Звёздное небо Санкт-Петербурга

Впереди нас ждала новостная журналистика. Скука смертная, а потому я легко уговорила Женьку сбегать в магазин, и ничего, если мы опоздаем…

Конечно, не сказать, что это был прямо магазин, скорее палатка, где было всё для таких бедных студентов как я и большая часть студентов. Но выбор мучных изделий и йогуртов тут был достаточно хорошим.

– Каждый раз одно и то же. – вздохнула Женя.

– Ну а как же! Мне тоже кушать хочется…

Выбрав булку с маком и йогурт с черникой, я чувствовала себя готовой к финальному на сегодня бою. Вернее, это для меня финальный. Четыре пары – верх моего терпения, и оставаться на пятую сочла негуманным для собственной персоны.

Женя без слов понимала, что так всё и будет, что я опять сбегу, а потому просто шумно выдохнула. Моя предыдущая мысль продержаться до конца была слишком зыбкой и слабой. Не знаю, что же так повлияло на артистичность Женькиных жестов сейчас, но эта мимика лица! Как летит ровная бровь, как чуть дёргаются уши, как выказывает недовольство уголок губ… такая живая модель готова служить любому фотографу, получаясь на каждом снимке по-новому и особенно интересно. Думаю, что в этом и кроется её привлекательность как журналиста. Ведь надо не только всё знать и быть в курсе событий, нужно, чтобы камера тебя любила, чтобы с каждой точки съёмки у тебя была рабочая сторона.

Думаю, именно из-за этого я и решила сближаться с ней, вернее с её мимикой. Характер у неё скорее испанский, что часто бывает мне во вред, но внешность…

Я сама глубоко вздохнула, сюда бы камеру, а лучше завалиться в студию и отснять там серию-другую… понимая, что это сейчас невозможно, я вернулась в серую питерскую реальность, к новостной журналистике.

Мы уселись на задние ряды, я достала свои съестные запасы и начала обедать под нудное бурчание Арнольды. Да, мы её так и называли – Арнольда. Без отчеств и фамилий. Она и не обижалась, милая шестидесятилетняя женщина, но вот предмет рассказывает, как сказку перед сном, усыпляюще. Так и сидишь, слушаешь, а потом клюёшь носом и засыпаешь…

Но я от сна нашла хороший способ спастись: записывала. Что именно? Да всё подряд: идеи для серий, конспекты непревзойдённой Елены Надеждовны или другую домашнюю работу… словом, я писала или даже рисовала, заполняя тетради. Выходило, что и время зря не проходило, и потом мучительно отходить ото сна не приходилось.

Женя поступала мудрее. Она слушала какую-нибудь аудиокнигу, ставила диктофон и делала заданную домашку. Сама продуктивность! Образ Лакшим из индийской мифологии. Благополучие, грация, удача и счастье в одном флаконе!

Покончив с обедом, я приступила к своим заметкам. Домашнего было не много, а потому решила придумать, куда пойти и отснять новую серию…

Мне так хотелось открыть настоящий сезон охоты! О, эти люди! Так хотелось найти какого-то необыкновенного, неземного человека! Какую-то изюминку, что-то необыкновенное…

За столько лет хождений по улицам с камерой в руках я насмотрелась и лиц, и образов, стала очень искушённой и теперь просто так не фотографирую любых прохожих. А найти что-то поистине стоящее так сложно…

Я задумалась, ушла в свои мысли, вспоминая другие серии, встречи и истории. Вспомнила и милую даму с собачкой, которая оказалась львом. Она была воплощением живого таланта: типичный лев, гордый и мудрый, со своим Солнцем и брильянтами в ушах. Собачка, пудель, уютно устроилась в корзинке велосипеда и смотрела на мир чёрными глазками-бусинками. Они так сочетались, что пройти мимо и не сделать кадр – грех!

Я замечталась, начала перебирать в голове папки, фотографии, имена. Всё вертелось, я искала в них что-то, чтобы выбрать ориентир для новой охоты, но ничего не было. Ни одной свежей идеи!

– Перезагрузка… – Женя коснулась пальцем моего плеча.

– А?

– Перезагружаю твой мозг. Включай вентиляторы, голова дымит.

– Сделать бы глоток свежего воздуха… – Продолжала я.

– Ну прогуляйся, как ты это обычно любишь.

– Не то это. Понимаешь, я тут каждое лицо уже знаю, каждую улочку… как в клетке…

– Ну не знаю, подруга. Я вот вижу много нового каждый день.

