Рассвет. Тайна из бронзы

– Дети, в целом эта мысль была положена в основу резонансного генератора. На сегодня мы закончим, - сказал учитель, остановив проекцию.

– Нет, давайте дальше, мы же не уснем. Тут такое происходит, - сказал Матвей.

– Ага, ага. Мы даже не знали, что Кистолов с Дубковым чуть не подрались, - поддержал Артём.

– Давайте сегодня, очень хочется понять, почему Натрийцы не стали нас порабощать? - Спросила Лика.

– Какие вы не терпеливые, а как же интрига? Ладно, если все согласны. Надеюсь нас не выгонять на самом интересном. Только давайте дружно предупредим родителей, что задержимся.

Глава 5. Недры успеха

Учитель возобновил проекцию. Обсуждение в операторной прервал сигнал от рации.

– Рассвет, прием. Мы откопали проход до зоны погрузки реактора. Ждем указаний.

– Дубков на связи. Необходимо проверить ручной механизм, иначе у нас проблема, сейчас сформируем группу для захода в реактор, будем осторожны. Мы не знаем все ли процессы завершились успешно и что по итогу находится внутри, оно может оказаться чрезмерно радиоактивным. Товарищ генерал-полковник разрешите отправить группу для завершения эксперимента, мы не должны бросать труды тысяч людей за последние десятилетия просто под землей.

– Разрешаю, но вы остаетесь здесь, мне нужны факты и точные расчеты. Пока что все звучит в духе «мы тут придумали».

– Хорошо. Слав, займитесь пожалуйста, надеюсь механизмы не повреждены. Извлеките что сможете, все упаковывать по отдельным контейнерам. Я тебе доверяю, ты готов к этому. Все оборудование подготовьте, костюмы. Если что-то пойдет не так, просто закрывайте.

– Жаль, что шампанское не получилось открыть. Профессор, вас понял, сделаю, - отойдя от Дубкова, Лангорский обратился к коллегам, - давайте все же перевернем энергетику, все не зря, - взяв с собой часть ученых они отправились на склад за оборудованием, тем временем Ронговский показал пальцем на пару военных и отправил их следить за ними.

Распределение складов на полигоне позволило создать резерв всех необходимых инструментов, костюмов и датчиков, которые необходимы для выполнения первичной процедуры извлечения плазурадия. Группа достала всю необходимую экипировку и направилась к пункту переброски в глубины кратера ко входу в реактор. Из того, что могло не по плану уже случилось и успешный спуск команды казался невозможным, но ученые оказались у дверей реактора спустя всего лишь пару часов, что в текущей обстановке казалось немыслимой удачей.

– «Рассвет», приём. Визуальный осмотр проведен. Механизмы ручного открытия не получили серьезных повреждений. Начинаем открывать, — передал Лангорский.

Массивная дверь состояла из сотен тон сплавов стали, огромные гидравлические системы были предусмотрены на случай отказа автоматики. Удивительно что все механизмы остались в полной работоспособности, масло конечно в некоторых местах подтекало, но огромный запас прочности сыграл свою роль. Вячеслав стал раскручивать маховик. Ведущий вал на котором находилась небольшая шестерня начала раскручивать группу планетарных редукторов, которые со скрипом привели механизм в движение. Со всей стенки реактора начала лететь оставшаяся земля и песок, раздавшийся гул и скрежет сделали первый шаг в неизвестное будущее, которое наступит не совсем скоро. Скорость открытия этой махины была настолько низкая, что улитка оказалась бы болидом в сравнение с ней. Эта процедура считалась аварийной и сделано было так из соображений безопасности. Вокруг двери были выставлены все возможные датчики. Радиация, разрушающая тело за секунды. Ядовитые газы, разъедающие костюмы химической защиты. Температура испепеляющая всех и вся. Угадать, что пошло не так невозможно и как только датчики бы зафиксировали отклонения, необходимо прекратить всякие попытки вскрытия реактора. Похоронить проект под толщей разочарования и разбитых мечтаний.

