Чудо для мужчины с принцессой

С этого момента день закрутился. Душ, как и мечтала в ночи, не трехминутный. Смогла уделить себе целых пять! И это ещё повезло, что голову мыла только вчера, и сегодня достаточно было только освежить свои кучеряшки, чтобы они не выглядели как гнездо. Затем – вдумчивый завтрак. Очень вдумчивый! Потому что я сначала очень внимательно рассмотрела всё, что мог предложить мой холодильник. Потом задумчиво выкинула сыр, покрытый вовсе не голубой плесенью. Следом в ведро полетела бутылка кефира, который оказался просроченным на – подумать только! – два месяца. Немного подумав, вспомнила, что собиралась вообще-то испечь себе оладушки… Но это было до вороха заказов. Посетовав на свой образ жизни, я была вынуждена отдать предпочтение парочке варёных яиц, одинокому огурцу и тосту. А вот после завтрака – единственного времени в моем расписании на сегодня, которое я могла уделить только себе – я уже носилась по дому сумасшедшей белочкой.

Одно только переодевание в три разных костюма было дикостью. Ну какая разница, идти в чёрных джинсах, черных брюках или черных лосинах на собеседование в «Вектрум»? Я ведь не в офис устраиваться собираюсь, а получить место декоратора помещений! Но тем не менее, вбитые в голову правила приличия требовали выглядеть уверенной в себе леди. Поэтому, отбросив синий худи, следом отправила и горчичный свитер, отдав предпочтение белой рубашке-тунике, на которую я уверенно нацепила аквамариновую вязаную жилетку, а на неё – широкий чёрный пояс с внушительной круглой бляшкой. На ноги всё же прекрасно сели тёмные джинсы-дудочки; из обуви вынуждена была схватить сапожки на совсем низком квадратном каблуке, хотя больше всего я любила зимние кроссовки. Но не к образу, увы. В руки – рюкзачок, в нем планшет, блокнот и куча карандашей, как всегда. И бегом-бегом в студию. Там нужно распечатать всё, что я отправляла в «Вектрум», и вызвать такси. Ах да. Накормить Мотю и обязательно заглянуть в глаза бездушным оленям, чтобы наконец понять, что им там не хватает!

Вот именно олени и стали моей погибелью, потому что сейчас в свете дня я абсолютно точно увидела, в чём проблема, и решила поправить пару линий вот здесь, добавить пару штрихов вон там и ещё чуточку здесь…

В общем, в такси я впрыгивала, забыв про торчащие два карандаша в пучке на голове и сжимая в кулаке связку ключей и шапку. Ну что ж. Кажется, я могла опоздать на одну предположительную работу, но зато имела все шансы сегодня закончить другую. Не так уж и плохо, должна признать.

Глава 5

Офис «Вектрум» оказался именно таким, как я себе представляла: просторное, светлое помещение с высокими потолками, разделённое невысокими перегородками. И он был… смертельно скучным. Серые, невнятные ковры, бежевые стены, черные стулья для посетителей. Даже гирлянды на потолке висели унылые, стандартные, купленные оптом. Я с первого взгляда оценила потенциал: вот здесь – огромная инсталляция из веток и светодиодов, там – гирлянды из разноцветных бумажных флажков, в центре – ёлка, которую можно обмотать лентами и украсить деревянными игрушками ручной работы. А тот зелёный красавец, что уже живёт в офисе, – единственное цветное пятно, к слову! – послужит отличным толчком ко всей тематике оформления.

Осмотревшись, я заметила, что в офисе по непонятным причинам все работники предпочитают крепко сидеть на своих местах, а если куда-то и идут, то быстро и… как будто стараясь быть незаметными. Интере-есно. В приемной на диване сидят несколько женщин разного возраста. Все они нервно перебирают сумки, поглядывают на часы или на дверь кабинета, из-за которой доносятся то детский смех, то приглушённые, напряженные голоса. Няни? В офисе логистической фирмы? А я-то думала, что у меня перед Новым годом горячее время. Похоже, здесь идёт массовое собеседование.