– Завидую…

Прозвенел звонок. Я продолжала сидеть и хмуриться. Понимая, что я могу уже быть свободна, немного взбодрилась.

– Завтра явишься, птичка?

– Прилечу, точно-точно.

– Ловлю на слове.

Женя улыбнулась, я отсалютовала ей и пошла на выход. Надо бы глотнуть воздуха!

До дома добиралась самыми короткими способами, почти бежала. Когда же входная дверь квартиры открылась, я сгрузила вещи, взяла одну только камеру и выскочила обратно на улицу.

Время уже почти шесть вечера, закат через час. Я злилась, мне нужно было больше времени, но его мне никто не даст.

Я слонялась по улицам, искала лицо или вид, который станет тем самым глотком, но всё было уже мною отснято сотню раз… ходила и там, и тут, видела все эти лица. Такие простые обывательские лица…

Руки подмерзали, с Петроградской набережной дул ветер. Солнце обещало вот-вот скрыться за домами и горизонтом. И совсем скоро я останусь с пустыми руками…

Может, получится отснять ночную серию? Забавные будущие люди, нынешние подростки, молодая и свежая кровь! Где такие водятся?

Полчаса ходьбы через Троицкий мост и вот он, Конюшенный переулок. Сначала булочная, а после целых два бара. Тут же посыпались лица. Улыбающиеся, смеющиеся и курящие. Бодрые, выглаженные и сверкающие.

Я бродила вокруг, вливалась внутрь, высматривала жертву для охоты, но всё было зря. Не было никого и ничего, за что я бы зацепилась!

Я шумно ругнулась, громко вздохнула и, поджимая губы, вышла на более тихую улочку. Ладно, говорила я себе, иногда не везёт, иногда такое тоже бывает. Просто я устала, мне нужен отдых и муза придёт, приплывёт и прилетит ко мне, и я отсниму такую серию!

Подняв голову вверх, я уставилась на тёмное небо. До развода моста ещё было время, успею вернуться домой. А небо… далёкие и холодные звёзды. Одинокая толпа, сияющая в небе, такая же, как и здесь, на земле…

Без сил и чувств я ввалилась домой, скинула одежду, отложила камеру и плюхнулась на кровать. Не хотелось абсолютно ничего, просто лежать и молчать.

Отдохнув, решила наконец прибраться. Да, толку в этом деле было не так много, но пусть порядок тут будет хотя бы ночью. На всё про всё ушло пару часов, после которых я плюхнулась и заснула глубоким сном без всяких историй.

Проснулась со вторым будильником, поднялась и всё началось, как день сурка. Ванна, завтрак и гороскопы. Транспорт, метро и автобус, немного пешком. И снова слушать лекции…

Женя сразу увидела, что моя вчерашняя попытка отснять хоть что-то с треском провалилась. Она подмигнула мне, сказав несколько одобрительных слов. Это должно было меня взбодрить, но я не чувствовала даже намёка на эту бодрость.

– Думаю, что на третьей паре ты взбодришься.

– Как же?

– Контрольная, подруга.

– Господи!

Я хотела завыть, закричать, чтобы меня заметили, поняли и помогли… ладно, я вновь успокаивала себя: «Прорвёмся, всё наладится, всё исправится…»

Интернет-журналистика – это не самое страшное, что вообще могло со мной случиться, но всё же лёгкости это не прибавляло. Отключив телефон, чтобы не отвлекал, я стала перечитывать и вспоминать всё, что мы там успели пройти за две недельки. Кто вообще разрешал так скоро проводить контрольную?

Этот стресс всё же привёл меня в какой-то тонус, заставил очнуться и взбодриться, словно холодный душ. Правда вот, теперь нужно было покушать, нормально так перекусить, а может и заскочить в кафе неподалёку…

Я взяла в руки телефон, чтобы посмотреть, через сколько начнётся следующая пара, и ужаснулась. Один пропущенный от Людмилы Львовны заставил меня остолбенеть прямо в проходе. Холодный пот скатился по вискам, а по спине пробежались неприятные мурашки.

Женя, которая всё это время вела со мной диалог и была увлечена рассказом, не сразу заметила, что я впала в полную растерянность. Она оттащила меня с прохода, чтобы другим не мешаться, после чего решила узнать:

– Ты чего?

– Я сегодня доживаю свои последние часы…

– Тебе Львовна писала? – догадалась подруга.

