Крематорий

Отто Ашер

Крематорий

Городок Приреченск в 2000-х был местом где будущее умерло. После училища я бился в истерике, пытаясь найти хоть какую-то работу. Вариантов было три: уехать, спиться или умереть. Я подумывал обо всех сразу

Но перспектива меня не радовала и я цеплялся за любую халтуру, пока не открылся «Прогресс» – старый литейный завод, купленный новыми хозяевами. Платили в серую, в три раза больше чем где-либо. Засчёт риска говорили они. Рисковать мне было нечем.

Нас, новеньких, собрали в цеху номер 3. Цех был гигантской заброшенной коробкой воздух в которой пах плесенью и ржавчиной. Начальник, человек в идеальномчёрном костюме, который казался инородным телом в этой грязи, говорил коротко ижёстко. За что он и получил в дальнейшем за глаза погоняло «костюм».

– Вы – операторы кремационной печи. Грузовик привозит отходы. Ваша задача – разгрузить, отправить на конвейер и следить что бы все прошло гладко. Мешки не вскрывать, лишние  вопросы не задавать. Вам платят за молчание.

– А какие отходы? – спросил кто-то сзади.

– Медицинские. – в глазах костюма что-то дрогнуло. Не тревога, а предупреждение.

На  следующий день я уже вышел работать в смену  оператором на свой конвейер. Мешки, что привозил грузовик, были бесформенными,тяжёлыми. Они пахли хлоркой и чем-то сладковато-приторным, что въедалось в одежду как мне казалось навсегда. Смотровая будка начальника находилась высоко наверху, как гнездо стервятника. Оттуда за нами следили. Главное правило, вбитое в подкорку: мешок не вскрывать. Не смотреть. Не задавать вопросов почему «медицинские отходы» иногда булькают и оставляют на ленте маслянистые, тёмно-бурые пятна.