Любовный треугольник

Ольга Руиз

Любовный треугольник

ГЛАВА ПЕРВАЯ

Ну вот, снова Максим не купил кофе. Вечером нагоняй получит. Ну так как кофе нет, обратно придётся на улице завтракать. Ах, уже восемь часов, обратно опаздываю. Я работаю, ну если это можно назвать работой, писательницей, и сейчас я бегу в издательство, потому что вчера позвонила Ксюша, мой редактор, и попросила приехать. Когда я приехала, Ксюши ещё не было. Её секретарша Леночка сказала, что Ксюша ещё не приехала, и предложила кофе. Примерно через двадцать минут приехала Ксюша, и я пошла к ней.

– Что Леночка тебя не утомила?

– Да, как всегда! Я привыкла.

– Что она тебе там напела?

– Да рассказывала про своего бойфренда. Удивляюсь, как она ещё замуж не вышла, или мужики ей непутёвые попадаются, или с ней что-то не так.

– Много болтает, она же никогда рот не закрывает, даже когда ест, и то разговаривает. А мужикам же это не нравится.

– Да уж, что есть то есть. Ну да ладно, бог с ней, зачем ты меня с постели в такую рань подняла?

– Да увидеть тебя хотела, увижу тебя, и настроение поднимается.

– Я что, на клоуна похожа?

– Да ладно, не обижайся, просто хотела спросить когда новую книгу принесёшь?

Хорошо, что я не бледная, а то бы Ксюша заметила, как я покраснела. Я вспомнила про чистые листы со словами: «Жил-был Иван Царевич». Дело в том, что я ещё даже не начинала. Никак не могу сосредоточиться, ничего в голову не идёт, – ну не говорить же этого Ксюше.

– Через неделю!

– Через неделю?! Ты должна была две недели назад сдать книгу. Что-то не так?

– Да всё нормально, концовку никак не могу дописать.

– Значит через неделю?

– Да.

– Ну ладно, а как там Максим?

– Да как всегда, работает. Даже кофе не может купить, уже третий день говорю.

– Ну ты даешь! Твой и деньги приносит и по магазинам ходит! Вот мой Денис хоть бы пальцем пошевелил, работает еле-еле, а чтобы в магазин сходить – это вообще никогда.

– Слушай, поговори с Максимом, пусть он его в свою фирму возьмет.

– Знаешь, лучше было бы, если бы ты сама с ним поговорила.

– Так давай в субботу к нам приходите, я ужин приготовлю, и заодно поговорим.

– Ну я ему предложу, и тебе потом перезвоню.

– Ну ладно.

Надо кофе купить. Дело в том, что я кофеманка, если с утра не выпью свою чашку кофе, я целый день плаваю в тумане, как ёжик из мультфильма. Да и не только кофе, продуктов надо прикупить, холодильник пустой. Да хозяйка из меня никудышная, как меня муж столько лет терпит. Готовить не умею, гладить вообще ненавижу, целыми днями бегаю где-то в погоне за новыми сюжетами для своих книг. Ненавижу ходить по магазинам, потому что я денег истрачу больше, чем надо, а продуктов куплю большую часть, не имеющую отношения к кулинарии. Я решила сделать оливье. Купив всё, что надо, я еле дотащила всё до подъезда. Теперь всё это тащить на четвёртый этаж. И тут на плечо мне легла чья-то рука, и так как Максим обучил меня нескольким приёмам, я развернулась и чуть не съездила по физиономии своему мужу.

– Фу! Ты блин! Что ты здесь делаешь? У меня сердце от страха улетело на луну. Ну-ка быстро извиняйся.

– Ну прости, прости, – говорит он, продолжая смеяться и целует меня в ушко. Когда он так целует меня, я прощаю всё.

Дома я стала просить.

– Максим, лапочка, давай ты что-нибудь приготовишь?

– Эх ты моя Василиса, и зачем я тебя из сказки вытащил, надо было тебя там оставить, там готовить не надо, за мужем рубашки стирать не надо.

