Настоящая семья для бывшего

Я же не знаю, что задумал Дима.

– Куда везти? – Дима садится за руль и поворачивается ко мне.

– Ты же хотел ДНК делать, – говорю с усмешкой. – Я не знаю, где это делают. Мне это не надо.

Он ухмыляется, глядя мне в глаза.

– Мне тоже не надо, – отвечает. – Адрес сада скажешь? Или… можем ко мне поехать…

И я быстро называю ему адрес садика Дани. Домой к Диме я точно не хочу ехать.

Он отвозит нас в сад.

– Я провожу, – говорит Дима, выходя из машины.

– Не надо, – прошу я. – В садике пока о тебе ничего не знают. Может… и не узнают. Давай сначала всё решим?

– Какая же ты, Ася, – вздыхает и потирает пальцами глаза.

Потом садится перед сыном и протягивает ему руку.

– До встречи, Даня, – улыбается. – Какой подарок хочешь?

– Самолёт! – тут же выдаёт Даня. – Вот такой! – и размахивает руками.

Невольно тоже улыбаюсь.

– Понял, – кивает Дима.

Они пожимают руки друг другу. Дима встаёт и говорит мне:

– Я жду тебя здесь, Ася.

И зачем-то рукой проводит по моему плечу. Я инстинктивно отдёргиваю его. Опускаю взгляд и быстро веду сына в садик.

Когда возвращаюсь, Дима всё так же стоит возле машины. Не сводит с меня взгляда.

А мне неуютно так! Он словно сканирует меня! Так смотрит, что дышать забываю как!

Молча он открывает дверцу и помогает сесть.

Я не спрашиваю, куда мы едем. Я вообще молчу. Потому что пока не знаю, о чем говорить… вернее, знаю, о ком, но как начать?

Дима привозит меня в ресторан.

– Я не голодна, – говорю я, когда он берёт мою руку на выходе из машины.

– Кофе, Ася. Ты можешь просто выпить кофе. Зато здесь можно спокойно поговорить. Ко мне домой ты же не поедешь? Пока… – дергает бровью.

Что значит «пока»?!

Но вслух ничего не отвечаю.

– Ты очень красивая, Ася, – и он подносит к губам мою руку.

Хочу убрать её, но Дима крепко удерживает и касается губами меня.

Кожа моментально вспыхивает как от ожога. Молнии расползаются по венам.

– Почему ты дрожишь? – голос Димы становится тише и этот его шёпот касанием к моей коже добивает меня. – Не бойся меня, Ася. Я не сделаю тебе ничего плохого. Я же просто сказал правду. Ты очень красивая. Как всегда…

– У меня сегодня ещё дела, – забираю, наконец, руку из его пальцев.

Дима хмыкает и приглашает меня пройти в ресторан.

И там, сидя за столиком и сделав заказ, он первым начинает такой нелёгкий для меня разговор.

– Я хочу, чтобы у сына была моя фамилия, – твёрдо произносит Дима.

– Он Астафьев! – хмурюсь я.

– Нет, Ася, – улыбается в ответ и эта его улыбка действует сильнее крика. – Он Коршунов. Даниил Дмитриевич Коршунов.

Опускаю взгляд. Пытаюсь не показывать, что нервничаю.

– Я хочу принимать участие в жизни сына, – продолжает эту пытку Дима. – Ну и… сказать ему, что у него есть отец.

– Всё? – поднимаю на него взгляд.

– Не знаю, Ася. Честно, не знаю. Я сам в шоке от этой новости. Ты виновата передо мной, Ася. Очень виновата.

Я вспыхиваю.

– Я?! Я виновата?! – вскрикиваю и на нас оборачиваются.

– Ты скрыла от меня сына, Ася, – строго произносит Дима. – Любую другую я бы уже…

– Не надо пугать меня, Дмитрий Александрович, – вздёргиваю подбородок и смело смотрю на него. – Вот любой другой и угрожай. Даня мой сын.

– И мой, – улыбается он. Злит ещё больше.

