Нити судьбы. Часть 2

– Я не знаю, сможет ли Бог мне это простить. Я сам не могу себе это простить, ведь это просто ужасно, – из груди Виктора Романовича вырвался тяжёлый вздох. Он даже подумать не мог, что ему будет настолько тяжело это говорить. Каждое слово давалось ему с трудом. Он даже не знал, как лучше начать. Слова застревали в горле, словно ком.

– Бог может простить всё, – твёрдо сказал пресвитер. – Самое главное осознать свой грех. Я видел, что ты выходил пару недель назад на покаяние и надеялся, что ты сам подойдёшь, чтобы пообщаться и исповедоваться. Хорошо, что ты всё-таки смог это сделать. Это уже большой шаг! А Бог простит всё, если ты сам осознаешь свой грех, насколько бы он ни был тяжёл. Ведь покаяние – это глубокое осознание своих ошибок и искреннее желание исправиться, изменить свою жизнь и отношение к греху.

– Я уже давно осознал свой грех. И раскаялся в этом. Но как исправить это…. – мужчина запнулся. – Не знаю.

– Что тяготит тебя?

– Я не хотел бы, чтобы кто-то ещё это узнал, – не решался начать Виктор Романович. – Тем более чтобы это узнала Марго или София. Если они это узнают…. Я могу потерять их навсегда!

– Не волнуйся, – Евгений положил руку на плечо мужчине. – Всё, что происходит здесь, остаётся между тобой, мной и Богом. Никто другой не узнает то, что ты мне сейчас расскажешь. Так что ты можешь говорить спокойно. Я никому не скажу! Это тайна исповеди и каждый служитель обязан хранить эту тайну. Мы никому не рассказываем то, в чём исповедуется нам народ.

– То, что я сейчас расскажу, это просто ужасно… – Виктор Романович опустил глаза вниз и сделал ещё один глубокий вздох, пытаясь собраться с силами. – Дело в том, что… Я ужасно относился к своему сыну.

– У тебя есть сын? – не смог скрыть своего удивления служитель.

– Был.

– В смысле? – ещё больше удивился пресвитер. – А сейчас он где?

– Я не знаю, – честно ответил мужчина.

– Как это не знаешь? Вы с ним не общаетесь?

– Ну, как лучше сказать…. – Виктор Романович обвёл взглядом комнату, пытаясь подыскать верные слова. Его взгляд опять вернулся на пол. – Лучше говорить прямо. Ситуация очень тяжёлая. Тяжелее, чем можно представить. Дело в том, что я бил своего сына. Всё его детство я плохо к нему относился. Жестоко избивал, мучил…. Я постоянно напивался и не мог контролировать свой гнев. Я постоянно был зол и срывал злость на сыне. Избивал его почти каждый день. Однажды я чуть не убил его, и он сбежал от меня. Я не знаю, что теперь с моим сыном и где он. Даже не уверен, что он ещё жив. Может быть, он уже умер…. И это тоже моя вина!

– Ты пытался его искать? – поинтересовался Евгений, внимательно смотря на мужчину.

– Да, пытался. Я сообщал в полицию о его пропаже. Его искали долгое время, но не нашли. Ни его самого, ни его тело. Он просто исчез! Я не знаю, что с ним случилось. Мне так жаль…. Как я мог так поступить со своим сыном?.. – губы Виктора Романовича задрожали. По щекам потекли слёзы. – Я ведь люблю его. Я… боюсь, что потерял его навсегда. Я помню, как он умолял меня не бить его, помню, как он постоянно плакал, а после избиения просил меня помочь ему. Но я за место того, чтобы сжалиться, проявлял к нему лишь большую жестокость. Не пожалел его ни разу. Я не заслуживаю ни его, ни счастья. Я ничего не заслуживаю после того, что делал с ним. Я очень хочу искупить свою вину! Я не знаю, может ли Бог простить мне это…. Я сам не готов себе это простить! Ведь это невозможно простить. Я сломал одну маленькую жизнь…. Жизнь родного сына! И не знаю, как теперь это исправить, – тут мужчина, не выдержав, просто зарыдал от боли и вины, которые переполняли его сердце.

– Давай помолимся, – уверенно поднялся на ноги служитель.

Виктор Романович послушно поднялся, и они вместе начали возносить горячую молитву Богу.

Мужчина опять посмотрел на пресвитера и увидел, что тот уже освободился. Женщина отошла от него и направилась к выходу из зала. Виктор Романович поспешил подойти к Евгению, пока его снова никто не опередил.