Ну что тут сказать, гнев его был обоснован, поэтому я молчала как труп, как будто есть трупы, которые разговаривают.

Он сделал отбивные с картошкой, и мы сели ужинать.

– М-м-м! Вкусно-то как!

– Вина налить?

– Немножко. Я хотела сказать, что Ксюша пригласила нас к себе в субботу, что скажешь?

– Ну, в субботу вроде бы ничего не намечается, можно.

– Ксюша попросила меня, чтобы я поговорила с тобой насчёт Дениса.

– А что с ним?

– Да работа у него – мало платят, вот она меня и попросила, может ты ему что-нибудь найдёшь в своей фирме.

У Максима своя фирма, которая занимается дизайнерским ремонтом. У него были простые заказы и креативные. Например, для одиннадцатилетней девочки сделать комнату как из сказки про Алладина или для другой – комнату-корабль с водорослями и штурвалом.

– Ну ты же знаешь, что мне никто не нужен, у меня полный штат.

– Ну пожалуйста, может быть ты что-нибудь придумаешь.

– Ну ладно, когда пойдем к ним в субботу, я поговорю с Денисом может что-нибудь придумаю.

– Ой, спасибо, любимый! Я пошла спать, спокойной ночи! Кстати, я кофе купила, могу завтра принести кофе в постель.

– Вот видишь, можешь быть хорошей, когда захочешь.

– Ты не забыл, вечером мы ужинаем у Ксюши? Купи бутылку красного вина и шоколад по дороге, а я там буду, может, помочь надо будет.

Ну и что мне делать до вечера, пойду ванную приму. Так что это у нас тут за ароматические соли? Так, сосна, лаванда! А это что? М-м-м… Вкусно пахнет, вот этим и засолимся. Вот приму ванну и буду как новая. Маленький рай. Что за чертовщина? Оказывается, я уснула в ванной и приснился мне сон про маленький рай. Ой, ничего себе, соня, уже полвосьмого, а я ещё не готова. Я набрала номер Ксюши и сказала, что скоро буду.

– Тань, а Максим когда приедет?

– Да вообще-то должен быть здесь, он, наверное, в пробке застрял.

– Ну что ты говорила с ним насчёт моего Дениса?

– Говорила. Он сказал, что поговорит с Денисом, спросит что он умеет делать, а потом посмотрит.

– Ой, спасибо, дорогая.

А вот и мой благоверный пришёл.

– Привет, Ксюша, Денис.

– Здравствуйте, Максим.

– Вино мужчинам, шоколад женщинам.

– Ой, спасибо! Не надо было, Денис уже купил вино.

– Ну значит пируем, завтра ведь воскресенье.

– Ну давайте сразу за стол, а то уже всё остывает.

– Ксюш, ты бы несколько уроков по кулинарии моей Тане дала, объясни ей, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок.

– Готовить любить надо, а в пище переборщил муки или чего-то другого и блюдо испортил. А у Тани талант совсем к другому делу, пишет хорошо только с опозданием.

– Ты закончила последнюю главу?

Я поперхнулась кусочком рыбы, потому что вопрос был неожиданным.

– Но у меня же ещё два дня.

– Таня, меня главный редактор терроризирует, ты не могла бы побыстрее?

– Хорошо, я постараюсь.

После ужина я позвала Ксюшу на кухню, якобы помогать мыть посуду.

– Ксюша, я хотела бы поговорить с тобой. Понимаешь, книгу я ведь ещё даже и не начинала писать.

– Да ты что! А что же ты мне тогда мозги пудрила, если ничего не написала?

– Да не нервничай ты так. Просто не знаю, что со мной происходит, – никакого вдохновения, никакого эпизода. Не знаю, что делать, у меня, по-моему, писательская хандра началась.

– И что делают другие писатели, когда у них это начинается?

– Ну не знаю, кто в кино ходит, кто путешествует.

– Вот, хорошая идея, съезди куда-нибудь, отвлечёшься, глядишь, всё пройдет.