Молчу, глядя в чашку кофе. Я не знаю, что сказать ему. Что делать. Я, оказывается, вообще не готова к такому!

– Я сегодня встречаюсь со своим знакомым из полиции, – вдруг говорит Дима. – Дело о пожаре возобновили в связи с вновь открывшимися обстоятельствами. Надо размотать этот узел. Да, Ася?

Машинально киваю.

Я не очень понимаю, о чем он. Все мои мысли о том, что будет теперь? Я теряю сына? Как же больно в груди!

– Я заеду вечером к вам, – каждое слово Димы как кинжалом в сердце. – Надеюсь, у меня будет что рассказать тебе по делу. Возможно, понадобится твоё присутствие в полиции. Мне кажется, пора Асе Астафьевой вернуться и заявить свои права на бизнес Астафьевых.

Вскидываю на него удивлённый взгляд.

– Да, Ася, пора, – кивает он

Раздается звонок телефона. Дима отвечает. Говорит с кем-то.

А у меня в голове одна мысль: «Мой сынок. Мой. Даня.»

– Ася, прости, мне надо ехать в полицию, – говорит Дима. – Ася, всё в порядке? – смотрит мне в глаза.

Киваю.

Потом он отвозит меня к себе в офис. Оставляет разобраться с переводами, а сам уезжает. Ближе к вечеру звонит и говорит, что сам не сможет приехать сейчас. Поэтому меня и Даню домой отвезет водитель.

Забираю сына из сада. Он взволнован.

– А где Дима? – спрашивает сын.

– Дима позже приедет, – отвечаю ему.

– Мам, почему ты глустная такая? Кто тебя обидел?

– Голова немного болит, – вру я. – Все хорошо, – целую в макушку.

Даня убегает играть игрушками, а я сижу на кухне. И каждая секунда как перед казнью. Я со страхом жду звонка в дверь. Потому что придет Дима. Потому что…

Сердце ухает вниз, когда звонок, все-таки, раздается. Считаю про себя до десяти. Открываю не сразу.

Звонок повторяется.

Встаю и на ватных ногах иду в коридор. Не глядя в «глазок». Опустив взгляд. Как на казнь иду.

Щелчок замка. Открываю медленно дверь.

– А я в гости! Ничего, что я без приглашения? – звучит голос той, кого я точно не ожидала увидеть на пороге своей квартиры.

Резко поднимаю взгляд и отшатываюсь.

Глава 31. Дмитрий

– Почему же это тогда не выяснили?! Почему дело закрыли?! Если тут поджог, то как могли закрыть это дело?! – я не скрываю своего возмущения.

– Ты меня спрашиваешь? – хмыкает Игорь, развалившись в кресле. – Я увидел материалы только сегодня. Так же, как и ты.

– Ерунда какая-то… Был поджог, но никто не стал расследовать. Похоронили на самом деле не того человека и опять все поверили липовой экспертизе! Бардак! – ударяю кулаком по столу.

– Бардак, – соглашается Игорь.

Его спокойствие бесит. Но я понимаю, что он прав – он-то здесь ни при чём!

– Не волнуйся, Дим, разберёмся, – говорит Игорь. – Я уже дал указание подключиться к этому делу. Пять лет прошло, конечно… но… Разберёмся!

Мы еще обсуждаем с ним кое-какие вопросы и потом он уходит.

Я сижу один в кабинете. Взгляд – в окно, но я ничего не вижу там. Перед глазами Ася и мой сын.

Не получается у меня радоваться на полную. Что-то стоит между нами с Асей.

Её страх этот… Я же вижу. Боится она. Почему? Чего боится?

Неужели думает, что я её обидеть смогу? Откуда такие мысли?

Я ведь и так мягко с ней. Сдерживаю себя. Нет, не злость сдерживаю, а свое желание обнять её. Прижать к себе. Сына прижать.

Или боится, что я Даню заберу?

Да ведь не нужен он мне без неё! Черт! Что я несу?! Конечно, нужен! Ещё как нужен! Сын! Но я хочу, чтобы он со мной был вместе с Асей. Они оба нужны мне!