– Приветствую! – первым делом поздоровался с ним мужчина.

– Приветствую! – улыбнулся ему служитель.

– Я хотел бы с тобой поговорить, – сразу перешёл к делу Виктор Романович.

– Что-то серьёзное?

– Да! – кивнул мужчина.

– Хорошо. Пошли туда, – они опять зашли в ту же комнату, где четыре года назад Виктор Романович исповедовался. – Я слушаю, – посмотрел на него пресвитер, когда они сели на диван.

– Помнишь, мы как-то говорили о моём сыне, – издалека начал Виктор Романович.

– Да, помню. Вроде четыре года назад, – слегка задумался Евгений. – Есть какие-то новости? Нашли его тело?

– Лучше, – тут мужчина не смог сдержать радостную улыбку. – Он жив и здоров. Я нашёл своего сына!

– Как это произошло? – заинтересовался служитель. – Как ты его нашёл?

– А здесь самое интересное… – Виктор Романович продолжал улыбаться. – Это произошло совершенно случайно. Софа познакомилась с одним молодым человеком. Она рассказала ему о Боге, пригласила в Церковь…. И оказалось, что это и есть мой сын. Серёжа! Он был здесь в Церкви один раз. Он сын партнёра Марго. Не знаю, конечно, как он мог стать его сыном, но это неважно. Важно одно: он жив! Оказывается, он всё это время был рядом со мной. А я даже не узнал его!

– А как ты выяснил, что он твой сын?

– Помнишь, я рассказывал об одном молодом человеке, которого ранили на улице?

– Помню.

– Это и был Серёжа. Он чудом выжил тогда. Сначала я и не догадывался, что он мой сын. У нас оказалась одна группа крови, но даже этому я не придал значение. Лишь поблагодарил Бога за то, что у нас с Серёжей оказалась одна группа крови и благодаря этому тот выжил. Когда мы с Софой хотели уже уйти из больницы, я решил заглянуть в палату к Серёже. И тогда заметил на его плече родимое пятно. У меня такое же!

– Но ведь такое бывает, – пожал плечами пресвитер. – Даже у людей, которые не родственники, может быть что-то похожее. Например, родимое пятно. Из-за этого ты решил, что он твой сын?

– Конечно же, этого доказательства мне было мало, – даже не собирался спорить со служителем мужчина. – Я сделал тест на отцовство. Да, мне пришлось очень постараться, чтобы добыть у Серёжи хоть какой-нибудь материал для ДНК теста. Но я сделал это. А потом сделал тест на отцовство. Тот подтвердил, что Серёжа мой сын. Он мой сын! Он жив! Всё это время он был жив!

– Это замечательно! – губы Евгения растянулись в улыбке. – Я очень рад, что твой сын жив. Слава Богу!

– Да, слава Богу! Я невероятно рад этому! Это просто какой-то подарок от Бога, который я не ожидал получить. Я даже не мечтал о чём-то подобном. Ты не представляешь, какой он стал, – Виктор Романович просто сиял от радости. – Он уже такой взрослый. Совсем взрослый парень. И вырос очень красивым молодым человеком! Добрый, весёлый, простой…. Я ни разу не слышал от него плохого слова. И не видел от него никаких дурных поступков. Он замечательный парень! И очень умный!

– Да, это настоящее чудо! Спустя столько лет твой сын всё же нашёлся…. Слава Богу!

– Вот только я не знаю, вспомнил ли Серёжа меня, – улыбка исчезла с лица мужчины. – Он всё это время общался со мной, но по нему не видно узнал он меня или нет. Знает ли он, что я его отец… С того момента, как я узнал, что он мой сын, я думаю только об одном: что мне делать? Как мне теперь поступить?

– Когда мы говорили с тобой четыре года назад, ты даже и не мечтал, что твой сын окажется жив. Ты плакал и корил себя за то, что погубил его. Что сломал ему жизнь…. Боялся, что он умер. Но он жив! Ты должен этому радоваться.

– Я радуюсь!

– Помнишь, что ты хотел сделать четыре года назад? – спросил пресвитер. – Ты мне это говорил.

– Да, помню, – Виктор Романович опустил голову. – Я говорил, что очень хочу искупить свою вину. Говорил, что хочу попросить у него прощение за всю боль, что причинил ему.

– Вот тебе и ответ!

– То есть я должен подойти к нему и признаться, что я его отец? – мужчина неуверенно посмотрел на Евгения.

– Да, должен! А ты что не хочешь это сделать?