Осциллограммы всех показателей шли в одной натянутой горизонтальной линии. Небольшой шум сопровождающий их на протяжении времени, скорее был вызван перемещениями ученых от одной точки измерений к другой. Толщина двери порядка 10-и метров. Продвижение за полчаса составило всего пару десятков сантиметров. Лангорский по переменно со своей командой продолжал крутить маховик. Скорость открытия стала нарастать. Вся система накопила достаточную кинетической энергии и скорость начала нарастать до 5-и сантиметров в минуту. Это стало ощутимым визуальным драйвером прогресса для группы. Спустя два часа от начала дверь была открыта на половину. Каждая ступень двери отошла от стенок реактора. В этот момент Лангорский находится как раз напротив этого участка.

– Хорошо наконец идет, думаю скоро будет достаточный просвет, что бы пройти внутрь, - не успев договорить его озарил яркий белоснежный свет, пробивавшийся сквозь образовавшуюся щель. Он не вызывал страха, от него будто веяло теплом. Показания датчиков оставались стабильными. Остальная группа в это же мгновение, наблюдая со стороны, оказались напуганы и начали закрывать дверь - «Рассвет», прием! Мы открыли дверь на половину. Выявлено яркое свечение, предположительно от образцов. Показания в норме. Находился в это время напротив лучей, чувствую себя хорошо. Дверь начали закрывать, ждем указаний.

– Принято. Продолжайте, ждите указаний, — ответил Дубков.

– Что-то не так? — Спросил генерал.– Да. На основе расчетов, такого поведения материал не должен был приобрести.– Если ваш человек все еще жив, значит не так уж это и страшно, верно? – Мы уже не знаем, что находится внутри, вы хотите продолжить и подвергнуть опасности всю планету?

– Вы уже это сделали. Думаете не найдется кого-то кто продолжит это? — Генерал забрал рацию. — Говорит Ронговский. Продолжайте открытие. Повторяю — открываем реактор.

– Принято, — ответил Лангорский, — парни, вы все слышали. Проверьте показатели если все без изменений. Начинаем открывать. Думаю все будет хорошо. Как видите я все еще жив и чувствую себя превосходно.

Сбитая инерция механизмов двери вновь заставила всех ждать, но все же не так долго. Продолжая крутить маховик, все оглядывались на Лангорского, не упал ли он замертво.

Достигнув половины раскрытия лучи света вновь стали пробиваться сквозь взвеси пыли. Раскрываясь все больше лучи стали достигать зеркальных стенок кратера и отражаться во все стороны. Некогда темная, мрачная яма, освещаемая доставленными светильниками, заполнилась светом, который устремлялся в небо. Дубков не мог поверить своим глазам, огромный 500-сот метровый прожектор освещал небосвод.

– Я надеюсь с вами все хорошо?

– Да все хорошо, стало ярковато, но защитное стекло справляется, — ответил Лангорский.

Спустя еще час двери были открыты достаточно для проникновения внутрь не только человека, но и погрузчиков, на которых планировалось вывозить плазурадий.– Мы закончили, все показатели в норме, направляемся внутрь, - группа Вячеслава в этот момент была сравнима с первым человеком в космосе. Хоть и реактор был огромен снаружи, но внутри он был достаточно маленький, что бы просто поместились все необходимые материалы-реагенты. Приближаясь к реактору ни кто из них не представлял что же они увидят в итоге. По расчетам должен был получиться набор из десятков стержней, которые было бы удобно транспортировать. Озаряющий свет поставил это под сомнение, теперь ожидалось увидеть просто «пещеру» покрытую слоями драгоценных металлов.

Отделявший метр от реактора, заставил всех одеть уже по третьей паре защитного стекла, становилось все ярче. Последний шаг отделял ученых от реактора. Никто не стремился сделать его. Опасения перед неизведанным брали вверх, даже у тех кто построил карьеру на базе этого эксперимента.

– Да будет свет сказал электрик, — Лангорский сделал шаг вперед, — а сам обрезал провода, — он остановился и начал оглядываться по сторонам и сделал еще пару шагов вперед, — «Рассвет», приём, — рация предательски молчала, электромагнитные помехи заглушали все.

