Полная версия
Ты или никто
– У меня есть однушка в городе, а здесь остался дом тетки. Он теперь Анфисе перейдет. Я ведь могу там жить?
– Но дом не ваш. Потребуется разрешение органов опеки на проживание в доме подопечной. Это решается индивидуально.
Я киваю, хотя в голове каша.
– И еще, – сотрудница понижает голос. – У нас сейчас все сложно. Детей много, опекунов мало. Будет проверка, беседа с психологом. Вы готовы?
– Готова.
Сзади раздается покашливание. Военный с кислой миной заглядывает в кабинет. Видно, нервничает, торопится...
Я заканчиваю, собираю документы, встаю. На ватных ногах иду к выходу.
– Девушка, – окликает он.
Вздрагиваю, поднимая на него взгляд… Я так погрузилась в свои мысли, что не заметила, как он вошел…
– У вас ещё что-то? – фыркаю я.
– Удачи вам.
– Спасибо, – бурчу, думая о своем.
Выхожу на крыльцо, заприметив греющуюся на солнышке бабульку с палочкой – мою заступницу…
– Что, милая, накричала на военного? – улыбается беззубо она.
– Пришлось, бабуль.
– И правильно. Мужиков строить надо. А то распустились.
Я улыбаюсь в ответ и иду к остановке. В кармане пиликает телефон – сообщение от Клавдии: «Анфиса спрашивает, когда ты придешь. Плачет».
Нажимаю «ответить»: «Иду. Скоро буду».
Сейчас только в магазин зайду и сразу домой…
Вечером, когда Анфиса засыпает на моей кровати (я теперь сплю в теткином доме, в её комнате, потому что Анфиса боится оставаться одна), я сижу на кухне, пью чай и смотрю в окно.
За окном – темнота и мигающий фонарь, недовольно лающий тетушкин пёс и скрипящий от каждого шороха забор… Надо бы его починить, а, лучше, поменять… Только где деньги взять? Куда податься в Белодольске, ума не приложу… А увезти Анфису в город мне никто не позволит. Да и не ждет меня там ничего хорошего… Борисоглебский наверняка добавил меня в чёрный список сотрудников. Хоть уборщицей иди, ей-богу… Завтра надо идти в поликлинику за справками, в школу, к психологу… В общем, куча дел…
Вспоминаю утреннего военного. Красивый, гад. И характер, как у танка. Такому никто не сможет отказать, никакая опека… Интересно, какая у него история? Кто ему тот мальчишка? Интересно, встретимся с ним когда-нибудь еще?
Надеюсь, встретимся.
Нет, не надеюсь. Точно не надеюсь.
Мне сейчас только местных красавчиков не хватает… Чур меня!
Допиваю чай, пересыпаю крупу и макароны в баночки, сортирую мясо и складываю контейнеры в морозилку. Интересно, что Анфиса любит есть? Я не удосужилась спросить…
Ладно… Пора в душ и спать. Завтра будет новый день и новые проблемы. Поиск работы и борьба с бюрократической машиной…
А пока – тишина, темнота и сопение ребенка за стеной. Странно, но… уже не так страшно, как вчера…
Просыпаюсь рано… Бреду в кухню, решив, что лучшим завтраком для малышки будут сырники.
В двери тихонько стучится тетя Клава. Я отпираю, завидев банку варенья в ее руках…
– Ой, умничка какая… Пахнет-то как вкусно. Держи, к сырникам как раз…
– Спасибо, теть Клав. Я хотела спросить… Тетя Рая не успела купить вещи для Анфисы? Почему ничего нет? Я все шкафчики перебрала, но…
– Её мошенники развели. Она боялась признаться… Пенсия у Раисы была хорошая, накопления были… А тут позвонил кто-то… Вика, я не знаю, как все было, Рая о таком не любила говорить… В общем, потеряла она все. И полиция не смогла помочь. Она Анфису очень любила, если рискнула, значит, ради нее, родимой...
– Понятно. Значит, сегодня поеду в детский магазин.
– Деньги-то, есть?
