Халява 2

Но уйти майору домой в этот день было, видимо, не суждено. Едва он поднялся с кресла, как в кабинет генерала без стука ворвался растрепанный старлей Петрушин с горящими от возбуждения глазами.

– Товарищ генерал… Товарищ майор…Юсупова убили! – с отдышкой, не успев перевести дух, выпалил Слава.

– Как убили?! – синхронно воскликнули старшие офицеры.

– Наглухо! – выдохнул Петрушин. – Изрешетили из калашей в дуршлаг – живого места не найти! Мы даже рыпнуться не успели!

– Так, Слава, давай спокойно и по порядку! – невозмутимо произнес Кузнецов, справившись с первоначальным потрясением. – Водички попей! – Он указал старлею на графин с водой. – Дух переведи, а после докладывай. С толком, с расстановкой…

Петрушин бухнул в стакан воды из графина и выдул её в два больших и шумных глотка.

– Садись. – Генерал подтолкнул к старлею кресло. – Давай с самого начала. Когда все произошло?

– Часа полтора как… Как обычно Юсупов выехал из своего особняка в половину восьмого… Я с Андрюхой, то есть с лейтенантом Палкиным, – поправился он, – его сегодня до города должен был сопровождать… Мы в лесочке ночь перекантовались. На коттеджный поселок не совались – там охрана. Светиться ни к чему. Как только его «Мэрс» мимо проскочил, мы через пару минут за ним… А в метрах пятистах от трассы его и ждали… Когда мы выскочили – «Мерин» уже был в решето, Юсупов тоже. Нападавшие, они все в масках были, по нам тоже неслабо прошлись…

– Андрей жив? – не дрогнувшим голосом поинтересовался Кузнецов.

– Живой! Но тачка всё – в хлам! Мы в кусты, но чё наши пукалки против автоматов? Ушли они… Я сразу в дежурку позвонил, подкрепление вызвал…

– То-то я гляжу никого в отделе… Почему меня сразу в известность не поставили?! – гневно спросил генерал.

– Или меня? – подключился Сидоренко.

– Да как-то… – развел руками Петрушин. – Не до того было… Мы перехватить их собирались, посты предупредили…

– Ох уж мне эта ваша самостоятельность! – Владимир Николаевич приложился сухоньким кулаком по столешнице. Хоть удар был и не очень сильным, но Петрушин испуганно вздрогнул – таким генерала он еще не видел. – Ты хоть понимаешь, какого масштаба фигура этот Юсупов?

– Виноват, товарищ генерал! – глядя начальнику в глаза с видом побитой собаки, произнес Петрушин.

– А! – отмахнулся генерал. – Что сделано, то сделано! Распустил я вас… Парни уже на месте?

– На месте, Владимир Николаевич. Пока я в пробке торчал, отзвонились… Оцепили все, активировали "Сферу Невидимости". Ждут дальнейших указаний.

– Значит так, пусть пока держат "Сферу", чтобы ни одна собака… Особенно "МВД"… Пока я не договорюсь, чтобы дело передали под нашу юрисдикцию… Тело Юсупова нужно доставить к нашим спецам… Нет! Не выйдет у нас ни черта! Слишком уж известная фигура… Могут возникнуть проблемы… Значит, действуем так, – решил переиграть Кузнецов, – Слава, хватай Аарона Моисеевича и мухой в морг, возьмете там какого-нибудь жмурика из бомжей. Пусть Моисеич наложит качественную личину на его тело. Брамс это умеет, справиться лучше всех… Даже не личину, а "Переплавку" или "Копию". Поменяете тела. Юсупова к нам, а на подменыша пусть повесит "Ступор" и "Узнавалку".

– А "Ступор» – то для чего? – не понял Петрушин.

– Чтобы дольше с экспертизой тянули, пока мы у себя Юсупова исследуем! Сергей Валентиныч, уж извини, но придется тебе сегодня поработать…

– Я готов, товарищ генерал.

– Тогда на тебе менты. Организуй анонимный звонок, предупреди "коллег" об убийстве известного человека. Только скоординируй действия со Славой: менты должны появиться только после того, как наши подменят тело! Не раньше! Задницей чувствую: Юсупов всех нас очень сильно удивит!

– Так он же мертв! – не понял Сидоренко.

– Ты, Сергей Валентинович, человек у нас новый, – усмехнулся Кузнецов, – помяни мои слова – даже мертвый Юсупов нас удивит! Все! За работу! Да, Сережа, а таблеточку все таки выпей – полегче будет.

Глава 7

На месте преступления Сидоренко появился, когда Аарон Моисеевич – мелкий, невзрачный человечек с физиономией горького пьяницы (обманчивое впечатление – Брамс вообще в рот спиртного не брал), заканчивал свою работу. На сочной зеленой траве, хоть сейчас коси, да скирдуй, лежало два изуродованных тела. Над одним из которых колдовал Аарон Моисеевич Брамс – штатный криминалист-заклинатель шестнадцатого отдела. Майор поздоровался с оперативниками, а затем спросил Петрушина:

– Слава, а как же "Сфера Невидимости"? Я вас сразу заметил…

– Так вы ж, Сергей Валентинович, вчера у нашихконовалов были? Разукрасили они вас?

– Ты о татуировках?

– Ну…

– И причем здесь это?

