Школа Драконьей Магии. Запретная книга

Зал поражал величием: высокие сводчатые потолки украшали витражи с изображением древних драконов – их чешуя переливалась всеми оттенками аметиста, изумруда и золота. Свет проникал сквозь цветные стёкла, рассыпаясь по полу причудливыми бликами, словно живые огни танцевали на мраморных плитах.

По периметру зала тянулись четыре длинных стола из чёрного дуба, каждый – под гербом своего факультета.

Между столами высились колонны из розового кварца, изнутри которых пульсировал мягкий свет, будто в глубине камня билось сердце неведомого существа. В воздухе пахло озоном и горными травами – аромат, который Слава уже слышал во сне, когда Мустафа рассказывал о Эларионе.

В дальнем конце зала, на возвышении, стоял огромный камень с начертанными рунами – Распределяющий Камень. Его поверхность мерцала, отражая свет витражей, а руны то загорались, то гасли, словно дышали.

У камня находился директор школы – мудрого вида старец, выглядевший одновременно элегантно и аристократично. Его фиолетовые волосы были аккуратно собраны назад, а борода – тщательно подстрижена. На нём была шикарная зелёная мантия, расшитая золотом, небрежно накинутая поверх не менее шикарного зелёного костюма. Но самое удивительное – его глаза: красно-оранжевые, со зрачками, как у дракона, – мудрые и устрашающие. Он говорил тихо, но властно:

– Новички, выстраивайтесь друг за другом и подходите по очереди к Распределяющему Камню. После того как вам объявят ваш факультет, вы проходите за стол факультета, герб которого висит над столом.

Ученики по очереди подходили к камню, прикладывали ладонь – и камень распределял их по факультетам. Когда Слава подошёл и положил ладонь, он почувствовал тепло. Камень загорелся золотым светом, и громкий голос объявил:

– Факультет Высшей Магии!

Слава прошёл за стол факультета Высшей

Магии. Он был удивлён, что попал именно на этот факультет. Он и не знал, что его родители были из знатного рода – иначе он бы не оказался тут.

В голове крутилось одно: сегодня – первый день в новой школе.

«Не выделяйся. Не привлекай внимания. Держи эмоции под контролем», – эхом звучали наставления крёстного.

Слава поправил манжету, ощутив холод металлического браслета на запястье. Подарок. Напоминание. Надпись на браслете гласила: «Сначала подумай: слово – оружие».

Эта надпись должна была предостеречь от безрассудных поступков и слов. Она означала, что необдуманное действие может привести к опасным последствиям. А сказанное слово – словно острый нож: им можно либо убить, либо приготовить вкусный обед, согревающий душу.

Во круг шумели ученики – смеялись, перешёптывались, делились историями о летних приключениях. Слава сжал кулаки так, что костяшки побелели. Почему им так легко находить друзей?

Ведь он был необычным мальчиком двенадцати лет – именно с двенадцати начиналось школьное образование в их царстве. У него были бело-голубые волосы, синие глаза как у дракона, рост чуть выше среднего – и никаких талантов. Как ему заводить друзей? – думал Слава.

И тут послышался приятный голос:

– Тут свободно?

Перед ним стояла девочка с короткими розовыми волосами волосами до плеч и большими зелёными глазами. Пухленькая, невысокая, но очень симпатичная, она поправила очки на носу и показалась невероятно серьёзной и собранной.

– Да, – сказал Слава неуверенно.

– Меня зовут София. Я – драконьей крови. А ты?

– А я… тоже. Но я не помню своих родителей – они пропали, когда я был ещё маленьким. Крёстный мне мало что про них рассказывал. Он… грубоват, но хороший.

– А почему у тебя розовые волосы? – спросил он, проводя рукой по собственным прядям. – Они ведь… необычные.

Девушка улыбнулась, и в её глазах вспыхнули искорки – словно крошечные молнии играли в глубине радужки. Она поправила прядь, переливающуюся всеми оттенками розового, от нежного перламутра до насыщенного рубина.

– Так иногда проявляется драконья кровь. – Потомки фиолетовых драконов, например, как наш директор, иногда имеют фиолетовые волосы. У меня тоже течёт немного крови фиолетовых драконов… а ещё красных.

Она замолчала, глядя в окно, за которым раскинулся сад с магическими растениями – их листья мерцали при каждом дуновении ветра, будто усыпанные звёздной пылью.

– Чистокровный наследник фиолетовых драконов остался лишь один – наш директор, – продолжила она. – Как бы я хотела тоже быть чистокровной наследницей! Фиолетовые драконы наследуют невероятный ум, способность видеть скрытые связи между событиями, предчувствовать опасности…

Слава задумчиво провёл пальцами по краю стола, украшенного руническими узорами.