– Да. Но работу я все равно буду искать…
– А не хочешь диспетчером в МЧС пойти? Там как раз требовались?
– Даже не знаю... Надо подумать.
Дорогие читатели! Представляю новинку нашего литмоба «Чужих детей не бывает»
Анна Россиус
Семья напрокат. Чувства под запретом
АННОТАЦИЯ: Представьте – ваш муж сутками торчит у компа и наделал кучу долгов, властная свекровь не даёт продыху, маленькому сынишке нужна дорогостоящая реабилитация после спортивной травмы. А вы – обычная учительница младших классов со скромной зарплатой!
Справились бы или опустили руки?
Виктория не унывает и старается набрать побольше учеников.
Кажется, что чуда ждать неоткуда. Как вдруг отец маленькой ученицы, суровый и обычно молчаливый бизнесмен Матвей Немиров предлагает «безобидную» аферу.
Это очень не понравится деспотичным родственникам Вики. Зато приведет в восторг двух шкодливых детишек!
Главное правило для Вики и Матвея – чувства под запретом. Но кто же о нём вспомнит, когда их история начинает походить на сказку о Принце и Золушке?
Глава 7
Вика.
– А что тут думать? Не уборщицей же идти, в самом-то деле? У тебя какая специальность? – прищурившись и подкладывая в тарелку ещё один сырник, спрашивает Клавдия.
– Я менеджер по продажам, креативный менеджер. Есть опыт работы в крупных компаниях, – не без гордости добавляю я.
– Проблема в том, что в Белодольске мало крупных компаний. Животноводческая ферма и лесхоз. Но там работа специфическая… И контингент соответствующий. Мое мнение – иди в МЧС.
– Простым диспетчером?
– Простым? Ты представляешь зону ответственности?
– О чем и разговор… Я подумаю, теть Клав… А вот и наша куколка проснулась, – замечаю крадущуюся из комнаты Анфису.
Заспанная, с румяными щечками и спутанными волосами, она выглядит особенно беззащитной…
– Вика… – обнимает она меня. – А мы в школу пойдем? Ирина Евгеньевна должна тебя во всякие группы добавить.
– Пойдем. Давай ты позавтракаешь, а потом мы поедем покупать тебе вещи. Ты мне покажешь школьную форму, рюкзак?
– Да, конечно. Ой, бабушка Клава, это вы варенье принесли? У нас такого не было.
– Я, милая. Кушай, лапочка…
Клавдия помогает мне найти школьную юбку и две блузочки. К счастью, они оказываются почти новыми, как и лежащий под письменным столом рюкзак…
Проверяю наполнение пенала, заглядываю в дневник. Анфиска, оказывается, хорошистка – всего две четверки в четверти.
– Поезжайте в Зареченск. Там большой торговый центр, одежда есть всякая, обувь… Лишь бы на жизнь потом хватило, – с нескрываемым волнением добавляет тетя Клава.
Расчесываю волосы Анфисы, наряжаю её в то, что есть – несуразные, спортивные штаны и такую же толстовку.
Через пять минут мы уже выходим на крыльцо…
– А у тебя есть машина? – спрашивает Анфиса, втягивая голову в воротник курточки.
– Нет, детка. Замерзла?
– Совсем нет. А у мамы Раи есть.
– Да ты что? И какая? Я что-то её не вижу, – улыбаюсь я.
– Она встречалась с одним дядей, и он подарил ей машину. Хочешь, зайдем и посмотрим? Ты же в гараже не была?
– Нет, не была. Давай глянем.
Анфиса деловито выуживает ключи от старого, сложенного из белого кирпича строения – они лежат в тайнике, под кирпичом…
Ну и тетушка Рая… Оказывается, ещё какой-то «дядя» у нее имелся…
– Ну и ну, – протягиваю я, заметив старый, видавший виды Форд.
Распахиваю водительскую дверь, обнаружив ключи на сиденье.
Раиса Ивановна никогда не рассказывала ни про каких мужчин… Черт те, что творится… Мне начинает казаться, что я ровным счетом ничего не знала о жизни тетушки…
– А ты водить умеешь, Вика?
