Училку нельзя!

Леонид Любский

Училку нельзя!

Глава 1

Между чётными и нечётными

Она не должна разрешать этому старому козлу… О боже, она сидит, а он стоит к ней лицом и держит её голову, и прижимает прямо к своей середине! А потом отпускает, немного. И тогда доносятся некоторые звуки, недопустимые в стенах высшего учебного заведения. Его Алёнка, о которой так мечтается, сейчас вынуждена совершать непристойнейшие вещи…

Почему так долго? Он нипочём бы не стал так задерживать преподавателя! Хотя Платоныч тоже преподаватель, но Алёнка в сто раз лучше, очень понятно объясняет. И не называет бандерлогами, даже самых неуспевающих, никогда. Ещё Платоныч один раз высказался в отношении всей группы, правда, в тот раз почти не подготовившейся к семинару, дескать, «мать вашу за ногу!»

Алёнка же в подобных случаях искренне огорчается массовому неуспеванию. И даже красиво подносит руки к груди, а там же грудь, которую он видит в прекраснейших мечтах! Он же изучил её в подробностях, он же кое-что наблюдал!

Поэтому, исходя из имевшихся данных: глубина ложбинки, натяжение бретелек, колыхание при вставании, вздрагивания при быстрой ходьбе, тряска при пробежке по лестнице, когда был вид сверху, прекраснейший… сделал очень объективный вывод. Там превосходный бюст, наилучший, такого же ни у кого…

Звуки усилились! Платоныч стоит спиной и так выдыхает, что прямо как животное какое-то, низшее. Тем более курит, у таких секретная… секретская жидкость противная на вкус, он читал!..

Правда, пока старый варвар стоит спиной к двери и загораживает англичаночку, Пётр (она разок назвала его Петечкой, правда, похоже, с иронией, и он должен признать, что без малейшего сексуального оттенка) может безопасно наблюдать в щёлочку весь этот преподавательский разврат. И слышать особенные звуки, всё более непристойные.

Ого, как мешается внизу… да у него никогда такого окаменения не было, даже больно немного! Но в душе боль гораздо сильнее, и как её теперь погасить? О, моя Алёнка, сладкий сексуальный котёнок, о, прекрасная и жестокая! До чего ужасна открывшаяся ему тайна! Платоныч же намного старше, и некрасивый, ну, с его точки зрения, и лысоватый, и вообще мужлан…

***

Отличник языковой подготовки, а также и большинства других предметов, Пётр Нестеренко влюбился в Елену Прекрасную, Елену Игоревну, сладенькую англичаночку, и сразу, и очень жестоко. И с тех пор постоянно наслаждался мыслями об обладании этим прекрасным телом, с чуть толстоватыми ногами, с буквально несколькими жалкими килограмчиками избытка, но в целом, в общем и целом…

Какая женщина, молодая, цветущая, ароматно сбрызнутая, прекрасно одетая… А в тёплые времена и очаровательно подраздетая… и даже кое-где просвечивающая розовым! О, эти полупрозрачные блузки и кружевной лифчик, такой наполненный, о, эти разрезы на узкой юбке! И фигурка системы «песочные часы», и голосок!

Он обожает английский, и он говорит, с ней говорит, отвечает на её вопросы, и обычно в этот момент представляет, как целует её очаровательные ножки, поднимаясь всё выше, и неуклонно… И его голос становится чуть хриплым, а взор уходит в стену или окно, если там не очень много солнца, или просто в пространство… Потому что эти ножки! Такие замечательные, почти идеально стройные, и с конца весны голенькие, без колготок, хотя они и в колготках хороши.

Да, ей идут колготки, и всё-всё идёт, но без капрона гораздо лучше, прямо в руках ощущаются Алёнкины ножки! Такие тёпленькие и нежные, чем выше поднимаешься, тем нежнее… Ох-х-х! И Петя в очередной раз самостоятельно разряжался, пленник сладострастных мечтаний и ощущений. Да, он наслаждался своими беззаконными мыслями, но и страдал. Искренне страдал, всеми своими юношескими порывами, такими закономерными…

Сейчас идёт зачётная неделя, которая почти отличнику Петру совершенно и незаметна, он уже получил автомат, и ещё получит. Хорошо быть отличником… но обожать Алёночку гораздо лучше.