– Таких, как я, в ком есть немного фиолетовой крови, много на факультете Изучения магии, – вздохнула девушка. – Их ещё называют историками, потому что там больше всего изучают и любят историю магии. Я сама думала, что попаду туда… Но так как я из знатной семьи, меня направили сюда.

– А твои бело-голубые волосы тоже признак драконьей крови, как и твои глаза – добавила она, снова взглянув на Славу. – У меня тоже такие же волосы были… пока не стали розовыми. Это значит, что они в скором времени приобретут истинный цвет, соответствующий твоей крови.

– А когда? – спросил Слава, невольно приподнимаясь на стуле.

– Никто не знает точно, – покачала она головой. – Обычно это происходит, когда маг принимает свою истинную драконью суть и наследие. Видимо, ты пока не считаешь себя драконом… вот и цвет не проявился.

А за окном, в глубине сада, среди мерцающих растений, шевельнулась тень – будто кто-то наблюдал за ними, скрываясь в зарослях.

Так завязалось их знакомство.

Зал замер в предвкушении. Воздух гудел от едва уловимых искр магии, а витражи, изображавшие древних драконов, словно оживали в отблесках лунного света.

В конце большого трапезного зала, на пьедестале из лунного камня, стоял Директор. Он поднял волшебный посох – древко из древа векового дуба, увенчанное кристаллом, что пульсировал, как живое сердце.

Когда он заговорил, голос его разносился негромко, но проникал в самую душу:

– Новички, юные господа, будущие хранители знаний, воители, алхимики! Сегодня вы получите не просто инструменты для учёбы. Вы получите отражение своей сути. Всё необходимое для вашего пути уже ждёт вас в комнатах. Но прежде… – он улыбнулся, – я хочу подарить вам нечто, что станет вашей второй кожей.

Он взмахнул посохом – и пространство взорвалось светом.

Преображение

Ослепительная вспышка – и в тот же миг на каждом ученике появилась школьная форма. Но это была не та унылая униформа, которую они ожидали увидеть.

Ткань переливалась, словно сотканная из жидкого света. Она облегала фигуры, не сковывая движений, а её цвет… он менялся. Плавно, едва уловимо, в зависимости от настроения владельца:

у Софии – мягкий лазурный оттенок, мерцающий, как поверхность горного озера;

у Славы – глубокий алый, пульсирующий, как сердцевина пламени;

у Лизы – нежный изумрудный, переходящий в золотой, словно утренняя роса на траве.

Но при всех метаморфозах форма сохраняла неизменный строгий крой, вышитые руны – личные защитные символы;

Герб факультета на спине, светящаяся мягким светом;

цвета факультета, проступающие в деталях, у факультета высшей магии Золотой у Факультета Боевой Магии Красный, у алхимиков Зелёный и тд. Слова Директора

Директор медленно обвёл взглядом учеников, чьи лица отражали изумление и восторг.

– Эта форма – не просто одежда, – произнёс он. – Она – зеркало вашей магии. Она будет меняться вместе с вами:

по вашему желанию – просто представьте оттенок или текстуру, и ткань подчинится;

по настроению – она отразит ваше внутреннее состояние, но никогда не выдаст того, что вы захотите скрыть;

в зависимости от ситуации – в бою она станет прочнее стали, в лаборатории – устойчивее к зельям, в медитации – мягче шёлка.

Но запомните: она всегда останется школьной формой. Цвета вашего факультета будут видны каждому – это знак единства. Руны защитят вас от случайных проклятий. А эмблема факультета напомнит: вы – часть чего-то большего.

Он сделал паузу, а затем обратился к новичкам, чьи глаза ещё широко раскрывались от чудес:

– А теперь – особое волшебство для тех, кто впервые переступил порог нашей Школы. Когда вы сидите за этими волшебными столами, любое блюдо, которое вы сможете себе представить, появится – лишь пожелайте его. Мысленно нарисуйте его во всех деталях: аромат, цвет, текстуру, вкус, послевкусие. И тогда… – он подмигнул, – стол подарит вам это угощение.

Ученики-новички переглянулись, не веря своим ушам.

– Да-да, – подтвердил Директор, уловив их недоумение. – Вы можете пожелать яблочный пирог, как пекла ваша бабушка, или экзотический фрукт с далёких островов, или даже то блюдо, которого ещё нет в нашем мире – если сумеете вообразить его достаточно ярко и детально: вкус, цвет, текстуру, аромат.

Но помните:

магия стола откликается лишь на искренние желания, а не на капризы;

вы не сможете создать что-то опасное или отравляющее – защита Школы блокирует подобные образы;

и, конечно, не злоупотребляйте. Волшебство любит меру и благодарность. Оно работает только тогда, когда вы голодны, и перестаёт – когда насытитесь.

