Скуф. Маг на отдыхе 3

Скорость.

Древесный щит буквально выпрыгнул из земли. За секунду, а то и меньше. И тут же по нему застучали первые, более прицельные шарики.

– Там двое, – принюхавшись, сказала Ромашкина. – А остальные берут нас в кольцо.

– Значит, и мы рассредоточимся, – сказала Стеклова. – Рита, а вот теперь настало твоё время. Давай. Поднимай всех, кто есть.

– Делаю, – кивнула Смерть.

Всё-таки Мытищи город оживлённый, и зверья в лесах не так уж много. А потому Смертиной пришлось довольствоваться одной наполовину разложившейся белкой, кошкой со следами автомобильного протектора на шкуре и мёртвым дятлом.

С последним оказалось особенно сложно.

Даже несмотря на то, что Рита управляла своими подчинёнными не от и до, в полном ручном режиме, но совладать с крыльями и лететь, когда ты раньше никогда ничего подобного не делал, оказалось довольно сложно.

– Вижу одного, – сказала Смерть, закрыв глаза и посмотрев на мир из головы белки. – Вон там, – и указала рукой направление.

– Отлично! Шама и Фонвизина, идите и выбейте гада.

– Сделаем.

– Девочки! – крикнула им напоследок некромантка. – Следуйте за белкой.

– Э-э-э, ладно, – ответила шаманка, и первая двойка альтушек покинула укрытие.

– Дольче, дым! Как можно больше! В ту сторону, откуда по нам стреляют!

– Сейчас будет, – кивнула Чертанова.

Несколько секунд, и по ту сторону корней действительно повалил густой плотный дым.

– Так, – Таня на секунду выглянула из укрытия. – Оставайтесь здесь и держите оборону, а мы с Ромашкой на вылазку. Не подведите, девочки!

***

Пузатые, молчаливые и очень-очень жёлтые «эвтаназиологи» один за другим грустно брели в сторону основных зданий клуба. Привыкшие к игре для развлечения против равных по силе соперников они даже не представляли, что их перестреляют так быстро. Даже не поняли толком, как так вообще произошло.

Итого их команда продержалась в игре…

– Двадцать минут, – сказал запыхавшийся Андрей, глядя на наручные часы.

– Вместо пяти! – Квин от негодования аж жвачку выплюнула. – Какого хрена?!

Действительно.

На самом-то деле команде Несвицкого хватило бы и пяти минут, чтобы расстрелять этих дилетантов. Более того, Квин или Давыдов справились бы в одиночку, но… контент. Как много в этом слове!

– Клас-клас-клас! – прыгала на месте Натулёныш, зажав автомат подмышкой и уже пересматривая записанное.

Квин, глядя на неё, очень грубо и не по-девичьи выругалась.

– Ну что там?! – крикнул Андрей. – Получилось?! Есть кадры?!

– О, да! – ответила блогерша. – И много! Я думаю, всё войдёт! Вообще всё! Разбавим вставками из студии с комментариями игроков, и уже не меньше часа эфира будет! Ещё и нарезки из этого сделаем для превью!

– Андрей, а вам обязательно так орать? – уточнила Квин, заслышав тоненький визг откуда-то со стороны центра поля.

– Слушай…

– Если действительно хотим выиграть, – сказал Давыдов, проявившись буквально из воздуха. – То нам пора выдвигаться и искать «флаг». Кажется, ребята там не особо справляются.

– А-а-ай, чёрт! – рассвирепел Андрей.

Худшие опасения подтвердились, и «Альта» всё-таки чего-то стоят. Кажется, нужно было сразу же идти вместе с «каланами» вместо того, чтобы играть на камеру. А кроме как «игрой на камеру» всё это действо никак не назовёшь.

С «эвтаназиологами» разделывались медленно, глумливо и в какой-то мере даже противно. Смакуя беспомощность врага, с шутками и всевозможными прибаутками, примерно так же старшие пацаны при игре в футбол забивают дошколятам голы при помощи задницы.