– Умею. И права у меня есть. Давай мы съездим в магазин на электричке, а машиной я займусь позже?
– Поехали.
В электричке пахнет креозотом и влажной пылью… Анфиса садится рядом, не выпуская моей руки…
– А в кафе пойдем?
– Обязательно. Любишь пиццу? Вы с мамой Раей часто ездили в Зареченск?
– Да. И тот дядя тоже с нами ездил на той машине.
Господи… Тетушка Рая, куда же ты вляпалась? Может, её скоропостижная смерть неслучайна? Кто тот мужчина? И почему его не было на похоронах? Мысли прыгают как бешеные хомяки…
Ладно, займусь этим позже…
Анфиса растворяется среди рядов с детскими курточками и брюками.
– Только чур розовое с блестяшками не покупать. Давай сначала курточку примерим?
– Давай. И шапку новую купишь? А то моя слишком теплая…
Направляюсь к стойке с кричащей вывеской «Распродажа», заслышав знакомый голос:
– Вовка, они не жмут тебе?
– Не знаю, – ручейком звучит детский голосок.
Надо же, военный… Пока Анфиска возится с курткой, я… бессовестно пялюсь на него… Тонкая, черная водолазка облепляет его широкие, сильные плечи… И чего я смотрю на него, а? Он ведь хам и грубиян… Такому палец в рот не клади…
– О, и вы тут? – недовольно бурчит он, замечая меня. – Преследуете меня?
– Больно вы нужны… – бурчу и спешу вернуться к Анфисе.
Ужасно обидно… Прямо очень… Обычно мужики бегают за мной, а тут… Наглость, грубость и хамство…
– Хорошая курточка, Анфис. И совсем не мрачная. Смотри, какой брелочек на молнии симпатичный?
– Мне нравится, Вика. А можно вот эти джинсы и…
– Можно. Нам ботиночки нужны на весну. И туфельки для музыкальной школы. Мама Рая тебя не записывала? Я в детстве ходила. И даже могу кое-что сыграть…
– Ой, не записывала… Наверное, сейчас меня и не возьмут.
Черт… Приходится вернуться к обувным рядам и сделать вид, что военного нет…
– Вика, а сменку новую можно?
– Да, конечно. Идём…
Поворачиваюсь и… вздрагиваю от чужого касания… Военный… Виновато смотрит на меня и мнется. Будто хочет о чем-то попросить…
– Что вам от меня нужно? Зачем вы…
– Простите меня. Признаю́, я перегнул и…
– Да что вы говорите? Вы не похожи на того, кому нужно чье-то прощение…
– Вы ошибаетесь, но я не буду вас переубеждать. Помогите выбрать пацану ботинки. Пожалуйста... Если хотите, я вам заплачу...
Вид у него... Высоченный, тренированный мужик с глазами котика из Шрека... Умора просто...
– Хорошо. Как зовут вашего сына?
– Вова. Он не сын пока, но скоро им станет.
Дорогие читатели! Приглашаю в новинку нашего литмоба «Чужих детей не бывает»
Автор Татьяна Тэя
Диагноз любовь. Спасти семью в годовщину разрыва
АННОТАЦИЯ: Мы расстались с Катей почти два года назад. Я поступил очень некрасиво, встретил свою первую любовь и чуть не потерял голову. Этого было достаточно, чтобы всё рухнуло.
Я уехал из столицы в родной город, руковожу хирургическим отделением в первой городской больнице, борюсь за жизни людей, пока в один прекрасный день не раздаётся звонок и мне сообщают, что по просьбе бывшей жены мне надо приехать и забрать ребёнка. Одиннадцатимесячную девочку, которая может быть моей?
Глава 8
Вика.
Суровый мужик с челюстью, способной перекусить гвоздь, просит у меня помощи? В его больших, светлых глазах столько растерянности, что я почти забываю, как он бесил меня в очереди.
– Заплатите? – фыркаю я. – Прямо настоящими деньгами?