Пацан хороший! Но другой и не мог получиться у нас!

Понимаю, что испытываю гордость за сына. Приятное тепло растекается в груди. Невольно улыбаюсь.

И Ася… красивая такая. Нежная. Хрупкая. Такая, как я её помню…

Моей опять будет.

Александр этот! Придурок!

Злость резко сменяет радость.

Надеюсь, он всё понял с первого раза. Сразу притих, стоило пригрозить ему. Слабак!

На такого даже внимания обращать не буду.

Моя Ася. И Даня мой. Никому их не отдам больше.

Смотрю на часы и резко встаю.

Самолёт. Вот, что мне надо купить перед встречей с сыном. Поэтому сначала еду в детский магазин. Выбираю там самый большой радиоуправляемый самолет. Потом заезжаю в салон цветов и прошу сделать самый красивый и нежный букет и еду к Асе и сыну.

Сегодня останусь у них. Все сделаю, чтобы Ася не прогнала меня. Я хочу быть с ней. Целовать ее хочу. Ласкать.

И сыну сказать хочу, что я его отец. Я!

В общем, подъезжаю к дому Аси в решительном настроении. Уже поздно, но надеюсь, что Даня не спит. Мы же должны с ним самолет попробовать!

Поднимаюсь на нужный этаж. Недолго гипнотизирую дверь и нажимаю на звонок.

Волнуюсь как в первый раз. Прячу за спиной букет. Коробка с самолётом стоит в ногах.

Жду. Но никто не отвечает.

Это сбивает мой настрой. Немного хмурюсь. Но я не уйду.

И ещё раз жму на кнопку звонка. И снова тишина. Опять Ася играет?!

Заношу кулак, чтобы впечатать его со всей силы в дверь. Но тут слышу тонкий голосок из-за двери:

– Кто там?

Даня! Сын!

Я сажусь на корточки, чтобы быть на его уровне. Сглатываю.

– Даня, это я, Дима, – говорю я.

– Пливет, Дима.

– Даня, где мама? Почему не открывает?

– Мама спит.

Ничего не понимаю. Таращусь на дверь и не понимаю ни-че-го. Что значит «спит»?!

– Дима, ты здесь? – слышу голос Дани.

– Да, Даня, я здесь.

Зачем-то прижимаю ладонь к холодному металлу входной двери и мне кажется, что я ощущаю тепло сына. Как будто он тоже ладошку свою прижал с той стороны.

– Позови маму, Даня, – прошу я. – Разбуди её.

– Я плобовал, – вздыхает малыш. – Она не будится.

Волнение накатывает. Это ненормально. С чего вдруг Ася спит?!

– Давно она спит, Даня? – спрашиваю и встаю.

Осматриваю дверь. Хоть и металлическая, но хрупкая.

– Давно. Как тётя ушла, так мама спать легла. Сказала, что голова болит и она немножко полежит. И уснула.

– Тётя? Какая ещё тётя? – хмурюсь я.

– Я не знаю её.

– А ты можешь мне дверь открыть? – прошу я. – Открой мне, Даня. Ты же знаешь меня.

– Я тебя знаю, – говорит малыш. – Но отклыть не могу. У меня ключа нет. Его кто-то заблал.

Беспокойство за Асю и за Даню заполняет меня. Сердце принимает эстафету и я отчетливо слышу его стук в груди.

– Даня? – зову малыша.

– Да, Дима, – отзывается он.

– Отойди от двери, – прошу его.

– Холошо.

Даю ему несколько секунд, чтобы отойти, и потом со всего размаха ударяю плечом в дверь. Она не поддается. Только грохот.

Повторяю удар.

И ещё.

Наверное, это должно быть больно. Ударяю я сильно. Но я не чувствую боли. Все мысли о том, что с Асей.

– Что происходит?! – открывается соседняя дверь и женщина строго смотрит на меня. – Я сейчас полицию вызову.

– Вызывайте! – киваю ей, собираюсь с силами и ещё раз толкаю плечом в чёртову дверь.

Раздается треск и она распахивается.

Г