Чёрная дыра как нечто прекрасное

Праздничную службу служил наш единственный священник – отец Фёдор – довольно молодой, невероятно красивый и крепкий мужчина. Его доброе и честное лицо сегодня особенно светилось от улыбок и радости. От двух старушек-уборщиц, шептавшихся в уголке перед светильником со свечами, я случайно узнала, что у отца Фёдора накануне родился сын – совершенно очаровательный здоровый малыш в три с половиной килограмма весом. Я несколько раз видела его супругу и могу сказать, что вместе они представляют замечательную картину – такие они красивые и глаза обоих светятся такой добротой, в существование которой на нашей планете просто трудно поверить. Это не люди – это реликвии!

Зачем я пришла в церковь? Не только за тем, чтобы вдохнуть аромат, сотканный из запахов еловых мохнатых ветвей, связанных в пушистую гирлянду вокруг главной святыни церкви – иконы «Умягчение злых сердец», ладана – коим окуривали в этот день прихожан, но и чтобы попросить у Бога стойкости перед лицом тех препятствий, что предстанут передо мной. Я – всего лишь человек, а человеку свойственно ошибаться и бояться, ведь так?

Пока стояла перед образами, почему-то подумала о Синтаро с вопросом: а он верит в Бога? Надо бы спросить у него. Интересно – ходил ли Синтаро в храм, молился ли? А видел он Бога? И что есть – Бог?

Пометка Амаловой поперёк полей карандашом: Аромат «настоящего» ладана – бесподобен и поистине – божественен. А вот на континенте я видела в храмах и церквях продают «фальшивый» ладан, ну или ладно – имитацию его – так это же просто гадость, сделанная, по-видимому, из какой-то синтетической смолы и щедро приправленная синтетическими ароматизаторами. Лучше бы честно признались перед прихожанами, что настоящего ладана не достать по политическим причинам, чем заставлять их дышать «вот этим».

Покинув церковь, я вернулась домой. Я ещё накануне сказала Синтаро, что мне просто необходим день отдыха, потому что с завтрашнего дня начнётся работа и мне придётся даже идти в офис, т.к. нужно подписать документы (всякие там журналы о том, что я прослушала инструктажи по противопожарной безопасности и всё такое прочее). Мне просто необходимо было развеяться, освежить и успокоить мысли, чтобы сделать тот самый первый шаг, о котором мне говорил Синтаро.

Едва только я оделась и, сложив еду и термос с чаем в рюкзак, как Синтаро сказал, что хочет «пойти» со мной! Я в изумлении уставилась на него и спросила:

– Но каким образом, Синтаро? Как ты себе это представляешь? Ты что – будешь просто лететь рядом со мной? Да мы с тобой не успеем ещё выйти из подъезда, как тебя засекут!

– Но я ведь могу спрятаться.

– Что? Ты можешь… уменьшиться?

– Да, конечно. Я стану чуть плотнее, чуть более «концентрированным», если ты понимаешь о чём я говорю.

– Эм… я не совсем понимаю о чём ты говоришь, но всё же – я заинтригована! Можешь продемонстрировать?

Не говоря ни слова, огненно-дымовая спираль Синтаро начала сжиматься! Он всё скручивался к центру, всё дымил, и, наконец, свернулся в объект размером с грецкий орех!

– Я не могу быть в такой форме слишком долго, Лира, – сказал он. – Не долее двух часов. Мне слишком тесно в такой форме. Душа – она ведь требует простора и свободы.

– А вот это я как раз прекрасно могу понять, – отозвалась я, открывая свой рюкзак и предлагая Синтаро «улечься» в него. – Скажи, а какие конкретно места нашего острова тебе хотелось бы увидеть? Я хотела предложить тебе маршрут, который имеет непосредственное отношение «к нашему делу», а именно – посетить пещеры древнего народа, который когда-то жил на острове Иов. Возможно, там мы обнаружим что-нибудь интересное или полезное.

Синтаро согласился, и я, застегнув рюкзак и убедившись в том, что никаких подозрительных признаков присутствия огненно-дымовой спирали в моём рюкзаке не видно, взяла сумку с лыжами и вышла на улицу. Снова повалил ливневый снег, точно хотел укрыть нас с Синтаро, как двоих путешественников во времени…

Я ехала не спеша, постоянно оглядываясь и проверяя – не следует ли кто за мной? Также высматривала – нет ли где-то других лыжников. У нас на острове есть лыжная база «Снежинка» (нет ли иронии в том, что лыжная база на острове Иов имеет тоже название, что и тюрьма для особо опасных заключённых, расположенная, как я слышала, где-то на Дальнем Востоке?). Но лыжная база всегда казалась мне чрезвычайно скучной! Там предлагают три маршрута для проезда на беговых лыжах – два, четыре и шесть километров, а также один горнолыжный спуск со старым скрипучим подъёмником. Это меня никогда не прельщало!