– А чем ещё? – он пожимает плечами. – Я в женских шмотках не разбираюсь, а то мог бы прикупить вам что-то… Вова, иди сюда!
Из-за стеллажа с кроссовками выныривает мальчишка лет семи – худой, светловолосый, высокий… Он тотчас вцепляется в куртку военного и смотрит на меня исподлобья, как волчонок.
– Здрасьте, – шепчет он.
– Привет, Вов, – приседаю на корточки. – Меня Вика зовут, а это Анфиса. Мы тут тоже обувь ищем. Хочешь, вместе выберем?
Вова косится на Романа. Тот кивает.
– Ну давай, – протягивает мальчишка, всё ещё хмурясь.
Анфиса подходит ближе, разглядывая Вову с неподдельным интересом. Дети – они же проще, чем мы, взрослые…
– А ты в каком классе? – спрашивает она.
– В первом.
– А я во втором. Хочешь, покажу, где тут клёвые кеды стоят? Ну, чего ты завис? Идем уже…
Я выпрямляюсь и ловлю на себе взгляд военного. Кажется, в его глазах вспыхивает что-то похожее на облегчение…
– Дети нашли общий язык, – говорю я. – Ну что, идём выбирать?
Мы бредём к обувному отделу. Краем глаза наблюдаю, как Анфиса тащит Вову к стеллажам, что-то оживлённо рассказывая. Впервые за эти дни она выглядит счастливой…
– Спасибо, – негромко говорит военный. – Я, правда... Неудобно вышло в очереди. Нервы ни к чёрту.
– Бывает, – пожимаю плечами. – У всех бывает.
Странный он какой-то… Высокий, широкоплечий, от военного исходит дикая, первобытная уверенность, мужская харизма… И при этом он беспомощен перед детским шопингом. Смешной… Кем бы он ни был, мне не нравится, как я на него реагирую…
– Давно занимаетесь усыновлением? – спрашиваю, чтобы нарушить молчание.
– Неделю, – усмехается он горько. – Друг погиб в командировке, Вова остался один. Мать у него... – военный осекается, сжимает челюсть. – В общем, нет матери.
– Ой, – выдыхаю я. – Простите, я не хотела давить на больную мозоль.
– За что? Вы не виноваты.
Мы подходим к детям. Анфиса уже держит в руках синие кеды с оранжевыми шнурками и тычет ими Вове в нос:
– Примерь! Они офигенные! Вика, скажи, что кеды – то, что надо?
– И вот эти давайте померим? Натуральная кожа, твердый задник, ортопедическая стелька. Как вам? Володь, тебе нравятся?
– Да.
Вова мнётся, но… стаскивает с ног ботинки, присаживаясь на пуф. Взгляду открывается пара детских ножек в разных носках, один из которых дырявый… Военный замечает, хмурится.
– Вов, я же купил тебе новые носочки? Куда они делись? – строго произносит он.
– Потерял, – бурчит Вова. – Вместе с кедами на физру и посеял где-то…
– Эх ты… Ладно, сейчас купим.
Я сую руку в сумку и выуживаю пару детских носков – вчера купила Анфисе три пары в магазине у дома.
– Держи, – протягиваю Вове. – Новые, ярлык сейчас оторву.
Вова смотрит на военного. Тот медленно кивает, и я замечаю, как дёргается его кадык.
– Спасибо, – говорит он хрипло.
– Да ерунда.
– Володь, ну как? Давай проверю, не малы ли они? В самый раз, – резюмирую я, поднимая на военного взгляд.
– Слушайте… может, в кафе зайдём? Дети перекусят, а я... ну... Я должен вам.
Я скептически поднимаю бровь:
– Должны?
– За помощь. И за то, что в очереди нахамил. Роман, – он протягивает руку.
– Вика, – пожимаю его ладонь и тут же одёргиваю – от прикосновения его шершавой, горячей руки по телу пробегают тысячи мурашек.
– Так что насчёт кафе? – он смотрит выжидающе.
