Курсовая работа по обитателям болота

Болотник тихо зашипел и стремительно запихнул меня себе за спину.

О-о-чень весело.

– Ла-Шавоир… Позволено ли мне вас приветствовать? – мягко спросил один из новоприбывших, и я на миг прикрыла глаза. Никогда не слышала настолько необычного голоса. Тягучий, как мед, бархатный, почти ощутимо ласкающий кожу, и эротичный, до состояния «я уже твоя». Это что вообще такое?! Юля, очнись!

– А у меня есть варианты? – иронично ответил Феликс и великодушно разрешил: – Приветствуй!

– Это была шутка.

Р-р-раз – и мёда в голосе не осталось. Меня мигом пробрал озноб, и, спустя еще пару секунд, я поприветствовала вернувшийся разум. Только вот теперь интересно, а что это за тип?

Честно старалась смирить любопытство. Очень долго и старательно. Почти десять секунд. Но это было сильнее меня! Я быстро, всего одним глазком!

Сказано – сделано: осторожно выглянула из-за плеча Феликса. Правда, пришлось встать на цыпочки, но это же такие мелочи! Наглый тип, показавшийся по голосу прекраснейшим, оказался обладателем надменной морды аристократа в энном поколении, на которой аршинными буквами было написано: «смерть несовершенству». Собственно, кроме этой откровенной породистости, ничего особенного в нем не было. Высокий блондин с черными глазами, высокомерным выражением лица и острыми ушами. Привет эльфам! Я искренне считала, что вы будете симпатичнее…

Ла-Шавоир, разумеется, в это время не молчал, и я решила прислушаться к набирающему обороты скандалу.

– А вы, Элливир, много на себя берете, и хамство вас совсем не красит. Как и все остроухое племя.

Элливир…

Изумрудный Город.

Гудвин.

Элли.

Что за дурацкая сказка?! Почему ЭТО – Элли?!

Я еще раз оглядела «сказочный персонаж» и мне захотелось ругаться матом. Похоже, психолог скоро понадобится мне.

– Неужели? – в голосе «Элли» опять тягуче переливался соблазн. – А будет ли мне позволено поинтересоваться, какое занятное создание вы держите за руку?

Так-с… Это я, насколько понимаю?

– Позволено, – великодушно кивнул зеленый. – Это та, к кому вам придется прислушиваться в дальнейшем!

Похоже, заявление болотника никого из присутствующих равнодушным не оставило. Но если у меня натурально отвисла челюсть, то Элливир владел собой лучше и просто недоверчиво уставился на оппонента огромными антрацитовыми глазами. Ох, какие глаза… как космос. Даже серебряные искры появились. Словно звезды…

– С чего бы это? – мягко спросил блондин.

Я потрясла головой и подавила желание обо что-нибудь ею побиться. Мне никогда не нравились мужчины такого типа, а уж настолько высокомерные, тем более… Да что это такое?!

– Так решил Гудвин.

– Забавно, – мурлыкнул эльф, и у меня опять перехватило дыхание.

Взглянула на остроухого в поисках того, за что им можно так восторгаться, но опять не нашла. Впрочем, физиономия Элли тотчас показала, что та степень надменности, какая там была до этого, – еще не предел. Он отвернулся, явив горбоносый профиль, и спросил у Феликса:

– Ла-Шавоир, а с чего это мы, высший народ, должны слушаться переселенку? Причем, судя по глуповатому выражению ее лица, совсем новенькую.

– Тебе повторить? – сладко поинтересовался зеленый. – Правитель так хочет. Вы у нас в гостях, притом с определенными целями, а еще и с определенными проблемами. То есть в ваших же интересах, Медный, прислушаться к настоятельным просьбам Гудвина.

– Это унизительно, – спокойно ответил Элливир.

– Это оправданно, – покачал головой Болотный Лорд.

– Хорошо, – блондин, подхватив полу черного одеяния, склонился в грациозном поклоне. И добавил:

– Буду рад новой встрече, но в другой обстановке, девушка.

Он клыкасто ухмыльнулсяи меня навестили прежние мысли о званом ужине. А этого не позвали, вот и злится. Но не пора ли прекращать чувствовать себя дичью?

– Леди, – резко поправила его я.

– Что? – в черных глазах на миг отразилась растерянность.

– Леди, – я вышла из-за широкой спины кикимора и прямо взглянула в невероятные очи, изо всех сил пытаясь в них не потеряться. – По рождению и праву, лорд Элливир, потому настаиваю на соответствующем обращении.