Пристраиваюсь рядом с диваном, достаю планшет, открываю рабочую программу, собираясь сделать пару набросков, пока жду назначенной встречи. Но не получается сосредоточиться на работе, потому что краем глаза наблюдаю за происходящим в офисе. Одна за другой женщины выходят из кабинета. Кто-то со следами смущения на лице, кто-то с обидой во взгляде, а одна – пожилая дама с грозным видом – просто пылала негодованием. За ней, смерив её ледяным взглядом, вышел молодой мужчина в идеальном костюме – вероятно, тот самый Вячеслав Львович. Симпатяга, должна признать. В прекрасной форме, но не перекачанный качок, с аккуратной стрижкой, в строгом костюме, который – это я как художник говорю! – сидит на нём идеально. Но взгляд, скупость движений… Он выглядит так, будто прошел через ад и вернулся обратно победителем. С виду вроде мой ровесник, но уверенности в себе ему не занимать. Интересный экземпляр. Но совершенно, абсолютно, категорически нет времени даже помечтать о таком мужчине в моей жизни. Докатилась.

Пока грозную даму провожали, а точнее сказать, вежливо выпроваживали из офиса, я наконец-то смогла вернуться к открытому и печально пустому файлу. На диване оставалась ещё одна претендентка в няни. Ну, я надеюсь, что эта пятидесятилетняя дама с добрым взглядом и просто ворохом конфет в сумке, которые она увлеченно поглощала всё время ожидания, – няня, а не моя коллега и конкурент соответственно.

– Интересная обстановка, – мысленно фыркаю. – Дизайнеров тут явно не ждали.

Хотя… На мгновение позволяю себе помечтать о том, что мои предложения в переписке так понравились заказчику, что он решил и не приглашать никого другого. Пальчики на ногах, надежно спрятанные в сапожках, на мгновение поджались от восторга… Но пришлось брать себя в руки. Мечтать – это прекрасно, но было бы неплохо и поработать.

Открываю на планшете чистый лист и начинаю набрасывать эскиз – просто для себя. Быстрыми штрихами делаю зарисовки, как бы я расставила акценты в этом пространстве. Из-под стилуса появляется большая звезда, мысленно прячу в неё гирлянду, чтобы эта красотка могла сверкать, прикидываю, куда её можно было бы повесить в офисе, и тут же чуть ниже появляются ровные линии, образующие квадраты – разделение рабочих мест. Да, звезда должна светить всем, а не только боссу. Определённо. На рисунке появляются колонны, вокруг которых змеятся еловые лапы с украшениями. Всё верно: ёлка здесь будет одна, чтобы не было перегруза, а вот праздник должен ощущаться в каждом уголке помещения. Хм, может, придумать небольшую инсталляцию с фотозоной? При входе вполне могла бы уместиться… Я так увлеклась, что почти не заметила, как время летит.

Пару раз кто-то проходил мимо, звучали чужие голоса. На диване оставалось всё меньше народа, в офисе царила обычная для таких мест суета, но это всё было для меня неважно. Совсем не значительно. Потому что я уже поймала за хвост своё творческое вдохновение, и сбить меня с рабочего настроя было невозможно…

– Василиса Ивановна? – Мужской голос, прозвучавший над головой, заставил меня вздрогнуть.

Подняла глаза от планшета и встретилась взглядом с тем самым симпатягой, которого я определила как Вячеслава. В его взгляде пряталась улыбка, и это накинуло ему ещё несколько «вау»-баллов. Ну какой, а? Ох, и повезет же кому-то.

– Да, это я, – проморгавшись, поднялась и натянула на лицо улыбку профессионала.

– Прошу, – он шагнул назад, жестом руки приглашая меня в кабинет.

