Рассказы Кависта. Чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью

Радик Яхин

Рассказы Кависта. Чрезмерное употребление алкоголя вредит вашему здоровью

Он появился на свет поздней осенью, когда тяжелые капли дождя барабанили по железной крыше московской квартиры, а в форточку врывался сырой ветер, несущий запах увядших листьев и надежду на первый снег. Его нарекли Дмитрием, что с древнегреческого означало «посвященный богине земли Деметре», но в этом не было ни капли торжественности. Это был просто Дима, обычный мальчионка из обычной семьи, которому суждено было прожить жизнь, полную странных открытий.

Я – это он. Дмитрий Алексеевич Громов, сорокапятилетний мужчина, сидящий сейчас в кожаном кресле своего кабинета. За окном – тот же ноябрь, те же капли, только теперь они не стучат по крыше, а стекают по зеркальному стеклу небоскреба, искажая огни вечернего города, расплывающегося внизу. Передо мной на столе из мореного дуба, покрытом царапинами от бокалов и случайно уроненных монет, стоит три пустых стакана. Обычных граненых стакана. И одна початая бутылка. Водка. «Московская особая». Та самая, которая была в серванте у бабушки.

История, которую я собираюсь рассказать, не имеет никакого отношения к большим деньгам, которые я заработал, или к женщинам, которых любил. Она не о карьерных взлетах, что привели меня в этот кабинет, и не о друзьях, что предавали или оставались верны. Эта история о другой страсти. О страсти, которая началась с отвращения, прошла через фанатизм и привела к пониманию.

Эта история о стеклянной душе человечества. О том, как в прозрачной или янтарной жидкости скрывается характер нации, история рода и мастерство, граничащее с искусством. Я перестал быть простым потребителем, стал коллекционером, дегустатором и, если хотите, философом, который ищет истину на дне бокала. Не в хмельном забытьи, а в тех нюансах, которые отличают ремесленника от творца, подделку от шедевра, бездумную трату от осознанного наслаждения.

Сколько раз я ошибался, покупая дорогую бутылку, украшенную золотом и пыльными королевскими вензелями, и находил внутри лишь безликий спирт, приправленный ароматизатором? Сколько раз дешевое пойло из супермаркета, купленное в отчаянии поздним вечером, заставляло морщиться и обещать больше никогда не пить? Сотни.

Но однажды, в маленьком баре на окраине Лиссабона, старик с руками, похожими на виноградные лозы, налил мне граппы из запыленной бутылки без этикетки. Это было небо, пролитое в стакан. Это был вкус солнца, камней и пота его предков. В тот момент я понял, что ничего не понимаю. И решил узнать всё.

Эта книга не является энциклопедией. В ней нет сухих цифр и бесконечных таблиц с содержанием сивушных масел. Это дневник моего путешествия. Я проехал полмира, чтобы попробовать водку там, где ее варят в самогонных аппаратах из старых советских учебников, и там, где ее фильтруют через уголь березовых дров, чтобы добиться хрустальной слезы. Я пил виски в подвалах замков Шотландии, где пахнет торфом, плесенью и вековой тишиной, и пробовал коньяк во Франции, глядя на поля, усеянные белыми цветами, под которыми в земле зреет будущий напиток, спящий в дубовых бочках.

Я научился одному важному правилу: цена – это последнее, на что нужно смотреть. Важно всё: от формы бутылки до угла, под которым вы держите бокал. Важна температура за окном, ваше настроение и то, с кем вы разделите этот вечер.

Я расскажу вам, как не переплачивать. Как отличить выдержанный арманьяк от молодого дистиллята, залитого в бутылку с карамелью. Как понять, что текила сделана из чистого голубого растения, а не из кукурузы с сахаром. Как правильно хранить открытую бутылку джина, чтобы его травяной букет не превратился в пыльный гербарий. И почему кальвадос, который пили герои Ремарка, совсем не то же самое, что мы покупаем в ближайшем магазине, соблазнившись громким названием.