Продвинувшись к центру реактора, Вячеслав увидел что вся зона реактора стала напоминать «железную деву». Весь потолок был усеян конусами, острие которых было направлено к центру. Самый большой конус был в центре на полу. Все это напоминало картину концентрации энергии в центре. Пока Лангорский разглядывал их, он обратил внимание на то, что по поверхностям «сталактитов» проходят видимые волны, собираясь в центре. Факт того, что вся группа все еще жива, отражала факт того, что фоновая активность безопасна. Остается понять, безопасен ли прямо контакт.

- Парни, все в порядке. Несите приборы, - ученые стали заносить инструменты и останавливались в изумлении, - да, это поражает воображение. Давайте указатель напряжения. Проверим сможем ли мы хотя бы прикоснуться к этому, - Лангорскому передали указатель высоковольтного напряжения. Поднося его к одному из конусов индикатор не отобразил наличие напряжения. Взяв индикатор низкого напряжения, результат оказался тот же, - очень странно, неужели не получилось. Давайте пробовать вытащить их. Начнем с нижнего. Давайте наш гидродинамический молот.

Инструмент достали из кейса, подготовили к работе, передали Лангорскому. Поднося жало к основанию сталагмита наконечник раскалилось до красна и еще через мгновение стальной прут просто стек вниз как какое то варенье, не успев не чего сделать.

- Все таки получилось, чем мы правда будем извлекать это теперь не понятно.

- У нас же есть полимерные насадки, давай их попробуем, Слав, - сказал один из команды.

- Странно, что они не плавят стенки реактора под собой. Выбор у нас не велик, давайте пробовать, - очистив разъем молота, была установлена насадка из полимерных составов.

Молот начал совершать удары, в этот раз насадка не начала испарятся на глазах. Все усилия инструмента не оставили даже царапины на поверхности. В след за гидравликой пошел газовый резак. Результат оказался тот же. Конус оставался невредимым. Тогда было решено выпиливать целиком, вместе с куском стенки реактора.

- Нужно вернуться и запросить еще людей. Петров, вернись к дверям, запроси больше людей и побольше резаков, — в это время команда Лангорского продолжала искать способ забрать получившийся сплав из плена реактора.

Ситуация оказалась достаточно странная, любой металл который прислонялся к плазурадию просто в мгновение ока становился жидкостью, но стенки реактора в большинстве своем были как раз из металла. Почему ядро, в котором сосредоточены все образования нового материала, не превратилось в болото из композитных расплавов. Неужели стенки реактора имеют достаточное сопротивление, что бы не поддаваться этой мощности. Поняв бесполезность физического воздействия группа продолжила осмотр сконцентрировав внимание на основаниях пирамид. Казалось что это стал идеальный симбиоз между стенками реактора и только что появившегося на свет сверхпроводящего, к тому же сверхпрочного сплава. Если бы не произошедшая катастрофа, то вероятно реактор бы действительно разбирали что бы достать каждый самородок. Падение с высоты все же оказало влияние и в белоснежном свечении одного из кристалла на потолке один из ученных заметил странный оттенок у его основания. Он находился в стороне от других, взяв телескопическую штангу и полимерный скребок, он решил проверить что это.

Телескопическая ручка устремилась вверх к интересующему месту. Ученый начал шкрябать этот темный проблеск. Стало понятно, что он, что-то нашел. Продолжая свои действия, он хотел повернуть голову и позвать остальных. В это же время раздался треск, который был сродни разбитым тысяч бокалов одновременно. Тот самый конус с потолка устремился вниз. Ударившись о соседние пики он изменил курс и за пару мгновений уже оказался внизу. Пол сразу начал раскаляться и просто превращаться в озеро из металла. События были стремительны и люди даже не успели понять, что тот самый человек, который смог отделить этот кусок от потолка, лежал по ним и потерял сознание от удара по голове. Он был все еще жив. Костюм хоть и не давал сильной маневренности, но был достаточно жаропрочный, поэтому у команды были мгновения что бы вытащить его из этого «адского жерла». Никто не ожидал увидеть как бурлит сплавы, которые выдерживали все возможные термические эксперименты, иначе бы их не стали применять для этого проекта. Благодаря тому что зона расплавления не стремительно расширялась, Лангорский и остальные смогли приблизиться достаточно и к их товарищу и к придавившему его плазуриту.

