь. Следом скрип послышался снова, как если бы вошел кто-то еще, но уже более спокойно.

— Не понимаю, что ты хочешь здесь найти, — послышался грубый мужской голос.