– Звонила. – поправила я, уже представляя, к чему это может привести. – Она меня убьёт.

– Ну приди к ней сегодня, скажи так и так, не могла ответить. Что сложного?

– Ну так это я с ней работаю, а не ты… – ещё раз посмотрела на уведомление о пропущенном вызове. – Я, наверное, прямо сейчас поеду, скажи там, что меня вызвали срочно.

– Ну ладно.

Женя пожала плечами, будто отмахиваясь от моей неминуемой кончины. Я же, словно восставшая из мёртвых, побрела на выход. Казалось, что действительно иду на расстрел…

В метро только и думала, может, стоило перезвонить и уточнить? С другой стороны, я уже потеряла время и на полпути к месту работы, так что выбирать особо не приходится.

Пока шла по улице, старалась дышать глубоко и ровно, успокаиваясь тем, что в действительности никто меня не убьёт. Может отругают, лишат премии, загрузят работой или, в конце концов, уволят. Ну что же, тогда найду новую работу…

Открыв дверь, поднявшись по лестнице, я постаралась собрать в кучу всё, чему меня научил пример Елены Надеждовны. Стойкость и сила, которые есть в её характере, которые я так старалась воспитать в себе, сейчас должны будут пройти проверку.

В кабинет я входила, как на расстрел. Пожелания удачи от коллег спасли меня лишь на миг, причём настолько короткий, что после стука в дверь сердце моё замерло, а после бешено забилось.

Я вошла, закрыла за собой дверь и предстала перед ней – Людмилой Львовной. Её отчество уже о многом говорило мне, как и уверенный размашистый подчерк. Когда же я подсчитала число её судьбы, то вовсе выпала в осадок, хотя, наверное, мне стоило ждать удара по всем фронтам.

Невысокая женщина с серыми глазами и седыми волосами смотрела на меня из-под очков в изящной оправе. Глаза эти что-то от меня явно требовали.

– Когда ты найдёшь подходящий материал для колонки?

– Я работаю над этим… Людмила Львовна, а можно вас попросить…

– Попросить? Не много ли ты хочешь?

– Всего лишь, чтобы вы сделали запрос в мой университет и тогда…

– Чехарда! Лучше ты будешь пропадать на учёбе, нежели не пойми где!

Я замялась. Ну да, не пойми где, прямо как моя мама говорит, только тон грубее. Ну как же никто не понимает этого творческого порыва, который не даёт мне покоя!

Но я покорно молчала и слушала. Сроки подгоняли, колонки надо было писать, а ведь не с первого раза мои заметки пройдут и увидят свет. Ближайшие дни и ночи я буду работать напролёт…

Надо было подготовить семь заметок за две недели. Это работа на износ и в очень сжатые сроки. Снова не спать, опаздывать и пить много кофе.

Отпустив меня, указав рукой на дверь, Людмила Львовна решила напоследок кинуть мне замечание и по поводу телефона. Ещё один такой пропущенный, и я вылечу отсюда так же быстро, как пробка из бутылки шампанского.

Судя по её настроению, провинилась не я одна. Кто-то ещё, кто, как и я, опаздывает со сроками. В редакции таких немного, грешит каждый в своё время, но большинство – взрослые и состоявшиеся люди, которые печатают статьи на разворотах, путешествуют по миру и берут интервью у знаменитостей.

Глава 2

Я ходила из угла в угол по комнате, как неприкаянная. В голову не лезла ни одна идея ни для газеты, ни для фотосессий.

Заварив кофе, я взглянула на время – три часа ночи. Ну да, самое то, чтобы употреблять кофе с тремя ложками сахара, придумывать новые идеи, вместо того, чтобы крепко спать!

На парах я не появлялась уже два дня, сил не было. Жене не отвечала, хотя первые сутки она заваливала меня гневными сообщениями и даже звонила. Мне же нужна тишина и вдохновение.

Стены комнаты давили, мешали новым идеям и, несмотря на холодную погоду, я часто открывала окна. Питерская хандра накатывала с наступлением холодной осени и затмевала весь мой гениальный ум, который отправлялся в спячку на зимний период времени.

Выпив кофе, я снова открыла ноутбук. Прочитала старые работы, порылась в записях и мыслях. Даже посмотрела статьи, на основе которых могла состряпать что-то – но ничего интересного не было. Ладно, будь, что будет. Напишу без души, просто по стандартному плану и на стандартные темы. Такое многие любят, как ни странно, оно потакает их личному мнению, а если не мнению, так эго.