- Нужно сделать рычаг! Возьмите его штангу, она готова уже, - кричал он.

Один из ученый схватил штангу и уперся в видимую часть конуса, что бы хоть как то приподнять его, хоть и окружающий металл стал жидким, но вытащить ученого из плена не получалось.

- Не идет! Нужно толкать! Где вторая штанга?! - Напряжение росло, все понимали что костюм просто скоро сгорит вместе с их другом.

В суматохе никто не смог найти необходимый инструмент. Лангорский принял волевое решение. На лицах всех ученых проскочило неимоверное удивление. Вот он пытался тянуть своего подчиненного за плечи, а спустя мгновение находится вместе с ним в центре озера из стали и толкает этот камень.

- Тяните! — Сквозь боль, прикладывая все усилия Лангорский смог сдвинуть кусок плазурита, освободив тело своего товарища достаточно, что бы его вытащили. В это же мгновение он сам выскочил из адского плена. Металлы стекали с костюма, очень быстро остывая и сковывая его движения. Показатели Шелстогорова были критическими. Используя транспортер, на котором привезли инструменты команда устремилась на выход. Петров, который стоял у входа и собирался связаться с «Рассветом» был ошеломлен, тем что как только он ушел произошла непредвиденная ситуация. Он не успел спросить, как Лангорский вырвал рацию.

- «Рассвет», приём! Срочно! Нужна вертушка, есть пострадавший, состояние критическое!

- Принято, ждите, - побледневший Дубков, с каждой минутой все больше вгонял себя в уныние. Его разрывали мысли. Мечта жизни — просто сказка. Обещал будущее, а по итогу только губит все к чему прикасается. В это время в кратер уже летели вертолеты с бригадой скорой помощи, а так же для извлечения группы. Он не мог спокойно продолжать операцию. Пока не получит ответов и не составит четкий план.

Все люди были доставлены на поверхность. Шелстогорова направили в реанимацию с обширными ожогами. Лангорскому оказали помощь по месту, его ожоги оказались не настолько критичными. После того как ему обработали раны, он направился к Дубкову.

- Эксперимент успешный У нас получилось, но итоговый результат не совсем сходится с нашими планами, - Лангорский рассказал об уведенном Дубкову и о том как произошел несчастный случай.

- Это моя вина. Я должен был предусмотреть подобное, - ударив кулаком по столу, Сергей встал и пошел в сторону окна и устремил взор в сторону кратера, - Я сделаю все что бы это не повторилось.

- Вы не один, сделаем это вместе, тем более плазурид все же оказался безопасен для человека. Руки у меня не пострадали после соприкосновения с ним.

- Да, это хоть какая то хорошая новость. Учитывая все что ты рассказал, похоже на границе где конус вплавлялся в стенку реактора, образуется диэлектрическая прослойка. Похоже она достаточно хрупка, если небольшого воздействия хватило, что бы кристалл освободился и упал. Нужно спускать инструмент и оснастку с полностью диэлектрическими покрытиями. Вытащим сначала тот, который находится снизу, ты говорил он же самый большой?

- Да визуально он самый большой. Остается понять как добраться до этой прослойки. Наши газовые резаки ели как справляются, что бы царапины оставить на стенке реактора.

- Генерал, разрешите узнать, нет ли у вас каких то инструментов, о которых мы возможно не должны знать, что бы разрезать стенку нашего реактора.

- Только плазменные резаки, но БМП я не дам вам спустить туда. Без генератора они бесполезные, - ответил Генерал.

- Я бы кое-что проверил. Генераторы возможно и не понадобятся, - сказал Лангорский посмотрев на Дубкова.

- Ты собрался сделать, то о чём я думаю?

- Опробуем новый источник энергии, что в этом такого.- Наше оборудование просто не пригодно для его использования в чистом виде.- Мы хотя бы попробуем, иначе я не представляю как мы сами конусы будем обрабатывать, они еще прочней чем наш реактор.

- Я скольких людей должен подвергнуть смертельной опасности, - скрежета зубами сказал Дубков, - не могу разрешить это. Если и делать, то я пойду сам, но меня от сюда не вы...

