Покровители. Заговор Морока

- А что командование? Майор, безусловно, не обязан перед нами отчитываться, но если в этих происшествиях замешан нам подобный, то руководство не оставит это без внимания.

- Я ничего не слышала. Об этом должны были сообщить, но либо им просто плевать на то, что происходит, либо же тут что-то серьезное.

Ангелина раздраженно выдохнула. Пока что ситуация складывалась не лучшим образом.

Вся проблема Покровителей заключалась в том, что найти и отследить их было крайне тяжело. Внешне они никак не отличались от обычных смертных, что очень затрудняло поиски. Порой даже сами покровители не осознают, что у них есть сверхъестественные способности и обнаруживают их совершенно случайно. Например, как Ангелина с Дашей.

Это произошло около трех лет назад. Девочкам было по четырнадцать, они прогуливались по улицам Златограда и решили зайти на смотровую, виды от которой просто дух захватывали. В тот день Даша споткнулась и ей не повезло упасть с высоты более пятидесяти метров. В тот момент Ангелина жутко перепугалась за свою подругу, но была глубоко поражена, когда Сафонова оказалась совершенно цела и невредима. Сама же Даша тоже была сильно потрясена произошедшим. Это были лишь начальные признаки проявления сверхсил. Спустя неделю вскрылось, что у Сафоновой феноменальные мыслительные способности, а также дар к чтению мыслей, а вскоре способности пробудились и у Ангелины, когда она заморозила всю пиццу, которую девочки заказали себе на ночевку. Сказать, что подруги были в шоке, значит сказать ничего, но их эмоциональный шок увеличился, когда их родители рассказали им всю правду.

Оказывается, что они обе были потомками последних Покровителей, участвовавших в Великой Войне и одержавших в ней победу около двухсот лет назад. Антон Чернов и Владислав Сафонов были одними из самых сильнейших Покровителей той войны. Об этих двоих ходили легенды, которые описывали их так, будто те могли вдвоем останавливать целые армии. Ангелина относилась к этим рассказам весьма скептически, но и не отрицала их. Пусть даже и были документы, свидетельствовавшие об их реальном существовании.

По рассказам родителей, Великая Война, начавшаяся двести лет назад, несла в себе исключительный смысл сохранения рода Покровителей, как защитников от всего зла, что могло навредить обычным людям. Армия иномирцев, вторгшихся на Землю, уничтожали все и всех на своем пути, пока не встретили отпор в лице Покровителей. Предки девочек сражались гордо и отважно, ведя за собой добровольцев из обычных людей, откликнувшихся на их зов защитить Землю. Потери среди людей были колоссальными, но они смогли одержать грандиозную победу и вытеснить врагов. Все дети, кто были рождены в семье Покровителей, знали эту историю и почитали ее героев. Все, кроме Черновой.

Девушка спросила как-то родителей, сколько в среднем может жить Покровитель, если он очень сильно отличается от обычного человека. Когда ей ответили, что если бы не одно трагическое обстоятельство, то ее прапрадед застал бы рождение Ангелины. Антон Чернов умер вскоре после окончания Великой Войны страшной смертью. Страшной настолько, что ее не смогли задокументировать, так сильно его тело нашли изувеченным. Это известие заставило девочку впервые засомневаться в правдивости событий. Когда же она попросила Сафонову взломать архивы, где могли содержаться хоть какие-то документы, связанные с Великой Войной, то Даша не нашла ничего. После этого Чернова окончательно убедилась, что что-то было нечисто во всей этой истории.

- Мне очень, кстати, интересно, - вдруг вновь подала голос Сафонова. - А зачем мы следим за этим задохликом?

- Тебе же уже сказали, что это указание Майора и Барахольщика, - ответила Ангелина. - Большего нам знать и не нужно.

- Тебе самой не противно от своего слепого следования указаниям этих двух страшил? - поинтересовалась Даша. - Я бы поняла, если б Игорек был Покровителем, но я пока что ничего такого не заметила за ним.

- Напомню тебе, что даже сами Покровители могут не замечать своих способностей очень долгое время, не то что сторонние.