– Правда? – темно-золотая бровь поползла вверх.

– Юлия Аристова, – четко, по-военному склонила голову и вновь с вызовом посмотрела на него.

– Как скажете, – по чувственным губам скользнула улыбка. – Юла Ариста.

– Что?!

– Так ваш род звучит на нашем наречии, – пояснил он. – До встречи… леди.

Потом он стремительно развернулся и удалился в сопровождении охраны.

Мы с Феликсом некоторое время задумчиво смотрели вслед этому невероятному типу, а затем я спросила:

– А у эльфов тоже засуха была?

– Да, – рассеянно ответил зеленый. – Даже сильнее, чем у нас. У них человейков даже в зоопарках не осталось. А еще «прогрессивная страна, гуманизм – наше все»…

– Вот тебе и вегетарианцы, – ошарашенно пробормотала я, с содроганием вспоминая набор белых красивых зубов остроухого.

Глава 2

Спустя десять минут мы сидели в просторном кабинете и задумчиво смотрели друг на друга. Не знаю, о чем думал Феликс, а я пыталась составить список вопросов. По степени важности. Но Болотный лорд, видимо, не горит особым желанием со мной общаться, а соответственно, и просвещать.

Отдыхая от странного облика моего визави, начала разглядывать кабинет. Ведь помещение, в котором человек проводит много времени, часто несет на себе отпечаток личности хозяина.

Комната была… темной. Но не давящей. Странно, но факт. Или такое впечатление складывается из-за задернутых коричневых гардин? Свет едва-едва проникает в комнату, и его хватает только на слабое освещение лицо собеседника и общих черт обстановки?

Стены отделаны панелями темного дерева, массивный стол стоит в углу и производит весьма солидное впечатление. На нем располагается небольшой глобус, массивное пресс-папье и лежат несколько папок и листов бумаги. На стене за Феликсом висит большая карта, зрительно разделенная на четыре сектора. Из-за полумрака, точные цвета разглядеть, к сожалению, не смогла. Тут было также несколько картин и пара этажерок с какой-то мелочевкой за стеклом.

Вывод? Хозяин кабинета – аккуратист, деловой человек, возможно, коллекционер. Любит стиль минимализма. А теперь можно поразмышлять о том, куда я вляпалась. Кстати, не без посильной помощи зеленого.

Что мы имеем? Проблемы. Притом их масштаб абсолютно неизвестен. Вот в целом.

Пока мы имеем следующее. А) Мне предлагают работу. Уже неплохо, так как работа – это, предположительно, деньги и какой-то статус в местном обществе. А если учесть то, что нахожусь я во дворце, статус наверняка немалый. Контингент, конечно, своеобразный, но мы переживем. В конце концов, женщины и в другом мире – женщины. А я на то и психолог, чтобы со временем разобраться в их… особенностях.

А теперь переходим к неприятному.

Б) Эльфы. Как много в этом слове!..

В принципе, это можно было бы сделать подпунктом графы «А», но, наверное, все же стоит поставить отдельно. Так как эльфы – это проблема. Как минимум одна, но зубастая.

В данный момент во дворце происходит непонятное. Местные дамы внезапно оценили прелесть длинноухих мужиков. Всё бы нормально, если бы дамы не были иного вида разумных. Невесело. Но – раньше такого эффекта не было.

– О чем вы думаете? – внезапно нарушил тишину Ла-Шавоир.

Я откинулась на спинку стула и внимательно посмотрела на его резкое, темное лицо с неожиданно светлыми глазами. Почти неприятно светлыми…

– О том, куда вы меня втравили.

– Лучше бы подумали о том, что в незнакомом месте стоит держать свой гонор при себе, – нахмурился кикимор. – Тем более, не хамить в лицо Хозяину Медной горы.

– Кому? – я нервно рассмеялась.

Ох, Юлька, хотела ты в жизни сказки! Вот получай!

– Хозяину одной из трех поющих гор эльфов, – пояснил Феликс. – Не любят их, но уважают. Визита Элливира мы не ожидали…

– Официальная причина?

– Урегулирование конфликта и налаживание дипломатических связей. Притом, если первое разрешили быстро и достаточно просто, то со вторым возникли сложности, – Феликс наклонил голову и устало потер переносицу. – Эльфы желают плотно общаться, всячески взаимодействовать и даже согласны пойти на уступки в таможенных вопросах.