В этот день на кафедре царило оживление, преподаватели сновали по коридору, носили чайники, пакеты, все принаряженные. Потому что у заведующей юбилей, и уже там всё в разгаре, через дверь доносится смех… и даже выкрики, женские, стопроцентно. Да, мужской смех… хохот, и женские выкрики, несколько. А теперь смех, тоже женский, заливистый…

Начинается вечер. А он что-то такое предчувствует и не уходит, читает английскую книжку, хотя мало что понимает. Но бьётся мысль, что если Алёночка выпьет, а она должна выпить, вон, какие весёлые тётки уходили, почти все…

И чего там быть весёлыми, если эту бабку чествуют? О которой он слышал высказывания от преподов, в туалете, когда был в кабинке, а они обсуждали кафедральные дела у писсуаров. И как-то Алёночка тоже, по телефону, подруге высказывалась, именно про Ларису Семёновну эту, корову громогласную…

***

…С той раскованной однокурсницей из соседней группы, Кристинкой, он получил свой первый оргазм. Однако, увы, это не стало настоящим удовлетворением и даже не полноценным удовольствием. А так, получилось что-то такое приятное физически и малоприятное морально.

Потому что она только критиковала, и явно дала понять, что больше ничего не будет, раз он такой быстрый. И вообще, обычный студент, пусть очень хорошо успевающий и староста. Это всё ерунда, потому что в сексуальных вопросах Пётр такой троечник, что даже она…

Нет, учить не будет, у неё есть гораздо лучше варианты, с такими, условно говоря, преподавателями, включая профессоров секса, что каждая встреча оставляет… Неважно, Пётр, давай прекратим этот ненужный разговор. И останемся просто друзьями. Твой гештальт закрыт, всё!

Худшее, что он слышал – про друзьями, и этот гештальт ещё! С другой стороны, да, закрыл, потому что какой-никакой, а опыт, совершенно необходимый, с интересной девчонкой, пусть и нетрезвой. Так он специально подождал тогда, и в итоге терпение было вознаграждено. На него обратили внимание, он же довольно симпатичный, просто юно выглядит… и всё сбылось!

Пусть не совсем так, как мечталось, но сбылось. И можно, значит, выходить на половую охоту, потому что почти отличник Пётр вполне может быть привлекательным кавалером. Пусть и выглядит несколько моложе своих лет, так он блондин, все блондины очень молодо выглядят, это не обязательно недостаток…

Кафедра развеселилась, очень хорошо слышно. Шампанского было много, и коньяк был, и бутылка водки фигурировала, подарочная и большая, а кафедра-то небольшая, и в основном женская. Значит, Алёнка выпьет явно больше бокала шампанского, это шанс!

Поэтому надо томиться и ждать, прохаживаясь в коридоре и посиживая временами на подоконнике, и представляя, как преподы выпивают, поздравляют, закусывают… начинают расходиться, по одному и по двое.

Он всех учёл, там двенадцать человек, уже двое ушли, и скоро ещё начнут выходить. И есть шанс, ведь Алёнка самая ответственная из молодых, а секретарь кафедры, старшекурсница, сейчас на больничном. Значит, прибираться будет Алёночка, и он сможет помочь, сугубо добровольно…

Так, вышли уже почти все, вот и заведующая вышла, и её заместитель выш… выполз провожать, особенно хорошо угостившийся. Алёнка и Платоныч постояли у порога, проводили, ещё раз пожелали, ушли, дверь оставили со щёлкой, он заметил.

Уже довольно много времени прошло, почему Платоныч не уходит? Неужели остался помогать, а потом будет провожать Алёнку, его милую Алёнку?

Да, заглянул в щёлочку, очень осторожно, и увидел неожиданную вещь, шокирующую. Наверное, Алёночка в зависимости от пожилого сладострастника, возможно, он её шантажирует… С другой стороны, если может радовать этого припахивающего и наглого, то обратит внимание на чистоплотного и преданного её красоте студента?

О, наконец-то, вышел Платоныч, довольный, идёт к лестнице, слегка неуверенной походкой. Один идёт, какое счастье! Так, собираемся, делаем максимально доброжелательное и услужливое лицо, подходим к двери, слегка стучим, сразу открываем, говорим уверенно…

– Добрый вечер, Елена Игоревна!.. Да вот, засиделся в библиотеке, поготовился к сессии, потом обратил внимание, что на кафедре празднование. Вот, зашёл, может, помочь надо?