Первые испытания

Ученики начали осторожно экспериментировать:

Лиза коснулась рукава – и ткань тут же превратилась в бархатистую поверхность с мерцающими вкраплениями, будто звёздное небо.

Слава мысленно представил огненные всполохи – и по его плащу пробежали алые волны, не обжигая кожи.

Кто-то смеялся, кто-то с благоговением ощупывал ткань, а кто-то уже пытался создать сложные узоры – но форма подчинялась лишь тем, кто чётко представлял желаемый результат.

Когда все вдоволь налюбовались своими преображениями, Директор вновь поднял посох. Свет померк, оставив после себя лишь лёгкое сияние на одежде учеников.

– Теперь идите, – сказал он. – Ваши комнаты ждут. И помните: эта форма – не только дар, но и ответственность. Она отражает то, кем вы становитесь. Пусть она всегда напоминает вам: сила – в гармонии. А в трапезном зале – не бойтесь мечтать. Ведь именно там, за общим столом, вы впервые почувствуете: здесь каждый из вас – дома.

Когда Директор покинул зал, воздух наполнился возбуждёнными перешёптываниями и смехом. Кто-то неуверенно прикасался к гладкой поверхности стола, кто-то уже зажмуривался, сосредоточенно представляя желанное угощение.

Первые опыты

Лиза, всегда обожавшая сладости, мысленно нарисовала вишнёвый пирог – такой, какой пекла её тётушка: с золотистой корочкой, сочными ягодами и лёгким ароматом ванили. Она представила, как пар поднимается над разрезом, как хрустит сахар на поверхности…

И в тот же миг на столе возник настоящий пирог – точно такой, каким она его вообразила. От него шёл тёплый пар, а по краю тарелки лежали свежие листья мяты.

– Получилось! – ахнула Лиза и тут же отломила кусочек. Вкус совпал идеально.

Слава, глядя на неё, усмехнулся и решил испытать магию по-крупному. Он представил огненный стейк – не просто жареное мясо, а блюдо, окутанное призрачным голубым пламенем, с хрустящей корочкой и сочной розовой серединкой. Он даже вообразил запах: дым, перец, чуть-чуть розмарина.

Стол мерцанул – и перед ним лежал стейк, точно как в его фантазии. Пламя оказалось безопасным – оно лишь играло на поверхности, не обжигая рук. Слава осторожно попробовал: мясо таяло во рту.

– Ну ничего себе… – пробормотал он.

София, всегда ценившая изящество, пожелала замороженный десерт в виде хрустальной розы. Она детально представила:

лепестки из прозрачного фруктового льда;

сердцевину из малинового сорбета;

тонкий аромат бергамота;

каплю золотого сиропа, стекающую по «стеблю».

Через мгновение перед ней расцвело ледяное чудо. Когда она коснулась лепестка, он хрустнул и растаял на языке, оставляя кисло-сладкий след.

Не все эксперименты шли гладко.

Один ученик, мечтая о гигантском бутерброде с икрой, забыл представить хлеб – и на столе появилась горная россыпь икры без основы. Он рассмеялся и попробовал снова, на этот раз добавив детали.

Девочка, захотевшая «самую острую еду в мире», получила тарелку с пламенеющим супом – но, к её разочарованию, он оказался абсолютно безвкусным. Защита Школы блокировала потенциально опасное блюдо.

Мальчик, попытавшийся создать «невидимую конфету», лишь усмехнулся: стол остался пуст. Магия не шла на пустые шутки.

Коллективное творчество

Вскоре ученики начали обмениваться идеями:

Кто-то пожелал суп-радугу – и получил шесть слоёв разноцветных бульонов, не смешивающихся между собой.

Двое друзей одновременно представили пирог-сюрприз: при разрезании из него вылетали крошечные бабочки из сахарной пасты.

Группа новичков создала общий десерт – многоярусный торт, где каждый уровень отражал их мечты: от шоколадной реки до звёздного неба из глазури.

Постепенно все поняли несколько важных правил:

Детали решают всё. Чем точнее образ, тем лучше результат. Один ученик получил пересоленный суп, потому что мысленно не продумал баланс специй.

Эмоции усиливают магию. Лиза заметила, что её пирог становился вкуснее, когда она вспоминала тёплые семейные обеды.

Фантазия не безгранична. Нельзя создать живое существо или оружие. Волшебство уважает голод. Как только кто-то насыщался, новые блюда переставали появляться – даже если мысленно их представлять.

К концу обеда зал наполнился необычными ароматами и смехом. На столах стояли:

летающие фрукты, парящие над тарелками;

желе в форме драконов, извивающихся при прикосновении;

напитки, меняющие цвет в зависимости от настроения пьющего.

Когда последний ученик насытился, столы мягко засветились – и все блюда бесшумно растворились, оставив после себя лишь чистый блеск каменной поверхности.