- Разрешаю, идите, - прервал его генерал.

- Что? — Сергей был удивлен подобному повороту, но быстро собрался и сконцентрировался на новой цели — успешное извлечение. — Хорошо, выдвигаемся тогда через 30 минут.

Симуляция остановилась. Образы начали растворятся в воздухе.

- На этом сегодня закончим. Оставим самое интересное на завтра.

- Учитель, нам это на истории Земли уже показывали. Они поняли что в момент синтеза плазурида образуется диэлектрическая очень хрупка подложка, благодаря которой можно с легкостью отделить получившиеся самородки, что в целом команда Дубкова и сделала, а энергию что бы добраться до нее они взяли напрямую от кристаллов внутри реактора. Что спустя пару месяцев уже строились новые реакторы "Рассвета". Что весь мир очень быстро перешел на чудо таблетки Дубкова, которые поддерживали любую электронику без подзарядки. Хочется чего то нового. Расскажите почему сохранился хрупкий мир и человечество не погрязло в войне за контроль над этой технологией.

- Какие вы шустрые. Прогресс штука необратимая. Уже и об этом знаете . Скоро вы меня учить будете, - посмеялся учитель, - да, Дубков открыл эпоху неисчерпаемых источников энергии. Без отходов. Без выбросов. Абсолютно экологичных. Вы верно подметили, скорее всего спустя пару недель мир бы погряз в погоне за властью над этой технологией, но случилось то что перевернуло все представление человечества о мире. Устроим небольшой перерыв и я расскажу вам, как удалось сохранить наш мир в целости.

Глава 6. Ожидающие во тьме

Дети разбрелись по площадке. Каждая группа предвкушала увидеть тот самый момент, о котором рассказывают родители, бабушки и деды. Момент который ознаменовал не просто новую энергетическую эпоху, но и переосмысление бытия.

Знания могли передаваться из уст в уста, но визуализации оставались доступны исключительно в образовательных учреждениях. Мало кто понимал почему эти сервисы не становились общедоступными, но для детского воображения это играло только на пользу. Они слышали десятки историй и собирали в своей голове образы, как, где и почему происходит событие. После того как видят картинку которая сильно разнится с их образами, у них появлялось значительно больше вопросов и вовлеченность в процесс возрастала, что вело к росту интереса к истории мира. Элитой настоящего времени являлись историки. Чем больше тонкостей ты знаешь, чем больше фактов ты можешь унести и передать другим, тем ценней ты становился как единица общества. Все началось именно тогда. В день когда одиночество человечества прекратилось.

Спустя 5 дней, после инцидента в глуши сибирских лесов, человечество впервые встретила их, представителей межгалактического совета, возглавляемого первой цивилизацией достигнувшей планетарных скачков - Броторианцам.

Каждое государство в эти дни пыталось оторвать хоть какой то кусочек от технологии изготовления плазурадия, но главной технологией от проекта "Рассвет" стало возможность использования энергии ядра планеты, в последствии названным "Путеводитель".

Все изменилось в тот день. На пятые сутки. На небосводе вокруг всей планеты стали появляться яркие вспышки. Каждый житель планеты увидел на небосводе швейцарский сыр, в дырках которого виднелись порты и шлюзы из книг фантастики. За секунды была развернута блокада. Блокада масштабом планеты. Все происходило настолько стремительно, что даже главы крупнейших стран не успели не чего сделать, как десант уже находился на всех военных базах взяв под контроль целую планету. Это все нужно было только ради одного. Поприветствовать и поздравить человечество.

То что выглядело планетарным захватом, оказалось всего лишь мерой предосторожности, Земля далеко не первая планета которую они инициировали в участников межгалактической агломерации. Зачастую так ждавшие контакта цивилизации с другими представителями. При виде той самой внеземной жизни оказывались настроены враждебно. Из одного из самых крупных портала начал движение огромный галактический транспортер. Закрывая солнце, отбрасывая тень на половину земного шара, крейсер занял орбиту планеты. Спустя небольшое количество времени, от него отправился небольшой корабль направляющийся к поверхности. На нем находился глава дипломатической миссии. Высадившись в районе Объединенных Арабский Эмиратов, неожиданные гости захватили каналы трансляции и начали вещание.