Гораздо больше мне по сердцу неизведанные тропы, которые я сама прокладываю между скал и деревьев, обходя «общественные» маршруты, а также, само собой разумеется, верхнюю кромку кратера – ведь там всё обнесено колючей проволокой и проход к обсерватории полностью запрещён посторонним!

Итак, я ехала по склону, маневрируя между сосен. Моей целью были три древние пещеры, скрытые у подножья потухшего вулкана и выдолбленные в незапамятные времена. Я видела фотографии одной из этих пещер в музее. Там даже были видны наскальные рисунки. Говорят, что именно в этих пещерах и жили те самые люди, которых в своё время встретили самураи, потерпевшие кораблекрушение у берегов Иова. Надо полагать, встреча была не из приятных.

Сотрудник музея рассказывала, что легенда гласит, что самураи были потрясены тем, что существуют люди с внешностью, отличавшейся от их собственной и с уровнем культуры и быта, гораздо более низким, чем у них. И даже более того – это были люди без культуры письма! Так что самураи, наверное, подумали, что попали куда-нибудь в прошлое! Бедняги, они не знали, что попали в своеобразную тюрьму и что никогда им больше не увидеть берегов родной Японии!

Так, размышляя, я всё глубже уходила в лес. Остановившись у огромного валуна, чтобы немного передохнуть, я ещё раз оглянулась по сторонам и прислушалась. Было тихо. Снег перестал падать и воздух был свеж и чист. Я была одна. С момента выхода из дома прошёл примерно один час. Открыв рюкзак, я заглянула внутрь и сказала Синтаро:

– Можешь вылезать, я думаю. Я никого вокруг не вижу.

Немедля, он покинул рюкзак и, развернувшись, точно туго стянутая спираль (Ха! Да ведь он и есть – спираль!) он сверкнул как-то особенно ярко и спокойно и неспешно обернулся два раза вокруг своей оси – точно осматривался. Внезапно, он произнёс:

«Снег прошёл.Точно ничего не было.Но ты знаешь, что это не так!»

– Что это ты такое говоришь, Синтаро?

– Это – хокку, Лира. Я хочу передать свои чувства от этого момента, когда имею радость и удовольствие вновь увидеть окружающий мир, так похожий на то, что было когда-то так дорого мне.

– Я всё хочу спросить тебя, Синтаро: а как ты можешь видеть, если у тебя нет глаз?

– А разве не известно тебе, что глаза слепы, и лишь сердце одно зряче? А я и есть – сердце!

Я оглянулась вокруг. Было такое чувство, словно я и сама только что вдруг открыла для себя заново красоту окружавшего меня пространства. Не хотелось нарушать этот хрупкий момент, но мне захотелось пить, а потому я отпила чая из термоса и, закрыв рюкзак, оттолкнулась палками и покатила дальше. Синтаро не отставал от меня ни на шаг.

Глава 8. В поисках прошлого: пещеры

Не важно, что там – снаружи пещеры.Здесь – внутри еёТвоё сердце говорит с моим.

Проехав ещё немного, мы очутились на вершине холма, по которому надлежало спуститься вниз. Вокруг лежал девственно чистый снег, вокруг всё было спокойно, а вот я никак не могла расслабиться. Внезапно, прозрачный воздух рассёк ружейный выстрел. Я остановилась и прислушалась, стараясь определить откуда стреляли.

– Что это было? – спросил Синтаро.

Вместо ответа я сняла рюкзак и, поставив его на землю, раскрыла. Синтеро понял меня правильно и, свернувшись, улёгся обратно в рюкзак. Было тихо. Ничто больше не нарушало спокойствия леса, и я тронулась дальше в путь – вниз, к подножью холма.

Через примерно двести метров я заметила на снегу свежие заячьи следы, а затем, увидела кровь на снегу и следы ног, обутых в снегоходы. За спиной послышался треск веток. Я обернулась и увидела Дмитрия Орлова – лесничего острова Иов.

– Как ты меня напугал! – сказала я, глядя на него.

– О, привет, любительница приключений! – отозвался этот весёлый здоровяк с внешностью кроткого ангела – наделённый белокурыми волнистыми локонами и небесно-голубыми глазами. – Куда направляешься? Никак к пещерам?

– Ага! Туда, – отозвалась я. – Давно там не была! С самой весны, кажется.

– Так, а что там было делать-то – летом? Разве что комаров подкармливать? – произнося это, он медленно приближался ко мне. В руках его висела связка из трёх зайцев, а на плече висело охотничье ружьё. – А мне вот сегодня зайчатинки захотелось! – сказал он, потряхивая своей добычей.