– В числе прочих интересных рун и знаков, – пояснил старлей, – вам набили "Око Вотана". Так что морок типа нашей "Сферы" на вас не действует. Зато посмотрите, как он действует на непосвященного… – Петрушин указал пальцем на мужика с рюкзаком, топающего по тропинке как раз в нашем направлении. На любого человека, даже не сильно любопытного, зрелище продырявленной в решето дорогой машины, двух мертвых растерзанных пулями тел валяющихся на земле, да и всей нашей живописной компании, должны были произвести неизгладимое впечатление. Но мужик даже вида не подал: скользнул пустым взглядом, как будто нас не было, и пошел дальше своей дорогой.

– Эй, любезный! – громко крикнул Петрушин. – Мужик! Стой!

Но прохожий даже ухом не повел, пройдя буквально в десятке метров от нас.

– Что и требовалось доказать! – довольно произнес старлей. – "Сфера" работает!

Сидоренко оставил Петрушина и подошел к Брамсу:

– Аарон Моисеевич, сколько еще времени вам понадобиться?

– А шо ви сами думаете, молодой человек? – с изумительным одесским акцентом отозвался Брамс, отрываясь от мертвого тела.

Майор взглянул на мертвяков и охнул от изумления: на снегу лежали два абсолютно одинаковых тела.

– Аарон Моисеевич свое дело знает – родная мать не отличит одного от другого! – гордо произнес Брамс.

– А раны? Это тоже морок? – поинтересовался майор. – На самом деле их нет?

– Вложите персты, Фома Неверующий! – скорчил потешную физиономию Брамс. – Не смешите мои тапки – это не примитивный морок, это качественная "Переплавка", я вам говорю! Поверьте моим словам, Аарон Моисеевич не зря ест свой кусок хлеба! Можете положить «куклу» на место и снимать "Сферу".

В кармане майора пискнул телефон.

– Слушаю, – ответил Сидоренко в трубку. – Да, я понял. Парни, – убрав телефон обратно, крикнул Сергей Валентинович, – через десять-пятнадцать минут здесь будут МВДешники! Завершаем операцию!

Оперативники быстро загрузили настоящее тело Юсупова в служебную машину, а затем засунули "Куклу" в расстрелянный "Мерседес".

– А теперь отойдите подальше! – предупредил Брамс. – Аарон Моисеевич подчистит следы вашего присутствия… Как будто оно мне надо? – по привычке бурчал Брамс, делая странные пассы руками.

Истоптанная оперативниками трава поднималась, словно на нее никогда не ступала нога человека, исчезли кровавые следы от лежащих на земле тел.

– А Брамс настоящий виртуоз! – шепнул майору на ухо Петрушин. – Оставляет только следы преступления… Черт, да как он все это делает?

– Я, юноша, корректирую картинку через временную проекцию! – ответил Аарон Моисеевич, непонятно каким образом расслышавший слова Петрушина. – Отходите подальше и снимайте "Сферу", – распорядился Брамс. – Я закончил.

Оперативная машина с телом Юсупова уже уехала. Брамс ушел пешком, сказав, что хочет прогуляться по зеленому лесочку и восстановить подпорченную энергетику. Вернется сам. На электричке. На месте преступления остались лишь майор Сидоренко и старший лейтенант Петрушин.

– Ну что, Слава, деактивируй "Сферу". Я-то и не знаю, как это делается, – признался Сергей Валентинович.

– Ничего, товарищ майор, научитесь, – ответил старлей. – Я так первое время вообще…

Что он "вообще" Петрушин не договорил. Он достал из кармана перочинный нож и огляделся по сторонам.

– Вроде бы никого, – произнес он, втыкая нож в землю. – Самое время!

Он провернул лезвие ножа в земле, что-то пришептывая при этом несложном действии. – Все готово, – наконец сообщил он. – Уходим?

– Уходим, – согласился Сидоренко.

Машину он благоразумно оставил на обочине трассы. Лишний раз светиться ни к чему, даже если на автомобиль и навешены всевозможные магические спецпримочки. Контрразведчики скрылись в ближайшем подлеске, и из кустов принялись наблюдать за местом происшествия, который лишился "Сферы Невидимости". Через минуту на дорогу вышла пожилая женщина, увидев расстрелянный автомобиль, она уронила на землю пластиковый пакет, который несла, и схватилась руками за голову. Еще минут через пять, возле "Мерседеса" Юсупова, остановился дорогой джип, пыливший по дороге от коттеджного городка.

– Вот и очевидцы, – констатировал Петрушин. – Можно валить отсюда!

– Да-да! – согласился майор.

С милицейским кортежем они столкнулись, уже загрузившись в свою машину.

– А вот и наши архаровцы! – проводив верещащие и мигающие огоньками автомобили, сказал Слава. – Пусть теперь они поработают!

***

Кремнев с трудом пристроил свой старенький "Опель-Астру" на забитой парковке возле института и вылез из машины. После уютного и охлажденного салона автомобиля, раскаленный воздух жаркого летнего дня был сопоставим с настоящей финской сауной. Аркадий запер машину и, впечатывая подошвы ботинок в расплавленный асфальт, побежал к зданию. Но до дверей института ему добраться не дали: дверь черного "Митсубиси-Паджеро" с тонированными стеклами, стоящего в соседнем ряду, неожиданно открылась.