Ангелина вновь обернулась на Волкова и на этот раз заметила странность в его поведении. Глаза были расширены и бегали по классу, словно выискивая что-то; сам парень был слегка взволнован и нервно крутил в руках ручку.

- Наш объект от чего-то занервничал, - прошептала Чернова. - Проверь периметр, пожалуйста.

- Геля, - проговорила подруга с набитым ртом. - Я пару минут назад проверяла все камеры в школе и ничего не заметила.

- Он буквально только что смотрел в окно и был спокоен, как море в штиль, а теперь тяжело дышит и глазами рыскает по классу, - продолжила настаивать Ангелина.

Послышался раздраженный вздох девушки и вслед за ним звук пальцев, забегавших по клавиатуре с бешеной скоростью.

- Да нет тут никого! - зло ответила ей Даша.

- Извините, - раздался слабый голос Игоря. - Можно выйти?

Учитель кивнул, не обращая на него внимания и продолжая вести урок, и Волков стремглав вылетел из класса.

- Ну класс... - прошипела Ангелина. - Теперь нужно за ним бегать по школе. Спасибо, блин!

- Не ной, а иди за ним, - произнесла Даша. - Неизвестно, из-за чего он так вдруг занервничал, может что-то серьезное. Если у него начали пробуждаться способности, то тем более надо быть рядом, мало ли что он учудит.

Ангелина понимала, что подруга была права, и с этой мыслью покинула класс вслед за Игорем.

Глава 4

Ему всегда нравилось причинять боль. Это приносило удовольствие. Извращенное, мерзкое, аморальное, но, самое главное, настоящее удовольствие. Ни еда, ни выпивка, ни деньги, ни что-либо еще не приносило ему радости, как страдания других. В этом и заключалась суть его существования. Боль. Сильная, пронизывающая до костей.

Впервые он причинил боль дворовой собаке, что укусила его, когда он катался на велосипеде. Он проезжал мимо переулка, откуда эта несчастная дворняга и выскочила. Бедняжка даже не представляла, что с ней произойдет в тот момент. Он бил ее по глазам и носу, ломал лапы, слушая, как она жалобно скулит, как бы прося его остановиться. Но ему было все равно. Мальчишка продолжал истязаться над бедным животным, превращая в инвалида, пока его не остановила старушка, что проходила мимо. Она сильно накричала на него и отвесила несколько подзатыльников и лишь после этого, мальчик оставил бедное животное, которое еле уползло от него подальше.

В тот момент он взглянул на свои сбитые костяшки и понял, что улыбается, а когда он перевел свой взгляд на старушку, то та схватилась за сердце, крича в сердцах про демона внутри него.

С тех пор он стал причинять боль всем, кто был ему неугоден. Мальчик вырос и превратился из мелкого юнца в статного юношу. Внешний вид был обманчив: своим смазливым лицом он притягивал к себе людей, втирался в их доверие, а затем творил с ними что хотел. Истязал их физически, морально, душевно. Словно хотел стереть их с лица этого мира, чтобы в нем не осталось ни намека на их жалкое существование.

Так продолжалось до тех пор, пока не объявился он. Его господин. Властный, могущественный и не менее, а даже более жестокий, чем он сам. Ему предложили отличную сделку: юноша работает на этого господина, а тот позволяет ему делать все, что только захочет. Забавно было то, что юноша и до этого занимался этим, а потому в первый раз отказался. Тогда господин предупредил, что второго раза не будет и отдал приказ своим людям.

Те не смогли с ним справиться, как бы ни старались. Он уворачивался от всех их ударов, контратакуя и выводя болванов из строя одного за другим. Первого поразил ударом в кадык; второго повалил на пол, проломив им стол и вышибая из его легких весь воздух; третьего швырнул через всю комнату прямо в окно. Остался лишь господин. Думая, что сможет с легкостью его одолеть, юноша ринулся прямо на него, занося кулак для удара. Но удара не последовало.