Мы пройдем путь от простого к сложному. Начнем с водки – самого честного и самого коварного напитка, за которым не спрячешься за выдержку в бочке. Закончим же мы с вами ромом, где встречаются пираты, адмиралы и сахарный тростник.

Но перед тем как сделать первый глоток в этом путешествии, запомните одну вещь. Крепкий алкоголь – это не способ забыться. Это способ вспомнить. Вспомнить вкус настоящего, прикоснуться к истории, ощутить тепло человеческих рук, которые вырастили виноград, перегнали брагу и годами ухаживали за бочкой.

Я разливаю по стаканам. В каждом из трех – по пятьдесят граммов. Слева – дешевая водка из круглосуточного ларька, которую пьют, чтобы согреться или «догнаться». В центре – та самая «Московская особая», напиток моего детства, стоявший на всех праздничных столах. Справа – образец современной премиальной водки, прошедшей через серебряные фильтры и выдержанной в покое.

Я закрываю глаза и делаю первый глоток из левого стакана. Рот обжигает спиртовая горечь, которая скатывается в горло комком, оставляя после себя лишь пустоту и желание закусить. Я открываю глаза, записываю пару слов в блокнот, стоящий тут же, и беру паузу, чтобы прополоскать рот водой.

Пора начинать. Эта книга – моя исповедь. Добро пожаловать в мир, где капли пахнут вечностью.

Мне было четырнадцать. Лето, деревня у бабушки, запах клубники и сена. Компания местных пацанов постарше, которые казались мне богами, посвящала меня во взрослую жизнь. Мы сидели в заброшенном сарае, пахло прелой соломой и махоркой. Передо мной поставили мутный граненый стакан, до половины наполненный жидкостью, которая пахла так, что слезы наворачивались на глаза.

– Пей до дна, – сказал самый главный, Саня Рыжий. – Покажешь, что мужик.

Я выпил. Мир сжался в точку, потом взорвался огнем в пищеводе и желудке. Я закашлялся, из глаз потекло, меня стошнило через десять минут прямо под куст смородины. Надо мной смеялись. Я чувствовал себя униженным и отравленным. В тот момент я поклялся себе, что никогда в жизни не притронусь к этой гадости.

Прошло двадцать лет. Я сидел в деловом ресторане с потенциальным партнером, пожилым немцем из Гамбурга, который занимался поставками оборудования. Разговор не клеился. Немец был холоден и официален. И тут он, глядя на бутылку «Столичной», стоявшую на столе, сказал:

– Русские говорят, что хорошая водка должна быть холодной, как сибирский ветер, и чистой, как слеза ребенка. Но я пробовал вашу водку много раз. Она просто жжет. Где же вкус?

Он озвучил то, что я и сам чувствовал, но боялся признать. Я не знал, что ответить. Я заказал еще одно блюдо, сменил тему, контракт мы так и не подписали. Но вопрос застрял во мне занозой.

А что, если я всю жизнь пил не ту водку? Что, если за этой прозрачностью скрывается что-то большее, чем просто разведенный спирт?

Водка – это не просто вода со спиртом. Это утверждение стало для меня отправной точкой. Я купил литр самой дешевой водки из ближайшего супермаркета и литр водки, которую мне порекомендовал знакомый сомелье, стоившей в три раза дороже. Я поставил их в морозилку.

Через сутки я достал обе бутылки. Дешевая водка превратилась в густую, маслянистую жидкость, на стенках которой виднелись кристаллики льда. Дорогая осталась прозрачной и текучей, лишь слегка загустев. Секрет прост: качественный спирт не замерзает при температуре бытовой морозилки, а вода замерзает. В дешевой водке либо нарушена технология, либо вода недостаточно очищена от примесей, либо добавлен глицерин для мягкости, который искажает картину.