– Как понимаю, раньше такого не было? Из-за чего конфликт? – заметила промелькнувшую на лице собеседника досаду и резко добавила:

– Господин Ла-Шавоир, вас никто не заставлял тащить меня сюда. Насколько я успела понять, переселенцы в этом мире нередкие птички, и, стало быть, то, что мной занялся сам управляющий дворцом, – это нонсенс. Поэтому продолжаю настаивать – я нужна вам. А мне нужна информация. Извольте ее предоставить. Вы не поверите, но жить мне очень хочется. И, желательно, благополучно.

О своем желании как можно скорее вернуться домой, я говорить не стала. Если у него на меня планы, то это надо держать при себе.

Поэтому сейчас я прямо смотрела в неестественно голубые глаза и не позволяла ни единой эмоции отразиться на лице. Я не сомневалась в его желании сделать из меня марионетку. Но куклы бывают разные.

Да, я, и правда, по рождению аристократка. Пусть жили мы не как при Российской империи, но понятия о чести и самоуважении родители мне внушили. И я не я буду, если какому-то зеленому водяному позволю использовать меня вслепую!

– Юлия… – он наклонил голову и медленно провел указательным пальцем по подбородку. – Хорошо. Вы – дар. Дар богини. Я просил – она выполнила. Но, к сожалению, мы не всегда получаем желаемое.

– Спасибо за откровенность, – я сочла нужным поощрить уступку.

– Вернемся к эльфам. Конфликт состоял в следующем: полгода назад младшая родственница Правителя решила не уходить в монастырь, чтобы посвятить себя служению богине, а сбежала с заместителем главы предыдущей делегации остроухих…

– Позвольте, прерву? – осторожно начала я. – Такое изложение подразумевает – ее чувство было взаимным?

– Верно, – он вздохнул и взъерошил волосы.

Вот засада! Вспоминая милые лики местных представительниц слабого пола, начинаю осознавать – они тут все извращенцы! Даже эльфы! Впрочем… если девушка была подобна Ла-Шавоиру, то возможно, всё не так плохо… Кстати, про это.

– Феликс… можно вас так называть? – получив подтверждающий кивок, я продолжила: – По пути вы говорили про второй облик. Можно ли подробнее?

– Разумеется, – с готовностью кивнул он, почти умиляя меня свой сговорчивостью.

Стоило показать зубы – сразу появилось какое-то подобие уважения. Как все грустно… Пока не оскалишься – не признают. Пока я витала в размышлениях о несовершенстве миров, болотник продолжил:

– Наверное, тут так просто не расскажешь… – он встал, подошел к окну и распахнул занавеси, впустив в кабинет свет солнца. Потом подошел к карте, задумчиво ее оглядел и заговорил: – Начнем с этого. Крупный материк тут всего один, многочисленные островные скопления; наверное, сейчас можно не освещать…

Я встала, подошла к нему ближе и коснулась пальцами шероховатой бумаги.

– Разделено на четыре цвета. В связи с чем? – кивнула на зеленый цвет. – Как я понимаю, мы находимся тут?

– Правильно. Сектор – Малахит, – чуть заметно улыбнулся кикимор. – Еще есть синий – Аквамарин, красный – Охра и желтый – Янтарь. Названы по преобладающим в них стихиям и, соответственно, царящему там климату. В Охре поймали Огонь и Сталь, поэтому теперь они сильное, технически продвинутое, но, увы, подземное государство, так как на поверхности сейчас царят вечные пески. Свет и Грезы оказались сочетанием не настолько губительным, поэтому на ландшафте Янтарного Сектора это не особо отразилось. Степь и степь.

– А какие расы там живут? – не вытерпела я.

– Не сейчас, – покачал головой Болотный Лорд. – Информации и так много, не будем сейчас о лишнем. Итак, продолжим. В Аквамарине захватили Воду и Ветер, поэтому земли эльфов гористы и полны озер. Так как именно этот сектор – наша главная проблема, то добавлю: эльфы там – раса главенствующая, но не единственная. После расскажу подробнее.

– А Малахит?

– Доблестный предок нынешнего Гудвина Ла-Дашра покорил стихии Земли и Тьмы. Поэтому теперь они – атрибуты нашего Сектора… – немного грустно сказал Феликс.

– Второй облик, – напомнила я.

– Да, – кинул на меня извиняющийся взгляд Феликс.