Ну а особенно долго пришлось загонять последнего из врагов, чтобы его подстрелила сама блогерша. Косая до невозможности, шумная и неспособная к передвижению по пересечённой местности.

– Так! – крикнул Андрей. – Все сюда! – и команда тут же собралась вокруг. – Сейчас всей толпой двигаем в центр. Занимаем позицию, укрепляемся и ждём, пока…

Короче говоря, Несвицкий чуть ли не дословно пересказал план Тани Стекловой. Правда вот, Таня свой начала воплощать в жизнь вот уже как двадцать минут, а он лишь собирался приступить, но… лучшего всё равно не было.

Так что в случае, если «Альта» и впрямь избавилась от «каланов», то бой рисковал перейти в стадию, «кто кого пересидит».

– Засада?! – возмутилась Натулёныш. – Но это же скучно! Никакой динамики!

– Так надо, – пока что спокойно ответил Несвицкий, уже закипая внутри.

– Может быть, я тогда поброжу и поснимаю пейзажи для вставок?

– Нет.

– Тогда интервью! Пару вопросов прямо из окопа! Круто, да?!

– Нет.

– А…

– Заткнись! – наконец, не выдержал княжий сын. – И делай, что тебе говорят! После того, как победим, снимем поле чисто для себя и поснимаем шелухи! А сейчас завали хавальник и исполняй приказы!

Наталья испугано вытаращила глаза. К горлу тут же подступил колючий комок, а на глаза навернулись слёзы.

– Да ну-у-у-у, – закатила глаза Квин. – Принцесска изволит реветь?

Пускай и не принцесска, а реветь Натулёныш и впрямь изволила. В комьюнити, к которому она привыкла, с ней редко так разговаривали. Даже заказчики, те, кто платил ей за рекламу.

– Тише, – сквозь зубы процедил Андрей. – Только попробуй нас спалить, идиотка. Иди позади и не отсвечивай. Всё! Погнали!

***

Хорошо сидим!

А учитывая то, как гонит Мороз, я даже немножечко захмелел.

– Под Калугой зомби собрались, ребята! – в три глотки орали мы. – Лич распустился совсем! Надо ему навалять, и из Калуги зомби-и-и-и прогнать!

И тут вдруг нашу старую-добрую фронтовую прервал пароходный гудок.

– ТУ-УУУ-УУУУ!

Лёха аж подскочил в кресле от неожиданности и начал озираться.

– Ах-ха-ха-ха! – рассмеялся Герман. – Не ссы, Алексей Михалыч! Это у меня оповещалка такая, чтобы уж точно не пропустить, – и мотнул головой в сторону динамика на стене.

– А о чём оповещение?

– Кто-то выбыл, – Мороз прищурился и взглянул на экран.

Я тоже присмотрелся. Но не для того, чтобы убедиться в том, что это не девки проиграли, тут у меня уверенность стопроцентная. А так, просто посмотреть, что они вытворяют. Дольче со Смертью не заметил, надо полагать, что они прячутся где-то в дыму, но вот насчёт остальных был приятно удивлён.

Нагибают альтушки. Сурово так, бескомпромиссно. Аж глаз радуется. Вот, например…

***

…Её Сиятельство Фонвизина и Ксюша Шестакова сработались так, как никогда прежде.

Абсолютно бесполезная в «понарошном» бою целительница довольно быстро пристрелялась и преобразилась в снайпера, а Шестакова, которой полевой командир «Альты» не придумал применения, в идеальную мишень для отвлекающего манёвра.

Шама засучила рукава по локоть, так, чтобы светящиеся татуировки мелькали среди листвы. По сути, сама выдавала себя с потрохами и буквально напрашивалась на пулю.

Однако…

Татуировки светились не просто так. Пускай духи не могли остановить снаряд, это было против правил, зато усиливали девушку физически. В данном конкретном случае Шестакова сосредоточилась на скорости.

