В маске пиона

Игорь Захаров

В маске пиона

День 8 марта

Нет ответственнее задания, чем подарить жене подарок на 8 марта Начинать надо за 50 суток

Объект:Жена.

Срок исполнения:50 суток.

Досье на жену (Начато)

1. Что любит:

· Цветы. Особенно пионы.

· Творог на завтрак.

· Когда я мою посуду.

2. О чем мечтает:

· Поехать на море.

· О кольце с сапфиром (показывала в «ВКонтакте»).

· Отоспаться.

3. На что жалуется:

· «Ты меня не слышишь».

· «У тебя всегда работа на первом месте».

· В последнее время – на странные шорохи в стене.

Дневник наблюдений. День 47.

Понял. Шорохи в стене – это идея для подарка! Куплю ей большой мягкий плед. Пусть уютно заворачивается и не боится звуков. Заботливо. Тепло. Гениально.

День 40.

Плед купил. Тайник в гараже. Жена спросила, зачем мне столько саморезов. Легенда работает.

День 35.

Шорохи усилились. Жена вздрагивает по ночам. Говорит, будто кто-то скребется прямо за изголовьем кровати. Я успокаиваю: «Это мыши, милая. Куплю на 8 Марта что-нибудь от мышей». Она странно на меня посмотрела.

День 20.

Я понял, что плед – это слишком банально. Надо упаковать его КРЕАТИВНО. Я нашел в интернете маску пиона. Огромный бутон из папье-маше. Я выйду из него утром 8 Марта с пледом в руках. Она обожает пионы! Это будет бомба.

День 10.

Работаю над маской по ночам, в гараже. Шорохи в стене теперь слышны даже днем. И мне кажется, или из вентиляции стало пахнуть сырой землей?

День 5.

Жена попросилась переночевать у подруги. Сказала, что ей страшно одной в квартире. Я обрадовался. Всю ночь клеил лепестки.

День 1

7 марта. 23:00. Жена все-таки дома. Спит тревожно. Я надеваю маску пиона. Сажусь в кресло в углу спальни. Жду, когда пробьет полночь, чтобы встретить её первой секундой праздника. Луна светит в окно. Моя тень от цветка колышется на стене.

00:00. 8 марта.

Тишина. В комнате холодно. Я тихо шепчу: «С праздником, любимая…»

Она не просыпается.

Я встаю, чтобы подойти к кровати. И тут слышу это. ШОРОХ. Но не в стене. А из-под кровати. Скребущийся, влажный звук.

Из-под кровати, с её стороны, медленно выползает рука. Бледная, в земле. Она тянется к одеялу.

Я хочу закричать, но лепестки маски сдавят горло.

Рука хватает жену за лодыжку и резко дергает. Она с криком исчезает под кроватью. Пружины матраса жалобно взвизгивают.

Тишина.

Я стою, в глупом огромном цветке на голове, сжимая в руках бесполезный плед.

Из темноты под кроватью раздается голос. Глухой, будто из-под земли. Голос моей жены:

– «Ты меня не слышишь…»

Я падаю на колени и заглядываю под кровать. Там темнота. И два горящих глаза.

– Милая?.. – шепчу я.

Глаза моргают.

– «Плед… правда, милый? – шелестит голос. – А я хотела кольцо… с сапфиром… Ты что, досье не читал?»

И темнота под кроватью улыбнулась.

…Она ещё не знала, что этот, казалось бы, случайный взгляд в окно запустит цепную реакцию событий, которую будет уже не остановить.

За окном моросил дождь, размывая огни вечернего города в жёлтые, маслянистые пятна. Тишина в квартире стояла такая, что было слышно, как в розетках потрескивает электричество. И в этой тишине вдруг раздался звук, от которого у неё перехватило дыхание.

Телефон.

Но не тот, что лежал на столе рядом с ней. Этот звонок доносился из старой сумки, которую она не открывала года три. Сумка пылилась на антресолях, и в ней, по идее, мог лежать разве что сломанный зонт и забытый кошелёк с тремя копейками.

Звонок повторился. Настойчивый, дребезжащий, совершенно невозможный в 2024 году.