Душа обнажённая

Душа обнажённая

Лирика

Любовь спускается с небес дождём весенних листьев…

Сергей Федоров

Обращение к памяти.

Услышу ли, друзей далёких голоса?..

Увижу ли, знакомые мне лица?..

Всë выше лет отмеренных стена,

С которой нам не суждено спуститься…

Я пил вино из красно-жёлтых слёз.

Я пил вино из красно-жёлтых слёз,

И вдаль вела меня осенняя дорога,

В тот дивный край где я когда-то рос,

И старики встречали у порога.

То был не сон, не полуявь, а миг -

Короткий миг с щемящим в груди сердцем.

Лишь, по ночам, мой приглушённый крик,

Как птица, возносился в поднебесье…

Дожди.

Эх, дожди, вы дожди,

Как слёзы – поминальные, за упокой;

Той любви необъятной и долгой,

С её болью, и красотой…

Утро.

Забрезжил свет. И луч рассветный

Пустился в пляс на зеркалах,

Той глади водной с редкой тиной

На дальних плёсах и прудах.

Ещë не день. Но в хвойных гривах

Уже звенели голоса,

И растворялась в дымке зыбкой

Печали утренней роса.

Трясётся лист. В ветвях осины

Среди радужных паутин,

Мерцают в россыпи жемчужной

Два ока внеземных светил.

От земли до неба шаг.

От земли до неба… шаг.

От корней к вершинам сосен,

Сквозь чернеющую осень

В ртутной пелене дождей.

Многоцветностью огней -

Всполох молодой зарницы.

Голос тихий вещей птицы.

Приглушённый полумрак…

От земли до неба…

В шаг.

Голос моей души.

Белокаменные. Нет. Посеревшие.

Все обшарпанные. "Без лица".

Одинокие. Опустевшие.

Со ступеньками от крыльца -

Полусгнившими и скрипучими -

Не от времени, а с тоски.

Проливаются слёзы жгучие

На просоленные пески…

Куполов грязно-ржавая кожа.

Стал обычен их будничный вид.

Только, там, в глубине под сердцем

Непривычно и гулко звенит.

Вознесён колокольным звоном

Плач церквей позабытых в глуши,

Откликается им, со стоном,

Русский голос моей души…

В том круге тёмном.

…В том круге тёмном плакали деревья,

Слезой прозрачной синевы небес;

А ночь любя ласкала, утешая,

Свой древний, хмурый и косматый лес…

Туман осядет лёгким покрывалом,

От глаз сокрыта тайны глубина;

Когда рассвет венчается с закатом,

Иных миров достигнет тишина…

Ночь накрыла чёрным пледом.

Ночь накрыла чёрным пледом

Золотые купола.

Задремали до рассвета

Колоколен голоса.

Звёздный дождь стал крайне редок,

Над лесами – тишина.

А душа, всё так же смело,

Просит зрелищ и вина.

И в мольбе проникновенной,

Плачет, стонет не стыдясь.

Изливая в небо нежность

И губительную страсть.

А в лесу тишина.

А в лесу тишина…

Только хмурые ели,

Под свинцовым навесом

Усталых небес,

Видят нежные сны

Вечно юного лета,

В кружевном одеянии

Небывалых чудес…

С ними мысли мои…

В постоянстве покоя,

Витиеватой строкой

На полотна страниц,

Неизменно ложатся

Безупречностью линий,

Сохраняя свою

Неприступность границ.

Г уляя по вершинам сосен.

Гуляя по вершинам сосен

Речную гладь целует солнце.

И сквозь небесные оконца,

Ласкает предосенний вечер

Берёз желтеющие плечи.

Взметнётся в синь душа нагая

Оставив жемчуговый след.

Над чередой нетленных лет

Прозрачен тюль из нитей паутинных,

Для чувств бессмертных, но ранимых.

В сердечном ритме стук железный.

В сердечном ритме стук железный,

Колёс отмеривающих даль.

В путях ночных, как в кинолентах,