Как только по ней открывали пальбу, она начинала хаотично метаться среди деревьев рваными рывками, практически не оставляя шанса попасть по себе. Буквально дразнила бойцов из «Клана Калана».

А в это время Фонвизина их выцеливала.

К тому же, у неё был свой личный наводчик. Маленький и… нет, не милый. И пушистый лишь местами. Поднятая Смертиной белка выглядела, мягко говоря, лихо. Хвост облез, левый глазик выпал, да и лап на остатке всего лишь три.

Ну да не любоваться же ей.

Со своими обязанностями белка справлялась на отлично, и уже спустя десять минут беготни первая двойка «Альты» сняла первую двойку «Каланов».

Тем временем Стеклова для обнаружения противника вместо нежити использовала нюх кадета Ромашки.

Выследили.

Нашли.

Но, увы, разделаться со своими так же просто им не удалось. Завидев «каланов» ещё издалека, Таня на свою голову решила их запутать.

Подбираясь всё ближе и ближе, она вовсю сливалась с природой и пользовала друидский дар. То веточкой хрустнет за спиной противника, то кустами шевельнёт в совершенно противоположной стороне.

Так что, да, «каланы» действительно запутались. Другой момент, что оба оказались магами земли. И как нормальный маг земли в непонятной ситуации «каланы» вырастили вокруг себя настоящий пулемётный дот и решили играть от обороны.

– Вз-з-з-з! – будто бешеная стрекоза, промчался мимо них квидич, но даже это не заставило «каланов» вылезти.

Ребята ощущали на себе пристальный взгляд Тани Стекловой. Понимали, что она где-то рядом.

И тут командиру «Альты» пришлось пораскинуть мозгами. Как выкурить противника наружу, она придумала моментально. Другой момент, что правила игры довольно сильно связывали руки и нужно было выкурить их так, чтобы организаторы не усмотрели в этом нанесения физических повреждений.

Так что ядовитый плющ сразу отменяется.

И кактусы.

Заполнить весь дот изнутри крапивой тоже не вариант. Во-первых, на «каланах» всё-таки амуниция. А, во-вторых, если очень постараться, то за такое можно и притянуть. Крапивный ожог всё же ожог.

Задачка.

– Хы, – расплылась в улыбке Стеклова. – Как знала, что когда-нибудь пригодится.

С тем она попросила Ромашку прикрыть её, спряталась за дерево и достала портмоне с семенами. Из всего многообразия Стеклова выбрала жирную коричневую семечку с белым кончиком. Затем разрядила маркер, достала один из шариков и очень аккуратно, двумя пальчиками, затолкала в него семя. А чтобы краска не вытекла, вырастила вокруг него рандомную растительную оболочку из этой же самой семечки.

– Один выстрел, – прошептала Таня, зарядила маркер заветным шариком и прицелилась.

Стреляла с колена, на выдохе, всё, как учили.

– Тах! – снаряд влетел прямиком в окошко дота и разбился о дальнюю стенку.

«Каланы» в ответ открыли беспорядочный огонь, да только без толку.

Таня с Ромашкой уже надёжно укрылись, и друидка перешла к волшебству. И где-то там, внутри укреплённой землянки уже пробился росток одного очень странного тыквенного растения. «Ecballium elaterium» или же, если по-русски, бешеный огурец.

– Бах! – раздался первый хлопок, а следом за ним хохот «каланов». Кажется, ребята рассчитывали, что с ними будут воевать посерьёзней. Однако прошли ещё двадцать-тридцать секунд и…

– Бах-бах-бах-бах!

Со стороны могло показаться, что дот – это и не дот вовсе, а микроволновка, в которой прямо сейчас готовится пачка попкорна.