– Ой, даже не знаю. Максим работает, не знаю, сможет ли он со мной поехать, а одна я ехать не хочу.

– Ну хочешь, я с ним поговорю? Скажу, что ты книгу не можешь написать, что тебя нужно куда-нибудь свозить. В общем, ты дома с ним поговори, почву подготовь, а завтра я ему позвоню.

– Ой, Ксюша, ангел ты мой! Что бы я без тебя делала?

– Ну вот и договорились. Пойдём посмотрим, до чего там наши мужчины договорились.

– Не ну ты посмотри на моего, наелся, напился, расслабился, глядишь, скоро уснёт. А, Максим?

– Да уж, развезло меня немного, виноват мадам.

– Ну началось! Ты знаешь, Ксюш, я, наверное, с ним сегодня поговорить не смогу, попробую завтра утром.

– Ну и о чём ты сегодня со мной поговорить не сможешь?

– Ах ты хитрец! Значит ты всё подслушивал.

– Ну ты же моя любимая жена, всё, что касается тебя, касается и меня! Что случилось? На работе что-то?

– Ну почему сразу на работе, что у меня других дел быть не может? Ну вообще-то ты прав, это имеет отношение к работе. Последнее время я не могу сосредоточиться, не могу писать, не могу найти сюжет. Поэтому Ксюша волнуется и посоветовала мне путешествие, поменять обстановку. Может съездим куда-нибудь?

– Ну ты же знаешь, я сейчас не могу, работы много.

– Слушай, тебя волнует хоть немножко то, что со мной происходит?

– Ну не заводись. Я поговорю с Юрой и спрошу, сможет ли он взять двойную работу. Он-то согласится, а вот жена его, не знаю. Лучше, если ты позвонишь его жене и объяснишь ситуацию. А то она у него ревнивая. Он же будет допоздна на работе задерживаться.

На следующий день я позвонила жене Юры и объяснила ситуацию. Она оказалась моей поклонницей, и я пообещала ей за помощь новую книгу с автографом. Потом позвонила Ксюше и сказала, что мы через несколько дней уедем. Она пожелала мне приятного отдыха и отключилась.

ГЛАВА ВТОРАЯ

– Что случилось?

– Не знаю, сиди в машине, а я пойду посмотрю.

Прошло двадцать минут.

– Ну и что там, что-нибудь серьёзное?

– Думаю, что да. Не знаю, что именно, но думаю, что карбюратор.

– Починить сможешь?

– С ума сошла, я же не механик.

– И что будем делать? Вечер скоро и есть охота.

– Слушай, чем скрипеть как дверь, которую не смазывали маслом, лучше посмотри на карте ближайший населённый пункт. Может там механика найдём.

– Сейчас-сейчас. Вот! Ближе всех к нам находится деревня Грязи. Хи-хи. Ну и название.

– Какая разница какое название, лишь бы помогли нам. Далеко она эта Грязи?

– Не знаю, вот карта – смотри сам.

– Ну я так думаю километров семь. Со мной пойдёшь или в машине меня ждать будешь?

– Конечно с тобой пойду. Ты что подумал, что я здесь одна останусь?

– Просто я подумал о твоих бедных ножках! Выразительно посмотрев на мои изящные туфельки тридцать восьмого размера. Идти-то далеко, – закончил он и хотел добавить ещё что-то, но посмотрев на меня, а вид у меня, наверное, был несчастный-разнесчастный, передумал.

– Ой, больше не могу идти, у меня мозоли вздулись.

– Ну вот я же говорил, это не для слабонервных. Надо было в машине оставаться.

– Хватит меня попрекать, – огрызнулась я. – Скажи лучше, далеко ещё?

– Да что-то видно в темноте. Поди, разбери, что это.

Максим остановился и попросил показать мои злосчастные мозоли.

– Да, хорошего здесь немного, придётся тебя на своём горбу тащить. Горе ты моё, не жена, а мешок с неприятностями. Давай залазь, – сказал он, нагнувшись, чтобы я могла вскарабкаться на него.