В следующую секунду, его горло оказалось в стальной хватке, которая усиливалась с каждым мгновением. И вот тогда он почувствовал глубокое удовлетворение. В его жизни появился человек, который оказался сильнее предыдущих людей, пострадавших от его жестокости.

- Я готов служить, - хрипел юноша.

Господин лишь ухмыльнулся.

- Можешь звать меня Морок, Лаврентьев, - ответил тот.

Марк не задумывался тогда, откуда Морок узнал его имя. Ему не нужно было, да и не хотелось. Он просто следовал его указаниям и творил свои бесчинства. И так продолжалось ровно до тех пор, пока господин не надумал напасть на одного человека. Это ознаменовало конец его свободе.

Та ночь была поистине волшебной. Марк в очередной раз наслаждался пытками незадачливого клерка, который мог знать местонахождение старикашки, которого искал Морок. Заплаканное лицо работника компании "Агентство" вызывало улыбку на устах Лаврентьева, которая лишь сильнее вгоняла жертву в ужас.

- Я спрошу еще раз, ты не против? - обратился к бедному парню преступник. - Где сейчас Аристарх Самосский?

- Я рассказал вам все, что знаю! - всхлипывал бедняга, лишившийся нескольких пальцев и ногтей. - Умоляю, отпустите! Я никому о вас не расскажу!

- О, нет, нет, нет, - прошептал Марк, взяв жертву тремя пальцами за подбородок. - Как же я могу отпустить тебя? Я ведь еще не наигрался с тобой...

С этими словами он мило улыбнулся, вгоняя нож жертве в бедро и медленно проворачивая его. Маленький подвал тут же огласил громкий крик сотрудника. Затем Марк вытащил отвертку, вогнутую ранее между ребер, и всадил ее в руку, раздробив кость. Потом он взялся за кувалду и ударил по ноге клерка, ломая коленный сустав. С каждым новым ударом, крик становился тише. Его сознание постепенно уплывало из этого мира, оставляя после себя лишь глубокую тьму, расплывающуюся у него перед глазами. Вскоре пытки перестали приносить бедолаге боль, а сам он затих, еле дыша из последних сил.

- Пока ты окончательно не умер, может скажешь все-таки координаты? - проник в сознание издевательский голос Лаврентьева. - Будет неловко, если ты умрешь, так и не снабдив меня информацией.

На первый взгляд, можно было сказать, что жертва хранила молчание, но до ушей Марка донесся слабый, словно стихающий ветер, голос.

- Загородный дом... недалеко от Тихого Омута... - до ужаса еле слышно прохрипел парень. - К юго-востоку от школы...

Лаврентьев довольно ухмыльнулся, потрепав того по макушке.

- Ну вот видишь. Все до больного просто! А ты молчал, как партизан.

Марк занес над головой кувалду и с силой опустил ее на голову жертве.

- Каждый раз, как первый, - с наслаждением выдохнул Лаврентьев, поворачивая свое окровавленное лицо к Мороку.

Морок мрачно усмехнулся, скрестив руки на груди и прислонившись к стене спиной.

- А я все не могу поверить, как тебя еще не убили, пока я не подобрал. Майор пристально следит за такими, как ты.

- До недавнего времени, он посылал за мной агентов, но возвращались они к нему в пакетах, - пожал Марк плечами, оттирая кровь с кувалды. - Сам он не рисковал никогда.

- Я не удивлен. Майор далеко не глуп чтобы бросаться в первый же переулок, где сидит сверхчеловек. У самого-то способностей нет, вот и шлет менее нужных людей.

- А еще говорят, что я монстр, - весело улыбнулся маньяк.

- Ну, это не я вырезал полгорода чисто из наслаждения, - заметил Морок.

Марк ухмыльнулся и медленно приблизился к нему.

- Да что ты? - ехидно гоготнул он. - Ты ничем от меня не отличаешься. Такой же убийца, если не жестче.

- Я не убиваю каждого встречного, - повторил Морок с предостережением.

Лаврентьев гулко рассмеялся, запрокинув голову.

- Брось! Ты говоришь, что убиваешь, поскольку у тебя есть цель, но ведь все совсем не так. Что ты будешь делать, когда убьешь старикашку? А? Возьмешься за его внука?

