Создай свою Вселенную. Сказка для взрослых

Создай свою Вселенную. Сказка для взрослых

Глава 1 «Тайна греческого профиля»

Посвящается памяти моей любимой Мамы

Автор – Митрофанова Надежда

Жила‑была на нашей планете Земля такая хрупкая девочка Таня. Она родилась больным и немощным ребёнком с диагнозом «сушец». Танюша появилась на свет сразу после войны, в голодное время, в далёком 1947 году. Врачи только разводили руками, не зная, как лечить такое заболевание.

Из‑за слабости в руках и ногах Танюша совсем не могла двигаться. Кожа становилась сухой и сморщивалась.И вот её маме посоветовали найти для исцеления местную шаманку, колдунью.

Шаманка вошла в дом, не дожидаясь приглашения. На плечах – старый платок, когда‑то алый, теперь бурый от времени. В руках – шершавых, с тёмными пятнами от трав и золы – она держала позолоченную глиняную чашу, из которой шёл терпкий запах полыни или чего‑то незнакомого. Её глаза, тёмные и глубокие, на мгновение задержались на Танюше, а потом будто заглянули куда‑то во внутрь – казалось, она заглядывает прямо в душу.

Не отрывая пристального взгляда от Тани, шаманка осторожно приблизилась к постели, мягко коснулась ладонью её лба, а после – неторопливо и бережно провела кончиками пальцев по лицу, рукам и ногам, словно «прощупывала» болезнь.

Из её чаши шёл дым от целебных трав, который она старалась направить на Таню.

– Не бойся, дитя, – прошептала она, и её голос зазвучал так низко, что задрожали стёкла. Она взяла Танюшу за руку, и та вдруг почувствовала, как по телу разливается тепло.

Поставив чашу на стул рядом с кроватью, она опустилась на колени и, приговаривая заклинания на каком‑то своём языке, стала размахивать руками, словно отгоняя болезнь. После заклинания она вытерла пот со лба и, тяжело дыша, опираясь на трость, встала с колен.

– Всё будет хорошо! – резко сказала шаманка, взглянув проницательным взглядом на мать.

– Чудо свершилось? – спросила та вполголоса.

– Не чудо это, – вздохнула шаманка, вытирая руки о передник. – Просто память. Моя бабка так делала, её бабка – тоже. Если сердце верит, а руки помнят – иногда этого хватает.

Мама Танюши схватила её за руку:

– Спасибо…

– Погоди благодарить, – перебила та.

– Давай ей отвар, что я оставлю, три раза в день. И больше солнца – оно жизнь даёт! А главное, пусть она помнит —это ощущение силы!

– Пусть знает: в ней теперь живёт частица древнего огня! – торжественно и помпезно прозвучали слова шаманки.

Мама Танюши не верила в исцеление, но надеялась на чудо.

И вот свершилось чудо! Болезнь отступила!

Только колдунья ушла за порог, Танюша, почувствовав в себе внутреннюю силу, спустила ноги на пол. Сделала первый шаг – неуверенный, нетвёрдый, но свой.

В тот же миг в углу комнаты, где было темно, вспыхнул и тут же погас крошечный зелёный огонёк – будто сама магия от колдуньи подмигнула ей на прощание.

В этот момент Танюша сделала глубокий вдох. В груди что‑то дрогнуло – как будто треснула тонкая плёнка скорлупы. И в тот же миг она ощутила, как по телу разливается тепло: сначала в кончиках пальцев, потом вдоль рук, по спине, до самых ступней.

После того как шаманка провела обряд, Танюша стала расти абсолютно здоровым ребёнком!

Только вот её внешность изменилась… И стала непохожей ни на папу, ни на маму, ни на её четырёх братьев. У Танюши‑подростка изменилась форма носа – исчезла переносица! У её братьев носы как носы, а у Танюши нос сросся со лбом. Лоб стал прямым и высоким!

Маме стали говорить:

– У твоей Танюши прямо-таки греческий профиль! В кого же?

После обряда шаманки Танюша стала отличаться любопытством и стремлением познать этот мир. Ей всё было интересно:

– Почему у мухи есть крылышки? И почему ей дан голос? – восторгалась Танюшка.

– Почему бабочки такие красивые и где они прячутся зимой? – удивлялась она.

Её интересовало буквально всё, даже то, как устроен этот мир. Танюша, такая маленькая, задумывалась о том, что Вселенная бесконечна и что есть ещё Солнце, а может, и не одно, и вращающиеся вокруг них планеты. И сколько солнц во Вселенной?..Однажды ей приснился сон, в котором шаманка с ней разговаривала:

– Ты не просто спрашиваешь, дитя. Ты требуешь ответа у самой Вселенной. А она, в свою очередь, меняет тебя, чтобы ты сама могла ответить на все свои вопросы. Прямой нос дан тебе не просто так, как форма, а как инструмент для тех, кто ищет истину! Обладателями «греческого профиля» были греческие Боги. Гордись своим профилем и набирай знания для познания жизни.