Через пятнадцать минут мы увидели белую стену, которой, казалось бы, не будет конца.

– Слушай, это что, тюрьма? Всё огорожено.

– Тюрьма, не тюрьма, мне всё равно, лишь бы там механик был. Тебя со спины сбросить, отдохнуть, выпить и поесть, если повезёт.

Возмущаться я не имела права, потому что по моей вине мы оказались в этой ситуации.

– Ой, смотри. Дверь.

– Сам вижу.

– Давай я сама пойду? Спусти меня на землю.

Мы подковыляли к дверям. Двери были высокие, с проволокой наверху. И что меня удивило больше всего, – то, что там было написано: «Маленький рай». Невероятно. Ведь во сне перед отъездом я видела именно это название. Мы позвонили, послышался шорох, и из домофона мы услышали голос, который спросил:

– Да? Что вам надо?

Мы с Максимом, перебивая друг друга, стали рассказывать, что с нами произошло.

Голос сказал:

– Подождите секунду, я свяжусь кое с кем, а вы пока заходите.

Дверь открылась и прямо перед собой мы увидели четыре собачьи морды. Мы застыли на месте.

– Плас, плас, – выкрикивая собакам команды, спешил к нам парень.

– Извините, собаки делают свою работу. – Сюр, плас, – скомандовал он, и собаки, а это были четыре огромных добермана, пошли на своё место.

Конура? Да у меня язык не поворачивается назвать это конурой. Красивый домик метров десять на десять, так я поняла, утеплённый внутри. Да уж это точно не маленькие будки, которые делают в деревнях.

– Извините, на каком языке вы с ними разговариваете?

– На французском. Кстати, меня Сергей зовут.

– А меня Таня, а моего мужа Максим.

– Если я правильно понял, у вас сломалась машина?

– Да, мы оставили её отсюда примерно в восьми километрах.

– И что же вы всё это расстояние преодолели пешком? – спросил он, смотря на мои туфли на каблуках.

– Я пешком, а она, – показывая на меня, – верхом на мне, – ответил Максим.

Сергей не смог скрыть улыбки. Ну ладно, пойдёмте погреетесь у меня в будке, пока начальство решит, что с вами делать.

Он привел нас в маленькое, аккуратное здание, где нам его напарник Саша заварил чай. Я принялась разглядывать комнату. Как в кино: множество мониторов, кажется, здесь камеры повсюду. С холода в тепло, и после горячего чая меня развезло. Через десять минут пришёл Серёжа и сказал, чтобы мы шли за ним. Максим вышел первый, и я за ним. Через некоторое время я уткнулась в спину Максима, потому что он остановился, и я не поняла, почему. Когда я захотела посмотреть, почему он остановился, я увидела, что из темноты к нам приближается ангел в белом. Над головой ангела как будто было сияние. Ангел был в белом одеянии и с белыми волосами. Я посмотрела на Максима, и реакция у него была идентична моей: он стоял, разинув рот и смотрел на ангела. Не знаю, сколько времени это продолжалось, из состояния транса нас вывел голос, который выговаривал Серёже:

– Господи, ну сколько можно вас просить? Есть же люди со слабым сердцем. Вот когда что-нибудь серьёзное случится, тогда, может быть, поймёте. Вы уж извините их, не со зла они, молодые, – уже обращаясь к нам, приблизилась молодая, красивая женщина.

– Сергей сказал, что у вас сломалась машина и она находится недалеко. Давайте сделаем так: Сережа возьмёт кого-нибудь из наших и привезут машину сюда, а мы пока отдохнем. И если я правильно поняла, обработаем раны, которые вы получили, пока добирались до нас, – сказала она, посмотрев на мои ноги. – А вам нужно подкрепиться и принять ванную, – улыбнулась она, посмотрев на Максима.

– А вы действительно ангел, именно об этом я думал, – сказал Максим. – Вы уж извините, не знаю, как вас по имени отчеству.