В кабинете меня встретила странная картина. Строгий, лаконичный интерьер, прекрасные стеллажи, удобный диван, рабочий стол выше всяких похвал… Всё это прекрасно вписывалось в мое представление об офисе руководителя фирмы. Что не вписывалось, так это мелкая девчонка с двумя хвостиками на голове. Один из них, кстати, немного сполз, что придавало ребенку очарования. На журнальном столике перед ней разложены какие-то рисунки – они тут что, психологические тесты проходили? Там же стоит с виду железный чемодан, а на полу недалеко от дивана небрежно валяются детские ботиночки. Перевела взгляд на ноги малышки и не сдержала улыбки. Какая прелесть – разные носки. Сдержанно помахала ей рукой и тихо хмыкнула. Да, у меня, между прочим, тоже носки разных цветов. Только, во-первых, этого никто не видит, а во-вторых, я их такими купила. Так что вроде как это не моя причуда, а какие-то дизайнеры одежды начудили. Вот.

Перевела взгляд на серьёзного шатена, который смотрел на меня строгим взглядом, и пальчики на ногах еще раз поджались. Вот это мужчина! Синие глазища в обрамлении густых темных ресниц, впалые щеки, гладко выбритые, небольшая ямка на подбородке, четко очерченные губы, сейчас чуть поджаты, но, судя по некоторым морщинкам, они прекрасно умели улыбаться. Вау. Прости, Вячеслав, ты стремительно теряешь очки рядом со своим боссом. А какой у него взгляд! Пронзительный. Строгий, проникающий прямо в душу. Но, судя по маленькой блондинке на диване и их схожести, этот красавец давно и крепко занят. Так что тут даже и помечтать нельзя. Потому что глупо. Потому что у каждого должна быть своя семья. А то, что я не могу не заметить красоту человека, так это профессиональное. Не более того.

Пока я осматривала кабинет, следом за мной зашёл Слава и представил меня боссу:

– Василиса Ивановна.

Вот только хозяин кабинета не успел ответить. Девчушка соскользнула с дивана, подошла к отцу и деловито заявила:

– Папочка, тебе пора! У меня много дел, очень много дел! Иди!

***

Брови у меня сами собой удивлённо приподнялись, но смотреть без улыбки на эту деловую малявку было просто невозможно. Ну куколка же. Со всеми своими яркими губками, темными бровками, глазами как у папы, и всё это – с крайне сосредоточенным видом, выгоняет отца из его же кабинета. Забавная.

Но самое интересное, что мужчина в принципе не очень-то и сопротивлялся и даже отошел от дивана, замерев рядом со мной. В то время как его дочь вернулась на своё место и заняла выжидательную позицию на подлокотнике.

– Добрый день, – протянул мне руку для приветствия Константин Игоревич. – Очень прошу меня извинить. Произошла чудовищная накладка, и коллеги из Москвы приехали чуть раньше. Что-то там, связанное с переносом их рейса, – очаровательно улыбаясь, что сбивало с толку, говорил мне предполагаемый начальник. – Буду очень признателен, если вы подождёте меня в компании этой очаровательной леди. Слава будет рядом и всегда готов вам помочь при необходимости. Хорошо?

Не поняла. В смысле, накладка и подождать с леди? Это что? Стресс-собеседование? Но для чего? Я же просто дизайнер!

– Да, но…

Я хотела объяснить, что, видимо, произошла какая-то ошибка, и спихивать на меня ребёнка – это крайне необдуманный шаг, потому что я с ними, с детьми, дел никогда никаких не имела и опыта у меня примерно ноль. Но кто бы стал меня слушать. Услышав заветное «Да», которое я ляпнула исключительно из вежливости, Константин Игоревич уже направился к двери, говоря на ходу:

– Вот и отлично. Постараюсь освободиться как можно быстрее.

И он исчез, захлопнув за собой дверь.

В кабинете воцарилась тишина. Одна-а-ко! Повернувшись к девочке – она всё так же сидит на подлокотнике и, подперев щеку рукой, смотрит на меня. В её взгляде читается любопытство, вызов и… надежда?