В следующий же момент перепуганные «каланы» выскочили наружу. Перепуганные и склизкие, сейчас они были похожи на новорождённых оленят, которые в первые минуты жизни пытаются удержаться на дрожащих ногах.

Перепуганные.

Склизкие.

С ног до головы в семечках, но абсолютно точно без каких-либо физических повреждений. И стоит ли говорить, что бойцы отряда «Альта» выбили их сразу же?

– ИИИ-Ииии-Ии-иИИ-и! – донёсся визг с центра площадки.

– Обратно! – скомандовала Стеклова. – Кажется, это наши!

***

Таня ошиблась.

На самом деле, этот протяжный, словно паутина тоненький, словно скальпель острый и на слух будто бы девчачий визг принадлежал последнему из оставшихся в игре «каланов». Минутой ранее он решился на штурм укрепления «Альты».

Дольче слишком уж расстаралась, и он рассудил так: раз уж он никого не видит в этом дыму, значит, и его тоже никто не увидит. И в целом оказался прав.

Осторожно ступая, «калан» наощупь пробирался вперёд. Видимость – половина метра, не больше.

И да, он чуть не налетел на дерево. Ничего необычного, вот только… внезапно на дереве сидел дятел. Будучи человеком сердобольным, он сразу же подумал что-то вроде: «Бедняжка! Потерялся в этом дыму!» – и потянул к нему руки.

А бедняжка вдруг взял и повернул на него голову. Прямо вот на сто восемьдесят градусов и с характерным хрустом. А потом ещё до кучи по-совиному крикнул:

– У-ху!

– ИиИИИ-ИииИ-ииИ! – завизжал он и бросился прочь, в дым, наугад и уронив на землю маркер.

Впрочем, бежал он недолго. Споткнулся обо что-то и кубарем покатился по земле. Затем тут же вскочил и обернулся посмотреть, обо что споткнулся. Инстинктивно. Необдуманно. Исключительно ради того, чтобы послать причине своего падения, будь то камень, пень или коряга, отрицательно-заряженные флюиды.

Вот только ни пня, ни коряги позади не было. А был там:

– Мяу, – кот с осиной талией.

– ИиИИИИ-ИиииИ-ииИИ…

Тут визг «калана» резко оборвался по причине проклятия молчания. Глядя на свою жертву бельмами раздавленной кошки, Смерть безошибочно расстреляла его сквозь дымовую завесу…

***

– …а я ему говорю: Миша, ну тебе же нельзя мучное! Ты же не зимуешь, долболюб ты плюшевый, ни к чему тебе на зиму отъедаться. Сдохнешь от ожирения и всё.

– А он чего?

– А он всё уэ-э-э, да уэ-э-э…

– ТУ-УУУ-УУУУ!

– Ёптвою! – опять подскочил Лёха.

– Ещё одни выбыли, – улыбнулся Мороз. – Ну что? Похоже, твои девки вышли в финал?

– Вообще не сомневался, – отмахнулся я и внимательно уставился на мониторы.

Дольче перестала так отчаянно чадить, и теперь мне была видна вся картина происходящего. Рассредоточившиеся для охоты девки со всех ног бежали к центру. Туда, откуда и начинали. Противники тоже бежали туда же, но были ещё далеко, и у альтушек явно была фора.

Вот они встретились.

Вот что-то оживлённо обсудили.

А вот…

– Херасе! – Мороз аж выругался от неожиданности.

…умница-Шестакова направила маркер к небу, нажала на спусковой крючок, и в следующую же секунду «флаг» сиречь квидич сам, по доброй воле, выскочил откуда-то из кустов и буквально врезался в дуло.

– Это как? – почесал репу Герман. – Шарик же невосприимчив к магии.

– Наверное, тут дело не в магии, – ухмыльнулся я. – Готовь граппу, Сиятельство. Мои победят…

***

– Это что ты такое сейчас сделала? – прищурилась Фонвизина.