Набросав какие-то записи, я устало взглянула в окно. Завтра нужно выбраться на улицу и отснять хоть что-то, иначе потеряю себя окончательно.

Уснула я прямо так – сидя на полу перед столиком с компьютером. Проснулась ближе к часу дня и чувствовала себя, словно зомби. Не было ни усталости, ни бодрости. Пограничная серость.

Собрав сумку и одевшись теплее, я выбралась с камерой на очередную охоту. Да, мне нужно лицо – новое, свежее, незафиксированное. Такое, какое захочется разглядывать, которое будет завораживать и интриговать. Лицо, за которым будет скрываться целая история.

На пробу я сделала серию снимков одного дедушки. Он ждал автобус на другой стороне улицы и даже не заметил меня. Его длинная седая борода относилась ветром в бок, под объёмным пальто скрывался зелёный свитер с высоким горлом. На лысом лбу поблёскивали очки. Приблизив объектив, я постаралась отснять его лицо и руки. Взгляд был усталым, но счастливым, а морщинистые пальцы сжимали газету. Потом его одинокий силуэт съел подъехавший автобус, но мне было достаточно.

Да, это было только начало. Хорошее начало, но не цель, на которую так охочусь. Я закрыла глаза, сделала глубокий вдох и попыталась почувствовать этот внутренний зов. Я верю себе, своему творческому чутью и сейчас стараюсь понять, куда оно позовёт меня.

Я начала плутать по улочкам, слепо сворачивая, не задумываясь. Иногда сверялась с указателями или знакомыми магазинами, заглядывала в лица прохожих и…

И тут я увидела это лицо! Красивые, чёткие и ровные линии скул и лба. Платиновые, будто крашенные, волосы в стрижке каре и эти невероятные глаза! Я даже сильней вжалась в видоискатель, засматриваясь в эти зелёные луга и переливы изумрудов!

Как сумасшедшая, я фотографировала и фотографировала, запечатлевая каждую секунду, движение его губ, ветры в волосах и эти глаза, смотрящие прямо на меня! Стоп, что?

Я резко оторвалась от фотоаппарата, и на секунду мы встретились с незнакомцем глазами. Он был отстранённо злым, но эта резкость в его взгляде и правда наводила страху.

Я зависла, но вдруг поняла – он убегает! Вернее, просто уходит быстрым шагом, но мне его уже не догнать. Да и нужно ли? Большая серия снимков у меня есть, осталось их перенести на ноутбук и просмотреть.

И всё же меня это зацепило – его глаза, его взгляд. Никогда прежде я не видела такого. Обычно, если меня и замечают, то смотрят удивлённо или смущённо. Девочки вовсе улыбаются и смеются, а после подходят, чтобы обменяться контактами, но никто и никогда не убегал.

Помню, был у меня случай, когда я увидела во встречном взгляде угрозу. Это было поистине страшно, но меня лишь попросили удалить снимки. То была зима, года три назад. Я вся замёрзла, хотя укуталась в три шарфа и столько же свитеров нацепила под куртку. Из-под шапки торчали только мои глаза, а к ресницам прилип снег. Я стояла с камерой и ждала своей плохой участи. Первой, между прочим. До этого угроз в мою сторону не было.

Ко мне сквозь снегопад подходила пара – парень и девушка. Они прекрасно смотрелись вместе, эти два панка с цветными ирокезами и проколами в ушах, носах и губах. Она – девушка в теле, ярким макияжем и таким похабным набором слов. Он – высокий качок с горящим огнём и не менее острым языком, чем спутница. Выглядели они просто неотразимо – два ярких пятна, любящих друг друга, на этом белом снежном полотне. Я и не удержалась, сделала пару кадров, а меня засекли.

Я ждала расправы, мол камеру мою разобьют и меня заодно отметелят, но убегать не собиралась точно, за творчество и искусство я готова стоять до последнего!

Собственно, грубым был лишь набор слов, а голосок у парня не такой уж и страшный. Попросив удалить снимки, он вдруг резко посмотрел на девушку, и та попросила перед тем показать. Ну я показала – терять уже нечего. В итоге удалять пришлось мою снежную серию, но в другой, назначенный парой день, я сделала другую серию снимков, не менее захватывающую.