– Я хочу, но…. – Виктор Романович запнулся. – Честно говоря, мне очень страшно это делать. Вдруг, когда он узнает, что я его отец, возненавидит меня? Ведь я причинил ему столько боли. Из-за меня он чуть не умер! Я столько всего сделал…. Сейчас я могу хотя бы немного с ним общаться. Да, он не знает, что я его отец, но у нас есть хотя бы небольшое общение. А после этого признания…. Я могу полностью потерять его!

– Ты не можешь знать, что будет после твоего признания, – покачал головой пресвитер. – Вдруг он сможет тебя простить? Вдруг за столько лет, вдалеке от тебя, он наоборот соскучился по тебе и мечтает вновь обрести отца? Ты должен с ним поговорить. Признаться ему во всём и попросить прощение. Примириться с ним! Понимаю, что тебе страшно это делать, но это нужно сделать. Попроси у Бога сил. Он обязательно поможет тебе сделать это. Подскажет верные слова, которые нужно говорить сыну. Самое главное говори искренне и от чистого сердца. Покажи ему, что ты очень скучал по нему и что любишь его.

– Хорошо, я сделаю это! – из груди мужчины вырвался тяжёлый вздох. – Я поговорю с ним.

– Замечательно! – обрадовался служитель. – Давай помолимся за это, – он поднялся на ноги.

– Давай, – Виктор Романович тоже встал с дивана.

Они вместе начали молиться.

– Софа, мясо скоро уже будет готово, – сообщил Виктор Романович, пройдя в гостиную, где на диване сидела девушка. – Так что скоро сможем сесть за стол.

– Отлично! – улыбнулась брюнетка, не отрываясь от книги.

– Здорово, что ты решила отпраздновать день рождение дома, – мужчина опустился в кресло. – Я почему-то был уверен, что ты захочешь пойти в ресторан или куда-нибудь ещё, чтобы там отпраздновать день рождение. Но очень обрадовался, когда узнал, что ты сама хочешь отметить день рождение дома.

– Да что-то не хочется ходить по ресторанам или кафешкам, – София посмотрела на отчима. – Мы итак туда периодически ходим вместе с Серёжей. А день рождение хочется отметить в уютной квартире с дорогими мне людьми. И поесть мою любимую еду! А что самое главное не нужно напрягаться, одеваться, куда-то идти…. Там всегда много людей! Не пообщаешься даже нормально. А дома хорошо! Тем более скоро Новый год и каждая копейка на счету. Зачем впустую тратить деньги на еду в ресторане или кафе, когда можно вкусно поесть дома? Я уже давно решила, что день рождение буду праздновать дома. Дома всегда хорошо!

– Да, с этим я согласен, – кивнул Виктор Романович. – Дома всегда хорошо!

Тут раздался звонок в дверь.

– Кто это? – заметно удивился мужчина.

– Это Серёжа, – уверенно сказала девушка и поднялась с дивана. – Я позвала его на свой день рождение. Он согласился прийти, – звонок в дверь повторился. – Пойду, открою.

Брюнетка поспешила в прихожую. Отчим медленно встал с кресла и двинулся следом за ней, пытаясь справиться с внезапно нахлынувшим на него волнением. Виктор Романович даже не думал, что парень сегодня придёт к ним домой. Это немного и удивляло его, и пугало, и радовало. После того разговора со служителем он до сих пор так и не решился поговорить с сыном. Мало того, что мужчина не мог набраться смелости, чтобы сделать это, так ещё не мог найти подходящий момент. А сделать это было сложно, ведь последнее время он почти не виделся с молодым человеком. И вот сейчас тот сам скоро окажется перед ним. Нужно было подготовиться к встрече.

Подготовиться к встрече отец, конечно же, не успел, ведь времени было очень мало. Когда он шагнул в прихожую, София уже открыла входную дверь.

– Привет, Софа. С днём рождения! – на пороге стоял Сергей с букетом шикарных пионов и подарком. Он протянул и букет, и подарок девушке.

– Привет, Серёжа. Спасибо! – просияла брюнетка и приняла из его рук букет и подарок. – Я очень рада, что ты пришёл.

– Ну, как я мог не прийти на твой день рождение? – улыбнулся парень и, пройдя в квартиру, закрыл за собой дверь. – Тем более, если ты сама пригласила меня. Мне кажется, что было бы невежливо отказываться от твоего приглашения. Отказ мог бы тебя обидеть!