Так, главное – не паниковать. Это всего лишь ребёнок. Очаровательная девочка! Ну что может случиться. Правда? Сжала в кулаке карандаш, который успела вытащить из волос буквально перед входом в кабинет, и он предательски хрустнул, сломался в моей руке.

Распахиваю глаза и смотрю на малышку:

– Ой! – произношу вполне искренне.

Девочка задорно фыркает, а в её взгляде загораются смешинки.

– Не переживай, – заявляет она, соскальзывая с подлокотника на сиденье дивана и приглашающе хлопая ладошкой рядом с собой. – У меня тут есть чемоданчик. С красками. И карандашами. Хочешь посмотреть?

Смотрю на сломанный карандаш в руке, потом на горящие глаза ребенка, потом на унылый, строгий кабинет. И медленно, широко улыбаюсь.

«Ну, Василиса Чудо. Покажи им, что ты умеешь. Даже если они перепутали тебя с няней».

– Давай посмотрим, – говорю я и иду к дивану, чтобы сесть рядом с малышкой. – Тебя как зовут, чудо?

– Вар-ря! – чуть растягивает она букву «р», как будто она не совсем легко ей дается. – А тебя?

– А меня – Василиса. Ну или Вася. Хотя можешь называть меня Чудо.

– Чудо? – в глазах ребёнка неприкрытое любопытство.

– У меня фамилия такая, – хихикаю я. – Ну что, покажешь мне свои краски?

Варя начинает с деловитым видом доставать из чемодана набор красок, кстати, весьма неплохих, поднимает первый уровень и открывает вид на кучу цветных карандашей; сбоку прикреплены кисточки. Вот это сокровище!

Мы минут десять с увлечением перебираем содержимое художественного чемоданчика. Варя подробно рассказывает мне, что к чему, я с искренним интересом слушаю её и поправляю, если она не права. Например, угольный карандаш – это не палочка, чтобы ей тыкать в краски и ставить точечки на бумаге. А его нужно заточить, и можно рисовать как настоящим угольком из костра и не пачкать руки. Нужно было видеть скептицизм во взгляде мелкой художницы. Кажется, о том, как уголь пачкает руки, она уже знала, а вот про то, какое сокровище у неё есть – нет. Смешная.

После просмотра красок мы перешли к демонстрации рисунков Вари. И должна заметить, для пяти лет девочка неплохо чувствовала пространство бумаги. Смело использовала яркие цвета и умела рисовать совершенно очаровательных чудиков с огромными глазами. Да тут возможная коллега сидит. Ну ничего себе!

Осмотрев взглядом строгий кабинет, предлагаю Варе маленькое безумство:

– Варюш, как ты смотришь на то, чтобы сделать украшения для папиного кабинета?

– Сделать? Сами-и-м?

– Да, – удивленно приподняла брови. – Ты думаешь, не справимся?

– А мы справимся?

– Варь, ну конечно! Нам всего-то и нужно, что клей. Краски и карандаши, как и бумага, есть у тебя. А у меня, смотри…

Засунула руку в рюкзак и нашарила там два тюбика клея-карандаша. Стоило достать их и протянуть ребенку на раскрытой ладони, как глаза Варьки вспыхнули настоящим восторгом, и она замерла, кажется, не дыша.

– Ну что, начнём операцию «сделать украшения»?

Ответом был такой визг одобрения, что, кажется, содрогнулись даже стёкла в окнах. По всему офисному зданию!

Глава 6

Варькин визг затих, перейдя в счастливое хихиканье. Она уже листала свой блокнот, выбирая, что будем клеить первым. Я оглядела кабинет. Строгий, взрослый, без единой лишней бумажки. Да и дизайн очень нейтральный, с лаконичной мебелью. Нет, выглядит всё красиво. А уж какой простор для нас! Идеальное поле для творческого беспорядка!

– Так, старший художник, – сказала я, опускаясь на корточки рядом с диваном, чтобы быть с девочкой на одном уровне. – Первое правило любой операции – разведка и снабжение. У тебя есть краски и бумага. Может, нам удастся добыть ещё кое-какие мелочи?