Я кошусь на Анфису. Она с надеждой таращится на меня и активно кивает.
– Ну... ладно, – сдаюсь я. – Только недолго. Нам ещё кучу всего купить надо. И я себя хотела приодеть…
Кафе в торговом центре с небольшими, круглыми пластиковыми столиками, яркими стульями и стенами, украшенными картинками пончиков, называется «Сладкая булочка».Детям тут сразу нравится.
Мы заказываем пиццу, соки и какие-то немыслимые десерты с разноцветной посыпкой. Анфиса и Вова усаживаются рядом и начинают обсуждать мультики.
Сижу напротив Романа, чувствуя себя не в своей тарелке… Он молчит, размешивая сахар в чашке с чёрным кофе, и вид у него такой, будто он на совещании в генштабе, а не в детском кафе… Знал бы Роман, сколько парней бились за мое внимание и... возможность вот так запросто посидеть в кафе... Нашелся тут... мистер Сноб...
– Расскажите о себе, – наконец говорю я, стараясь заполнить тишину.
Дорогие читатели! Приглашаю в новинку нашего литмоба «Чужих детей не бывает»
Елена Грасс
Все смогу. Или на что способна любовь.
АННОТАЦИЯ: Наша жизнь казалась безупречной: мы достигли высот в профессии, жили в полной гармонии и искренне любили друг друга.
Всё рухнуло в тот момент, когда врачи поставили жирную точку в наших надеждах стать родителями.
После таких новостей уютный мир трещит по швам.
То, что раньше имело смысл: карьера, хорошая квартира, планы на будущее — вдруг обесценилось.
А я стою перед выбором: отпустить любимого человека, чтобы он обрёл счастье с другой женщиной, или продолжать бороться за брак, в котором никогда не будет материнства.
https://www.litres.ru/book/elena-grass-33416797/vse-smogu-ili-na-chto-sposobna-lubov-73397608/
Глава 9
Глава 9.
Вика.
– А что рассказывать? – он пожимает плечами. – Военный. Был в разных местах, служил в горячих точках. Сейчас в отпуске, оформляю документы на Вову. Его отец погиб по... В общем, я должен был быть на его месте.
– А семья? Родители? Жена?
– Родители в другом городе. Жены нет, – отрезает он.
Ясно. Тема закрыта. По всему видно, что Роман пожалел о приглашении посидеть в уютной обстановке… Ну да ладно…
– А вы? – спрашивает он, отпивая глоток.
– Я? Мама умерла два года назад, папа давно. Тётка вот умерла совсем недавно. Анфиса... она приёмная, я даже не знала о ней. Так что теперь мы с ней вдвоём.
Роман смотрит на меня внимательно, изучающе.
– Тяжело, наверное? Свалилось всё и сразу.
– Ага, – киваю я. – С работы уволилась, приехала тётю проведать, а она... Теперь у меня дочь на попечении и полная неизвестность впереди…
– Справляетесь?
– Стараюсь.
Дети доедают пиццу и начинают ёрзать. Анфиса тянет меня за рукав:
– Вик, можно мы в игровую зону сходим? Там автоматы с игрушками!
Я смотрю на Романа. Он достаёт из кармана тысячу и протягивает Вове:
– Держи. Только недолго, и чтобы были на виду.
– А деньги? – я лезу в кошелёк. – Неудобно как-то…
– Оставьте, – он останавливает меня жестом. – Я пригласил.
Дети убегают, и мы остаёмся вдвоём. Тишина становится почти осязаемой.
– Странный вы тип, – вырывается у меня.
Роман поднимает бровь:
– Это почему?
– Ну... вы почти ничего о себе не рассказываете. Молчите. Смотрите так... ну будто сканируете.
Он лениво усмехается:
– Привычка такая… Профессия обязывает.
– Ага, шпионская, – фыркаю я.
– Типа того, – он вдруг улыбается, и улыбка меняет его лицо до неузнаваемости. Исчезает жёсткость, сменяясь чем-то теплым, похожим на уязвимость. – Ладно, Вика. Спасибо вам за сегодня, вы… правда помогли. Я в этих... детских штуках полный ноль.
