Письмо для Любы

Помпон сразу поникла.

– Между ними пробежали чёрные единорожки, – сказала и вздохнула тяжело-тяжело. – Я ещё в садик ходила. Мама уехала в Москву. Знаете, где это?

– Конечно, – с важным видом кивнула я, будто Москва располагалась где-то в соседней галактике.

– Она у меня актриса, – довольно сказала Помпон.

Настроение девочки менялось, как курс доллара в кризис. Вот она уже гордится своей матерью, бросившей собственного ребёнка. А я с трудом сдерживаю слёзы.

– Она знаете какая? Самая-самая красивая. Она снялась в рекламе зубной пасты, – Помпон встала и изобразила характерные движения, по которым я сразу узнала ролик. – Я когда вырасту, обязательно стану на неё похожей.

– Даже ни секундочки не сомневаюсь! Но скорее всего, ты станешь ещё красивее.

Нужно было как-то согреть девочку. Можно пойти в магазин, но так мы рискуем пропустить возвращение отца. А это крайне нежелательно. Я подумала немного, мне в голову пришла классная идея. Я встала, отряхнулась и легонько хлопнула Помпона по плечу.

– Баш! Ты во́да!

Помпон посмотрела на меня своими огромными глазищами. Хлопнула пару раз ресницами и протянула:

– Э-э-э-эй! Так нечестно! – встала вслед за мной грустная-грустная, делая вид, что она не в игре, а потом подскочила и забашила меня в ответ! Вот хитрюга! – Теперь ты во́да! – и звонко расхохоталась.

– Ах вот как! – я притворилась, что жутко злюсь, и стала догонять девочку.

Мы играли так самозабвенно, что чуть не сбили с ног пожилую пару. На дорогу я Ксюшке выходить запретила, бегали на небольшой площадке возле подъезда, поэтому догоняли друг друга довольно быстро. Когда мы обе выдохлись, я села на лавочку и посмотрела на часы.

Было почти восемь. Папе пора бы уже и появиться. А то девчонка себе всё отморозит. Я вот уже и то стала замерзать. Через пару минут мои молитвы были услышаны, и отец Помпона повернул из-за угла дома. Увидев нас с дочерью, мужчина нахмурился и уже готов был опять на меня наорать, но я его опередила. Встала и примирительно подняла руки вверх.

– Стойте! Прежде чем вы что-то скажете! Послушайте меня! Я не желаю вашей дочери зла. Клянусь богом, что оказалась здесь случайно. Застала По… Ксюшу, плачущей на лавочке. Девочка потеряла ключи и посадила телефон, поэтому не смогла вам об этом сказать. Я посидела с ней, чтобы ей было не так страшно.

Мужчина засопел, словно принимая для себя какое-то решение. И, в конце концов, выдохнул и сказал:

– Спасибо!

Помпон льнула к отцу, видимо, соскучившись за день. Он опустил на неё глаза и улыбнулся. И улыбка совершенно преобразила лицо мужчины. С какой заботой он на неё посмотрел! Какая надёжность чувствовалась в его объятиях. Он взял дочку на руки и понёс к подъезду, а я ошарашенно смотрела им вслед, испытывая целый шквал чувств, которым вряд ли могла бы подобрать название. Домофон пиликнул мелодичной трелью, и я, очнувшись от наваждения, заметила рюкзачок Помпона, завалившийся за скамейку. Я спохватилась.

– Ксюша, рюкзак! – крикнула вслед, но отец с дочерью уже были внутри.

И я, не видя другого выхода, проскользнула в подъезд вслед за ними.

Глава шестая

– Ксюша, рюкзак!

Подбежала к лифту, и мне повезло – они ещё не успели уехать. Отец Помпона спохватился:

– О, спасибо большое! – и взял у меня портфель.

Я замялась, собираясь уже попрощаться, но тут мужчина сказал неожиданное:

– Вы замёрзли, наверное, на улице. Напоить вас чаем?

Да, я действительно закоченела и явно заслужила чашку чая. К тому же я должна поймать момент и отдать, наконец, письмо Помпона. Не стала скромничать и кивнула:

– С удовольствием!

Помпон разулыбалась. Держу пари, за время, что мы болтали, она уже успела записать меня в свои подружки. Папа опустил её на пол, и эта хитрая девчонка поглядывала то на него, то на меня. Подъехал лифт, двери разъехались в стороны, и мы шагнули в кабину. Ни дать ни взять – счастливое семейство возвращается домой после рабочего дня.

Меня передёрнуло. Что за неожиданные мысли лезут в голову? Чтобы я ещё раз в это вляпалась? Нет, лучше уж одной, чем… Моя задача – незаметно отдать письмо. Вынуждена была напомнить себе об этом, улыбаясь Помпончику любезно, но отстранённо.

Семейство Данилюк проживало в небольшой двушке. В узкой прихожей было прибрано. Обувь стояла в порядке, на полках кое-какие мелочи типа связки ключей и перчаток, но чувства запущенности не возникало. В ванной, куда меня Помпончик повела мыть руки, тоже оказалось довольно уютно. Девичьи причиндалы – розовая расчёска, гель для душа «Моя принцесса» и зубная щётка с миньоном – вызвали улыбку.

Закончив с вечерним туалетом, в коридоре мы столкнулись с Ксюшиным отцом. Он смешался, почесал затылок и проговорил:

– Ну вы там на кухне чайник поставьте. Ксюш, покажи. Я сейчас подойду… И да, я не представился. Аркадий.

Протянул мне здоровенную ладонь. Моя (как я считала – не самая маленькая) кисть просто утонула в его. Но рукопожатие оказалось тёплым, мягким и даже приятным.

– Люба, – я тоже назвалась и искренне улыбнулась.

На кухне я почувствовала себя тесновато. Много места занимал здоровенный холодильник и обеденный стол. Чайник я заметила сразу. На столешнице, в углу, почти возле подоконника и взяла на себя функцию хозяйки.

Помпон забралась на стул с ногами и с интересом за мной наблюдала.

– Ты, стало быть, у нас Ксения Аркадьевна.

– Ага! – кивнула Помпон. – А ты? Любовь…

– Любовь Петровна.

– Прикольно! – улыбнулась Помпон.

Хотя я ничего прикольного в этом не видела. Имя как имя. А девчонке, видимо, всё этим вечером казалось необычным. Ещё бы – папа позвал в гости тётеньку! Вот это да! Я усмехнулась.

– Скажи мне, Ксения Аркадьевна, к чаю что у тебя есть?

– Джем малиновый в дверце холодильника стоит. Папа вчера купил – вкусный-вкусный. А в шкафу за правой дверцей пачка печенья. А ещё в глубине конфеты. Ты только не говори папе, что я знаю. А то он специально их от меня прячет.

– Хорошо, не скажу. А что до джема, то я знаю, где ещё вкуснее взять!

– Да ладно!

– Точно-точно! Моя мама знаешь, какой вкусный варит? О! Вся деревня к ней ходит «на чай»! Хочешь, угощу как-нибудь?

Сказала и прикусила язык. Боже мой, Люба, что ты мелешь? Завтра ты не будешь иметь к этой семье никакого отношения, а уже наобещала девчонке!