– Какие? – Варя насторожилась и выразительно прищурилась. Ой, кажется, срыв операции мне не простят.

Улыбнувшись, я сдалась на волю победителя:

– Старые ненужные бумаги, на которых можно рисовать. И волшебную липкую ленту – скотч. У твоего папы, наверняка, всё это есть. А цветную бумагу при необходимости мы и сами сделать сможем.

Варя тут же соскользнула с дивана и уверенно потянула меня за руку к двери.

– Маша знает! Маша всё знает!

Мы вышли в приёмную. Маша, секретарша, смотрела на нас широко раскрытыми глазами. Рядом, прислонившись к стойке, стоял Вячеслав Львович с чашкой кофе в руках. Он удивлённо выгнул бровь, одними глазами спрашивая: «Что происходит?».

– Маша! – Варя, не обращая внимания на то, как вздрогнула девушка в строгом офисном костюме, уже отпустила мою руку и побежала к секретарше. – Нам нужны припасы! Бумага цветная! И старая, чтобы рисовать! И скотч!

Маша перевела взгляд с Вари на меня. А я что? Я беззаботно улыбнулась.

– Мы украшаем кабинет. Чтобы Варюшиному папе было приятно вернуться. Вы не поможете с материалами?

Вячеслав Львович фыркнул в свою чашку. Маша, кажется, на секунду задумалась о последствиях, но взгляд Вари, полный такой чистой, неудержимой надежды, растопил любые сомнения.

– Конечно, помогу, – улыбнулась она. – У меня как раз есть пачка цветной бумаги для принтера. И старые презентации, которые уже можно пустить под резку. И скотч… Сейчас найду.

Через пять минут мы возвращались в кабинет. По какой-то причине в голове у меня не переставая играла песенка из пиратской саги. Чёрт. Мы как будто и правда ограбили Машу. Варька заражала своим детским энтузиазмом, и остановиться вовремя просто не было сил. Как будто нам и правда на пару часов может понадобиться целая пачка блеклой цветной бумаги для принтера. Или целых два широких скотча. Или целый рекламный баннер, который с тихим смехом внёс в кабинет Вячеслав. Варя несла пачку яркой бумаги, прижимая её к груди. Я – стопку испещрённых графиками листов и тот самый скотч. Вячеслав молча придержал для нас дверь, а стоило нам всё загрузить на столе, как он уже растворился за дверью. Бесшумно и незаметно. Да Варе и не было дела до кого бы то ни было. Она с горящими глазами смотрела на меня в ожидании начала творчества.

Ну как можно было не оправдать ожидания ребёнка?

– Замечательно! Ну что, Варюш. Так как времени у нас не так много, предлагаю обойтись необходимым минимумом. Снежинки, самодельная гирлянда и открытки для папы, которые ты ему сможешь или просто подарить, или припрятать по всему кабинету, чтобы он их сам находил и радовался. Что скажешь?

– Да-а-а, – как заворожённая, шёпотом протянула Варя. – Я чур раскрашиваю и клею, – тут же обозначила она свою зону ответственности.

– Отлично, а я тогда рисую и вырезаю. Начнём?

Тишину кабинета нарушало только весёлое шуршание бумаги, поскрипывание ножниц и наши с Варей отрывистые разговоры.

– Вась, – каждый раз, произнося моё имя, эта маленькая проказница задорно хихикала, – а у снежинки точно шесть лучиков?

– Абсолютно точно. Как у самой настоящей звезды, – у меня тоже губы то и дело растягивались в улыбку и категорически не хотели собираться назад.

– А я нарисую папе медведя на открытке. Он как медведь иногда. Представляешь?

– Ого! Правда? А какой он? – на самом деле мне это было неинтересно. Ну какое дело мне до мужчины, который додумался оставить ребёнка на незнакомую тётку? Так бы и настучала по лбу этому деловому медведю. Но кто я такая?