Мать однажды провела пальцем по её новому профилю и вздохнула:– Раньше ты смотрела на свои ноги, боясь упасть. Теперь – только вверх. И лицо твоё стало таким же: устремлённым ввысь!

Её любопытство надоедало родным. На её вопросы никто не мог дать никакого ответа… Братья старались с ней не общаться.

Они часто играли в «поджиглеты» и однажды подожгли телевизор. Огонь вспыхнул до потолка! Братья бегали, наливали воду в вёдра, чтобы потушить пламя… А тут маленькая и по размеру, и по возрасту Танюшка догадалась взять одеяло и накрыть им телевизор так, чтобы огонь не контактировал с воздухом, – и тогда пламя мгновенно потухло.

Танюшку похвалили родители за изобретательность и стали ставить в пример её четырём братьям.

Глава 2 «Дом, где царил тихий голод»

Посвящаетс памяти моей любимой Мамы

Автор – Митрофанова Надежда

Наступила холодная зима 1953 года. Зима, которую в посёлке Павшино прозвали «тихой голодухой». Хлеб выдавали по карточкам, по крохам, молоко стало роскошью, а мясо – сном.

Для многодетной семьи – матери, тонкой, словно тростник, отца, широкого в плечах, пока крепкого, как дуб, и их ребятишек: Алёши, Вити, Тани, Коли и Миши – голод стал настоящим испытанием, и их глаза всё чаще смотрели на пустой стол.

И вот однажды на заводе, на котором трудились отец и мать, выдали жмых: плотные куски серого цвета, похожие на засохший хлеб, только абсолютно без запаха и вкуса!

– Это жмых, – тихо сказал отец, опустив виновато глаза. – От семян подсолнечника, – добавил он осевшим голосом.

Дети притихли. Младшая дочь Танюша осторожно потрогала кусок: он был жёсткий, как камень. Братья со страхом глядели на странную еду.

Но мать, прервав тишину, с улыбкой сказала:

– Будем пробовать, это же лучше, чем ничего!

Мать приспособилась размягчать жмых в воде, оставляя его на ночь. Наутро он становился немного мягче, но всё равно был страшен: в этом куске можно было оставить свои зубы. Жмых не пах хлебом, не радовал вкусом, но давал силы!

Дни шли один за другим, серые и холодные, без просвета. Отец каждый раз приносил жмых с работы и, разворачивая его из тряпочки, как драгоценность, говорил:

– Вот пока наша еда!

Братья – старший Алёша, серьёзный и нахмуренный, с широкими бровями, Витя, вдумчивый, в очках, рассудительный и изобретательный, Коля, неугомонный, и Миша, мечтатель, – молча ели кашу из жмыха с недовольными лицами, стуча ложками по тарелкам.

А у Танюши на коленях сидела её тряпичная кукла, с которой она не расставалась и разговаривала с ней, как с живой.

– Всё будет хорошо, – шептала Танюшка кукле, гладя её по голове. – Вот увидишь, мама с папой стараются, работают допоздна, братья помогают, и мы продержимся.

Однажды вечером, когда каша показалась особенно невкусной, Коля, неугомонный, отодвинул миску и сказал с горечью:

– Я больше не могу. Это не еда…

Танюшка подняла на него глаза, обняла куклу крепче и сказала:– Нельзя сдаваться. Если мы будем верить, что всё наладится, то всё и наладится, правда, мам?

Мать, уставшая и осунувшаяся, с тёмными кругами под глазами, улыбнулась сквозь слёзы и сказала:

– Правда, доченька, всё наладится.

По вечерам, когда за окном выла метель, а ветхие домики, прижимаясь друг к другу, словно пытаясь согреться, стояли в сугробах холодной зимы, семья собиралась у печи.

Отец брал аккордеон и играл песню ямщика, а мать тонким голосом пела эту душевную и тихую песню, а дети слушали, прижавшись друг к другу…

Танюша тихо подпевала своей матери, и иногда у них получалось двухголосие. И тогда каждый из братьев старался подхватить, поддержать песню, и кто как мог включался в раздолье народной песни…

Воздух в доме наполнялся оптимизмом, появлялась надежда на лучшее и вера в прекрасное будущее.

Лёша, старший, нахмурив брови, смотрел на младших и думал:

– Я должен быть сильным для них!

Коля, упрямый и горячий, сжимал кулаки:

– Мы выдержим. Мы же семья!

Витя шептал себе под нос:

– Ещё немного. Ещё чуть‑чуть!

Миша, мечтатель, закрывал глаза и представлял:

– Вот бы сейчас кусочек настоящего хлеба…

А Танюшка, прижимая куклу, повторяла:

– Всё будет хорошо! Всё будет хорошо!