– О, Петечка, молодчина! Надо, конечно, надо, а то я как-то… – англичанка повела чуть расфокусированным взглядом. Петя бросился помогать. В принципе, особого беспорядка и не было, пустые бутылки сюда, пустые коробки и стаканчики сюда, прочий использованный пластик туда же.

Так, серьёзно недопитую бутылку шампанского прячем в свою сумку, пока Алёночка вышла, явно в туалет, а куда ещё, раз всё время пиршества не выходила. Вот, он всё основное успел, пока она отсутствовала, довольно долго. Да, прихорашивалась, и причёска уже в порядке, а то Платоныч ладонью разворошил, козлина такая. И рот, наверное, прополоскала, из гигиенических соображений.

Пётр протянул вернувшейся преподавательнице пластиковый стаканчик, наполовину долитый шампанским. И сказал, что это остаток из последней бутылки. Раскрасневшаяся Алёночка отвечала, что ей хватит, хватит, но стаканчик взяла и держала в руках. А потом стала и машинально отхлёбывать, между указаниями Пете, что куда сложить. Настроение у неё определённо поднялось.

И это очень хорошо. Чёртов Платоныч, возможно, имеет на неё компромат, вот и подвергает преследованию. А она не может избегать. Или он просто грубо притиснулся, пользуясь опьянением молодой и красивой коллеги. И потом крепко держал, и долго подвергал, лысый козёл, и немного бородатый тоже козёл…

Алёночка, на правах самой последней, сложила в пакет непочатую бутылку белого полусухого, початую красного полусладкого, копчёную рыбку, кружки сервелата, оставшиеся несколько суши с креветками и угрём. Петя добросовестно помогал и вызвался нести пакет. И проводить. Он знал, что англичанка жила не сильно далеко, минутах в десяти ходьбы.

Сейчас будет пятнадцать или скорее двадцать, потому что походка неуверенная, а каблуки высокие… Согласилась на его компанию без разговоров! Какая приятная дорога! Ох, Алёночка болтает, без умолку… С ним болтает! И всё время хихикает, и так сексуально! И виснет немного на руке, периодически. Очень хороший признак!

А когда дошли, не возразила, чтобы он поднялся в квартиру. Квартирку, на втором этаже. И, со стоном сбросив туфли, показала на кухню, сказав усталым голосом только одно слово – холодильник. А он понял и одно! И пошёл на кухню, складывать принесённые деликатесы.

Сделав порученное, вернулся в комнату. Алёночка развалилась в кресле, прикрыв глаза. Момент неплохой для попытки перейти к мужской активности, но, может, не торопиться? И Пётр озвучил пришедшую вдруг в голову мысль:

– Может, вам ванну приготовить, чтобы полежать?

– О, мысль! Петечка, молодец, ты этот, настоящий кавалер и, вообще, оставляешь такое впеча… костюмчик на тебе отлично сидит, как на заказ пошитый… Ой, там так кран бежит, я не могу!.. Ты можешь поправить, правда что ли? Да? Ой, ты умница!.. Да-да, все инструменты под ванной…

Студент ринулся в санузел. Да, он имеет сантехнический опыт, его и отец учил, и дядя, да у него этот опыт почище сексуального! Увы… Он починил кран, и без труда, потому что разводной ключ имелся, и было достаточно развернуть сработавшуюся резиновую прокладку целой стороной, и достаточно.

Алёнка, чуть вздремнув, была снова оживлена и очень довольна его рапортом, радостно щебетала. Посетив туалет с бачком, откуда постоянно текла вода, он открыл крышку и просто немного согнул толстую медную проволоку, державшую поплавок. И угадал с углом гнутия, потому что вода немедленно заткнулась.