– Вот это магия… – прошептала София, оглядываясь.

– И это только начало, – добавил Слава, всё ещё ощущая на языке вкус огненного стейка.

В этот момент в дверях зала появился Директор. Он улыбнулся, увидев сияющие лица учеников, и тихо произнёс:

– Теперь вы знаете: волшебство начинается там, где встречаются воображение и сердце.

Ученики расходились, перешёптываясь и восхищённо оглядывая друг друга.

София поражала своей эрудицией: она, казалось, знала всё о драконах, магии и истории Школы, постоянно ссылаясь на какие-то древние трактаты. Её речь была насыщена терминами, которые Слава слышал впервые: «драконья аура», «руны перерождения», «эхо древних клятв». Но вместо того чтобы смутиться, он ловил каждое слово – в нём разгоралось любопытство.

– Ты читаешь так, будто эти книги – твои старые друзья, – заметил он.

– Они и есть друзья, – улыбнулась София. – В них – ответы на все вопросы. Ну, почти на все.

Они быстро нашли общий язык. София не высмеивала его незнание, а терпеливо объясняла, задавала вопросы, заставляла размышлять. Слава вдруг понял: он не один.

Неожиданная встреча

Вскоре они оказались в просторной общей комнате своего нового факультета. Здесь уже собрались другие первокурсники, обмениваясь впечатлениями. Среди них Слава сразу заметил мальчика с безупречной причёской и высокомерным выражением лица. Тот держался немного в сторон от остальных, окружённый несколькими учениками.

Его манеры, надменность и даже лёгкая презрительность во взгляде очень напоминали описание какого-то неприятного блондина из книг, которые Слава читал у крёстного. Но это был не блондин.

У мальчика были тёмные волосы, желтые глаза, стройное но спортивное телосложение, безупречная осанка и манеры дворянина. Сразу было видно: наследник знатного рода.

Однако, к их удивлению, этот мальчик, представившийся как Эрик, подошёл к ним. Его взгляд, хотя и был высокомерным, содержал и любопытство.

– Вы, значит, тоже на Высшую Магию попали? Неплохо, неплохо, – проговорил он, смерив их взглядом с ног до головы. Я – Эрик.

– Мои родители – одни из самых влиятельных волшебников в Королевстве, – добавил Эрик с лёгкой гордостью.

Несмотря на его высокомерный тон, что-то в нём притягивало. Возможно, это была его уверенность или искра азарта в глазах.

Слава просто кивнул – он уже научился не судить по первому впечатлению.

– Я Слава. А это София. Мы тоже из знатных семей.

Эрик слегка улыбнулся – не снисходительно, как прежде, а скорее с интересом.

– Ладно, посмотрим. Но предупреждаю: на Высшей Магии слабых не держат. Здесь каждый должен доказать, что достоин.

София скрестила руки:

– Значит, ты считаешь, что твоё происхождение даёт тебе преимущество?

– Нет, – неожиданно серьёзно ответил Эрик. – Но оно даёт мне ответственность. Я не могу подвести семью. И не собираюсь.

В его голосе прозвучала такая искренность, что они невольно переглянулись. За высокомерием действительно скрывался не просто заносчивый наследник, а человек, который понимал цену возложенных на него ожиданий.

– Ладно, Эрик, – сказал Слава. – Давай проверим, кто из нас чего стоит. Но не в соперничестве, а в учёбе. Вместе.

Эрик на секунду замер, словно не ожидал такого предложения. Потом его лицо смягчилось.

– Вместе? Хм… А знаешь, это даже интереснее.

К удивлению Славы и Софии, Эрик оказался не таким уж невыносимым, как казалось на первый взгляд. За показным снобизмом скрывался умный, амбициозный парень, искренне влюблённый в драконов и одержимый идеей превзойти всех в магическом искусстве.

Однажды, задержавшись в библиотеке после занятий, он вдруг произнёс, глядя на древнюю рукопись о драконьей магии:

– Я хочу понять, как драконы чувствуют магию. Не просто использовать её – а чувствовать, как они.

София, перелистывая страницу фолианта, осторожно спросила:

– А куда делись твои друзья из гостинной?

Эрик усмехнулся, откинув прядь тёмных волос:

– Я бы не сказал, что они мои друзья. Я просто стараюсь поддерживать хорошие отношения со всеми. Мало ли кто может пригодиться в будущем и кто кем в будущем станет – и неважно, с какого он факультета.

Он помолчал, проводя пальцем по выцветшим рунам на пергаменте.

– В будущем мы не знаем, насколько полезным может оказаться человек… и чему можно у него научиться. У каждого есть чему поучиться. Но дружу я только с теми, с кем приятно проводить время. С такими, как вы.