Доносчик Правды

"Но вернёмся к писанине. Сегодня здесь я напишу ещё несколько историй, которые повлияли на моё становление в качестве Смотрителя дома 42. Не упущу и те, которые показали мне, насколько легко может прогнуться вся система Державы. Причём все эти истории начали происходить в самый разгар жары, когда людей переустраивали с теплового центра на водоохлаждающее предприятие, где вся вода леденела и поступала в дома для душей и санузлов. Естественно на эту работу много людей не нужно, поэтому тех кто не попал на эти должности распределяют на те, что остались нетронутыми."

"Справка о Державе:

После зимнего периода людей переустраивают на другие работы, которые подходят для нынешнего сезона. Из-за человек, во время обучения, обязан получить дополнительное образование, иначе будет направлен в колонию."

"Из жизни автора:

В Державе процветает направление "бездельников" - людей, которые не хотят переустраиваться на другие работы и устраивают массовые забастовки или и вовсе начинают мухлевать ради того, чтобы не переустраивали против их же воли.Без так называемых "бездельников" не обошлось и у меня в доме. Под раздачу этого провального режима переустройства попал мой товарищ по бывшей работе Павел Работков, который всегда довольно-таки успешно выполнял свои обязанности на ТЭС, и всегда делал всё заранее, только вот в этот раз всё пошло против него. Он получил производственную травму на станции, из-за чего Работкова отпустили домой. В больницу его не пустили, потому что в момент переустройства те самые "бездельники" заполонили оба заведения, намеренно получив травмы, из-за чего больницы устроили массовые Чистки, под которые мог попасть и Работков. Отгульный Лист Павлу не выдали, так как прямой явки в медицинское заведение не было, и, из-за того, что травма была серьёзная, работяга не успел вовремя явиться в Пункт Мобильного Устройства, где его отдали бы на достойную работу. Добивающим фактором стал тот, что все те работы, которые остались из числа множества, не подходили бедолаге, по причине полученной травмы. Как итог: ни работы, ни спокойного лечения. Почему Работков не обратился за помощью ко мне?""Справка о Державе:Гражданин, который должен переустроиться на другую работу, по Директиве о Рабочих Местах, обязан явиться лично в Пункт Мобильного Устройства и предъявить свои документы или Отгульный лист.""Из жизни автора:Как оказалось, Павлу нужно было сделать всё самостоятельно. Почему же я не позвонил в больницу для личного приезда врача? Причины 2:

1) Врачи уже давно не выезжают на дом из-за загруженности;

2) Даже если бы врач принял вызов, вместо него, вероятно, приехали бы служители Милиции Здравия, из-за участившихся случаев "бездельников".

На эту историю, вероятнее всего, я не делал бы большой акцент, если бы не одна вещь, которая сильно на меня повлияла: предложение взятки. Паша принёс мне под дверь конверт с надписью:"Прикрой меня, Гаврил.", и внутри находилось... 500 Державий. Именно в тот момент, когда я почувствовал в своих руках такие деньги, то сразу же понял, что завишу от этих дрянных бумажек... Я был готов забрать себе деньги и сдать Павла, даже несмотря на то, что именно он писал то самое письмо с просьбой о переводе меня в Смотрители. И в колею меня вернул лишь тот факт, что наличие таких денег также подставит и меня, в случае, если Работков решит сдать меня. Поэтому я молча, тихо закрыл дверь и положил в нагрудный карман все деньги и попросту продолжил делать свои дела, параллельно обдумывая план действий по помощи работнику электростанции.На раздумья у меня ушёл весь день, так как история Павла была тяжелее той же самой Ольги Никифоровны, так как у неё была хотя бы какая-то работа, в то время как у Работкова без работы не было доступа никуда. Но даже здесь я нашёл прокол в общей системе Директив и структуре Державы.Я примчался в квартиру и начал рыскать под кроватью, куда обычно клал некоторые изъятые вещи... И откопал их. Больничные листы тёти Оли. Была лишь одна проблема: как подстроить всё так, чтобы Павлу поверили? Всё оказалось чересчур просто: я вспомнил о том, что, помимо Ольги Никифоровны, в доме проживал ещё один врач."