Я же насторожилась. Управляющий казался слишком… слишком… Его поведение очень разительно отличалось от недавнего. Благостный он сейчас был до приторности! Или у меня уже подозрительность настолько прогрессирует?

Ладно… Пока он действует согласно мной «заказанной пластинке», так стоит ли менять мелодию? Тем более, меня все устраивает.

– Из-за того что стихии принадлежат практически враждующим государствам и действуют согласно воле своих властителей, а не своей собственной, наша природа… не особенно ласкова, – признал Феликс. – Токсичное излучение, вредные испарения, катаклизмы и прочая прелесть мира, который на грани энергетического коллапса. Потому у всех нас два облика. Один из них более устойчив к окружающей среде.

– Восхитительно, – ошарашенно пробормотала я, пропустив мимо ушей занимательные физиологические подробности. Сейчас меня волновали более глобальные вопросы. – И когда нам грозит дружно вознестись в иной, лучший мир?

– Не скоро, – коротко фыркнул Ла-Шавоир. – Наоборот, сейчас ситуация стабилизируется.

– А не проще ли было отпустить Хранителей самостоятельно навести порядок?

– Юлия, – он снисходительно посмотрел на меня. – Представьте, как отреагирует бесконечно могущественное существо, если его вдруг освободят от оков, и оно сможет отомстить обидчикам? А их было немало, вынужден признать… Да и правители на это не пойдут. Хранители стихий – это огромная сила, благодаря которой сектора не воюют. Потому что у каждого по два Атрибута.

– Так Хранители или Атрибуты? – совсем запуталась я.

– Одно другому не мешает, – философски пожал плечами Феликс. – Да, Хранители, но при этом, они Атрибуты власти. Всесильные рабы…

– Невесело… – пробормотала я.

– Им – да, – кивнул Феликс. – Но старые – за века привыкли, а новичкам ничего не остается, кроме как смириться.

– Богиня… – задумчиво проговорила я. – А она что, отвечает на каждый зов, и занимается такими мелкими проблемами? Не в обиду сказано, но врядли это происшествие как-то отразилось на цельной картине мира.

– Маэжи благоволит роду Ла-Шавоир, – едва заметно улыбнулся кикимор. – И она не совсем богиня… в общем понимании. Маэжи – стихия Земли, высшая сила в мироздании. Призывать ее могут или Хранители, или правители или те, кому дано такое право.

– И как же она позволила так обойтись со своим Хранителем? Он же почти раб! – ошарашено поинтересовалась я. – Да и другие стихии… если они разумны, то почему ничего не предпримут?!

– Видимо наши взгляды на здравый смысл и моральные принципы, весьма разнятся, – спокойно ответил Феликс. – Юлия, это стихии понимаете? Кураторы миров…

Тут он наигранно улыбнулся и оживленно проговорил.

– Что-то мы с вами все о грустном и все дальше от темы. Облики. Один защитный, в котором мы проводим большую часть времени, а другой более слабый…

– То есть людской, – утвердительно проговорила я. – Вы не могли бы показать?

– Простите, Юла, но это личное, – покачал головой зеленый.

– Почему вы меня так назвали?

– Ваше имя для нас непривычно, тут Эл прав, – задумчиво посмотрел на меня Болотный Лорд. – Поэтому иногда тянет сократить и… адаптировать.

– Вы на то и придворный. Должны уметь сдерживать свои порывы, – я улыбнулась, но глаз эти эмоции не коснулись. И Ла-Шавоир прекрасно понял – его «щелкнули по носу».

– Так вот, – как ни в чем ни бывало, продолжил он. – Вы правы, во втором облике мы похожи на людей и даже чем-то на эльфов. Только симпатичнее.

Пострашнее то есть. Ох уж эти особенности местного «перевода». Хотя надо отметить, эльфы тут тоже не особо прекрасны ликом. Правда, я пока только одного и видела. Лица охраны были наполовину скрыты черным шелком.

Может, там остальные красы неписаной, и только одному Элли не повезло? И его специально отправили послом, чтобы не задевать чувство «прекрасного» у обитателей местного болота. Прошу прощения, сектора Малахит! Что-то меня постоянно тянет назвать это «болотом», и даже то, что природа тут этому не соответствует не спасает. Может это от того, какого цвета Феликс?

Но ввиду новой информации, стало немного яснее, почему именно дева и эльф прельстились друг другом!

– Стало быть, родственница Гудвина встретила остроухого, тот ее каким-то образом углядел во втором виде, так сказать, и бац – любовь и феромоны? – это я попыталась донести до зеленого, что не чужда дедукции.