– Да фигня, – махнула рукой шаманка, – Элементарно. Наши ружья ведь не на простой пневматике работают, которая только метров на десять шарик кидает и точности никакой не даёт. Здесь всё совсем иначе. Здесь электромагнитная спираль стоит, как в пушке Гаусса. Она снаряд и разгоняет. А я просто запустила её в обратном направлении, так что теперь она не отталкивает предметы, а притягивает…

Никто в группе «Альта» не нашёлся, что сказать.

– Понятно? – уточнила Шестакова. – Ну вы чего? Ну просто же!

– Главное, что флаг у нас, – дипломатично заявила Стеклова, глядя на офигевшие лица остальных. – На базу! Бегом!

***

Красный луч квидича ударил в небо. Где бы теперь ни находились альтушки, ну или как минимум одна из них, команда противников точно знала где.

– Они взяли флаг! – на бегу крикнула Квин. – А-аай, чо-о-оорт!

– Отлично! – крикнул Несвицкий. – Оно даже к лучшему! Наташенька, засада отменяется! Ты рада?!

Наташенька не ответила. Во-первых, до сих пор таила обиду, ну а, во-вторых, бежать наравне с тренированным отрядом ей было ой как нелегко.

– Стоять! – скомандовал Андрей. – Так, Давыдов, давай дуй вперёд нас. И сделай так, чтобы мы подоспели на всё готовенькое.

– Скольких перестрелять? – буднично спросил стелсер.

– М-м-м-м-м… давай четверых, ладно? А нам парочку оставь. Героически ворвёмся на базу всей толпой и закончим последних. Как раз динамика будет. Всё, как наша блогерша хотела.

Говорить о человеке в третьем лице в его же присутствии, да ещё и не называя при этом по имени? Если этот человек не из знатного рода и за этим не последует никаких проблем, то почему бы и нет?

Обидится? Да и хрен с ней.

– Четверых, значит? – уточнил Давыдов и шмыгнул носом.

– Четверых, – кивнул Андрей.

– Без проблем, – сказал теневик и бесшумной молнией рванул по лесу в сторону базы группы «Альта»…

Глава 6

Бой близился к развязке.

Я наблюдал.

Стеклова выжимала себя досуха, в спешном порядке выращивая укрытие из корней. Большое, полноценное, так что альтушки могли стоять в нём в полный рост. Внутри остались трое – сама друидка, Ромашкина и медитирующая Смерть в качестве камер слежения.

Остальные разбежались по кустам и взяли на прицел вход в «землянку». Тактика простая, но рабочая. Да и потом, защищаться – оно ведь всегда легче, чем штурмовать.

Кадет Дольче особо порадовала, залезла на дерево и сныкалась где-то в кроне, за листвой. Порадовала не тем, что умеет лазать по деревьям – хотя навык похвальный и заслуживает пирожка с полки – а тем, что в игре ей удалось отвлечься от своих упаднических настроений. Ну не полезет депрессирующий человек на дерево… без верёвки с мылом. Ай да Василий Иванович, ай да чёрный юморист!

Короче…

«Альта» ждала гостей.

И за гостями я тоже следил.

Один из противников отделился от своей группы и с какой-то нечеловеческой скоростью рванул к базе девок. Нёсся так быстро, что я только и успевал искать его на камерах. Бежал-бежал, а затем, совсем недалеко от землянки альтушек вдруг взял, да и пропал бесследно.

Теневик?

У-у-у-ух, ненавижу!

По сути, в качестве врага для меня они беспомощны. Макар Матвеевич может подтвердить, что мои щиты срабатывают вне зависимости от моего желания, так что пробить меня такая вот гадина всё равно не сможет. Но! Эти твари ведь подглядывают! И подслушивают! А ещё воруют или подкинуть чего-нибудь могут! Гранату там, например, или… трусы?

Ну…

Не грязные, а очень даже чистые, кружевные и компрометирующие кого-нибудь перед кем-нибудь.

Не суть.

