Гость Дракулы

Он вынул из кармана телеграмму и протянул мне. Я прочел:

«Бистрица.

Позаботьтесь о моем госте: его безопасность для меня весьма драгоценна. Произойдет с ним что или пропадет он из виду – ничего не жалейте, только бы он остался цел. Он англичанин, а значит – искатель приключений. Снег, волки, ночь – все может обернуться бедой. Не теряйте ни минуты, если заподозрите неладное. Ваше усердие будет вознаграждено.

Дракула».

Я сжал в руке телеграмму, и мне показалось, что комната начала стремительно кружиться. Если бы внимательный метрдотель не подхватил меня, я рухнул бы на пол. Происшедшее представилось мне не просто странным, но столь таинственным и неподвластным уму, что я вдруг почувствовал себя игрушкой потусторонних сил, и сама эта смутная мысль парализовала мою волю. Я, несомненно, находился под чьим-то загадочным покровительством. Из отдаленной страны как раз в нужную минуту пришло послание, спасшее меня от гибели в снежном сне или в волчьей пасти.

Дом судьи

Приближались экзамены, и Малкольму Малкольмсону требовалось уединение, дабы хорошенько подготовиться. Морское побережье таило в себе множество искушений, сельская же местность, как он знал доподлинно, не способствующее делу очарование. В конце концов Малкольм утвердился в намерении уехать в тихий, ничем не примечательный городок, где его ничто не отвлекало бы от занятий. Друзья наверняка порекомендовали бы известные места, где нашлось бы немало знакомых; Малкольм же намерен был избегать и друзей, и их приятелей, а потому решил сделать выбор по своему разумению. Упаковав в чемодан кое-какую одежду с необходимыми книгами, он купил билет в первый попавшийся в расписании поездов населенный пункт.

Через три часа, удовлетворенный, Малкольм сошел в Бенчерче. Следы удалось замести, и теперь можно было спокойно предаться учебе. Он двинулся к единственной в сонном городке гостинице, где и остановился на ночь. В Бенчерче раз в три недели проводилась ярмарка, и в такие дни здесь собиралась огромная толпа, однако все остальное время соблазнов в городе было не больше, чем в пустыне. Гостиница «Добрый путник» оказалась заведением вполне тихим, и все же через день после приезда Малкольм прошелся по улицам, пытаясь присмотреть еще более спокойное жилье. Приглянулся ему лишь один дом, который безусловно удовлетворял самым строгим его требованиям. Впрочем, сказать «спокойный» было бы не совсем верно: дом он нашел не просто уединенный, а безнадежно заброшенный – старый крепкий особняк в якобинском стиле, с тяжелыми фронтонами и непривычно маленькими окнами, расположенными выше, чем обычно делали в то время. Вокруг него шел высокий основательный забор из кирпича. При ближайшем рассмотрении дом более походил на крепость, но, так или иначе, Малкольму он пришелся по душе. «Вот, – решил он, – самое подходящее для меня место. Ежели удастся здесь обосноваться, более ничего мне для счастья и не нужно». К его превеликому счастью, дом, вне всяких сомнений, пустовал.

Малкольм разузнал на почте имя агента. Мистер Карнфорд, добродушный пожилой джентльмен, одновременно исполнявший обязанности местного стряпчего, немало удивился просьбе снять часть старинного особняка и откровенно признался: он в восторге, что хотя бы кто-то изъявил желание его занять.

– Честно говоря, – заявил мистер Карнфорд, – я был бы рад пустить вас в дом даже бесплатно, хоть бы сразу и на несколько лет: пусть горожане видят, что теперь там живут. Особняк долго стоял пустым, отчего в городе зародились нелепые предубеждения. И самый удачный способ развеять слухи, – улыбнулся он лукаво, – вот такой студент, возжелавший на некоторое время тишины и покоя.

Малкольм счел излишним расспрашивать агента о «нелепых предубеждениях», ибо, возникни такая надобность, все узнал бы и без него. Уплатив вперед за три месяца, молодой человек получил расписку. Агент сообщил ему имя старухи, которая могла бы взяться прислуживать, и Малкольм, положив ключи в карман, направился к хозяйке гостиницы – жизнерадостной и любезной женщине. У нее он спросил совета, где разжиться съестными припасами. Достойная дама лишь всплеснула руками, услыхав, где надумал обосноваться ее постоялец.

– Только не в доме судьи! – страшно побледнев, воскликнула она.

Малкольм объяснил, где находится выбранное им временное пристанище, и прибавил, что названия дома не знает. Едва дослушав, хозяйка гостиницы ответила:

– Ах, это он самый и есть!

Малкольм попросил ее рассказать, отчего дом носит такое название и чем он нехорош. Хозяйка поведала, что так его прозвали уж много лет назад, – нет, ей неизвестно, насколько давно, ведь сама она переехала сюда из другой части страны. Может, лет сто, может, и больше. Собственно, там когда-то жил судья; жил в страхе, ибо вынес в свое время немало жестоких приговоров и враждебно относился к подсудимым на процессах. Она не знала наверняка, чем именно нехорош дом: пробовала расспрашивать людей, однако никто ничего толком не объяснил. Так или иначе, бытовало мнение, что есть в нем нечто, и лично она не осталась бы там и на час, даже если ей предложили бы все деньги, лежащие в банке «Дринкуотер». Высказавшись, хозяйка тут же извинилась за неприятный разговор.

– Уж не сердитесь за такие выражения, однако вам, молодому джентльмену, не стоит жить в том доме совсем одному. Будь вы моим сыном, я, прошу прощения, не позволила бы вам заночевать в нем и одного раза, даже если мне пришлось бы прийти туда и ударить в пожарный колокол на крыше!

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Четыре времени года (фр.).

2

Да, мой господин (нем.).

3

Вальпургиева ночь (нем.).

4

Фраза из немецкой баллады «Ленора» Г. Бюргера (1747–1794). Пер. В. Левика. – Здесь и далее примеч. пер.