– Учитесь, – пожимаю плечами. – Я тоже учусь. Мы все учимся.
Роман кивает, вновь замолкает, устремляя взгляд в сторону, где в игровой зоне носятся Вова и Анфиса. Я ловлю себя на мысли, что разглядываю его профиль, и… Неправильно все это… Черт… Тут же одёргиваю себя.
– Нам пора, – говорю я резко, вставая с места. – Ещё кучу всего надо купить.
Роман тоже встаёт, достаёт телефон:
– Давайте номер оставлю? Если что... ну, мало ли. Вы тут не местная, я тоже не особо. Вместе как-то сподручнее.
Я колеблюсь секунду, но потом диктую цифры. Он записывает, прячет телефон в карман и кричит:
– Вова, идём!
Мы расходимся у эскалатора. Анфиса машет Вове рукой, тот несмело отвечает.
– Пока, – говорит Роман.
– Пока, – отвечаю я и тяну Анфису в сторону детских магазинов.
– Вика, а Вова классный, да? – щебечет она. – Мы теперь будем с ним дружить?
– Посмотрим, крошка. Посмотрим.
Я оглядываюсь. Роман стоит у эскалатора, держит Вову за руку и смотрит на меня. Наши взгляды встречаются, и я быстро отворачиваюсь.
Странный тип. Очень странный…
Но почему-то внутри разливается тепло, и я ловлю себя на мысли, что хочу увидеть его снова.
– Вика, а пойдём ещё в тот магазин, где футболки с котиками? – тянет меня Анфиса.
– Пойдём, конечно.
Я выдыхаю и ныряю в торговые ряды, пытаясь забыть светлые глаза и неожиданную улыбку человека, который всего час назад казался мне невыносимым хамом.
Час спустя мы с Анфисой сидим на скамейке в фуд-корте, окружённые пакетами с покупками. Ноги гудят, кошелёк катастрофически похудел, но на душе почему-то легко.
– Вика, а давай ещё мороженое купим? – просит Анфиса.
– Давай. Только быстро, а то на электричку опоздаем.
Пока она бежит к ларьку, я выуживаю телефон, замечая сообщение от абонента с незнакомым номером:
«Спасибо за компанию. Роман».
Я смотрю на экран и глупо улыбаюсь. Потом спохватываюсь, прячу телефон в карман и кричу Анфисе:
– Шоколадное бери!
– Ага!
Вечером, когда Анфиса засыпает, я лежу на скрипучем диване в тёткином доме и смотрю в потолок. За стеной шуршит мышь, где-то лает собака. Новая жизнь накрывает меня с головой… Я не думала, что все так обернется… Разом свалится на мои плечи… Еще и таинственный незнакомец, оставивший машину в гараже тетушки Раи… Где его теперь искать?
Вспоминаю сегодняшний день и… не могу уснуть… Почему я не могу перестать думать о хмуром военном?
Телефон пиликает. Я хватаю его, будто только этого и ждала.
Роман: «Вова уснул. Сказал, что Анфиса крутая. Спасибо вам ещё раз».
Я смотрю на экран, кусаю губу и набираю ответ:
«Анфиса тоже сказала, что Вова классный. Спокойной ночи».
«Спокойной ночи, Вика».
Я откладываю телефон и закрываю глаза. Это все блажь, несерьезно… Нельзя ни о чем таком думать, не сейчас… Завтра новый день и гора проблем… Справки, школа, поиски работы, детские кружки… Да и Роману вряд ли нужен еще один чужой ребенок…Господи, о чем я только думаю?
Дорогие читатели! Приглашаю в новинку нашего литмоба)
Случайная няня для сына отшельника
https://www.litres.ru/book/anastasiya-ivanova-32926777/sluchaynaya-nyanya-dlya-syna-otshelnika-73381207/
АННОТАЦИЯ: Аня думала, что этот день худший в её жизни: сломанная машина, разряженный телефон и глухая лесная чаща вокруг. Перспективы на спасение не было, как вдруг…
Появился он — высокий, хмурый, с глазами цвета шоколада. Спас, привёз к себе домой и... исчез в кабинете, оставив её наедине с пятилетним сыном.