– Ольга Викторовна, можно Ольга. Ну давай, Серёжа, бери Иванова из восемнадцатого и привезите машину сюда, только быстро. – Затем повернувшись к нам, сказала: – Ну, милости просим. – И попросила нас следовать за ней.

Через пять минут мы подошли к дому в два этажа. Первым делом она дала Максиму белоснежное полотенце и повела его в душ. Через некоторое время позвали и меня. Обалдеть можно. Ванная была 40 кв. м. Пол и стены из чёрного мрамора, огромное зеркало два метра в ширину и до самого потолка. Джакузи, душ и огромный аппарат в форме раковины. Я, наверное, выглядела ошарашенно, потому что, когда я посмотрела на Максима, я увидела, что он отвернулся к стене и отвратительно хихикает. Я быстро напустила на себя маску равнодушия и сделала вид, что к таким вещам мне не привыкать.

– И зачем вы меня позвали? – Обратилась я к Максиму. – Спинку тебе потереть?

– Это я вас позвала, я хотела объяснить, как работает душ.

– А то я не знаю.

Она с упрёком посмотрела на меня. Я никогда не краснею, но тут я залилась краской, как девушка, которой в первый раз объяснились в любви.

– Извините, я не то хотела сказать.

– Да ладно, бывает. Эти кнопки предназначены для включения горячей и холодной воды – эти для регулирования температуры воды, эти – для загара.

– Для чего? – перебила я.

– Для загара. Эти кнопки предназначены для повышения и понижения интенсивности загара, можно принимать душ и загорать одновременно, только нужно надеть специальные очки, и температуру максимально советую двадцать восемь градусов. – И показала, где лежат очки. – Теперь вы понимаете, почему я хотела вам показать, как работает душ? Просто одна моя подруга решила понажимать на кнопочки и в результате получила сильный ожог. Если захотите джакузи или вот этот аппарат для обёртываний, – показывая на аппарат, который был похож на большую раковину, – я отдельно расскажу, как он работает. Так мы вас оставим, всё, что нужно, вы найдёте в шкафу.

– В каком? – воскликнули мы в один голос.

Без лишних слов она отодвинула одну из стен. Оказалось, что это стеклянные двери, покрашенные под мрамор, закрывающие внутренний шкаф.

– Ну, теперь мы вас оставим, а мы пойдём на кухню.

Кухней оказалась комната примерно 25 кв. м, с красивой мебелью светло-бирюзового цвета. Машинально я подумала: я ведь тоже хотела покрасить кухню в такой же цвет. Посередине стоял круглый стол из дерева, железа и стекла. Интересно, где холодильник, плита и прочее оборудование? Наверное, тоже где-то в стенах спрятано. С лица хозяйки не сходила улыбка, делающая её такой божественно красивой, я невольно позавидовала ей. При свете я увидела, что она не так молода, как мне показалось вначале: лёгкие морщинки вокруг глаз, которые не смогут скрыть даже самые лучшие кремы в мире, не портили её, а придавали ей таинственный и загадочный вид. И словно прочитав мои мысли, она спросила:

– Вы, наверное, гадаете, сколько мне лет? Да, я уже не молода, мне пятьдесят девять лет, – с тоской в голосе произнесла она.

– Ну я бы в жизни вам столько не дала.

– Спасибо за комплимент, Таня.

– Откуда вы знаете, как меня зовут? А вам, наверное, Серёжа сказал? – догадалась я.

– Нет, Сергей не называл мне ваших имён. Я узнала вас по фотографии, вы ведь Татьяна Вербина?

– Да, – немного удивившись, ответила я.

– Хотите посмотреть мою библиотеку? – спросила она.

– С огромным удовольствием.

– Ну тогда прошу.

– Вот это мой рабочий кабинет, – сказала она, пропуская меня в просторную комнату.