Суть в том, что теневики – собаки дикие и крайне неприятные. Официальная версия заключается в том, что они могут становится прозрачными только в статичном положении, но я-то знаю! Нормально они в таком режиме перемещаются! Фонят, правда, как мыльный пузырь, но всё равно.

И чем сильнее маг, тем быстрее он может в своём стелсе передвигаться.

Короче! Будь моя воля, то я бы на государственном уровне издал закон, по которому этим гадам надлежит выходить из дома сугубо с колокольчиком на шее.

– Слышь, Герман? – уточнил я. – А это вообще по правилам?

Мороз тут же понял, о чём я. Всё-таки смотрел ту же самую трансляцию.

– По правилам, – кивнул он и отправил в рот сложенный пополам слайс хамона. – Абсолютно любая магия по правилам, лишь бы не калечила. Так-то твои, вон, тоже все свои таланты используют. Только не говори, пожалуйста, что «это другое»!

– Даже не собирался, – ухмыльнулся я. – Один хрен победят.

– Ну! – развёл руками Мороз. – Сейчас и увидим! За гранд-финал!

С тем Герман разлил ещё немножечко граппы, мы выпили и вернулись к шоу. Итак. Где-то там прямо сейчас невидимый враг пробирался к землянке альтушек, из крыши которой, несмотря на физическое препятствие в виде корней, всё так же в небо херачил луч.

Учитывая, что через мониторы эту паскудину совсем не видать, наблюдать за действом было напряжно. Саспенсно.

Вдруг и впрямь залезет внутрь и перестреляет моих?

– Что-то остальные совсем расслабились, – сказал Герман и указал на другой квадратик

А там команда противников почти полным составом – кроме теневика – неспеша шагала по лесу. Ребята о чём-то говорили, активно жестикулируя, а прямо перед ними скакала барышня с телефоном и всё это дело записывала.

– Блогеры, что ли?

– Походу, – кивнул Мороз. – Я эту девицу в команде Несвицкого впервые вижу.

– Так это же Натулёныш, – внезапно вмешался в разговор Лёха. – Я её сразу узнал. У неё же подписоты, если память не изменяет, миллионов пять.

А когда мы с Морозом резко обернулись на него, застыл с недонесённой до рта оливкой.

– Чего?

– Ты-то, Алексей Михайлович, откуда знаешь лидеров молодёжных мнений? – хохотнул Герман. – Неужто тебе в лес сеть провели?

– Так у меня вышка нормально достреливает, – пожал плечами Лёха и таки съел оливку. – Не жалуюсь.

– Ать! – вдруг резко вскрикнул Мороз и аж с кресла вскочил. – Прозевали!

И впрямь прозевали. В тот момент, когда Михеев отвлёк нас на своего Натулёныша, мои умницы выбили стелсера. И стоял он теперь с ног до головы жёлтый прямо в дверном проёме, ведущем в землянку. Ну… проём, конечно, не «дверой», но… понятно, короче.

– Как так-то?! – кажется, Герман уже понял, что проиграл спор.

– Должно быть, кадет Ромашкина учуяла, – предположил я первое, что пришло в голову.

– Это которая высокая, что ли?

– Она самая.

– Зверомаг?

– Да, – улыбнулся я. – Зверомаг.

По правилам, теневику из команды Несвицкого, знакомая фамилия какая-то, кстати, запрещалось оставаться на поле. Поникший, угрюмый и очень даже видимый для человеческого глаза, он кратчайшим путём пошагал за ограждение.

А потому, как нетрудно догадаться, не предупредил своих о том, что план их пошёл пёселю под хвост.

Так что закончился бой крайне быстро. Не прекращая съёмку, противники показушно-спокойно приблизились к землянке и тут же попали в засаду. Группа «Альта» открыла огонь аж с трёх разных точек в лесу, а одна из точек внезапно находилась на дереве.

Пара секунд решила исход матча.