Морок заметно напрягся, хоть и под маской этого не было видно.

- О, - расплылся Лаврентьев в довольной улыбке. - Я прав. Ты убьешь старика, а после возьмешься за своего брата. А если быть точнее - за своего клона.

Крепкая рука схватила маньяка за горло и приподняла над землей. Доступ к кислороду резко стал ограничен мощной силой, что сдавливала его горло с неимоверной злостью. Марк захрипел, схватившись за предплечье Морока, но продолжал кровожадно улыбаться.

- Ты не сможешь этого отрицать, - произнес Лаврентьев. - Ты уже вкусил запретного плода. Ощутил свое могущество. Так почему же ты пытаешься убедить себя, что у тебя есть черта, за которую ты не переступишь, если в душе ее и не было в помине?

Морок не ответил. Под маской не было видно, злится он, улыбается, грустит. Однако сейчас Марк был уверен, что его господин в ярости.

- Я убью Самосского, - голос сильно исказился, словно вместо него говорил демон. - Старик поплатится за то, что сотворил со мной. А свою копию...

Боль усилилась до неописуемой. Марк полностью перестал дышать и лишь смотрел на прорехи в маске, из-под которых валил густой черный дым. Через мгновение Морок отпустил Лаврентьева, и тот судорожно стал хватать ртом воздух.

- Собирай людей, пора нанести дедуле визит, - коротко скомандовал Морок и вышел наверх.

Через полчаса Марк уже сидел на заднем ряду автомобиля, забитого до отказа людьми в черной одежде с автоматами на перевес. Рядом с водителем восседал Морок и смотрел на приближающийся особняк, горящий яркими огнями. Всего несколько минут ему осталось мирно возвышаться посреди леса, ведь совсем скоро он вспыхнет.

- Старика оставить мне, все остальное - вам, - тихо, но слышно произнес он.

Наемник рядом с Лаврентьевым мелко вздрогнул. Господин умел вселять страх в подчиненных одним своим присутствием, что уж говорить про слова.

Через пару мгновений, пять фургонов остановились прямиком возле ворот, преграждавших путь. Навстречу к ним вышел тощий охранник и подошел к окну водителя.

- Что вы здесь забыли? - недовольно поинтересовался он, светя фонариком в салон.

Как только луч коснулся маски Морока, его лицо перекосилось от осознания и страха.

- Твою же... - не успел он закончить, как в него влетел сгусток мрака.

Первые секунды ничего не происходило, кроме того, что охранник согнулся пополам, схватившись за голову, но через две секунды раздался его душераздирающий крик. Он начал вырывать волосы, рвать на себе одежду, бить себя по плечам и груди, пытался выцарапать себе глаза, не переставая при этом кричать. Мужчина упал на землю, скорчившись от боли, голос сорвался от продолжительного крика. Побившись в конвульсиях еще несколько мгновений, бедолага замер и больше не шевелился.

Машины пришли в движение и быстро пересекли внутренний двор, останавливаясь перед парадными дверьми. Наемники выскочили из фургонов, закидывая в окна гранаты и зажигательные смеси. Последними вышли Лаврентьев и Морок. Марк остановил своего господина за плечо, когда тот уже собирался зайти в особняк.

- Что ты сделал с тем человеком? - неожиданно серьезно спросил он.

Морок медленно обернулся.

- Наслал кошмары, заставил испытать первобытный ужас, отравил его, - перечислял он. - Просто убил.

- И этим ты отличаешься от меня? - криво ухмыльнулся маньяк. - Сказал же, что убьешь только старика.

- Правда? - деланно удивился его господин.

В доме послышались выстрелы и крики. Наемники нашли жителей дома и делали свое дело. В воздухе витал запах гари, женного дерева и крови. Марк впервые за все свое время работы похолодел.

- Я навожу порядок. Люди не будут жить, пока не узнают, что с ними будет, если ослушаются. Аристарх - живой тому пример. Я покажу, что бывает, когда идут против меня.

С этими словами он вошел в горящий особняк.