"Справка о Державе:

При въезде в новую квартиру гражданин подписывает документ о собственности, о получении Продуктового Пропуска, о получении писем на новый адрес проживания, а также на согласие на обработку заработной платы Смотрителем. Все документы с подписями хранятся у текущего Смотрителя дома."

"Из жизни автора:

Мне даже не пришлось никого беспокоить. Стоило лишь найти один из документов этого врача, где была его подпись, и подделать её. Это я и сделал. В этом деле я был не мастер и не был уверен на 100% в том, что беднягу работягу ТЭС не схватят вместе со мной, но попробовать стоило. На следующий день Павел направился в Пункт Переустройства, где ему поверили. Тот день стал для меня роковым. Я понял, что могу спасать некоторых людей, просто подделывая подписи! И все подряд верили бы гражданину, который получал мою услугу! Проблема была только в том, чем всё может обернуться: человек, которому я сделаю "спасительную записку", может в любой момент сдать меня или начать шантажировать. Поэтому, после случая Павла, я перестал заниматься такими вещами, и не только по этой причине. По итогу Павла всё равно поймали... Я возвращался домой с продуктами в тот момент, как увидел у своего дома чёрный грузовичок, в который два сотрудника Милиции Здравия затаскивали бедного инвалида. Я тут же подбежал к Милиционерам и они рассказали причину ареста: подпись подделали. Их взгляд окутал меня своей грубостью, пустотой, а также агрессией, из-за чего я на несколько секунд опешил, а как только очнулся, решил более не задавать лишних вопросов, взглянул на избитого до полусмерти друга, и понял, что систему Срединной Державы практически невозможно обмануть...С Павлом я подружился сразу же, как устроился на работу заводчанином. Все обеды, каждая смена проходила вместе с ним, некоторые стихи, которые я писал ранее, были посвящены ему. Именно он был моим собеседником во время и после рабочего дня. Он был моим самым преданным товарищем, которого, по итогу, я всё равно подвёл... В уезжающем чёрном грузовичке я мельком увидел его выглядывающее бледное, избитое, унылое лицо, в глазах же не было абсолютно ничего. При прочтении же его личного дневника, найденный чудом при расчистке квартиры в его подушке, собранный из таких же кусков брезента из-под угля, как у Иночкина, у меня потекла слеза..."

- Как же я это допустил, Пашка... Я до сих пор тебя не забыл... Мог ли я как-то тебе помочь... Почему именно ты

"15 апреля 1975 года.

Морозы уже почти подошли к концу, думаю взять отпуск, в Державе это позорно, конечно, но я на доске почёта, поэтому считаю, что заслужил отдых за ту зиму, что пережил... Вчера кстати смог купить карандаш, поэтому теперь писать намного проще, спасибо Гавриле и его литераторской лицензии..."

"Справка о Державе:

Граждане, не имеющие Литературного пропуска, по Директиве о Писательстве и Прессе, не имеют права хранить дома письменные принадлежности и должны пользоваться ими только на работе или на почте."

- А ведь если бы я не пошёл против Державы и продолжил бы писать для неё, то и дневника Паши я вероятно не увидел бы

"Из жизни автора:

С моим Литературным Пропуском получилась довольно-таки интересная ситуация: да, я перестал писать различного рода произведения и ушёл из литературы, но свой Пропуск я продолжал обновлять совершенно случайно, постоянно подписывая приходившую мне подписку, и, как оказалось, продлял не зря..."

"17 апреля 1975 года.