Спирт для водки бывает разный. Люкс, Альфа, Экстра. Люкс и Альфа производятся только из зерна. Альфа – из пшеницы или ржи, Люкс – из любой зерновой смеси, но тоже только из зерна. Если на этикетке написано «спирт высшей очистки» – бегите. Это значит, что сырьем могло быть что угодно, включая картофель, свеклу или гидролизную древесину. Такой спирт дает жесткий вкус и тяжелое похмелье.

Но это только половина дела. Вода. Знаменитая вода из озера Байкал или из артезианских скважин – это маркетинг. Важна не географическая точка, а химический состав. Идеальная вода для водки – мягкая, с низким содержанием солей. Жесткая вода дает мутность и неприятный осадок при смешивании со спиртом.

Я стал экспериментировать. Покупал спирт «Альфа» в специализированном магазине и бутилированную воду с разной жесткостью. Смешивал в пропорциях. Сначала получилась просто мутная жижа. Оказывается, воду нужно лить в спирт, а не наоборот, и смесь нужно охлаждать. Но даже соблюдая технологию, я получал просто разбавленный спирт. В нем не было души.

Тогда я поехал в маленький городок в Тверской области, к частнику-винокурy, дяде Мише. Он гнал самогон для себя и соседей уже сорок лет. Его самогонный аппарат, медный, с причудливыми трубками, напоминал паровоз.

– Эх, Димон, – сказал он, закуривая «Беломор». – Водка – она как женщина. Бывает красивая, накрашенная, а внутри пустота. А бывает простая, без косметики, да глаз не оторвать. Ты спирт со смехом разводишь? Смех – это и есть душа. Химия, она формулу знает, а душа – она нутром чуется.

Он налил мне из своей бочки. Напиток был прозрачным, но стоило взболтать бутылку, как на стенках появлялись мелкие пузырьки, которые долго не исчезали. Это называлось «игра». Вкус был мягким, с едва уловимым хлебным оттенком. Он не обжигал, а обволакивал. И пился так легко, что хотелось еще. Дядя Миша объяснил, что дело в угле. Он фильтрует свой продукт через березовый уголь собственного производства. Медленно, по капле. Уголь забирает сивушные масла, но оставляет те микроэлементы, которые дают этот самый «хлебный» дух.

Водка фабричная фильтруется быстро, под давлением, через спрессованные угольные колонки. Это эффективно, но убивает всё живое. Остается стерильный продукт.

Мы платим за упаковку. Это аксиома. Но с водкой это правило работает с ужасающей прямотой. Я проанализировал десятки этикеток. Дорогая водка за три тысячи рублей и водка за пятьсот рублей из одного и того же федерального розлива часто имеют один и тот же спирт (Люкс) и одну и ту же воду (подготовленную, умягченную). Разница лишь в дизайне бутылки, марочном названии и глянцевых журналах, где размещена реклама.

Но есть нюансы. Существуют так называемые «крафтовые» винокурни, которые производят водку малыми партиями. Их продукт действительно отличается, и цена его оправдана ручным трудом и уникальным сырьем. Как же выбрать?

Первое. Читайте мелкий шрифт на контрэтикетке. Ищите спирт «Альфа». Это высший стандарт качества в России. Если написано «Люкс» – тоже хорошо, но уточните, из чего он сделан.

Второе. Изучите состав воды. Если производитель указывает конкретный источник (артезианская скважина глубиной 150 метров) и ее характеристики – это плюс. Если просто «вода подготовленная» – это ни о чем.

Третье. Цена ниже трехсот рублей за пол-литра должна настораживать. Стоимость акциза, спирта, воды, бутылки, логистики и наценки магазина просто не может уложиться в эту сумму, если производитель не использует суррогаты.

Четвертое. Самый надежный способ – дегустация. Хорошая водка не пахнет ацетоном. Нюхать ее нужно не сразу после того, как налили, а через минуту, когда «уйдут» первые резкие спиртовые пары. Запах должен быть чистым, без посторонних нот.

