Магия вне закона

Магия вне закона

Глава 1

Вечерний Алгард был прекрасен, и оттого не менее опасен. Алан знал об этом как никто другой.

Сидя возле панорамного окна своей квартирки, Алан наблюдал за жизнью, кипевшей на тридцать этажей ниже. В стеклянных переходах меж небоскребами сновали люди, разодетые во всевозможные оттенки черного, отчего с высоты казалось, что это большая куча муравьев. Серые улицы были подсвечены красными фонарями – не самое умное решение архитекторов, но объяснимое. Вперемешку с летающими машинами, точно над переходами, кружили дроны – безмолвные наблюдатели порядка в городе.

Где-то за спиной мерно бурчал телевизор. Алан старался слушать лишь краем уха, то и дело все же переводя взгляд голубых глаз на экран, моментально жалея об этом.

Ежедневные новости Алгарда не предполагали под собой ничего хорошего. В них не рассказывалось о событиях минувшего дня, они не привлекали внимание местных жителей к актуальным проблемам и их решениям. Из-за однотипного содержания многие, тихо перешептываясь, называли их «пустыми». И все же главной задачей новостей на одном из немногочисленных каналов было припугивание населения, с чем они блестяще справлялись. Глядя на экран за спиной ведущей, что за многие прошедшие годы так и не постарела, по спине волей-неволей пробегал холодок. Каждый божий день там мелькало с десяток измученных лиц иноземцев, пойманных этой ночью, если верить монотонному голосу. Если не всматриваться, то все эти лица с легкостью могут слиться в одно сплошное грязное пятно, но для тех, кто был повнимательнее, открывалась совсем иная картина. Все они были совершенно разными – что внешне, что поведением. Кто-то пугливо смотрел в камеру, боясь шелохнуться; кто-то все так же напуганно пытался отползти назад, несмотря на удерживающие руки наручники. Некоторые, наверняка совсем безбашенные, злобно уставились в камеру или с диким, совсем не человеческим хохотом упрямо вырывались даже из рук ловцов. Однако было у них кое-что общее – выжженная на левой скуле метка. У тех, у кого кожа была посветлее, она выделялась намного сильнее. Небольшой прямоугольник из запекшейся крови и попавшей туда грязи принимал коричневатый оттенок и нечеткие края, внутри него красовались три маленькие буквы – М. О. И. По отношению к ним Министерство Отлова Иноземцев было безжалостным и беспощадным. Этими метками оно, по сути, присваивало себе этих людей, а после, вдоволь «наигравшись», выкидывало на Окраину Алгарда.

Со стороны для кого-то происходящее могло показаться аморальным, но для местных это уже давно стало частью жизни, кипевшей за окнами небоскребов.

Алгард – город будущего, олицетворение будущего, чего не добиться магам, живущим вне его стен. Этот чересчур обособленный городок, по площади как одно микрогосударство, по развитию ушел на несколько десятков лет вперед по сравнению с остальными землями. Летающие такси и не только для алгардцев уже давно что-то обыденное. С каждым годом новые небоскребы все дальше и дальше тянутся в небо, разнося в пух и прах все предыдущие рекорды.

Многим, кто остался за стенами города, жизнь здесь представлялась невообразимо интересной и красочной, и лишь немногие люди из многомиллионного города знают, каким трудом дается развитие здешней инфраструктуры и сколькими жертвами она поддерживается.

Тем не менее Алан знал и добровольно отдавать свою шкурку для этого не собирался.

Близ окна пролетел дрон, и Алан едва удержался, чтобы не отшатнуться. Эти штуки, хоть и были придуманы для выявления аномалий, связанных с магией, могли реагировать и на слишком испуганные и дерганые движения. Не раз случалось и такое, что по ошибке ловили обычного человека, напрочь лишенного магии, только потому, что он был напуган. Их система несовершенна, как и все вокруг, но об этом стоит молчать ради своей же безопасности.

– Нервов на вас не хватит, – прошипел Алан, приложив руку к гулко бьющемуся сердцу. За двадцать два года он так и не привык к неожиданному появлению черных теней из-за угла во время созерцания заката.