Но сейчас я вновь столкнулась с чем-то новеньким. Меня не попросили удалить, лишь одарили строгим взглядом. Интересно это!

Я никак не могла выкинуть этого пришельца из головы, пока шла до дома. Его невероятные глаза просто застряли в голове! Такого яркого цвета я ещё не видела ни у кого!

Взбежав по лестнице на третий этаж, я отперла две входных двери и, скинув обувь и пальто, уселась за ноутбук. Достав карту памяти из фотоаппарата, я стала переносить все снимки в новую папку.

Часы мерно тикали на стене, кислородная трубка аквариума привычно булькала. Из-за тонких стен от соседей доносилась телевизионная передача. Словом, всё было привычно и на своих местах.

Я включила радио, чтобы заглушить поток новостей и политического шлака. Я совершенно не разделяю этого увлечения моих соседей, их заинтересованность внешним, таким далёким миром, когда тут, прямо перед их носом, пролетает их собственная жизнь!

Поставив чайник, я вернулась к ноутбуку. Ещё только половина загрузки, успею и чай попить. Заварив свежий чёрный с бергамотом, я села в кресло. Отсюда было удобно наблюдать за всей комнатой. И книжная полка с книгами о нумерологии, астрологии, хиромантии, графологии… мои личные труды, написанные в больших тетрадях от руки, классическая художественная литература самого дешёвого издания. Гирлянда, соединяющая это книжное хранилище с комодом. На нём стояли всякие любимые мною фигурки: деревянный подвижный человек, почти каждый день меняющий позу, маленькие статуэтки и пара безделушек. Над комодом астрологическая карта и Витрувианский человек Леонардо да Винчи.

А левее от шкафа умещался раскладной маленький диванчик, кофейный столик и большой круглый ковёр. На столике как раз и стоял ноутбук, под ним лежала сумка с фотоаппаратом. Я видела, как медленно ползёт линия загрузки, как ей оставалось совсем мало, как она борется на этих дурацких 99%! Наконец я увидела трёхзначное число, а после это окошко закрылось, открывая моему взгляду новую папку со свежими снимками.

Я встала на колени перед столиком, отложила кружку с недопитым чаем и промотала снимки до того момента, как не начался тот таинственный незнакомец с платиновыми волосами и нереальными зелёными глазами!

Он был очень живым даже сейчас, меня пробрало до мурашек. Казалось, в эту секунду он откроет рот и скажет мне что-то. Я услышу голос, слова превратятся в фразу, но смысла не разберу, так буду занята рассматриванием.

Пролистывая снимки вновь и вновь, я боялась открывать их в редакторе. Мне не хотелось ничего делать – они казались идеальными сами по себе. Просто был он и любой фон, вообще всё остальное, что не имело никакого значения.

Ещё долго я откровенно пялилась и изучала каждый пиксель, пока не зазвонил телефон. Снова Женя – устала уже она от моих прогулов.

– Который день игнорируешь!

– Ну прости, прости, – я не отрывалась от глаз парня.

– Когда тебя ждать, птичка?

– На следующей неделе точно. Такой завал на работе, а потом как раз недели две мне дадут продыху.

– Слышу по голосу, ты нашла кого-то… кого-то, кого сфотографировала.

– Да… – я кивнула сама себе, – Это невероятное лицо.

– Надеюсь, что это невероятное лицо вернёт тебя на пары раньше, чем тебя отчислят.

– Не переживай, я в начале года расклад делала, в этом году точно не отчислят.

Женька только цыкнула и сбросила трубку. Моя дурная привычка верить в таро, нумерологию и астрологию раздражает подругу, но по-другому я не могу. Надо же мне иметь страховку по жизни в конце концов!

И всё же оторваться мне пришлось. Надо доделать всё для Людмилы Львовны, сдать и жить себе спокойно. Ещё с долгами по учёбе разбираться…

Но работа теперь шла так легко, что к вечеру я всё закончила и легла спать до часу ночи. На другой день быстренько заехала в редакцию, отдала наработки и, получив пинок под зад, попросила Женю скинуть все конспекты. Теперь любая работа шла так просто и свободно, как никогда раньше. Я даже заглянула в гороскоп. Действительно – настала моя белая полоса и можно легко закрыть все хвосты. Главное не брать новых долгов – тут звёзды остерегали очень сильно.