Попробуйте глоток. Не закусывайте сразу. Подержите во рту. Ощутите температуру. Хорошая водка, даже комнатной температуры, должна казаться прохладной из-за мятного оттенка спирта. Она не обжигает слизистую, а как бы гладит ее. Проглотите. Через несколько секунд в горле должно появиться тепло, но не жжение.

Однажды я купил водку, на этикетке которой красовалась фамилия известного русского писателя. Стоила она как небольшой ужин в ресторане. Я открыл ее в компании друзей. Мы выпили. Тишина повисла над столом. Это была просто вода со спиртом. Пустота. Мы переглянулись и поставили бутылку в сторону, достав проверенную классику за четыреста рублей. С тех пор я не ведусь на имена.

Водка не терпит суеты. Это я понял, когда впервые попал в настоящую русскую баню с правильными людьми. Не было там никаких стриптизерш и пластиковых стаканчиков. Был сруб, парная, веники, большой деревянный стол и запотевший графин с водкой, стоящий в тазу со льдом.

Температура. Идеальная температура подачи водки – от 4 до 8 градусов Цельсия. Ни в коем случае не из морозилки! В морозилке водка густеет, теряет ароматику и превращается в обжигающий ледяной снаряд. Вы чувствуете только холод и алкоголь. Вкус заморожен. В графине со льдом водка достигает нужной кондиции: она становится приятно прохладной, но остается текучей, раскрывая свои ноты.

Бокалы. Забудьте о пластиковых стаканчиках. Это убивает любой напиток. Забудьте о хрустальных фужерах на тонкой ножке, из которых пьют шампанское. Водку пьют из рюмок или стопок. Лучше всего из граненых стаканов. Толстое стекло сохраняет температуру, а грани играют светом, создавая настроение. Объем классической порции – 50 граммов. Или 100, если это второй тост и закуска хороша.

Но настоящий ритуал начинается после того, как налито. Поднимите рюмку. Посмотрите сквозь водку на свет. В ней не должно быть взвесей, мути, посторонних частиц. Она должна быть кристальной. Теперь понюхайте. Не втягивайте шумно воздух, как при дегустации вина. Просто поднесите рюмку к носу и сделайте спокойный вдох.

Тост. Произнесите тост. Водка пьется не молча. Она требует слова, даже самого простого: «Будем здоровы».

Выдохните. Выпейте одним глотком, но не торопясь, дайте жидкости прокатиться по языку.

Закуска. Закуска – это отдельное искусство. Не салат оливье с майонезом, который забьет всё. Идеальная закуска для водки – соленые огурцы, квашеная капуста, маринованные грибы, сало, черный хлеб с маслом и селедка. Почему? Потому что эти продукты содержат соль и уксус, которые нейтрализуют действие алкоголя, и жиры, которые обволакивают желудок. Но главное – они не перебивают, а оттеняют чистоту водки.

Есть понятие «рефлекс». Когда вы выпили рюмку и закусили огурцом, рассол смешивается с остатками водки во рту и создает тот самый неповторимый вкусовой аккорд, который мы любим. Это не просто утоление голода, это часть вкусового спектра.

Я помню вечер в компании шотландцев, которые удивлялись, как можно пить чистый спирт и закусывать соленьями. Они пили виски и закусывали его сыром. Я предложил им попробовать наш ритуал. Они были потрясены. «Это как поцелуй после долгой разлуки», – сказал один из них. Водка и огурец – идеальная пара.

Мы привыкли считать водку исключительно русским изобретением. Это не совсем так. Поляки спорят с нами за пальму первенства не одно столетие. Польская водка «Жубрувка» с травинкой зубровки внутри – это классика. Она имеет легкий травяной оттенок, чуть сладковатый. Пьется она мягче русской, но мне всегда казалось, что в ней меньше характера.

Шведская «Абсолют» произвела революцию в мире. Они сделали ставку на дизайн и чистоту. «Абсолют» действительно очень чистый, нейтральный продукт. Его пьют в основном в коктейлях, потому что в чистом виде он скучен. Это идеальный растворитель для других вкусов.