– Это точно, – даже не стала спорить София, продолжая улыбаться. – Разувайся, снимай куртку и проходи.

– Софа, хочешь, я поставлю цветы в вазу? – предложил Виктор Романович, который всё ещё стоял позади девушки и наблюдал за молодыми людьми.

– Да, давай, – протянула ему цветы брюнетка. – Спасибо.

– Привет, Серёжа, – поздоровался с сыном мужчина и, не дожидаясь ответа, вышел из прихожей.

– Пойдём, – София направилась вглубь квартиры сразу же, как только Сергей разулся и повесил куртку.

Парень пошёл следом за ней. Возле кухни они пересеклись с Маргаритой Васильевной, которая в этот момент вышла оттуда.

– Витя сказал, что Серёжа пришёл, – на лице женщины сверкнула улыбка. – Я просто обязана была выйти поздороваться. Привет, Серёжа.

– Здравствуйте! – молодой человек окинул Маргариту Васильевну взглядом. На ней было платье, а сверху милый фартук с бабочками.

– Это тебе Серёжа подарил? – заметила мама в руках дочери подарок.

– Да, – подтвердила девушка и посмотрела на подарок, который всё ещё держала в руках.

– Посмотришь что там? – по женщине было видно, что ей и самой интересно, что парень подарил её дочери. – А то наши с папой подарки ты уже открыла. Подарок Серёжи тоже надо сразу открыть. Зачем откладывать на потом?

– Да, ты права, – брюнетка направилась к гостиной. – Сейчас открою, – она села на диван.

Сергей прошёл следом за ней и сел рядом на диван. Маргарита Васильевна и Виктор Романович остались стоять напротив Софии, ожидая, когда та откроет подарок. Они внимательно следили за всеми её действиями, желая скорее увидеть, что там внутри. Девушка тем временем аккуратно развернула подарочную бумагу и открыла коробку. Там была ещё одна небольшая красная бархатная коробочка и любимый шоколад брюнетки. София взяла в руки коробочку и, открыв её, тут же ахнула.

В красной бархатной коробочке лежали золотые часы. Они не могли не восхитить всех, кто сейчас был в гостиной. Необычная форма корпуса, минеральное стекло, стильный браслет миланского плетения, сложно декорированный циферблат и уникальный дизайн браслета – всё это не могло не восхищать. Но больше всего восхищало то, что часы были полностью из жёлтого золота. Глядя на них, становилось понятно, что они точно очень дорогие.

– Серёжа…. – девушка даже потеряла дар речи, увидев часы.

– Ничего себе! – Маргарита Васильевна тоже была шокирована не меньше дочери. – Думаю, никто из нас не ожидал увидеть такой подарок.

– Они же безумно дорогие! – подметил Виктор Романович, разглядывая часы.

– Серёжа, не стоило покупать такой дорогой подарок, – проговорила брюнетка и повернула голову к парню. Тот лишь улыбался, наблюдая за реакцией Софии. – Ты мог просто подарить какую-нибудь книгу или духи. Мне и этого хватило бы. Зачем было так тратиться?

– Захотел порадовать тебя, – невинно пожал плечами молодой человек. – Нравятся?

– Конечно! – закивала головой девушка и достала часы из коробки. – Они такие красивые! Я ещё никогда раньше не держала в руках настоящие золотые часы. Такая красота! Они, и правда, наверное, очень дорогие. А как их надеть? – попыталась надеть часы на руку брюнетка.

– Я помогу, – Сергей забрал часы из рук Софии и ловко застегнул их на её запястье. Они сели на её руку так, словно были созданы специально ради неё. – Ты говорила, что украшения не носишь, но кто я такой, если не украшу руку любимой девушки хотя бы чем-нибудь. Хотя бы золотыми часами! Это самая малость, которую я могу себе позволить. И не надо говорить, что это слишком дорогой подарок. Я захотел подарить и я подарил. Деньги не проблема!

– Спасибо большое, Серёжа! – девушка разглядывала часы на своей руке. – Как они сверкают….

– Да, настоящее золото! – мужчина тоже не мог отвести взгляд от часов.

– Естественно! – усмехнулся парень. – Я не стал бы дарить подделку Софе.

– Ну, что ж, Серёжа, твой подарок затмил наши подарки, – заявила Маргарита Васильевна. – Мы подарили не такие дорогие подарки.

– А что подарили? – полюбопытствовал молодой человек.