Спрыгнув с небольшого подоконника, Алан нервно зарылся в слегка волнистые черные волосы, в очередной раз признавая себя трусом. Задернув серые плотные шторы – один из способов уберечь себя от летающих «глаз», – он не успел выйти из спальни, как из коридора послышался дверной звонок. Квартира была достаточно маленькой, отчего совсем не веселящая мелодия моментально эхом долетела до ушей, заставляя замереть и насторожиться.

Взгляд метнулся к окну небольшого зала, в проеме которого он, словно испуганное животное, замер. Никого. Значит, можно спокойно выдохнуть. Босая поступь едва слышна на плитке, когда он быстрыми шажками добирается до двери. Только успели скрипнуть петли, как в квартиру пролетело цветастое нечто, едва ли выше самого Алана.

– Рад, что ты живой!

На ходу сняв кроссовки, Филлип, не сбавляя скорости, метнулся на кухню. Бесцеремонности ему не занимать – вот в чем убеждался Алан с каждым его визитом.

– И правда живой, – вслед за ним порог переступила Милена и, в отличие от Фила, соизволила аккуратно разуться, вальяжно направившись в том же направлении.

Понаблюдав за сей картиной, Алан смиренно закрывает за ними дверь, придирчиво сдвигая обувь в кучу. Он искренне любил и дорожил своими единственными друзьями, но они шли вразрез с его перфекционистскими наклонностями, отчего приходилось тихо беситься и поправлять беспорядок. Но, даже несмотря на это, Алан рад хоть какому-нибудь живому присутствию в своей квартире.

Бедокурщики по классике обнаружились на кухне, и лучше бы Алан туда не заходил. Милена еще хоть как-то была посвящена в нормы приличия, хотя под влиянием некоторых особ тоже понемногу сдает. А вот Филлипу, похоже, вообще на все наплевать – прямо с кухонной столешницы, на которой он сидит.

Заметив нервно дернувшийся глаз Алана, Милена, видимо, не так расценила послание, выдав:

– Хватит таскать еду у Алана, он и так по неделе дома сидит. А ты, – палец с острым ногтем возмущенно указал на сидящего позади Фила, – днями шатаешься невесть где, потом приходишь ко мне или к нему пожрать.

– А ты мне в рот не заглядывай, – прохрустев свистнутой печенькой, в ответ возмутился Филлип.

Алан не очень любил наблюдать за перепалками, часто выступая примирителем или просто останавливал драку, но тут не удержался от легкой улыбки, когда Филлип, спрыгнув со столешницы, легко оттянул каштановую косичку, заглядывая Милене в лицо.

– Фил, не ругайся с ней. Имей совесть, она младше тебя.

– Ой, да каво там.

С Аланом они были одногодками – совсем недавно обоим исполнилось по двадцать два, – но Фил упорно считал себя младше в душевном плане, отчего частенько спорил и задирал шестнадцатилетнюю Милену. Споры у них, конечно, несущественные и никогда не доходят до рукоприкладства, но Алан, как самый ответственный, словно он мать в их компании, всегда обязан разнимать этих чертей.

Звон трех кружек вперемешку с шумом греющегося чайника наконец развеяли мертвую тишину квартиры. Хотя, признаться честно, Алану и она нравилась, но сейчас он чувствуется себя живее и намного уютнее находясь в родной компании.

– Так, чего пришли? – от скуки водя пальцем по краю кружки, Алан бегло оглядел друзей. – Мы же вот на днях виделись.

После его слов Милена откинулась на спинку стула, недовольно закатив зеленые глаза:

– Я здесь не по своей воле. Меня сюда притащили без спроса и объяснений.

Значит, сегодня главный затейник – Филлип. И тут начинается лотерея: придумал он что-то легальное и адекватное или же нет.

– Что на этот раз придумал? – Алан обреченно вздохнул, заприметив хитрую ухмылку.

– Есть одна «темка»…

– Знаешь, как ты достал уже со своими «темками»?

– Лучше бы сказала спасибо, что это всегда что-то легальное!

После его слов Алан и Милена многозначительно переглянулись, вспоминая множественные походы Фила на запрещенные территории, участие в боях на деньги, нелегальных барах и многом другом. И после всего этого он, словно кнопка «инстинкт самосохранения» отключена, гордо хвастается о своих похождениях, порой даже на улице, где осторожность превыше всего.