- Приветствуем вас, Земляне. Мы достаточно долго наблюдали за вами. С радостью хотим поздравить каждого из вас. Вы открыли технологию планетарного синтеза, а так же самое важное резонанс времени и пространства. Это и является причиной нашего появления. Приносим прощение за происходящее. Мы не хотели что бы кто то пострадал, поэтому временно взяли планету под контроль. В скором времени ваш технологический процесс начнет расти в тысячи кратном размере. Наша цель помочь вам и сделать этот шаг безопасным как для нас, так и особенно для вас. На данный момент мы хотим встретится с вами - главами всех стран. За вами сейчас направятся наши корабли. Не переживайте, мы не причиним вам вреда. Надеюсь очевидно, что если бы мы были настроены враждебно мы бы уже давно испепелили всю планету. Извините за утрированный пример.

В этот момент в каждую страну от малой до огромной был отправлен корабль, который стремительно вылетал из все еще открытых порталов. Каждый из них был направлен напрямую к лидерам стран. Не каждый захотел добровольно вступить на борт и пытались оказывать сопротивление всего лишь паре гуманойдов, которые спокойно предлагали пройти на борт, но сотни солдат теряли сознание не успев даже нажать на спусковые курки. Спустя 10 минут все были собраны в огромном куполе. В центре оказался тот самый дипломат.

- Приветствую еще раз. Позвольте представиться. Я - Кариолис 132-ой. Представитель первой цивилизации межгалактического пространства. Мы стали первые, кто освоили технологию планетарного резонирующего ядра. Мы называем это "Прядь". На основе ее вы можете открывать порталы, если позволите так выразится. В связи с тем что эти порталы несут очень серьезную угрозу, вы обязаны следить за каждым потоком, холить и лелеять их. В последующем вы сможете взаимодействовать со звездами. Это я вам намекнул если что на то что развивать дальше, если что. Сейчас для нас важно обозначить, что вы стали теми кто овладел одной из важнейших технологий в целом в нашем мире. Она дает много возможностей для развития, но и развивает чувство вседозволенности. Мы прибыли к вам, чтобы ознакомить вас со списком запрещенных воздействий на галактику. После этого, если все согласны мы улетим и оставим вас разбираться с тем что вы обсуждали последнюю неделю разорвав друг друга на части или перестать думать форматами маленького клочка почвы и перейти в галактический масштаб, - обернувшись ко всем присутствующим главам стран, чужак не встретил отрицания или возмущений и решил продолжить, - сейчас мы пройдем по своду правил.

Первое правило гласило:

Не использовать технологию скачков для разрушения миров, уничтожения или захвата любых цивилизаций находящихся на более низкой ступени развития. Наказанием является полная аннигиляция цивилизации, с помощью сил совета.

После его оглашения начали подниматься вопросы со всех сторон, создавая эффект балагана. Взмах рукой Кариолиса заставил всех немедленно успокоится, гравитация в зале резко выросла зажав всех в кресла.

- Будьте терпеливы, я не хочу не кому навредить, все вопросы вы сможете задать позже.

Находившиеся в зале люди знали о всех тайных разработках в рамках их стран и никто даже не мог представить, что есть что-то способная в мгновение ока изменить гравитацию, для некоторых стало вопросом почему их буквально впечатло в сиденье, а внезапный гость спокойно перемещался по сцене, убеждаясь в установлении порядка.

- Теперь о менее строгих, но важных правилах, которые влекут за собой накопление предупреждений. Вы можете получить их, всего пять. После последнего, думаю не нужно объяснять, что последуют, - подчеркнул дипломат.

Правило второе:

Запрещается любой контакт с цивилизациями не достигшими технологии "Прядь". Все должно идти своим чередом. Каждая цивилизация должна прийти к этому сама.

Правило третье:

В скором времени вы встретитесь с материалом, который мы называем, бронзарит. Его добыча регламентируется межгалактическим советом, в строго отведенных лимитах. Это единственный оставшийся, действительно ценный, невозобновляемый и невоспроизводимый материал.