– Почти, – снисходительно посмотрел на меня Ла-Шавоир. – На деле, знакомы они были давно, и даже вполне неплохо, и с удовольствием общались. А потом… тут вы правы. Он ее увидел – и все. Через месяц – ни посла, ни девушки… А когда послали протест в Аквамарин, то нам сообщили – дева уже на втором месяце беременности и готовится к свадьбе. Что тут можно ответить?

– Только пожелать счастья, благополучия, а самим материться сквозь зубы, – опять высказалась я.

– Верно, – кивнул Феликс. – Но отношения после этого обострились очень сильно. Потому прислали Элливира. Даже кандидатуру подобрали, в общем-то, подходящую. Но вот в чем проблема… Эл, по меркам эльфов, своеобразен, а по нашим – хоть и кошмарный, но в пределах допустимого.

Мне очень захотелось рассмеяться. Угадала!

– Не рассчитали длинноухие, – кивнула я. – Но все равно, такая реакция ваших женщин на, в общем-то, страшного мужика, ненормальна.

– Юлия, а то мы за три смены состава слуг про это не догадались! – язвительно бросил кикимор. – И не только на него такое… Вообще на всех! Половина девушек уже решила жить во втором облике, дабы иметь шансы им понравиться, и их пришлось вообще в район границы с Охрой выслать!

– У вас запрет на… – договаривать не пришлось.

– В пределах страны это не поощряется, – кивнул Феликс. – В других секторах – вполне допустимо. Всё же к нечисти отношение по-прежнему предубежденное.

Видимо, потрясения никогда не бывает много! Но привыкаешь, привыкаешь… Поэтому я просто уточнила.

– Нечисть – это в прямом смысле?

– Конечно, – кивнул Феликс. – Раньше некоторых из нас классифицировали как мавок, леших, водяных, кикимор, упырей, оборотней и прочего. Короче, мы все те, кто умеет быть почти людьми.

Теперь понятно, почему они человейков сожрали!

По нашей мифологии, эти товарищи мяском тоже никогда не брезговали. Господи, за что ты меня так не любишь? По всем законам жанра, я должна была попасть как минимум к эльфам и желательно во дворец! Там встретить принца, долго с ним цапаться, потом еще дольше посылать, когда он непонятно почему в меня влюбится. После – как можно дольше мучить мужика, а если повезет, то и двух! Затем выйти замуж за несчастного, и долго и счастливо отравлять жизнь окружающим. Красота!

А я? Вместо прекрасного эльфа – надменная морда с хм… своеобразным, скажем так, именем. Вместо красивой страны – болото.

Впрочем, я грешу на действительность. Так как Хозяин Медной горы меня не интересует, несмотря на его волшебный голос, а сам Изумрудный город очень красив, то попала я очень даже неплохо! Может, и не в десятку, конечно, но… тогда бы было скучно. А мне однозначно весело!

– Вы опять не тут, – вернул меня к реальности голос собеседника.

Кикимора зеленая, трава болотная… Ох уж это, «пальцем в небо»! А кстати…

– Феликс, а вы, случайно, не кикимор?

Тут случилось невероятное. Он покраснел! Если это, конечно, можно так назвать… просто скулы на миг стали более зелеными.

– Верно, – сухо ответил Болотный Лорд. – Я, можно сказать, феномен.

– Да-да-да! – с восторгом протянула я. – Ведь мужчин вашего рода не бывает!

– Как правило, мальчики наследуют вид отца, – согласился ла-Шавоир.

– А почему вы такой?

– Маменьке нужно было меньше на эльфов зариться, а деду – не так часто в Храм Маэжи бегать!

– В смысле? – не поняла я.

– Вы все равно узнаете… – вздохнул управляющий. – Маэжи – моя бабушка. Собственно, именно поэтому я даже в таком виде человекоподобен.

– Стоп! Кто такие человейки? – внезапно заподозрила я.

– Обезьяны, – тихо рассмеялся Ла-Шавоир. – Но также – это одно из самоназваний людского племени. В любом случае, давно доказано, что они произошли именно от этого вида.

– Зачем вы меня напугали до полусмерти?! – рассерженно зашипела я. Вот гад!

– Вы так забавно реагировали, – честно взглянул на меня этот… людоед! – Я не мог удержаться! И мне были интересны ваши поведенческие реакции.