Сегодня поймали одного работягу, который пытался украсть из общего склада кусочек угля. Вероятно хотел начать писать, как и я... Хорошо, что попросил у нашего Смотрителя карандаш... Держава не щадит даже за такие мелкие кражи, просто жуть..."

"Из жизни автора:

Событие с карандашом стало для Работкова последним из удачных... Я до сих пор не знаю, считается ли случайностью то, что произошло после случая с карандашом, или Держава всё-таки отследила деятельность моего друга, но, если это не гигантское невезение Работкова, то я Державе не прощу случившегося никогда..."

"18 апреля 1975 года.

Чёрт... Получил травму ноги... Хренова балка.... Еле до дома доковылял... К врачу не пустили... Чёртовы симулянты... Отлежусь и всё пройдёт... Может быть Пантилеич поможет... Как же болит..."

"19 апреля 1975 года.

Нога всё ещё ноет... С другом мне повезло, согласился помочь с бедой... Сегодня приносил мою зарплату и премию за работу... Эх, а ведь когда-то вдвоём получке радовались... Интересно, сколько он зарабатывает... Зато я на свои накопленные средства отдохну, как следует, хе-хе..."

- Жалко только, что отдыху Паши не суждено было состояться, бедолага

"23 апреля 1975 года.

Это конец.... Я попал... Я... Я забыл... Забыл о переустройстве... Осталось 2 дня, а я не устроен, да меня же сошлют... Что же делать... Неужели придётся..."-И пришлось... Как же его жалко... Причём после его смерти я всё равно забрал деньги, какое же позорище..."

"24 апреля 1975 года.

Гаврилка, как всегда, спасает... Обещался найти для меня отговорку... Жаль только денег стоило это, но и Смотритель наш на риск идёт... Надеюсь прокатит..."

- И ведь практически прокатило, тогда столько людей можно было бы спасти

"25 апреля 1975 года.

Сегодня роковой день, в который я иду в Пункт Переустройства... Сердце бьётся безумно сильно... Это может быть моей единственной ошибкой, которая меня сможет уничтожить сразу. Гаврила, не подведи..."

- Да, Паш, но повезло лишь одному из нас

"26 апреля 1975 года.

Чёрт... Чёрт... Чёрт... Стуки в дверь, кажется ломятся... Я ничего не смогу сделать... Где Гаврила... Почему он не спасёт, как когда-то спасли его мы... Держава меняет людей, это гигантский бред... Прощай, жестокий мир..."

- Как же жестока Держава... Они дали на рассуждение неделю... Но ответ у меня был готов в тот же день, когда они впервые мне позвонили... Сегодня будет повторный звонок... Ради Паши... Ради Ольги Никифоровны, ради Иночкина, но я должен вступить

"Из жизни автора:

После ареста Павла Работкова я потерял абсолютно всех людей, которых я знал ранее в этом доме. Теперь мне вновь всё стало чуждо, я перестал видеть счастье в чём-либо, пока не заселилась Она... Красотка Срединной Державы, дева моей мечты, муза моих мыслей - Наталья Воронова. Уже при заселении она, словно Милиционер Здравия, заставила меня вновь встать в ступор, но не от страха, а от смущения. Её глаза меня завораживали, а голос заставлял надолго погрузиться в себя... Но был у этой девушки один изъян, который я узнал только после её выселения... После того как я "прогнал" её из дома 42 я понял, что Смотрителю нельзя иметь отношения с кем-либо. Нельзя, так как в любой момент даже самый любимый человек может совершить настолько ужасный поступок, что заведующий домом попросту не сможет сделать ничего, кроме как сдать человека властям...Началось всё с того момента, как Наташа заселилась к нам в дом. По документам она девушка незамужняя, работала на Заводе Красок для листовок Срединной Державы. Я влюбился в неё с первого взгляда, и решил поизучать эту леди. Я увеличил время слежки за ней, не забывая про неудачный случай с увеличением слежки за Фонтье, и, в какой-то момент, решил попасть в её комнату."