Как я и обещала, в понедельник сидела на парах. Даже не опоздала. Что уж там, утро было прекрасным с самого начала. Я выспалась, проснулась по первому будильнику и даже сумела позавтракать без спешки. Это заставило меня усомниться в правдивости настоящего, но гороскоп, который я прочитала, уверил меня, что всё так и должно быть. Как пишет астролог, у раков сегодня благополучный и удачный день! Самое время подтянуть все хвосты и задолженности. Помимо удачливости мне светит какое-то интересное событие, которое произойдёт во второй половине дня.

Обрадованная этой новостью, я собралась и поехала на учёбу. Тот факт, что пришла не просто как надо, а за минут двадцать до начала занятий, отметили все. Мне оставалось лишь улыбаться в ответ и радоваться внезапной белой полосе, которая продолжалась.

Гороскоп не соврал, на всех парах я чувствовала себя уверенно и даже успела закрыть несколько долгов по лингвистике. Всё шло просто как по маслу, ждала только одного – прекрасного вечернего события и, наконец, намёк на него появился.

На большой перемене, пока я стояла в очереди за чем-то более калорийным, чем булочка с маком, ко мне подошла Вера. Одногруппница быстро просочилась ко мне сквозь очередь и решила дополнить мою коллекцию позитивных ситуаций за весь день.

Началось всё с простого диалога, а закончилось тем, что она оплатила мою покупку, после чего пригласила к ней домой. С одной стороны, перспектива провести вечер, разгребая материалы по правовым основам – та ещё затея, но были и плюсы. Первый из них, мне не придётся делать это одной, а второй – Вера прекрасно готовит и пообещала угостить пиццей. Это было решающим фактором, а потому я согласилась и уже хотела пойти к Жене и похвастаться, что гороскопы не врут, но потом передумала.

Причиной тому был её гороскоп. Всё же скорпионы сами по себе довольно тяжёлые, но сегодняшний день обещал им доставить много хлопот и проблем, а стать одной из них для подруги я не хотела. Оставшись с Верой, я стояла перед входом, выискивая глазами ещё нескольких одногруппников, чтобы уже большой компанией пойти на пару.

Вместе мы уже поднялись на нужный этаж, прошли по коридору, и я, как любая девушка, была крайне благодарна, когда похвалили мой внешний вид. Казалось, что уже ничего не сможет испортить этот замечательный день, но у судьбы на меня были совершенно другие планы.

Выхожу я, значит, из университета, уже надеюсь на приятный и прекрасный вечер, как вижу эти почти виридоновые турмалины, смотрящие прямо на меня. Понимая, что бежать – не вариант, я решила, что лучше смотреть прямо и всё же узнать, зачем же он меня нашёл?

Парень спокойным и ровным шагом направился в мою сторону, отчего моя заинтересованность возрастала. В его волосах продолжал гулять ветер, чувствуя себя там более чем комфортно. Свежесть и лёгкость его внешнего вида компенсировалась тяжестью взгляда. Я не находила в нём недовольства или, напротив, одобрения. Он словно был эмоционально ограждён от всего на свете.

Вера увидела мою внутреннюю тревогу и заинтересованность, после увидела объект, который вызвал у меня эту смесь чувств и кинула:

– Красавчик. – хмыкнула девушка, – Я бы не тянула, а то заберут.

– Да я с ним… – замялась, чтобы не сказать ничего лишнего, – Ну я не…

– Да что ты ломаешься, дурочка? – она чуть толкнула меня плечом, – Такую, как ты, не один адекватный не потерпит, пользуйся моментом!

После она кивнула мне и оставила на растерзание, смешиваясь со студентами. Не видать мне сегодня пиццы, чая и правовых основ журналистики… парень же подходил всё ближе, и, когда настиг меня, я почувствовала, насколько он высокий. Метр восемьдесят, не меньше, и я рядом, чуть выше ста шестидесяти сантиметров…

Парень взял меня за запястье, крепко его сжимая. Что делать? Как реагировать? Может на помощь позвать? Хотя, мы же в людном месте, ну что он мне сделает?

– Давай пройдёмся.

– Ну давай.

Он отпустил мою руку, после чего направился вдоль улицы. Я же шла рядом, переставляя ноги быстрее обычного. Неудобно это – бегать за высокими шпалами!

А вообще стоит отметить необыкновенность его голоса. Ломка уже прошла, но какая-то хрипотца осталась, и это звучало невероятно красиво. Вообще разглядывать его вживую мне очень понравилось. Те же строгие черты лица, но теперь он был близко, а не через объектив камеры.