Полная версия
Взгляд приковала пыльная брошь, лежащая на полке под зеркалом. Медная птица.
Костя взял ее в руку. Холодная. И на мгновение – вспышка.
Вечер. Бал. Девушка в сиреневом платье (слишком похожая на Асю) нежно протягивает ему руку и шепчет: «Я знаю, что вы завтра уедете навсегда. Я… буду скучать».
Костя вздрогнул и выронил брошь.
– Ах, господин Кир, – рассмеялся Арчи, отчего показалось, будто сам дом заходил ходуном. – Самый быстрый беглец. Но, как видите, дом вас все равно догнал.
– Это бред… – прошептал Костя. Он поднял птицу, сжал в ладони и отступил к стене.
Ася так и не подошла к зеркалу. Она стояла дальше всех. Но взгляд снова и снова возвращался к девушке в отражении. Та была красива. Уверенная. Легкая. Такой Асю видели другие, но не она сама.
Девушка в зеркале вдруг обернулась – и посмотрела прямо на нее. От этого взгляда стало холодно.
Ася машинально прижала ладони к груди.
– Ах, зависть и тщеславие, – задумчиво проговорил Арчи. – Вечные спутницы, как соль и рана.
– Кто вы? – прошептала Ася.
– Сударыня не помнит бедного слугу? Что ж… не удивительно, –картинно вздохнул призрак. – Холодная красавица, ранящая языком больнее, чем кинжалом! Она всегда смотрела вперед. А я всего лишь подавал к столу. Даже воспоминания.
Саша вдруг опустил взгляд на телефон.
Экран показывал не подвал. На нем был он сам – с бокалом красного вина в одной руке, и игральными картами – в другой.
– Все, – резко сказал Саша. – Нам пора валить отсюда.
– Согласна, – быстро откликнулась Ульяна.
Костя покачал головой.
– Мы не сможем, – он не двинулся с места.
– Что значит «не сможем»?! – Ася резко обернулась. Сердце билось где-то в горле.
Саша уже шел к лестнице.
– Хватит, – бросил он через плечо. – Это уже не смешно. Кто-то перегнул палку.
Он рванулся вверх первым.
Ася побежала следом. Ульяна споткнулась, Костя подхватил ее за локоть – быстро и неловко.
Наверху их встретила дверь.
Та самая. Деревянная. Старая.
Саша схватился за ручку и дернул.
Ничего.
– Эй, – он дернул еще раз. – Эй!
Он навалился плечом. Потом ударил ладонью.
– Открывайся!
Дверь не дрогнула. Ни скрипа. Ни люфта. Будто она была частью стены.
– Отойдите, – Ася шагнула вперед.
Она уперлась обеими руками, навалилась всем телом. Высокая, сильная – она надеялась на свое тело. Но дверь осталась неподвижной.
– Нет… – выдохнула она. – Так не бывает.
Ульяна трясущимися руками нащупала щеколду. Та была холодной. Мертвой.
– Она… не заперта, – прошептала Ульяна. – Она просто… не открывается.
Костя подошел последним. Он молча уперся плечом рядом с Асей. Сутулый, напряженный, словно собирался исчезнуть в этом усилии целиком.
Раз. Два. Три.
Ничего.
Дом не отвечал.
Сзади раздался спокойный, почти мягкий голос:
– Дом не держит.
Они обернулись.
Арчи стоял в зеркале, сложив руки за спиной. Его отражение было безупречно ровным.
– Он просто не отпускает, – продолжил он. – Шаг в прошлое – не путешествие. Но выход.
– Хватит! – крикнула Ася. – Что он несет?!
Она сделала шаг назад – и вдруг поняла, что не может сделать второй. Ноги словно вросли в пол.
– Ах, прочь слова! Они лишь пепел! – Арчи театрально вскинул руки вверх, затем хлопнул в ладоши и… растворился в глубине.
Цифры вспыхнули в зеркале:
00:12.
Дом взревел.
Стены пошли волной, пол дернулся под ногами, стекло завизжало, будто кричало от боли.
Ребята инстинктивно присели, закрывая головы. Резкая вспышка ослепила их. Белая. Глухая.
И тьма.