Митя решил всё за взрослых.
«Ты останешься!» — объявил он Ане.
Теперь она няня. Аня быстро подружилась с динозаврами Мити, научилась печь его любимое печенье… и постепенно поняла, что влюбляется — сначала в очаровательного малыша, а потом и в его отца.
Вот только удастся ли этим чувствам перерасти во что‑то большее? Глеб давно закрыл своё сердце для новых отношений, а у Ани есть тайна, что может всё разрушить.
Глава 10
Вика.
Утро встречает меня ароматом кофе и… криком петухов… Забавно, но я не успела привыкнуть к тихим вечерам, лаю собак и ароматному воздуху… Анфиса еще спит, подложив ладошку под щеку, а я на цыпочках выхожу в кухню. Оживляю экран смартфона, перечитывая сообщения Романа. Глупость какая-то… Романтика мне сейчас нужна, как рыбе зонтик. Мне нужна работа – стабильная, официальная, с белой зарплатой, чтобы опека не придралась.
«Диспетчером в МЧС», – всплывают в памяти слова тети Клавы.
А почему бы и нет? Я стрессоустойчивая. В SMM-отделе я пережила такие дедлайны и скандалы с клиентами, что настоящий пожар, наверное, покажется детской забавой. Решено, я пойду именно туда…
Отправив Анфису к бабе Клаве и вручив ей пакет с бутербродами, я на первой же маршрутке еду в центр.
Здание МЧС – серое, казенное, с больши́м гербом над входом, двухэтажное строение. Внутри пахнет хлоркой и машинным маслом. На вахте сонный прапорщик указывает мне на кабинет отдела кадров.
Толкаю обитую дерматином дверь и замираю на пороге.
За столом, спиной ко мне, сидит женщина в форме, а напротив нее… Роман. Тоже в форме. Майор, судя по погонам… И форма эта сидит на нем как влитая, подчеркивая широкие плечи и безупречную осанку.
Сердце делает кульбит и проваливается куда-то в район пяток. Господи, да что же мне так везет? Прямо как утопленнику…
– Роман? – вырывается у меня, прежде чем я успеваю подумать.
Он медленно оборачивается. В его светлых глазах на секунду мелькает удивление, но оно тут же сменяется странным холодом…
Он встает, возвышаясь надо мной, как скала.
– Виктория, – роняет он ледяным тоном, будто мы не покупали вчера вместе детские кеды. – Что вы здесь делаете?
– Я… я по поводу работы, – лепечу, чувствуя себя полной идиоткой. – Диспетчером.
На его лице появляется такое выражение, будто я заявила, что собираюсь в одиночку полететь на Марс. Он хмурится, на скулах играют желваки.
– Вы уверены? – он смотрит в упор. – Эта работа не для вас.
Кровь приливает к щекам. Что за черт?
– А вы откуда знаете, что для меня, а что нет? – язвительно отвечаю я, возвращая самообладание. – Мы знакомы без году неделю.
– Это не в офисе бумажки перекладывать, Виктория, – цедит он, понизив голос. – Здесь от скорости реакции зависят человеческие жизни. Это постоянный стресс, это… Бесконечные звонки от людей, крики в трубке… Вы не справитесь.
– А я, по-вашему, какая-то неженка, падающая при виде крови в обморок? – взрываюсь я. – Вы ничего обо мне не знаете!
– Я знаю, что вы из другого мира, – жестко отрезает он. – Там, где самая большая проблема – злой начальник или сломанный степлер. Здесь все по-настоящему. Выгорите за месяц. Найдите себе что-нибудь другое.
– Спасибо за совет, майор, но я как-нибудь сама разберусь, – шиплю я, обходя его и направляясь к столу сотрудницы отдела кадров. – Здравствуйте, я по поводу вакансии диспетчера.