– Мама подарила мне парфюм, о котором я уже давно мечтала, но никак не могла купить. То денег на него не было, то в продаже не было…. А папа подарил беспроводные наушники, – рассказала брюнетка, посмотрев сначала на мать, а потом на отчима. – Но не надо говорить, что Серёжин подарок затмил ваши подарки. Все ваши подарки одинаково важны для меня. А важнее всего не подарок, а внимание. И я каждому из вас благодарна за подарок и внимание!

– Спасибо, доченька, – с благодарностью посмотрела на неё женщина. – Ладно, вы тут дальше втроём общайтесь, а я пойду, проверю всё ли там нормально на кухне. Скоро будем садиться за стол.

– А помощь тебе не нужна? – Виктор Романович сделал шаг следом за женой. Ему было неловко оставаться рядом с сыном, не смотря на то, что рядом была ещё и София. Но девушка могла уйти в любой момент в свою комнату и тогда они останутся наедине. А что говорить ему, если они будут наедине, мужчина не знал.

– Нет, не нужна. Общайтесь пока. Я сама до конца накрою на стол и закончу готовить. Как будет всё готово, дам знать, – Маргарита Васильевна ушла на кухню.

Виктор Романович проводил её взглядом. Как только она исчезла в коридоре, повернул голову и взглянул на парня. Но тот даже не смотрел на него, а продолжал общаться с брюнеткой. Мужчина присел в кресло, наблюдая за разговором молодых людей.

– Ну, что ж, Серёжа, теперь мы с тобой ровесники, – заявила София, отложив в сторону подарочную коробку.

– Ненадолго. Очень ненадолго, – покачал головой Сергей.

– У тебя скоро день рождение? – взгляд девушки стал заинтересованным, а глаза как будто бы даже загорелись.

– Через пару месяцев.

– Пригласишь меня? Ты же не будешь праздновать день рождение без меня? Как ты вообще будешь праздновать его?

– Я уеду на свой день рождение в другой город, так что ничего не получится, – выдал парень. – Прости, но пригласить тебя туда не смогу. Как вернусь, отпразднуем ещё раз, но вдвоём. А там отмечу день рождение с друзьями.

– Понятно, – вздохнула брюнетка. – Ну, ладно. Отметить день рождение с друзьями – это тоже здорово! Но потом, как вернёшься, сразу напиши мне. Хорошо?

– Хорошо.

Они дальше говорили, а Виктор Романович тем временем, не сводя глаз с сына, вспомнил….

«Около 12 лет назад»

– С днём рождения тебя! – пела женщина, ставя перед сыном торт. На нём было ровно 7 свечей, которые ярко горели. – Серёженька, поздравляю тебя! – мама крепко обняла мальчика и поцеловала. – Сегодня тебе исполнилось семь лет. Загадай самое заветное желание и задуй свечи.

Ребёнок на секунду задумался, а потом подул. Свечи затухли.

– Молодец! – улыбнулась женщина. – А сейчас поедим торт.

– Люда, ты что правда веришь, что желание исполнится? – хохотнул Виктор Романович, стоя в проходе и наблюдая за женой и сыном.

– Может быть… – пожала плечами мама, убирая свечи.

– Ну-ну! – скривился мужчина. – Из кухни валите. Я сейчас буду есть.

– Но как же торт?.. – растерялась Людмила. Она уже держала в руке нож, готовая нарезать торт.

– Потом. Или я сейчас просто выброшу его, и он вообще никому не достанется, – брякнул отец. – Пошли вон!

– Пойдём, Серёженька, – женщина взяла сына за руку и вместе с ним вышла из кухни.

Виктор Романович на кухне отодвинул торт подальше, а потом полез в холодильник. Он достал водку, мясо и варёную картошку. Усевшись за стол, мужчина, даже не став греть еду, начал есть. Ел отец, не спеша, растягивая удовольствие. В какой-то момент потянувшись к водке, он опрокинул бутылку. Спиртное полилось прямо на торт. Глава семейства грязно выругался и вскочил со стула. Недолго думая он отставил бутылку в сторону, а торт выкинул в мусорку. После этого вернулся к еде.

Через десять минут Виктор Романович покинул кухню и вернулся на своё любимое кресло. Голос жены раздался из кухни через пару минут.

– А где же торт?.. – удивилась она.

Мужчина услышал шаги и сразу повернул голову. Людмила появилась в большой комнате уже через секунду. Позади неё стоял Серёжа.

– Витя, а где торт? Он стоял на столе, но сейчас его нет. Куда ты его убрал? – последовал вопрос от женщины.

– Выкинул! – буркнул отец и повернулся обратно к телевизору.