И кто из нас теперь психолог?!

Я выдохнула и наклонила голову, чтобы не доставить этому зеленому экспериментатору удовольствия от лицезрения моей перекошенной злостью физиономии. Так! Успокоиться.

Когда я снова подняла на него глаза, то едва не отшатнулась от неожиданности. Необычное, резкое лицо мужчины, было всего в сантиметрах двадцати от моего.

– Что-то не так? – нейтрально поинтересовалась.

– Нет… – он отстранился, но смотрел на меня все с тем же, научно-исследовательским интересом. – Просто все переселенцы разные. И надо признать, я в свое время мечтал работать именно в этой отрасли. Со временем блажь прошла, но мне по-прежнему любопытно.

Замечательно. Я еще и подопытный кролик.

Да, но пора вернуть болотника на просторы интересующей меня темы.

– Феликс, вынуждена просить вас не демонстрировать это настолько явно. Мне от таких взглядов неуютно.

– Я знаю, – спокойно признал лорд. – Вы вообще очень забавный экземпляр.

– К вашему сожалению, я не только забавна, но и, как вы выразились о людях, «предположительно разумна». В связи с этим прискорбным фактом развились такие странные свойства психики, как гордость и честь, – медленно проговорила я. – И вы их задели.

– И правда, забавный, – и не подумал меня услышать кикимор. – Необычная. Потому, чисто теоретически, у нас есть шансы выкрутиться.

– Откуда? – мигом насторожилась я.

– Присядем? – Болотный Лорд, предложил мне вернуться в кресло. Я, естественно, согласилась. Он опустился напротив, прикрыл глаза и минуту молчал.

– Итак… Наверное, начать стоит с того, что перед тем, как идти забирать «дар богини, который решит все наши проблемы», я имел глупость сообщить об этом Гудвину.

– И чем это вам грозит? – сразу перевела стрелки я.

– Нам, милая девушка, – ласково улыбнулся в ответ голубоглазый жутик. – Нам. Так как дядя не отличается спокойным нравом и, если казнит, то всех, кто имел к провалу хоть малейшее отношение.

– Дядя?

Крайне весело. Значит, зеленый еще и высокого рода.

– Да, – поморщился Ла-Шавоир. – Двоюродный, но ваши выводы верны, я принадлежу к правящему клану. Об этом ясно говорит приставка «Ла». Близость к трону определяется длиной фамилии.

Так… Гудвин Ла-Дашр. Четыре буквы. «Ла-Шавоир» – шесть. Стало быть, Феликс – третий наследник престола. Вот. Кажется, кто-то не так давно желал принца? Получите и распишитесь! Правда, не эльф, и совсем не прекрасный, но нельзя же требовать от жизни так много?

– Ваши выводы неверны, – потряс меня своей интуицией «принц». – Я в третьем круге. На престол вообще прав не имею, – в ответ на мой недоуменный взгляд, он пояснил: – У вас на диво богатая мимика. Даже странно для человека с такой профессией.

Зато у вас, господин управляющий, на диво хорошая интуиция, а также, чудесные знания физиогномики. Возникает закономерный вопрос: а зачем вам вообще психолог?

– Может, все же вернемся к нашим неприятностям? – любезно предложила я. – Вы сказали правителю. И что?

– И то, что если богиня дала средство, но я не смог им воспользоваться, то кто виноват? – ответа, по всей видимости, не требовалось. – Правильно, я.

– Так… – я напряженно забарабанила пальцами по подлокотнику. – Хватит ходить вокруг да около. Объясните прямо мои задачи.

– Найти причину такой реакции женщин, – спокойно сказал он. – Для этого надо проверить как их самих, так и эльфов. Притом начать вам лучше с Элливира.

– Господин Феликс, – теперь уже я резко подалась вперед. – Не хочу вас разочаровывать, но играть на равных с вашими жуткими зубастыми лордами я смогу еще нескоро. Вы меня сюда притащили не далее чем два часа назад, а требуете уже потрясающего контакта с местным населением, которое от меня заранее не в восторге.

– Я не требую, – улыбнулся Феликс. – Но старательно советую его найти, так как… Леди, негодные инструменты, как правило, при себе не держат.

Пр-р-релестно!

– Как понимаю, вариантов у нас нет? Вы – одаренный, я – то, с чем вам неслыханно повезло. Ну значит… Будем сотрудничать.

– Будем, – кивнул зеленый, с любопытством осматривая меня светлыми глазами.