Вернулся, вторично доложился. Алёнка уже несколько пришла в себя и дала увлечь своё богатое тело в санузел. Убедилась в высоком качестве работ, снова очень обрадовалась и несколько раз повторила, какой он и ответственный, и рукастый, и умелый, и умненький такой, умница…

А Петя, улучив момент, спросил, можно ли набирать воду, и насколько горячую? Женщина прощебетала, что можно набирать, чтобы около сорока градусов, не выше, и последи. А она пока переоденется, в комнату не заходи…

Вожделеющий отличник лингвистической и сантехнической подготовки пустил воду и увлечённо наблюдал за процессом наполнения. В ней скоро возляжет Алёнка, без ничего! Его тоже наполняло, предельно плотское желание наполняло, и по нарастающей, надо будет замаскировать…

Мысли шныряли обнадёживающие. После горячей ванны она же охотно выпьет холодного шампанского, которое сейчас в холодильнике, так?.. Алёночка сейчас раздевается, шуршит платьицем нарядным, шуршит, немножко путаясь в молнии, немножко. Потом снимает бельё, накидывает халатик. О, надо пену в воде сделать, побольше пены…

Ага, вот и Алёночка, в халатике, таком миленьком, голубеньком, с полотенцем… Он так идёт, раз голубенький, к вашим глазам, Елена Игоревна, вы такая неотразимая!

…Да-да, Петя, ты правильно всё подготовил, молодец. Ой, какая водичка подходящая, да с пеной, ух ты, давно я в пенной… Что? Хочешь помочь зайти и опуститься в воду? И поливать, чтобы горячей не показалась? Ну, не знаю…

– Я сзади буду стоять, и вы просто в воду погрузитесь, и всё, я только на ваши ножки из душа полью, хорошо?.. Да, за талию держу и лью… Всё-всё, всё-всё, выше не лью, давайте, подхвачу халатик, не подсматриваю, ухожу… Принести прохладненького? Да-да, сейчас, принесу, несу…

…Ой, Петя, это ты? Принёс? Шампанское? Ну, не знаю… Ну, давай, попробую. Ой, холодненькое, ладно. Спасибо, Петя, ты можешь…

– Вы, Елена Игоревна, подложите руки под голову, удобнее будет лежать. А я вам бокал подносить буду, чтобы маленькими глоточками… Водичка же хорошая, расслабляет? Вы же устали на каблуках? Ещё глоточек… Не нагрелось ещё? Хорошо… принести ещё? Нет?.. А давайте, я вам подошвы поглажу, вы же устали после каблуков…

…Хватит шампанского, Петя, спасибо, прохладненькое, самое то! Ты такой кавалер, что просто… Ой, я же лежу совсем без… Если пена, то не считается? Ну, раз не видно, ладно… Да, от этих каблуков я прямо не могу… Но только подошвы!… Ох, как приятно, давай, сильнее разминай… А теперь чуть-чуть, да-а-а…

– Я только до коленочек, и всё! И плечи, немножко, и всё! И бочки, чуть-чуть… и ножки, чуть-чуть… нет, выше не буду, не беспокойтесь, только, где коленочки… и плечи… и шейка… и бочки. И спинку, немножко, спинку, где могу достать…

Я сейчас ещё прохладного принесу, да?… Правда, приятный напиток? Хотите на живот повернуться, а я вам спинку поглажу, это расслабляет… Не смотрю, не смотрю! Во-от, вытягивайтесь, я и плечи, и спинку… и ножки, немножко, и бока…

– …Ох, хорошо… Спасибо, Петя, хватит, помоги встать, сзади стой и не подглядывай. Да, обдай тёплой из душа, правильно, хорошо… Можешь промокнуть полотенцем, хорошо… Теперь помоги с халатом… да, в рукава…

Ой, куда несёшь? В комнату… ну да, неси… покрывало убери на кресло, да. Ой, погладь подошвы, погладь, молодец… Нет, туда не поднимайся, там нельзя… нет… и не целуй там, нет! Там не… м-м-м-м…

Петя, ты… ты, Петя… М-м-м, Петя… Ой… оу! Ой… ох… ай… ах-ах! О-о-о-о-о… Да-а-а-а… Да-да-да… Ещё!.. Всё что ли?.. Ну, я не знаю…

…Снова меня хочешь? Я устала, но ты неплохо пахнешь, довольно сексуально… Ладно, давай, я лежу, ты стоишь у края, ноги на плечи… Да, сначала прелюдию давай, небольшую, но продолжительную, мне нравится, когда… Сначала целуй грудь, так, так… да, хорошо, молодец, умница! Там ты хорошо целуешь, молодец… Да, теперь можно и там целовать… щекотно! Да, вот так, так…