– Ах-ха-ха-ха!

– Победил, Василий Иванович, победил, – Герман протянул мне руку. – На самом деле даже рад. Знаю, что квадроциклы в надёжные руки отдаю…

***

Несвицкий злился. Несвицкий ярился. Несвицкий в своём возмущении буквально клокотал, аки проснувшийся вулкан.

Ситуация для него сложилась непростая. Можно даже сказать «говённая».

Ну проиграл и проиграл, казалось бы, чёрт с ним. И плевать на деньги, которые он заплатил блогерше. Легко пришли, легко ушли; чай не он их зарабатывал. Основная проблема заключалась в том, что Натулёныш вряд ли согласится на второй заход.

Возможно, из-за того, что Андрей был с нею груб? Да, точно. Кажется, что-то такое было. Самую чуточку, но ведь всем вокруг давно известно, что девушки склонны к обидам.

Но не суть!

Суть в том, что если она сейчас уйдёт, то уйдёт с концами. И хорошо, если просто кинет в игнор, а может ведь и опубликовать весь тот позор, что успела наснимать. Вывод: её нельзя отпускать. Ни за что и ни при каких обстоятельствах.

– Давыдов, – Андрей нашёл кому поручить это задание. – Следи за ней в оба. Смотри, чтобы не ускользнула.

«А там что-нибудь придумается», – решил Несвицкий.

Он уже успел отвести душу на соратниках, как только со всей его команды сняли проклятие молчания. Визжал, как пубертатная девка, топал ногами, раздавал всем подряд обидные прозвища.

Ну а теперь решил пересмотреть запись игры и поискать что-нибудь, к чему можно пристать. В конце концов, обжаловать результат потому, что он тебе не нравится, не может даже княжеский сынулька.

И, к слову, Несвицкий нашёл то, что искал.

– Вот! – орал он рядом со стойкой ресепшн в домике администрации. – Ну вот! Посмотрите! Это как вообще?! Это против правил!

А зацепился Андрей за кадры, на которых кадет Шестакова поймала квидич.

– Боюсь, в правилах не прописано ничего на этот счёт, – дежурно улыбаясь, отвечала администраторша.

– И очень хреново! Вы каким местом правила составляете?! Вы…

– Что тут за шум?! – внезапно из соседней двери высунулась красная бородатая рожа.

– Герман Григорьевич, – администратор аж выдохнула. – У Его Сиятельства есть претензии касательно игрового процесса.

«Герман Григорьевич», – начал судорожно вспоминать Несвицкий и таки вспомнил.

Морозов.

Владелец клуба и не последний человек в не последнем роду, так что тон пришлось немного убавить, и своё возмущение Андрей выказывал уже без прежней экспрессии.

– Герман Григорьевич, ну и вы меня поймите, – заканчивал он свою мысль. – Это прецедент, который заслуживает другой прецедент, а именно переписывание правил игры задним числом. Имело место быть магическое воздействие на игровой объект. Кто-нибудь узнает, додумается, как можно это использовать, и вам всё равно придётся вносить правки.

– Хм-м-м… Согласен, что прецедент, – кивнул Морозов, поглаживая бороду. – Я с таким действительно впервые сталкиваюсь. А вот насчёт всего остального не согласен. Магического воздействия не было, чисто техническое. И переписывать правила задним числом… Ваше Сиятельство, ну мы же с вами из аристократии. Услышьте сами себя.

Короче говоря, хрен там плавал. Григорьевич не собирался потакать Несвицкому. И даже более того:

– Ваше Сиятельство, будьте джентльменом. Барышни играли достойно и достойно победили…

Но тут в домик администрации вошла Стеклова, и джентльмен крикнул:

– Реванш!

Таня сперва обернулась. Посмотреть, не орёт ли этот лохматый юноша кому-то у неё за спиной. Оказалось, что нет.

– Реванш? – уточнила она.

– Реванш!