В комнате был компьютер, бесчисленное количество книг и камин. Как бы я хотела иметь такой кабинет с камином, невольно позавидовала я. Я стала осматривать библиотеку и увидела свои книги, естественно, там были книги и других писателей, но писателю всегда приятно, когда видишь именно свои произведения. Да, теперь я понимаю, откуда Ольга знает меня в лицо. На некоторых экземплярах была моя фотография. Обернувшись, я увидела, что она стоит возле камина и ласково смотрит на меня. Да, есть в этой женщине что-то, что нельзя высказать словами. Божественная.

– Как у вас здесь хорошо, спокойно, даже посетила мысль остаться здесь навсегда, – невольно призналась я.

– Ну об этом у нас ещё будет время поговорить, а пока пойдемте обработаем ваши раны и пойдем пить чай.

Мы вернулись на кухню. Ольга дала мне всё необходимое, чтобы обработать мои мозоли.

Ольга подошла к мебели и нажала на что-то, и из стены вылезла плита.

– Таня, возьмите в холодильнике пирожные, пока я буду заваривать чай, – сказала она.

Я попала в тупик. Как можно взять что-то в холодильнике, если его нет?

Ольга прочитала немой вопрос в моих глазах.

– Ой, извините, давайте я вам всё покажу. Вот на этой панели всё видно. Видите, написано «холодильник»? Нажимаете на кнопку, и выдвигается холодильник. Ну, нажмите.

Я нажала на кнопку, и из стены стал выдвигаться холодильник. Там ещё были кнопки, на которых было написано: «микроволновка», «духовка», «посудомоечная машина», «шкаф для вина». Всё тактильное, и всё в стенах.

Да! Такого, по-моему, даже Максим не видел у своих клиентов. Такое в квартире точно сделать нельзя.

Тут закипел чайник, и Оля пригласила меня за стол. Когда я увидела чайник, я не смогла удержаться от смеха. Оля сначала не поняла, а потом стала смеяться вместе со мной. В таком состоянии нашёл нас Максим, который вернулся из ванной. Он смотрел на нас, думая, что мы, наверное, уже наклюкались. Но когда понял причину, то присоединился к нам. Дело в том, что чайник был в форме дамской сумочки.

– Это мне сын подарил. Красивый, не правда ли?

– Да, очень оригинальный.

– Ну вот, чай готов, – и протянула нам высокие стаканчики с чаем, пахнущим мятой и кедровыми орешками. Вам сейчас нужно что-нибудь бодрящее, а это чёрный чай с мятой. Я научилась его делать, когда жила в Тунисе. А вот пирожные, которые я научилась готовить там же. Их делают из сухого, молотого гороха. Вот попейте чай и в ванную.

– Да, давай, а то несёт от тебя будто бы ты у индейцев в плену была.

Когда я вернулась из ванны, Оля с Максимом что-то готовили.

– Поди сюда помогать будешь. Вот картошка, ты из неё корзиночку сделай, чтобы в неё можно было бы что-то положить, потом скажу что.

– А мы что ужинать здесь будем?

– Серёжа приходил, сказал, что карбюратор прохудился, а деталей необходимых таких у нас нет, придётся в город завтра ехать. Вот я и предложила остаться у нас. Ну если не хотите я могу Серёже сказать, чтобы он отвёз вас в город, а завтра вернётесь.

– Я никуда не поеду, – сказал Максим.

– Я тоже никуда не хочу уезжать, – сказала я.

– Выпьете что-нибудь до ужина? Вам, Максим, могу предложить джин-тоник, а вам, Таня, карамельный ликёр или белое вино с черничным ликёром. – Она нажала на кнопку, и из стены начал выдвигаться винный шкаф.

Я-то это уже видела, и теперь исподтишка смеялась, наблюдая за удивлённой физиономией Максима. Но он, даже если и удивился, то ничего не сказал.

– Таня, там в холодильнике оливки, колбаса и сыр. Вытащите, пожалуйста.

Я вытащила всё, нарезала колбасу, сыр. Максим стал за обе щёки уплетать что было.

– Максим, вы не налегайте, а то потом ужинать не будете.