Теперь можешь приступать, подтаскивай к краю, а сам действуй стоя… Можешь пока постучать, много раз, мне нравится, когда сначала дразнят… А теперь заходи, гостем будешь… м-м-м-м… ох! Ах-ах-ах! Оу-у-у… Давай-давай-давай… а-а-а-ах! Оу-у-у… а-а-а-а…

…Уже утро? А почему ты голый? И я… Ой! Ты что… мы что? Два раза? Ой, ой… Да, припоминаю, первый раз быстро, второй раз уже ничего так… Ты почему такой горячий? Нет… так не наваливайся, а… по-другому давай как-то… М-м-м-м… куда ты… зачем туда ты… не торопись, студент… ум-м-м-м… Ладно, ладно, ах… целуй там… и там… ох-х-х!

Встать на четвереньки? Хорошо, это очень правильная позиц… ой, ой… очень хорошо, да-а-а-а-а… Да! Ай! Ещё глубже! Оу-у-у-у!… о-о-о… Быстрей! Ещё… ещё! Только не в меня, не в меня! А-а-а-а-а… хорошо… ах-ха… о-о…

***

…У нас просто секс, Петечка, просто секс, даже и не думай. А куда деваться? Нормальных мужчин немного и все разобраны, особенно самые нормальные. На кафедре – очень удобно, и дома тоже совершенно нормально, раз Платоныч живёт недалеко, а Сергеич всегда отвезёт, он обожает ездить на машине.

Да, купил не так давно и просто наслаждается статусом автомобилиста, так азартно переругивается на дороге. Я даже иногда пугаюсь, когда он за монтировку хватается, такой азартный! А как преподаватель такой корректный… и как любовник тоже корректный. Сергеич молодец, один из лучших, которые были.

А Платоныч немножко брутальный такой, на контрасте. Я их так и зову – чётный и нечётный, правда, хорошо придумала? Хи-хи-хи-хи… Да ерунда всё это, Петя! Ты молодец, хоть молодой, а не эгоист, как Платоныч. Тот перебрал, что с ним нередко, поэтому просто расстегнулся и по-быстрому, да ещё долго место занимал, не люблю… Разве что под шампанское? Да под шампанское почти всё хорошо подходит, я так считаю!

…Ой, да у них дежурство такое, сексуальное, по чётным Антон Платоныч, по нечётным Иван Сергеич, остальные же старые… и бабы, в основном. Так что после рабочего дня, по-быстрому, там же и диванчик мягкий, и на стол есть что постелить. Иван же любит молотить стоя и прямо, и чтобы я ногами его за талию обхватывала, он же здоровый такой… Ноги от этого устают, поэтому Платоныч где-то и лучше, он предпочитает сзади нападать…

А вчера вообще только дал лизнуть и сразу успокоился, особо не докучал. А ты ничего, нормально можешь продержаться, когда на второй раз заходишь, мне хватает. И целуешь правильно, молодец. Посмотрим там с тобой, дальше видно будет. Телефон запиши… и свой тоже дай!

***

Ничего себе ночка, и утро тоже, выше ожидаемого в сто раз! Ничего себе нравы у современных преподавательниц! Если прямо на кафедральном столе, который он помогал вытирать… И Платоныч-то отнюдь не сразу успокоился, он же видел…

О, женщины, их версии происходившего могут быть такими вольными! С другой стороны, он же теперь третьим будет, молодой и интересный, ведь так? И уже многому научившийся, ну да, за три-то раза, да со старанием таким. И от его стараний были такие вскрикивания, и соблазнительнейшие стоны…

Ого, как его дружок реагирует на эти стоны, прямо как… Потому что так страстно стонать… а потом вскрикивать, и снова стонать… А ещё Алёнка умеет особо постанывать, особенно когда… Ох! И два раза вопила, пусть короткими воплями, но он от них тогда чуть не… Ох!

Да, такую училку и вспомнить приятно! Нет, это раньше он так о ней вспоминал, а сейчас у него даже трудно с определениями… Главное, что он над её телом, если красиво говорить, дважды восторжествовал, и смог извергать звуки удовольствия. Прямо из её тела извергать, чудесные эротические звуки – постанывания, стоны, вскрикивания и вопли, да, два раза именно вопли!