Глава 3 «Братья и разорванная кукла»

Посвящается памяти моей любимой Мамы

Автор – Митрофанова Надежда

В поселке Павшино, где зима дышала морозом в каждое окно, а голод тихо стучался в двери, жила многодетная семья: отец, мать и пятеро детей, среди них – маленькая Танюша, чьим единственным сокровищем была тряпичная кукла с голубыми глазами и платочком на голове.

Братья: Алёша, Витя, Коля и Миша – сперва просто недоверчиво косились, когда Танюша начинала разговаривать с куклой.

– Ты с ней целыми днями шепчешься! Она же не живая!, – стал возмущаться старший брат Алёша.

Но Танюша только крепче прижимала куклу к груди:

– Она меня слушает и говорит со мной, – возмущалась Танюша.

Однажды Миша, самый младший, шёпотом сказал Вите:

– Я видел… она шевелилась! Глазами… будто глядела на меня…

Витя фыркнул, но ночью не смог уснуть. В темноте ему мерещилось, что из угла, где спала Танюша с куклой, исходил слабый свет…

Той же ночью Танюша, как обычно уложила куклу рядом и шёпотом стала рассказывать ей о своих страхах:

– Они не верят. Думают я выдумываю, что ты живая …

Кукла не ответила словами. Но Танюша почувствовала тепло – будто кто-то обнял её изнутри…

Утром она нашла на подушке перья. Белые, легкие, как пушинки, будто от ангельских крыльев.

«Это она», – прошептала Танюша, «она принесла мне эти перья! Но когда? Где она была, пока я спала?»

Однажды вечером, когда Танюша укладывала куклу рядом с собой, Алёша решительно подошёл и вырвал её из рук.

– Хватит, ты уже целыми днями с ней шепчешься! Это ненормально!

– Она помогает нам, – закричала Танюша, пытаясь отобрать куклу,– Она подсказала нам, как смягчить жмых, она подсказала, где найти колодец и набрать воды, когда её отключили! Она помогла потушить нам загоревшийся телевизор, и я накинула тогда одеяло на огонь и пламя сразу потухло!

– Это ты сама догадалась – рявкнул Виктор,

– А кукла, просто кукла. Ты выдумываешь!

В глазах Танюши закипели слёзы. Она прижала куклу к груди, словно защищая!!!

– Вы не понимаете! Она – мой друг!

На следующий день, братья, сговорившись решили проверить.

Алёша достал рогатку.

– Если эта кукла колдунья, то надо её остановить! А то Танюша совсем с ума сойдёт!

Коля, хоть и сомневался, всё же кивнул:

– Надо понять, что это.

Они дождались, пока Танюша уйдёт за водой, и встали у окна. Кукла сидела на лавке, как всегда тихо и смирно. Алёша прицелился:

– Раз ..два.., – и камень полетел в грудь куклы и ткань треснула.

Витя, самый чувствительный вскрикнул:

– Не надо!

Но было поздно. Кукла лежала на полу из разрыва торчала вата. Братья замерли. Её синие глаза смотрели в потолок, а улыбка, казалось, стала горькой…

Танюша вернулась и сразу всё увидела. Она вскрикнула, бросилась к кукле, прижала её к груди. Пальцы дрожали, пытаясь зажать разрыв, но вата всё равно вылезала наружу.

– Зачем? – кричала она, глядя на братьев. – Она же ничего вам не сделала?

Её плечи затряслись. Слёзы катились по щекам, падая на порванную ткань. Она прижала к груди куклу так крепко, будто могла этим исцелить её !?

– Ты мой друг, мой единственный друг…, – шептала она сквозь рыдания.

Братья стояли молча. Алёша, опустил рогатку. Витя отвернулся, пряча слёзы. Коля сжал кулаки, но не нашел ни одного слова. Миша тихо сказал:

– Прости, мы не думали…

Когда все уснули, Танюша зажгла свечу и села за работу. Дрожащими пальцами она собирала обрывки ткани, пытаясь стянуть края разрыва. Но нити рвались, пальцы не слушались.

– Пожалуйста, пожалуйста, – шептала она, прижимая к себе куклу. И вдруг—она почувствовала тепло. Слабое, но настоящее. Будто кукла дышала…

– Ты ещё здесь, – всхлипнула Танюша. Ответа не было. Но ей показалось, что глаза куклы как будто на миг вспыхнули.К утру кукла была зашита. Неаккуратно, кривыми стяжками, но цела. Танюша, положила её рядом с собой и уснула.

Ночью, когда братья уснули, мать села на кровать Танюши.

– Расскажи мне, тихо попросила она. – Что ты видишь в своей кукле?

И Танюша, глотая слёзы, поведала всё: о ночных беседах, о сказках, о том, как кукла вселяла в неё надежду. Мать слушала молча, гладя дочь по волосам, потом тихо сказала:

– Знаешь, волшебство оно не в кукле. Оно— в тебе, ты нашла способ не сдаваться, не терять веру. И это самое настоящее чудо! Но а братья… они боялись за тебя, потому что не знают, как найти такое же волшебство внутри себя! Ты их прости!