Мы стали накрывать на стол. Оля сказала, что поможет мне, и стала объяснять. Нужно поставить две тарелки: одну большую и на неё маленькую. Маленькая – для закусок, а большая – для горячего блюда.

Да как-то эти люди живут странно, думала я. У нас чем меньше тарелок, тем меньше мыть. А здесь большой фужер для вина, маленький – для воды, ножички, вилочки. Как у аристократов. Честно не ожидала, что в деревне под смешным названием Грязи увижу такое.

– Вау! «Кот-дю-Рон» шестьдесят второго года, – раздался возглас Максима, который вывел меня из раздумий.

– Где вы купили это вино? Мне один раз друг привозил из Франции, оно ужасно дорогое.

– Это тоже из Франции. Мне сын привозит, когда приезжает.

– Ваш сын живёт во Франции?

– Нет, но когда он приезжает навестить, несколько бутылочек мне привозит.

– Бордо. Вкус этого вина я помню до сих пор, с тех пор, как я попробовала это вино первый раз во Франции.

– Да уж, как не запомнить, не каждый день такое вино пьёшь.

На первое мы ели авокадо с креветками и сметаной. Потом Оля поставила на середину стола странный прямоугольный аппарат с торчащими изнутри ручками.

Я вытащила одну, оказалось, это вроде лопаточки, как из песочницы, где играют дети. Спрашивать, что с этим делать не стала, побоялась показаться полной идиоткой. Стала смотреть, что другие делать будут.

– Танюх, ты что не ешь? – ткнул меня в бок Максим. – Смотри, делай вот так. – Он взял кусочек сыра и засунул его в аппарат. – Берёшь, что хочешь: вот сосиски, бекон копчёный, варёный, грудинка, картошка. Берёшь, что больше нравится, поливаешь расплавленным сыром и вуаля. Интересное блюдо. Пока ждёшь, пока твой кусочек сыра расплавится, и вино выпьешь и поговорить можно.

От хорошей еды и вина и от обстановки, в которую мы попали, я захмелела. Максим по ходу тоже. Максим рассказал Оле, что это была моя идея поехать куда-нибудь. И как он тащил меня на себе. Оля слушала и ничего не говорила.

– Хорошо, что это я тебя уговорила со мной ехать – это моя вина, а что машина сломалась – это твоя вина.

Не люблю при чужих ссориться, но здесь не удержалась.

– Милые бранятся – только тешатся, – сказала Оля, видя, что назревает скандал. – Давайте есть десерт.

На десерт были шарики из теста, внутри которых было мороженое и сверху покрытые горячим шоколадом.

– Вы знаете, перед тем как мы к вам сюда забрели, я увидела сон, в котором я видела маленький рай.

– Вы знаете, вы не первая, кто говорит это. Всякий раз, когда людям нужна помощь, Всевышний направляет их к нам. Надеюсь, ваши проблемы тоже разрешатся. Вы можете оставаться здесь сколько пожелаете, – закончила Оля. – А сейчас давайте пройдём в зал.

– Может, вам помочь посуду помыть, со стола убрать?

– Не надо, посуда в посудомойке мыться будет, а со стола Инес уберёт.

Мы протопали за Ольгой в зал. Я шла сзади Максима, и когда я услышала его удивлённый возглас: «Ничего себе». В первую минуту я ничего не поняла, потому что я врезалась в Макса, который остановился в дверях. Я обошла Макса, чтобы посмотреть, что же его так удивило. Я уже начала понимать, что в этом доме не всё как у других. Зал был в красно-бело-чёрных тонах. Стены были белые, в них были углубления, в которых стояли красные круглые вазы со свечами. Оля нажала куда-то, и из пола стали подниматься диван, телевизор и два кресла из чёрной кожи, журнальный столик, подставки для свечей в виде красных раскрытых роз на длинных чёрных стеблях. У нас отвисла челюсть. Да, попробовала бы я пробить потолок у соседей, чтобы сделать такой механизм. Всё-таки хорошо жить в своём доме, делай что хочешь.