И ещё порнографические звуки извлекал, то есть сначала немножко хлюпающие звуки, и далее, пусть и совсем немного – чавкающие, но самые прелестные. Он в полном восторге от особенностей женского организма в произнесении… издавании звуков! Это просто прекрасная порнография…

Или всё же только жёсткая эротика? Раз без толпы негров, и не на камеру, и не публично… значит, эротика! О, эротика прекрасна, и он соответствует, у него есть эротические способности… И если даже в облике его Алёнки есть кое-какие порнографические черты, допустим…

…То это её ничуть не роняет в его эротических мечтах и действиях! Он не чувствует здесь противоречий, и ни малейших! Как же он торжествовал над этим роскошным телом, как гордился собой, и сейчас продолжает гордиться…

Да, это было высокое торжество плоти, прямо роскошное! Или, проще говоря, он ей так вставил, так вставил, что прямо затрахал, до изнеможения! Её изнеможения… А сам не изнемог, отнюдь!

И вот он именно тот, который будет избегать недостатков тех преподавателей, которые его Алёночку того, по чётным и нечётным, вплоть до возможной порнографии, да неважно!.. Он ни в коем случае не будет ни скандалить, ни даже высказываться. Нет-нет, что вы! Он будет радовать свою женщину, такую миленькую, такую голенькую, прижимающуюся, вскрикивающую…

Он очень умный, особенно сегодня, и житейская опытность в нём просто взыграла. Он придумал, чтобы всё стало максимально хорошо! Он будет третьим! Какой восторг! Правда, если заняты и чётные, и нечётные, он тогда… поместится на выходных, так? Хороший вариант… да отличный вариант! Да что там чётные-нечётные, через три недели сессия закончится и отпуска пойдут, у всех!

Значит, ему надо просто себя зарекомендовать… дальше зарекомендовать, ничего не испортить. То есть сыпать комплиментами, быть преданнейшим из поклонников, целовать грудь, подвергать ласкам всё на свете…

И получить Алёночку на всё лето! О, чудо совокупления с любимой училкой! И какой смысл загадывать, что будет дальше, если сейчас один сплошной восторг? Ему надо восторгаться и передавать данный восторг лучшему в мире телу… и душе!

***

…В принципе, этот Петька нормальный вариант, если не проболтается. И сантехнику починил, и ей трубы прочистил… трубу, основную! Потому что Платоныч эгоистично себя вёл, ограничился односторонним удовольствием. А она нормальная женщина, её секс всегда возбуждает, с детства… с юности! И оральный возбуждает, просто менее сильно…

Студентик старался, с ванной хорошо придумал. Она так расслабилась… приятно. И потом нормально было, до просто хорошо. Нормальный средний секс, учитывая явную неопытность кадра. Так юношеская неопытность не является… да понятно тут всё! Жизнь учит быстро, а половая жизнь – стремительно!

Петька – вариант, так? Значит думаем, встраивается ли Петька в преподавательскую интимную жизнь? Или должен нервно сжимать свою правую руку, и до полного оргазма… А если он левша? Нет, вроде, починил всё быстро… да неважно!

Экзамен не экзамен, а зачёт сдал… два раза сдал, на тройку, сначала, потом на твёрдую четвёрку, да, твёрдую. Значит, блондинчика-хорошиста можно вытянуть и в отличники? Не факт, но понаблюдать такого кадра стоит. Отличники важны, тем более с банными заслугами, ведь в ванной всё просто идеально выполнил, она вспомнила…

Со студентами до третьего курса совсем нельзя, а потом можно и гласно, более или менее. Не светясь, конечно. Если нормально себя поведёт, пребывая в тени, то пусть будет. По крайней мере, на лето. Раз Платоныч уедет в Красноярский край, или ещё куда-то там, на роскошную рыбалку, до начала августа…

Да, не раньше августа появится, и не у неё. Потому что будет печень поправлять, раз так износить уже успел. Печень – она такая… Сергеича же припашут на даче, а там такая супруга, что прямо зверюга сплошная, настолько бдительная. Раз занятий нет, то Сергеич будет под надёжным присмотром, не выскочит.

Нет, конечно, найдутся те, кто сводит в ресторан и так далее. Но ведь это один-два человека, максимум, три-четыре, и всё. Поэтому пусть и Петька, раз чистоплотный и услужливый. И по юному неутомимый, молодец и твёрдый хорошист. Да-да, пусть будет. Под шампанское, раз благородный напиток, да.

Глава 2

Чёрный сюрприз, сладк