– Как это выкинул? – не ожидала услышать это мама. – Зачем?

– Захотел и выкинул! – Виктор Романович вновь взглянул на семью. – Он мне мешал на столе, – взгляд мужчины упал на сына. В глазах мальчика появились слёзы, а губы задрожали. Казалось, что он сейчас заплачет. – Ты мне поплачь тут ещё!

– Серёженька, иди в комнату, – повернулась к нему Людмила. – А я куплю новый торт. Только не плачь!

– Ещё чего! Я не дам деньги на новый торт, – отрезал отец. – Обойдётся! У нас итак мало денег. Пусть ест то, что лежит в холодильнике.

– Но, Витя… – попыталась возразить женщина.

– Закрой рот! – прикрикнул глава семейства, заставив вздрогнуть и жену, и сына. – Я всё сказал!

– Серёженька, иди, – мама подтолкнула его к комнате.

Мальчик послушно побежал в свою комнату, желая скорее скрыться от гнева отца. Людмила больше не решилась пререкаться с мужем и ушла на кухню. А Виктор Романович, как ни в чём не бывало, продолжил смотреть телевизор.

Какое-то время он смотрел его, но через пятнадцать минут мужчину начал раздражать противный звук из комнаты сына. А оттуда шёл такой звук, как будто бы кто-то постоянно заводил и заводил игрушку. Та противно тарахтела, до невозможности раздражая отца. Ещё через десять минут глава семейства не выдержал и бросился к комнате ребёнка. Он так резко открыл дверь, что мальчик даже вздрогнул и замер. В его руках был небольшой игрушечный вертолёт, с которым Серёжа играл.

– Как же ты достал меня! – подскочил к сыну Виктор Романович. Он вырвал у него из рук вертолётик, бросил на пол и тут же наступил на него ногой, ломая. – Почему ты такой шумный?! Сложно тихо сидеть?!

Ребёнок, не говоря ни слова, заплакал. По его лицу потекли горячие слёзы, которые тот не мог сдержать.

– Не смей реветь! – Мужчина замахнулся и со всей силы ударил мальчика по лицу. Тот упал на пол и зарыдал. – Я сказал тебе не издавать ни звука! Заткнись! – отец ударил сына ногой, как будто бы думал, что таким образом получится заставить его замолчать. Он хотел ударить вновь, как тут к нему подскочила жена.

– Витя, не надо. Хватит. Оставь его, – взмолила Людмила.

– Пусть заткнётся и сидит тихо, и тогда мне не придётся бить его! – крикнул Виктор Романович, но сделал шаг назад, оставив Серёжу в покое.

– Серёженька, – мама опустилась рядом с ним на пол и начала гладить по голове, – тихо, тихо. Всё хорошо! Не плачь! Я рядом!

– Давай. Жалей его! Он же иначе не затихнет, – со злостью посмотрел на них мужчина и, развернувшись, вышел из комнаты, громко захлопнув дверь.

– Обожаю Новый год! Это мой самый любимый праздник! – донеслись до Виктора Романовича слова Софии, приведя его в себя.

Отец всё также продолжал смотреть на парня. Он чувствовал, что на его глазах начинают появляться слёзы. Сейчас глава семейства, как никогда ранее, чувствовал боль сына, которую тот тогда испытывал от его побоев и издевательств. Сейчас он сам не понимал, как мог так обижать мальчика, приносить ему такие страдания и боль. Взгляд мужчины стал виноватым. Он смотрел на молодого человека с жалостью и с трудом боролся со слезами, которые рвались наружу от чувства вины и душевной боли. Виктор Романович даже не сразу понял, что Серёжа смотрел прямо на него.

Взгляд парня был внимательным и даже пристальным. Молодой человек ещё десять минут назад заметил странный взгляд отца и всё это время смотрел на него. А тот был настолько сильно погружен в себя, что даже не замечал этого. Сергею казалось, что мужчина смотрит на него как-то виновато и даже с жалостью. Это было очень подозрительно и странно.

Чем дольше они смотрели друг другу в глаза, чем сильнее парень ощущал, что что-то не так. Никогда раньше Виктор Романович так на него не смотрел. И сейчас, глядя ему в глаза, в голове молодого человека мелькнула мысль: «Неужели он меня вспомнил?! Нет, он точно всё понял! Он вспомнил меня! Он знает, что я его сын!».

Придя в себя окончательно, мужчина поспешно поднялся с кресла и вышел из гостиной. Серёжа проводил его взглядом.